Признание

— Какаши? — Да, Ирука-кун? — Ты девственник? – спросил Ирука смущенно. — Хм… смотря в каком плане, — улыбнулся Копирующий. — А почему тебя это так заинтересовало? — Да так, чисто из любопытства. — Умино посмотрел на Хатаке. — Я в плане… эм… ну…. Ты спал с мужчиной? Несколькими днями ранее. Я прогуливался летним теплым вечером в парке, размышляя над словами Генмы: «Даже неопытный в любви сможет разглядеть, какая искра проносится между тобой и Ирукой. Будь наконец мужиком и поведай ему о своих чувствах, идиот!». А ведь и правда, пора бы уже, сколько можно сидеть сложив руки? Но что если его чувства ко мне не взаимны? Что если он ненавидит меня, потому что я джонин? А если у него кто-то уже есть на примете? Черт… И что тогда, когда я признаюсь? Он ведь отвергнет меня. Какаши незаметил как дошел до холма, где сидел Ирука свесив ноги с обрыва. Умино повернулся. —О, Какаши-сан, добрый вечерок! Какая хорошая погода, вы так не думаете? —спросил темноволосый. —Добрый вечер, Ирука-сенсей, она и правда хорошая, — ответил я, немного покраснев, и как назло вспомнились слова Генмы, будь он неладен, — как поживаете, Ирука-сенсей? — К чему эти формальности, давайте на «ты»? — Ирука улыбнулся. Ушел от ответа, что-то не так с ним. Я подсел рядом. — Ирука-сен…. -кун… Ирука-кун, что с вами? — Да все отлично, Какаши-кун, все хорошо… —Улыбка исчезла с его лица. — Ирука-кун, вы можете довериться мне, если тебя что-либо тревожит, можешь рассказать, я выслушаю и может даже совет дам… хм? Умино вздохнул. — Ну, хорошо,— запнулся сначала кареглазый, — Какаши-кун, ты когда нибудь любил? У меня перехватило дыхание, пульс участился, еще чуть-чуть и мои красные щеки можно увидеть сквозь маску. — Ну…. Э-э… как бы… — мялся я, — Да я и сейчас люблю.. — выпалил, почесав затылок, — А к чему собственно такой вопрос? Ирука быстро покраснел. — Э-эм.. Какаши-кун, — Ирука повернулся ко мне, взгляд пронзает меня насквозь — Я тебе нравлюсь? Вопрос поставил меня в ступор. Неужели я дожил до этого момента? Моя ладонь легла поверх его, я слегка наклонился вперед, и чем ближе я к нему приближался, тем сильнее он дышал. И вот, мы в пару сантиметрах друг от друга. Мы смотрим друг другу в глаза и прекрасно понимаем что сейчас может произойти. Я стягиваю маску… и осторожно прикасаюсь к его губам. И, как ни странно, он отвечает взаимностью, я становлюсь настойчивее, мой язык проник в его рот. У него такие мягкие губы, будто бы хлопок. Страсть завладевает нами, я не хотел, чтобы это заканчивалось. Я повалил его наземь, и сел сверху, наши губы сливаются в поцелуе, таком страстном и волнующем. Это мгновение продлилось недолго. Ирука оторвался от моих губ. — Стой, подожди, Какаши, я не могу так. — Как? — я посмотрел с недоумением. — Ты ведь хотел узнать, нравишься ли ты мне, я продемонстрировал насколько я… то есть, ты мне нравишься. Ирука опустил взгляд. — Ирука-кун, а я нравлюсь тебе? — Ну… да, я люблю тебя, Какаши Хатаке, ты единственный из Конохи, который пробудил во мне жизнь, я понял что такое «любить» и быть «любимым» кем-то. Но я всегда думал что ты никогда не посмотришь в мою сторону, и, уж тем более, ответишь на мои чувства. Я думал что ты ненавидишь меня. — У Умино навернулись слезы. — Что? Ты серьезно решил что ненавижу тебя? Нет, что ты, я, конечно, сам не лучше, я тоже думал что ты ненавидишь меня за то, что я джонин, и я популярен. И сам так же думал, что если я признаюсь, то будут ли чувства взаимны? — Вытер слезы с глаз любимого. — Эх, солнце уже село, можно я провожу тебя до дома? — Х.. хорошо... — неуверенно произнес темноволосый. Мы шли безлюдными улицами, изредка прикасался своими пальцами к его руке. От неожиданности Ирука подпрыгивал и все оглядывался по сторонам. — Ну кого ты высматриваешь? Все спят давно. Успокойся, — усмехнулся. — Кстати, Какаши, ты очень красив без этой маски, зачем ее надевать такому красавцу как ты? — ухмылка была слышна в его интонации. — Это чтобы такие, как ты, спрашивали об этом,— Мы уже приближались к дому Ируки. — Такие как я? — Да, такие же как ты, но ты более привлекателен, чем они все вместе взятые. Мы оказались у его дома. Я не хотел с ним прощаться, я хотел быть с ним всю ночь, всю жизнь. — Может на чай зайдешь? — вежливо спросил Ирука. — Я бы с радостью, но боюсь что не смогу сдержать себя и накинусь на тебя, так что может в другой раз? — Копирующий улыбнулся. — Ну как знаешь, всего хорошего, Какаши-кун! — улыбнулся Ирука в ответ. — До завтра, я надеюсь? — Да Ирука-кун, до завтра! — я смотрел вслед уходящему Ируке. — Точно, чуть не забыл, Ирука-кун, мы встречаемся ведь? — Но ответа не прозвучало. Ну, хорошо, спрошу завтра. Я еще долго стоял на том месте, где мы распрощались с Ирукой. Может не стоило мне отказываться? Черт, какой я дурак! Какаши развернулся и своей развязной походкой пошел домой. Уже оказавшись дома, не раздеваясь прошел в комнату, где он спокойно упал на кровать лицом в подушку. Через некоторое мгновение он уснул. Комната Копии выглядела совсем обычно, совсем простая кровать, стул и стол, обычная лампа. На столе располагались в рамочках фотографии, его любимые книги, в комнате располагался большой шкаф. И почему в деревне многие думают что быть джонином – это быть богатым, жить в роскошном доме?