////
Слабый ветерок проносится перед лицом, утягивая за собой длинные пряди завитых локонов, по-настоящему летнее платье — розовое, с усеянным цветочками подолом — подлетает в воздухе и становится труднее стоять на каблуках (но всё по плечу, когда сзади ощущается присутствие любимого мужчины). Она отступает назад, дабы присутствие не было фантомным. Тэхён сокращает расстояние и разрешает раскрыть глаза. «Давай». Дыхание застывает вмиг, а сердце дребезжит в груди как стеклышко, переливаясь на свету. Она никогда такого не видела и, наверное, не увидит. — Ох… — первое, что бросается в глаза, это бескрайний океан крыш однотипных зданий. Розовое предзакатное солнце отбрасывало тень на кинотеатр, который располагался на такой же, как и все остальные, крыше столицы. — Я и не думала, что все дома сверху похожи на… вафли! Казалось, что ещё немного ветра — и всё посыпется. Со всей своей обычностью это кинотеатр под открытым небом, рассчитанный на десяток пар единовременных посетителей, которые могли усаживаться на кожаные сидения под навесом из прозрачной пленки (уж что-что, а от дождя пока что вакцину не изобрели) — всё это эксцентрично и неожиданно, что ли, особенно для годовщины. Тэхён шепчет о том, что он снял этот кинотеатр на вечер, да и вообще с недавних пор подружился с заведующим — а это есть хорошо для их свидания и его само собой разумеющегося продолжения. Рядом с передним мини-диванчиком для парочек стоит круглый журнальный столик с черной стеклянной поверхностью, на ней — ведерко с шампанским и два бокала. Парень обходит диван, позволяя Давон самой выбрать, на какой стороне ей расположиться, а сам в свою очередь открывает бутылку и разливает напиток по бокалам, впоследствии предлагая один своей девушке. Первый фильм — «Красотка», это вовлекает Давон в процесс, молодые люди навеселе, в приподнятом настроении, а алкоголь уже растекается по телу, придавая щекам румянец. Второй фильм напоминает экранизацию какой-то сказки, о которой она ещё не слышала, небось Тэхён решил сделать раздел по интересам, чередуя их. Девушка снимает с себя туфельки и забирается с ногами на диван, радуясь по-детски тому, как Кимтэ сразу же вытаскивает плед и бережно накрывает им её ноги без лишних вопросов. Уже на подсознательном уровне она не может противиться желанию придвинуться к нему и улечься на мужскую грудную клетку, слушая его размеренное дыхание, ловя обрывки фраз киноактеров. — Я так рада, что ты это всё организовал! — её улыбка, полная блаженства и благодарности, ослепила бы любого, да вот Кимтэ ещё ярче умеет — тем и отвечает. А сердце просится в пляс. — Да… Но если бы не Хосок, мы бы сидели сейчас в каком-нибудь тривиальном ресторанчике. Даже поверить трудно. — Парень накручивает завитые прядки волос на пальцы, скорее отрешенно проговаривая всё, будто вспоминая каждый день их подготовки, хосоковские ляпы и их совместные стычки. Это настораживает, и она отчего-то прокручивает в голове все диалоги со своим младшим братом, моменты, когда она пыталась подружить своего брата и парня, то, как Хосок противился и изо всех сил отнекивался, а потом терялся каждый раз в присутствии Тэхёна. Как же это всё…— Если у меня и появится кто-нибудь особенный, то первым делом поведу его в какое-нибудь необычное место?
— А вы… — она старается подавить кашель, когда горло внезапно пересыхает. — Вы приходили сюда вместе до? Почему ей не хочется знать ответ? Впервые не хочется, и страшно как-то, больно, и непонятно почему, тут скорее обида играет на себя за то, что не видела этого раньше, а ещё то, что Хосок не поделился таким.— Братик, это куда же?
— Ну конечно, целую неделю сюда наведывались, чтобы договориться и обставить всё так, чтобы было наш вечер стал идеальным. Не один фильмец здесь посмотрели. Знаешь, он у тебя миленький все-таки. — Он делает глоток шампанского и дарит дурманящий поцелуй, придерживая Давон за подбородок, отчего её трясет и хвататься хочется за предплечья, прорвать рубашку и дотронуться до этой горячей и нежной кожи, усыпанной родинками. Её мужчина.— Например, в кинотеатр под открытым небом. А что? Да это же просто свидание моей мечты. Одному там и смысла нет сидеть.
Действительно, необычно. И только сидя здесь, она начинает подозревать — нехотя для себя — свидание описывал её братик Хосок, и это было его личное свидание, и ему хотелось здесь когда-то побывать с любимым человеком. И кто тогда Ким Тэхён для него?Неужели это ревность?