Глава первая: Давно это было или Как торговаться со Смертью.
17 марта 2018 г., 21:52
Знаете это чувство, когда живешь и не паришься? По крайней мере, по пустякам? Знаете? А я… вот последние месяцы как-то не очень… зато знаю чувство буквального закипания… это когда ты сидишь и дымишься у всех на виду, правда не знаю, видят ли они дым, но аура явно уже отгоняет… в чем причина чуть ли не воспламенения, спросите вы меня? А дело в том, что на работе, снова переклинило все компьютеры одновременно, мало этого, так еще и полиция пожаловала, чтобы изъять всю технику для анализа техники безопасности. Нет, ну не абсурд, не? Технику изымают при обыске и открытии дела. Я блин знаю, я второе высшее получаю и прохожу практику в Следственном Отделе, эй, вы че?! Закон блин!
Работаю я правда не в полиции, а в небольшой компании Психо-индустрии, отлавливаю студентов-прогульщиков, которые понаехали из разных сел, стран, городов, и вдали от дома творят все, что им хочется, а в нашу компанию постоянно звонят, то с общаг, то с колледжей… так что, мои, архивы, чтоб вас менты! И чтобы я пошла туда работать? Та легче переметнуться к тем, кто ворует! Ой… я ведь не сказала это вслух, да?
Короче… это был понедельник, а всем известно, что понедельник — день тяжелый, рыжие из семейства кошачьих их не переносят, а я чувствую себя Зомби особенно, после весенних праздников. А еще, мало что помню, и не особо хочу вспоминать. Но вот скажите, что это за Люди (?), которые хотят своими подробностями моего позора, усложнить мне жизнь? Я ж этого блин не забуду! Хотя, можно пару раз нагло и грубо заткнуть рот или дать в промежглазье, чтобы до кульминации не добрались, но, тем не менее, этого делать я не стала. Работала себе, принимала звонки, заводила личные дела, искала «блудных детей» по навигации, телефонам и еще каким-либо портативным устройствам, которые у молодежи с собой… успокаивала родителей, кураторов, братьев, сестер, жен, тестей, внуков, а-а-а-а… Ну, че, бывает и так. И все бы было хорошо! Я бы уже к двум часам была в институте, а в четыре дома, если бы не пожаловали правоохранительные органы… Предъявив все необходимое, они пришли к нашему директору, якобы с претензией, о том, что мы не следуем пожарной безопасности, не имеем ответственного (хотя ответственный — ген. директор), здание так вообще обрушится на кусочки, всех придавит, кишочки повсюду там, мозги. И вообще оно легко-воспламеняемое… короче люди древней закалки цокали, а впечатлительные стажерки хватались за сердце, селфи и валерьянку. Я лишь вздохнула, и… что? Нет-нет-нет! Компьютеры вам никто трогать не позволит! Там вся наша работа за 5 лет! Не смейте! А если какой-буйный опять из дому сбежит, как мы его отслеживать будем? Скопировать? Базу Данных? Куда? И чтобы это было не НА СУТКИ, успокойте меня, пожалуйста, и скажите, что я здесь могу не оставаться!
Однако, хрен там плавал. Оборудование арестовали, нас забагрили в — подозреваемых, свидетелей, понятых, и мы до часу ночи кантовались в нашей компании, выкачивая базу данных на жесткие диски со всех компьютеров. За тот момент у меня чуть не случилось 4 нервных срыва, но чтобы успокоиться и занять себя, пришлось переписывать хотя бы то, что в программе телефона оставалось… а после мы принялись ужинать. Правда, из всего ужина, были конфетки с коньяком и чай, так что, удрученно вздохнув, посмотрев на черную вуаль ночи в городе, через окно, мы с коллегами решили поговорить, но нас хватило на полчаса. Звонки принимать пришлось только из-за экстренных случаев, и один такой поступил:
— Извините, — посмотрела я строго на сержанта, — могу я выйти — ответить?
— Что-то срочное? — забил руки в карманы следователь.
— Да, — соврала я, и ребята переглянулись, более меня не допрашивая, отпустили. Правда, высокий и худой, лысоватый мужчина заметил.
— Вы только будьте осторожны! Техника безопасности тут все же фуфловая!
Я фыркнула, закрывая за собой дверь, но более ничего говорить не стала, поднеся аппарат к телефону.
— Привет, ты как до меня дозвонился?
В трубке молчали буквально секунд пять, а после протянули.
— Офигеть… ты как узнала, что это я?
— Третий глаз, шестое чувство, астрал, космос, — пожала плечами я, — Кеп. Что-то срочное?
— Та нет… разве что… разве тебя не следует обрадовать?
Настала моя очередь молчать, но я полюбопытствовала:
— Чем?
Кажется, на той стороне трубы залыбились аж в 32-ля:
— Я буду тут проездом в Самаре, на конференции, и слышала, что твой ВУЗ тоже участвует! Ты приедешь?
Я округлила глаза.
Вот это да.
Ну, в принципе, я чувствую легкий трепет и эйфорию от слов, сказанных Кепом, к тому же сколько бы раз мы не пытались встретиться, и на Кубани, и еще за какие-то крючки цеплялись, но не получалось. Чертовы обстоятельства…
В Краснодарском крае, на работе мы не имели права выходить за его территорию, и Кепа в период ее отдыха навестить не получилось. Даже больше! Я на концерт любимой группы не попала! ОБИДНА!
Потом, был какой-то конкурс-совместка, где была опять же возможность увидеться пусть с бывшей, но все еще накама.
Ах да… накама.
Ван пис я давно не смотрю. Но мне приелось.
Люди, разбросанные по разным частям света иногда, цепляясь за крохотную возможность, готовы последние деньги отдать, чтобы повидаться. Вот так и я. Но к несчастью обстоятельства — неподъемный пресс, и если не с твоей стороны, то с другой точно. Так что энтузиазма у меня поубавилось, стоило мне об этом вспомнить. Но, тем не менее, возможность есть! Почему бы и да?
— Я… попробую напроситься…
— Есть! — пискнули на той стороне трубки, и кажется, даже подпрыгнули.
— Но если тебя там не будет… — прищурилась я.
— Будет-будет! Это официальное мероприятие, и я точно еду! — зачастила Кеп, и я улыбнулась, как вдруг вздрогнула от короткого замыкания и свет погас. Я ошарашенно осмотрелась по сторонам. Темно, и непроглядно. Кеп, пыталась верещать, узнавая, что там у нас происходит, но я буквально на одном дыхании почувствовала, что мысли все выключились в один миг.
Один из Оперов был прав, возможно, здесь и правда хреновая техника безопасности, как и линии электропередач. Не бросая трубку, и освещая телефоном пространство, я попыталась вернуться к приемной комнате, как тут же вздрогнула от доносившихся в мою сторону шагов. Я тут же обернулась, почему-то никак не слыша и не реагируя, на обеспокоенный голос Кепа в телефоне, но я стала светить. Никого. Или он далеко от меня и мне его не видно. Или это чья-то злая шутка.
Знаете? Я в полицию не просто так пошла.
Мне все близкие говорили, что с моим нравом, только там работать. К тому же я с детства неплохо дерусь и заламываю руки. Навыки гимнастики когда-то дали мне отличную фигуру и хорошую гибкость. А уроки тхэквондо научили, что все, что в руке - оружие. В кармане брюк у меня были ключи от дома и знаете, если удобно их захватить, а кольцо повесить на палец, чтобы ключи невозможно было выбить из руки, то можно что-то порезать, а лучше проткнуть. Если маньячина совсем безбашеный. Я всегда так делаю, когда, например, возвращаюсь домой поздно. Хотя опера рядом, можно и криком их сюда позвать… правда… реакции, как не странно не было.
Я, как не странно, любила чувство опасности и адреналина. Но никогда не задумывалась о смерти.
Точнее, задумывалась. И давно.
В 11 лет.
Тогда мое мировоззрение резко перекосоежилось, и я стала ценить жизнь всем своим существом. А так же узнала, благодаря психологии, и чуть-чуть позднее, о людях, что могут лицемерить на каждом шагу, но при этом будучи, весьма и весьма, Замечательными, умея, нравится окружающим и, располагая к себе их, окажутся ни на что не способными тряпками, которыми можно полы вытирать.
— Эй, ребят! Опера-а, — позвала я полицейских, но как не странно, никто не отзывался, а звуки как от электро-напряжения, будто провод перебило только пугал, и я, кажется, напрочь забыла о Кепе в горящем телефоне, и стала выискивать взглядом дверь, из которой я вышла.
Не лучшее будет впечатление, если я первая отправлюсь на тот свет. Хотя хрен вам! Я не сдамся без бою! Как в той песне, ага. Не так обучена, не так живу. И вообще, если помирать, то лет в 60… страшно умирать молодым, когда ты все еще кому-то нужен. И страшно умирать очень старым, когда ты полностью беспомощный…
Но не время философствовать о смерти.
Медленно приближаясь по коридору, а хрензнаеткуда… я резко замерла и дернулась, когда услышала:
— Не время философствовать, да?
Голос женский и жутко глубокий.
Дернувшись, я обернулась вокруг своей оси, и тут же споткнулась о какой-то провод. И как жаль… что он был — оголен…
***
Я никогда в жизни не хотела так материться, как сейчас. Все еще было темно, но в темном пространстве четко рассматривались едва видимые алые, большие сферы. А тело контузило так, будто я прокаталась на Чертовом Колесе 12 часов без продыху на космодромской скорости. Кстати о космосе… Чувство невесомости страшно бесило… а от этого становилось еще не понятней. И это… тоже бесило. Хотелось орать, но голос на любом моем звуке начинал предательски сипеть, а это бесило еще больше. — Какая же ты нервная, при том, что работаешь психологом в такой компании… — послышалось со стороны. Я резко обернулась, но — никого…Знаете, я не особо хочу и не буду (!) признавать, что возможно, я откинула копыта, и буду биться до конца, найду, схвачу и вырву этот Голос, кем бы он ни был, и заставлю вернуть меня обратно. Мои ценности для меня превыше всего! Я не собираюсь оставаться между землей, небом или преисподней, будучи дохлой тушкой. Я вернусь! И вернусь туда — где меня ждут. Просто. Этот нахальный голосочек. Он испытывал когда-нибудь страх за свою жизнь?
— Зачем? — вновь видимо, ухмыльнулось Нечто, — Ее у меня нет.Разумеется, зато есть Смерть.
— Разумеется… Я сжала руки в кулаках, но я их не чувствовала, зато отчетливо чувствовала, как по всему телу бежит жидкий огонь. И если представить сущность Греха — Гнев, то так оно и выглядит. Воздух вокруг раскалился и от меня пыхнул слабый, оранжевый свет.Я не говорю, что я святая, что я этого не заслужила, или еще что! Я не понимаю — зачем! И ни за что не приемлю сдохнуть сегодня! Есть люди, которым я важна. Есть люди, которые мне дороги. Кто если не я, будет заботиться и защищать их, их мечты, их заслуги, как я их отблагодарю, будучи хладным трупом!
Уверена, это орала моя душа… — Хоо… — протянул голос, — твои бы рвения, да на благо мира.Ох, я бы успела, будь я жива. И на-пропагандировала бы, и книгу написала, и песню, и басню, да все что хочешь! Но нет — каюк. Обломали мне в самом расцвете 21 года, твари!
— Твой праведный гнев, понять можно, Веснушка… Я почувствовала, как жидкий огонь поднялся к горлу и обжег грудь, но просто закатила глаза. (если они вообще были...) Даже комментировать не буду. — И правильно, — рядом со мной вдруг стало резко холодно, и когда я попыталась вздохнуть, то выдохнула лишь пар. Рядом никого не было, а мой свет почему-то гас. Нет… нет-нет-нет… Амара, ты ж хорошая… уже. Хорошая. Наверно. Не надо меня поглощать. Я не хочу… может, договоримся? — Договоримся. Меня вновь обдало теплой волной и… пришлось прищурить глаза от едкого бледно-сиреневого, но очень яркого света, голос вновь заговорил. — Договоримся. Выполнишь одну мою просьбу, и я верну тебя к жизни. Я на все согласная, только оживи меня. — Хе-е-е… ну что ж… Послышался очень громкий щелчок пальцев, что тело дернуло как от дефибриллятора. Дальнейшие действия, помню я с трудом… но лучше бы… этот кошмар… просто остался кошмаром… А так. Со Смертью мы сторговались…***
— Аки? Аки?! — ответа в трубке не последовало, даже больше — звонок сбросился. — Черт, какого хрена там происходит? При моей следующей попытке дозвониться до подруги мне сообщили не менее странный «ответ»: — Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позднее… — Что, блин? Да я же только с ней разговаривала! — я вновь и вновь пробовала дозвониться до девушки, но неизменный ответ натолкнул меня на простую мысль, которая должна была прийти мне раньше. — Может просто телефон… разрядился? Ладно… Позже попробую. Швырнув мобильник на кровать, я направилась в сторону кухни в надежде чем-то занять себя на некоторое время. В ином случае, звонила бы на номер Хикари до тех пор, пока та бы не взяла трубку. Да, я очень приставучий человек. Но иногда в мою голову закрадываются мысли о том, что меня бывает слишком много в чьей-нибудь личной жизни, и я стараюсь не лезть так сильно. Правда выглядит это так, будто я об этих людях забыла. Не удивительно, что на меня обижаются. Но ненадолго. Буквально через несколько минут из зала, где я бросила несчастью технику, раздалась на весь дом мелодия: — Слышишь голос из бездны? Колыбельная песня Усыпляет сознанье, Волчий лай зовёт за край. Возносись к небу птицей, Чтобы снова родиться В мире, где нет страданий. Засыпай, засыпай... Кинув короткий взгляд на имя звонившего, я чуть улыбнулась и произнесла сразу, как только подняла трубку: — Морг. Слушаю. На несколько секунд с той стороны повисла тишина, но собеседница быстро пришла в себя, стоило мне прыснуть смехом. По её голосу я поняла, что она широко улыбалась. Что мне ещё нужно для счастья? — Тебе надо перестать смотреть телик, чувак. — Сама знаю, но иного развлечения нет, — лениво протянула я, насыпая заварку в кружку. — У тебя что-то срочное, Дели? — Ну, как знать. Кстати, ты там снова чай пьешь? Приятного, — она чуть рассмеялась. — Ты помнишь наш вчерашний разговор? — Ты про проект Сергея? Да, помню. А все в силе? — Угу. Он сегодня всех собирает у себя дома в 17:30. Мы же идем? — Идем-идем, куда ж мы денемся? — я бросила взгляд на часы. Только 15:17, времени ещё вагон. — Отлично, тогда до встречи. — Ага, до встречи… — я посмотрела на завершенный вызов и нервно вздохнула. Соглашаться на проект, о котором ты ничего не знаешь, и с людьми, которых ты тоже не знаешь. Или же знаешь недостаточно хорошо. Почему бы и нет, отличная идея! Но с чего я вдруг начала так сильно нервничать? И на сердце, будто какой-то груз, который не дает нормально вздохнуть. Обычно в такие моменты мне помогают интуитивные вопросы, но сейчас они упорно тянутся в сторону «проблемы в жизни», которых у меня, пока что, нет и «Аки», до которой я все ещё не могу дозвониться. Это пугает. Быстро допив чай и собравшись, я вышла из дома и направилась в центр. Надо немного развеется. Купить чего-нибудь вредного, сесть за комп, посмотреть сериал или рассказик какой-нибудь настрочить. Все равно, что делать, но надо отвлечься до того, как плохие мысли начнут меня пожирать. Зайдя в первый встретившийся мне Магнит, я направилась к стеллажу с чипсами, крекерами, сухариками и прочей приятной гадостью, за которую в детстве каждый человек готов был продать душу. По пути на кассу захватила несколько шоколадок и бутылку колы. Долго в очереди стоять не особо хотелось, да и одинокая кассирша с краю уже несколько минут неотрывно на меня смотрела. Не думая, я пошла к ней. — Берете пакет? — пробивая мою «провизию», поинтересовалась продавщица. — Да… — Он же вам не понадобится. — Э… Просто пробейте его… — я ошарашенно посмотрела на женщину. — Ладно. С вас 189 рублей. Расплатившись, я поспешила убраться из магазина и скрыться от странного взгляда женщины. Это что за хрень была? И что за мертвый тон? Чокнутая что ли? И почему так…страшно? Никогда раньше не видела эту женщину, да и судя по внешности, явно не отсюда. Люди тоже реагировали на нее странно. Если быть точнее, то вообще её не замечали. Будто её вообще нет. Хотя, скорее всего, я снова себя накручиваю. Что поделать, слабенькие симптомы шизофрении частенько проскакивают. Медленно шагая в сторону дома, я несколько раз оборачивалась назад, вспоминая подозрительную женщину. До тех пор пока не услышала сигнал машины. Пара секунд и я провожала осуждающим взглядом и нелестным матом «блатного водилу». Скоты, собьют и не заметят ведь. А если и заметят, то поспешат скрыться как можно быстрее. И ведь баснословные штрафы не пугают, и совесть не замучает. Тихо цыкнув, я поспешила к дому, погружаясь в собственные мысли и не обращая внимания ни на что вокруг. К несчастью, именно это и стало столь нелепой причиной моей смерти. Я поднялась на мост и прошла до его середины, как на весь вокзал вновь раздалась знакомая мелодия, но уже в женском исполнении, заставившая меня вздрогнуть, отпрыгнуть к краю, оступиться и рухнуть вниз вместе с незакрепленным ограждением. Пять секунд. Именно столько длился полет. Столько я ощущала ветер в спину и жуткое чувство досады из-за своей тупости. Как же глупо, как же обидно... — …Возносись к небу птицей, Чтобы снова родиться В мире, где нет страданий. Засыпай, засыпай...
