Одно из двух

— Чонгук, мне кажется, что это неправильно, — омега сцепляет пальцы рук и кладет на них подбородок. — Что конкретно? — Альфа выпрямляется и подходит к зеркалу, поправляя прическу. — То, как ты обращаешься с Чимином. — Боже, и ты туда же. Это мой парень, что хочу с ним, то и делаю, ясно? — А если бы я был на его месте? — Парень делает лицо, полное грусти, и поправляет окрашенную в зеленый цвет челку. — Все, я ушел, — Чон игнорирует вопрос и уходит, хлопнув дверью.

***

Чимин приходит в ресторан с подпорченным настроением, так как Юнги сказал слова, которых омега боялся больше всего: «Он тебя не любит, просто пользуется твоим телом». Ужасно не то, что Пак потратил свое время на этого альфу, а то, что он может оказаться преданным. Опять. Или снова? А вообще, какая разница? Все равно смысл один и тот же. Блондин подходит к столику, где его уже ждет с фальшивой улыбкой младший. — Привет, Чонгук-и, — омега устало выдыхает и садится за стол. — Привет, — Чонгук актерски закатывает глаза, сообщая себе мысленно, что придется спросить что случилось у его парня. — Ты чего такой? Что-то произошло? — Господи. — Меня звал Юнги поговорить, и короче, испортил мне настрой на этот вечер. — Юнги? — с каким-то раздражением шипит Гук и смыкает зубы. — Угу. Блять. Вот просто… блять. Чонгук в бешенстве. — Давай отойдем поговорить? — Чон вновь грубо хватает старшего за рукав и тащит в уборную. — Чонгук, нет! — Чимин выставляет руки вперед и отступает от младшего назад к стене. — Давай не тут, пожалуйста. Альфа не слушает, он запихивает Пака в кабинку и закрывает ее дверцу на замок. Он вжимает парня в стену кабинки и судорожно расстегивает ширинку его штанов, спуская их вместе с трусами. — Чонгук, — тихо, почти шепотом выдавливает из себя омега, когда чужая рука сильно сжимает его член. — Заткнись, иначе я выпорю тебя прямо здесь, — Чон подхватывает старшего под бедра и приподнимает. Чимин хнычет и закрывает рот рукой, когда горячая плоть проникает внутрь него. Без растяжки, на сухую. Уборная заполняется тяжелым дыханием и сдавленными стонами боли. Чимин пытается побороть боль, что раздирает его анальное кольцо, но не может: движения темноволосого слишком резкие, грубые; а боль слишком острая. Пак обвивает ногами талию младшего прижимается ближе, держась за его плечи. Он выгибается и не может сдержать стон, который оказался слишком громким. Это может привлечь внимание. — Заткнись, шлюха, — яростно шипит Чонгук и вводит внутрь омеги дополнительно еще два пальца, разводя их в стороны и давя на нежные стенки. Чим зажмуривается и кусает ребро ладони, не давая себе издать и звука. Невыносимо. Чонгук продолжает вдалбливаться в старшего снизу, доводя себя до разрядки. Ему не важно сейчас что чувствует тот, кто в такой надежде сейчас цепляется за него, он хочет причинить боль, не осознавая этого. Или все-таки умышленно?