парень моей сестры.

Давление тишины убивает порой, даже если оно создано неспециально. Один факт его присутствия уже вынуждает утопать в собственных мыслях, догадках и, как не странно, попытках подобрать слова, порой такие нужные и способные поменять все что можно. — Тэхен?.. — позвал Хосок, не отрывая взгляда от всё ещё следящего за ним Чимина (так и не сошедшего с места их расставания). Хоть парень и помешан на учебе, от реалити точно не откажется, тем более подобного. Сидя на кожаном сиденье дороговатого по меркам Хоби авто, он чувствовал себя героиней романа, при условии, что рядом сидел тот ещё распрекрасный принц — с обворожительной улыбкой, сжимающий аккуратными руками руль, и было в этом что-то такое развратное, что слюна сама собой наполняла рот Хосока. — Что? — спрашивает Тэхён, глядя на парня, следящего за ними, махающего рукой. Кимтэ хмыкает и ухмыляется этой непосредственности, будто девушку у её подружки отобрал, хотя… — Зачем я здесь? — разговоры никогда не были его сильной чертой. — Ты в глобальном плане или как? — Хосок в этот момент даже порадовался, что его не с пары философии сняли, а то было бы тут погружение в непостижимое бытия. А Тэхён всё такой же неотразимый в этот момент, абсолютно отвлекающий от всего на свете, искрящийся в глазах Хоби, не понимающего ни черта и, на самом-то деле, не желающего этого. А можно поставить на паузу момент и перестать дышать на чуть-чуть настолько громко? Перейдем-ка на анаэробное дыхание и пошире глаза раскроем, дабы не пропустить ничего важного. Вот ухмылка; самоуверенность, сквозная, убийственная, буквально в каждом действии; руку откидывает за изголовье сидения пассажира и уверенно сдает назад; машина будто создана под него, и Тэхён знает всё это, по его лицу так и читается «я знаю всё, о чем ты думаешь, и не отрицай». У Хосока губы подрагивают, да и сам он пасует, когда смотрит на открывающуюся шею водителя, его длинные пальцы на руле авто и черные солнцезащитные очки, покорно лежащие на носу. Как особый знак бесконечности. Хосоку не по себе рядом с этим ходячим клише сексуальности. И вообще — пора в евнухи, а то так можно и в больничку залететь от этих с ума сводящих взглядов и жестов. В последнее время парень сам себя не узнает: как можно так не контролировать ситуацию, быть последней девчонкой с трясущимися конечностями перед обожаемым ею мужчиной. — Зачем я тебе нужен сейчас? За окнами автомобиля университетский парк сменился городским пейзажем с веселящимися на улицах школьниками, направляющимися с обеда понурыми рабочими. Сеул кажется перенаселенным, как и любая другая столица, особенно в час-пик. Чон Хосок отвлекается на виды за окном, представляя, как было бы — видеть это каждый день, а не просто ездить в тесных автобусах и только и думать лишь о том, чтобы выжить, будучи прижатым к стеклу. Если бы только Тэхён был его парнем! — Мне нужна твоя девчачья натура, логика, совет, не знаю как ещё назвать, — этот парень знает, как одной фразой ввести в оцепенение. — Да расслабься ты так! Я же тебя не изнасилую. Если вкратце, то у нас с Давон скоро годовщина и… Я так думаю, похоже, она собирается подарить что-то супер-дорогое, даже на подработку устроилась. Нужен твой совет со свиданием и подарочком для твоей сестрицы на нашу дату. Поначалу создается ощущение, что всё это продуманная шутка Тэхёна, а может и вовсе сон, и в чем смысл помогать? Но… Как бы больно ему ни было, как бы он ни вожделел этого парня (голова сейчас точно взорвется вместе с сердцем), Хосок обещал самому себе, что должен ставить интересы сестры превыше всего, а Ким Тэхён с его шутками и постоянными подколами в жизни не согласится быть с ним (даже если они и расстанутся с Давон, это же не сказка какая-то). — Хорошо. Я помогу… — со скрежетом произносится куда-то в окно, он пытается отгородиться и не показывать лицо, где любая эмоция может с потрохами выдать. — Ну вот и славненько, я давно хотел тебя попросить, да вот только сейчас мы дружить начали, правда? — Тэхён веселится, не замечая, как пассажир кривится на все эти «давно хотел», «дружить». Издевки здесь сквозные в каждом слове, и Хосоку выпилиться хочется из мира, только не видеть и не слышать лишь бы. Может, Кимтэ в этом ничего и не видит такого, кроме как доброго стеба своего собрата. — Разве мы уже дружим? — СМС и «давай будем друзьями» не вписывается в понятие дружбы для Хоби, и он честно признается в этом, но даже это пытаются перевести в шутку. — Ха-ха, Чон Хосок, твоё чувство юмора меня поражает, считай, я тебя уже обожаю. «Обожаю». Обожаю, обожаю, обожаю. Ах если бы это было так. Хотя бы на мгновение ему хочется действительно ощутить это «обожаю» на себе, а не слепо мечтать об этом. Светофоры сменяют друг друга, красный-желтый-зеленый. Дорога слишком длинная, а машина тесная для них двоих. Хосоку дышать невозможно, и поверить он не может в способность своей фантазии и то, что он способен улетать вновь и вновь в мечты об их с Тэхёном невозможном совместном будущем. А светофоров попадается на пути всё больше. Если зеленый свет, это отношения Тэхёна с Давон, то какой цвет у их недодружбы? Смогут ли они быть просто друзьями на самом деле?