дорожки огней

И пусть я упустил свой шанс Признаюсь, что я жду не дождусь того Чтобы он окончательно исчез. Нет, я думаю об этом каждый божий день Так что уходи, когда больше не сможешь гореть душой Джерард встал, когда прозвенел будильник и, конечно же, снова не выспался, потому что шлялся где-то до шести утра, а что делал снова не помнил, но у него почему-то болели ноги. — Доброе утро, Джер, — сказал Майки, открыв дверь в комнату старшего брата, — я пришел тебя разбудить, но ты видимо сам проснулся. Я тебя прощаю. Джерард приподнялся на локте и посмотрел на младшего, который отчего-то улыбался, он всегда улыбался, Майки приходил к нему каждое утро и всегда говорил одно и тоже, он уже научился отвечать на вопросы Джерарда не зная самого вопроса. Старший брат всегда был виноват во всем, поэтому всегда извинялся перед всей семьей на утро за свое поведение, и первым всегда был Майки, потому что Джерард в первую очередь был виноват перед ним. — Спасибо, Майки, — поблагодарил его старший брат и выжал из себя улыбку, тут же отпустив взгляд. Когда-нибудь брату надоест прощать Джерарда. Когда-то этот день точно настанет. Через пять минут Джерард все-таки встал с кровати и начал собираться в школу. Он зашел в ванную и принялся умываться, избегая взглядов человека в зеркале, который был весь в синяках и ссадинах, но ему потом все равно пришлось уделить ему время, чтобы замазать мазью некоторые места, которые действительно были в худшем состоянии, например, как разорванная рана, которая тянулась вдоль скулы, наверное, ее стоило бы зашить в больнице, но Джерард позволил бы это делать только после своей смерти или под жестким наркозом, потому что не переносит вида иголки, он даже карандаши пытается точить не так остро. Джерард намазал еще рану в уголке губ, все остальное были маленькие синяки, которые в скором времени сами пройдут. Уэй еще раз повернул голову, чтобы убедиться, что намазал всю рану и заметил интересную вещь в виде маленького синяка под ухом сбоку шеи, ему пришлось приподнять подбородок, чтобы хорошенько рассмотреть. Парень был уверен, что это не был синяк. Это был самый настоящий засос. — Что же с тобой вчера произошло? — спросил Джерард у парня в зеркале. Уэй коснулся засоса, и воспоминания слабым потоком ударили сзади. Джерард вспомнил огни, много огней и звезды, еще улыбку, которая приближалась к нему. На этом все. Джерард вздохнул и причесал волосы. Все равно воспоминания вернутся к нему, по частям, но вернутся, а потом, на выходных, он снова заставит забыть их и поставить на их место новые. Так и продолжается этот круговорот, от понедельника до понедельника, уже больше полугода точно. Уэй вышел из ванной и направился к своему шкафу, снова проворчав на счет того, что у него уже закончились чистые футболки, которых, между прочем, было огромное количество на второй полке, но на этой полке Джерард держал вещи, запачканные кровью, он их стирал всегда отдельно и когда родителей нет дома, иначе мать была бы еще больше травмирована, если бы замечала одежду, испачканную кровью ее бестолкового сына, что натолкнет ее на еще большее беспокойство, а, казалось бы, куда еще больше. Парень все-таки надел последнюю черную футболку, а вещи, которые по-видимому он вчера не удосужился снять перед сном, кинул во вторую полку, мало того, что на кофте были видны капли крови, так она еще была вся в земле и пахла алкоголем, который навел его на еще одни воспоминания. "— Черт, кажется, я пролил на себя бухло." Джерард потер нос, пытаясь избавиться от ощущения прикосновения одежды к нему, и оглядел штаны, которые тоже пришлось снять, потому что они были в земле, зато, на них не было крови. Уэй достал черные джинсы, которых, слава Богу, у него было достаточно много, с третьей полки и натянул на себя. Черные носки, черные кеды, черная ветровка, которая была ему большая на размера два, и Джерард готов. Ваш вечный подданный, во всем черном, всегда находящийся в трауре — Джерард Уэй. Он подхватил рюкзак, грязные джинсы и вышел из комнаты, идя на кухню и по дороге зайдя в ванную и кинув джинсы в корзину с вещами для стирки. — Доброе утро, милый, — поздоровалась с ним его мать, спеша выпивая свой кофе. Джерард улыбнулся ей и, кинув рюкзак на стул, принялся быстро готовить себе хлопья, смотря, что время уже поджимает, и каждый раз при возможности кидая на маму провинившееся взгляды. Он оперся на стойку и принялся быстро жевать свой завтрак. Его родители не знают, что Джерард употребляет наркотики, они только знают, что их сын любит вступать в драки и гулять по ночам, о наркотиках знает только Майки, и он постоянно прикрывает брата, когда Джерард приходит ночью домой в никаком состоянии, сейчас Уэй уже пытается возвращаться домой, когда в голову снова придет хоть какая-то ясность ума (ну, конечно же, без ясности ума он даже дорогу с трудом найдет), бывало такое, что он приходил домой под самое утро, из-за чего частенько приходилось пропускать занятия. Донна допила свой кофе и прошла к раковине, рядом с которой стоял Уэй, отчего он отчетливо увидел мешки под глазами своей матери, конечно он понимал отчего они — она еще не прекратила ждать Джерарда по ночам. — Мам, прости меня. Она печально улыбнулась, намывая свою чашку. — Я все жду, когда ты перестанешь извиняться. — Я все жду, когда ты перестанешь засиживаться по ночам. Она посмотрела на сына, медленно переводя взгляд на рану, потом взяла пустую чашку из его рук и поставила в раковину под теплую струю воды. — Я прощаю тебя. Джерард провел рукой по ее плечу и улыбнулся, когда она вновь посмотрела на него, потом пошел к выходу, прихватив свой рюкзак и крича Майки, что через две минуты уезжает без него, но он зря кричал, потому что Майки уже сидел в его машине, лазая в телефоне от скуки. — Я думал, что уже никогда не дождусь тебя, — сказал он, когда Джерард сел в машину. Уэй кинул свой рюкзак на заднее сиденье и завел мотор, посмотрев на себя в зеркало заднего вида. — У тебя засос? — спросил Майки через некоторое время. — Где ты вчера шлялся? — Я-я не помню, — ответил Джерард, пытаясь одной рукой прикрыть засос воротником куртки, но все было тщетно, в конце концов он перестал. — Во сколько я вчера пришел? Не видел со мной никого? — Я спал, — ответил Майки, отвернувшись к окну. Джерард знал, что брат хотел продолжить что-то на счет того, что он человек и ему требуется сон, потому что ему надоело выслеживать всю ночь Джерарда, чтобы тот ненароком не наткнулся на родителей, но Майки не хотел ссориться, он слишком добрый. — Черт, прости, — вздохнул старший брат. — Прости, прости, прости... Ты все время извиняешься. — Я не могу по-другому. Оба уже были на взводе, но сдерживались, хоть Майки очень хотел высказать все, что думал на счет этой ситуации. — Можешь. Если бы ты кончал со всем этим дерьмом, то было бы незачем извиняться. Нога младшего уже бешено отбивала какой-то ритм, говоря о том, что ее хозяин сильно нервничает, а голос уже дрожал и в любую секунду мог сорваться. — Я пытаюсь. Джерард сжал руль до беления костяшек, сворачивая на прямую дорогу к средней школе. — Да, таблетки, которые ты покупаешь каждый день именно об этом говорят, — Майки раскинул руками и саркастически посмотрел на брата, — и раны с синяками по всему телу, конечно же. — Блять, Майки, я пытаюсь! — не выдержал Джерард, взглянув на брата боковым зрением, младший сначала посмотрел на брата, потом отвернулся обратно к окну, ставив на этом точку в разговоре, а старший вздохнул, поняв, что переборщил. Джерард завернул на территорию школы и припарковался. — Майки, я... — Прощаю, — с издевкой сказал он и вышел из машины. Старший бросил голову на руль и тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться, но все-таки не выдержал и ударил ладонью по рулю. — Черт! Джерард зашел в старшую школу в самом лучшем на свете настроении, которое так подходило для того, чтобы получать новые знания, что он бы попросил Майки почаще устраивать такие ссоры. Уэй подошел к своему шкафчику и вытащил все учебники, которые ему пригодятся, обратив внимание на зеркало, прикрепленное специально для того, чтобы оценивать ушибы, которые он получил в результате драки, и в глаза снова попался этот чертов засос, который даже воротником от кофты было бы сложно прикрыть, ведь он находился практически у основания подбородка. Можно было бы прикрыть его пластырем, но те уже давно закончились, поэтому Джерард наплевал на него, все равно всем будет плевать, а если кто и заметит, то подумает, что синяк, да кому Уэй вообще сдался? Засосы уже стали неотъемлемой частью каждого подростка. — У тебя засос? От неожиданности Джерард чуть об дверцу не ударился, потом и вовсе ее захлопнул, глубоко вдохнув, чтобы ушел страх от неожиданного писклявого голоса Рэя Торо. — Это синяк, — сказал Уэй, раскладывая учебники в свой рюкзак. — Не похоже. Кто бы стал бить в такое место? Или ты снова не помнишь, где гулял всю ночь? Джерард поджал губы, откинув голову на свой шкафчик. — Я вспомню. Он переглянулся взглядом с пушистым Рэем и сразу перевел его за спину Торо, где шла компания ребят, что-то бурно обсуждая и смеясь. Радар Джерарда настроился, и он быстро нашел из этой толпы тех людей, с которыми позавчера подрался за школой, те конечно же тоже удостоили его своим пристальным взглядом, а потом компания начала перешептываться, и в итоге все остановились, посмотрев на Уэя. — Че пялишься? — сказал один, который был там почти главным, скорее вторым заместителем главного; он был здоровым, но Уэй отчетливо помнит, как набил ему когда-то морду, отчего его лицо казалось еще здоровее в размерах, конечно же, тогда и Джерарду здорово досталось. — Прошлого раза не хватило? — Как и вам, — заметил Уэй. — Когда-нибудь ты нарвешься до такой степени, что сдохнешь, подонок, — сказал тот, с которым Джерард недавно и дрался. — Нарвешься ты, когда решишь мне отсосать. Рэй рядом издал тихий смешок. — Кто кому сосать будет? И заткни своего одуванчика, иначе он тоже получит. — Что получит? Твой рот? Прости, что расстраиваю, но тут никто не хочет твой рот, даже твои сраные дружки. Тот парень поджал губы и уже хотел выйти из толпы, но тот здоровый его остановил и начал что-то шептать на ухо, отчего тот все-таки перестал рыпаться к Джерарду. — Послушай здорового и не лезь ко мне, может быть, тогда я не буду трогать тебя. — По кривой дорожке ходишь, — вставил еще один. — Потому что вы просто прямо свои спины не держите. — Что здесь происходит? — спросил неожиданно появившийся последний член этой "страшной" банды и, видимо, их главарь. Все посмотрели на него, кроме Джерарда, который сверлил взглядом того парня, который еще чуть-чуть и точно вырвется из лап здорового. — Пытаюсь мягко намекнуть им, что даже в их снах у меня на них не встанет, — объяснил Джерард. — Потому что у тебя встает только на собак, — все еще нарывался тот. Уэй показал ему средний палец и только потом посмотрел на главного, который тяжело вздохнул и провел ладонью по лицу. — Как дети, — сказал он. — У меня даже голова заболела. — Бедный, может, тебе таблеточку дать? — с вымышленным сожалением спросил Джерард. Они встретились взглядом, и у Джерарда даже в сердце что-то кольнуло, но тот попытался этого не показывать, хотя в глазах заиграла паника, а воздух начал стремительно выходить из легких. — Думаю, она тебе нужнее, — сказал тот парень и ушел, а за ним и толпа, по очереди бросая взгляды на Джерарда. Когда компания окончательно исчезла, Джерард повернулся и прижался лбом к холодному шкафчику, отчего-то начав кашлять. — Джерард? Что с тобой? — спросил Рэй. Глаза панически начали бегать по полу, а воздуха было катастрофически мало. — Я-я не знаю. Сердце стучало, будто Джерард выпил десять чашек кофе, а потом пробежал десять километров и запил все энергетиком, при таком состоянии он наверное бы умер, в общем-то, как и сейчас. Огни, звезды, алкоголь, таблетки, прикосновение, ночь, поцелуй, музыка. Джерард получал какие-то слова, но не мог составить точную картину произошедшего, у него были только эти слова, и он не мог даже придумать какую-то историю. В голове крутилось только: огонь потух, звезды угасли. И ведь ему никто не объяснит, что это значит. — Заканчивал бы ты с наркотиками. Но ему хватило сил на усмешку. Джерард весь день кидал взгляды на того парня, которого, как он вспомнил, зовут Фрэнк. Знаете, вы можете знать имена каких-то людей, даже не знав самих людей, вы просто знаете их имена. Было сложно не запомнить имя Фрэнка, нет, конечно сложно запомнить полное, но сейчас имеется в виду именно само имя, потому что он из тех людей, которые пользуются большой популярностью, которых лелеет вся школа, из-за того, что они родились богатенькими. Джерард рассматривал его в качестве цели все время, как человека, с которым можно подраться, но тот, несмотря на то, что руководит бандой людей, которые все время обижают неудачников, ни с кем не дерется, а если и дерется, то выходит без единого синячка, потому что его банда всегда готова подставить свои здоровые спины. Знаете, Фрэнк в их стайке выступает в роли говорителя, который все время разговаривает, а потом приказывает остальным бить беднягу или оставить в покое. По типу: "Отдай свою домашку или я набью тебе морду, гребанный неудачник. Значит, не хочешь, да? Окей, парни, окуните-ка этого засранца в унитаз, чтобы понял, как разговаривать с такими людьми, как я". Фрэнк выходит чистеньким из любого сражения, хотя эти сражения больше проходят с щуплыми очкариками, которые и ударить в ответ-то не могут, поэтому они больше связываются с такими. Ситуация с Джерардом совсем же другая. Он нарывается на всех, кто готов драться. Раньше он был неудачником, да к тому же и толстым (оттуда у него и ветровки большого размера), да, банда Фрэнка тогда его тоже любила побеспокоить, но тогда Фрэнка вроде не было в их рядах, тогда у них был другой, который сейчас сидит в исправительной колонии. Джерард однозначно сказал бы, что Фрэнк мягче, чем тот, Айеро может сдерживать и контролировать своих огрызков, когда как тот парень, не моргнув, мог сломать руку. Ну, частично, Уэй был немного благодарен ему за то, что сейчас он пытается не оставаться тем "толстым лузером" и давать сдачу первым и иногда защищать тех ребят, которые действительно нуждаются в помощи. Например, Джерард однажды спас Рэя Торо от стрижки волос и еще раз от встречи лицом с унитазом, поэтому Рэй каждодневно перемолвливается фразами с Джерардом, еще они сидят вместе на биологии. У Уэя своя репутация в этой школе, но не сказать, что он популярный, скорее такой же отброс, хотя, если так можно сказать, то он популярный среди отбросов, но так нельзя сказать. В общем, Джерард с Фрэнком очень часто переглядывались, но эти взгляды обычно начинал Джерард, а Фрэнк только вопросительно поднимал брови или закатывал глаза, отводя взгляд. Он не выдержал в конце дня на перемене, когда оставался один урок. — Хватит смотреть! — крикнул он. — Просто смотрю и оцениваю, куда буду бить при нашей следующей стычке, — в ответ сказал Джерард. — Иди нахрен, пожалуйста, — саркастически улыбнулся Айеро, отчего в сердце Джерарда снова что-то неприятно кольнуло. Уэй поднял средний палец, и Фрэнк резко нахмурился, о чем-то задумавшись, потом покачал головой и продолжил разговаривать со своей бандой, дальше полностью игнорируя взгляды Джерарда, пока тот пытался понять, где видел Айеро; было понятно, что вчера, но что именно они делали; может, они дрались или случайно встретились по дороге; может, в ночном клубе, иначе как еще объяснить этот засос; может быть вообще такое, что именно Фрэнк его и поставил, это надо будет разузнать от него, хотя если между ними что-то и было, то Айеро наверное по-другому вел себя с Джерардом, хотя бы более знакомо. Все. Джерарду надоело питать себя загадками, надо будет как-нибудь подловить Фрэнка после школы и желательно без его банды, но, пока Джерард ходил и разрабатывал план, Фрэнк сам начал действовать. Когда прозвенел звонок, все разошлись по кабинетам, включая и Джерарда, который уже почти зашел в кабинет, выстояв в очереди других учеников, у которых тоже урок в этом кабинете, но он даже в класс зайти не успел, как его оттащили за рукав ветровки и куда-то потащили, он чуть не полетел назад от скорости движений этого человека. Конечно, это был Фрэнк, он настойчиво вел куда-то Джерарда, пока тот, спотыкаясь, пытался его догнать, а боль в ногах только усугубляла ситуацию. — Чел, ты мне сейчас куртку порвешь, — напряженно сказал Джерард, но Фрэнк его будто не слышал, а вел к какому-то месту, как позже оказалось, туалету. Айеро затолкнул Уэя в туалет и закрыл за ними дверь, потом медленным шагом подошел к Джерарду и сложил руки на груди, выжидающе посмотрев ему в глаза. звезды погасли Фрэнк почему-то кашлянул и отвел взгляд. огонь потух — Так, — Джерард вздохнул, — кажется, мне это не пригодится. Он снял рюкзак с плеч и кинул туда учебники по углубленной математике, которые все это время пытался удержать, Фрэнк же внимательно следил за каждым его движением. Когда Джерард закончил, он застегнул молнию и кинул рюкзак на пол около ног, потом снова посмотрел на Фрэнка, снова вздохнул, облокотился на стену сзади и положил руки в карманы куртки. — Почему ты украл меня с урока? — спросил Джерард, но на последнем слове с ним заговорил Фрэнк. — А почему ты за мной следишь? Уэй с легким прищуром посмотрел на Фрэнка. — Я думаю, ты бы вытерпел взгляды и не стал бы из-за этого тащить меня в туалет, — сказал Джерард, отчего Фрэнк сжал губы, и Уэй решил перейти к сути: — Что ты делал сегодня ночью? Айеро даже брови от неожиданности поднял. — Какая тебе в жопу разница? Джерард язвительно улыбнулся, отчего Фрэнк вздохнул, будто говоря: "Как дите малое". — Так что ты делал? Я тебя помню так же, как и ты меня. Возможно, мы как-то встретились. — Я бухал, — теперь и Фрэнк выдавил язвительную улыбку, — мы не могли видеться, потому что я бухал у себя дома. Джерард взглянул в глаза Фрэнку. — Что-то не то, — прошептал он, вглядываясь в черные зрачки. — Ты не можешь быть уверен, что не выходил из дома, ведь ты был пьяным и нихрена не соображал. — Окей, — Айеро вздохнул и поправил свою челку. — Почему ты тогда не помнишь? — Я был под наркотой, — с легкостью сказал Джерард, будто это было нормально, будто он конфеты ел. Фрэнк усмехнулся, и сердце Джерарда снова совершило скачок. Его уже бесило, что когда Айеро улыбается или просто говорит, Джерард получает инфаркт. — Ну, может, мы подрались, вот и все, — предположил Фрэнк. — Если бы. После этой ночи у меня осталась только одна пометка. Джерард закусил губу и усмехнулся, а потом уже не мог сдержать смех и даже наклонил голову, чтобы не смотреть на непонятную реакцию Фрэнка. — Почему ты смеешься? — не понимал он. — Какая пометка? Уэй посмотрел на него, все еще не стирая улыбку с лица, потом немного повернул голову в левую сторону и приподнял, не сводя взгляда с Фрэнка, который медленно перемещал глаза на шею Джерарда, а потом уже было открыл рот, но сразу закрыл и перевел непонятный взгляд обратно на глаза Джерарда. — Это... засос? — спросил он, чтобы точно убедиться, и Джерард прикусил губу, чтобы сдержать улыбку, но потом медленно кивнул и вернул голову в обратное положение. — Блять. Айеро запустил руки в волосы и начал ходить по туалету, все время повторяя, что этого не может быть. — Вполне может, — сказал Джерард, успокоившись от приступа смеха. — Моя одежда пахла алкоголем и была вся в земле после этой ночи. Фрэнк остановился и посмотрел на Уэя. — А я думаю, откуда земля. — Джерард снова засмеялся, согнувшись пополам. — Это вообще не смешно. — Просто... — Джерард глубоко вздохнул и вернулся в обратное положение, держась за живот, который уже начинал болеть, — я не могу представить, что провел ночь с таким уебком, как ты. — Взаимно, — саркастически улыбнулся Айеро. — Но я не думаю, что мы переспали. — А кто говорил про "переспали"? — Хорошо, но в этом все равно надо убедиться. — У Джерарда округлились глаза. — У тебя зад болит? Уэй даже рот открыл от такой наглости. Почему это он сразу снизу? — У меня болят только ноги, видимо, я много прошел, или же я тебя- — Ох, заткнись, у меня тоже ничего не болит, — перебил Фрэнк Джерарда, отчего тот снова натянул улыбку. — Но это можно сделать и нежно. — А передо мной стоит мастер по таким делам, — раскинул руками Фрэнк. — Ты был под наркотой, а я был пьян в хлам, там никого бы не заботила твоя сраная нежность. Как бы трудно не было это признавать, но Фрэнк, скорее всего, был прав. — Ну, значит, возможно, ты просто поставил мне засос, — сказал Джерард. — Может, мы просто поцеловались. У тебя никаких таких "меток" нет? Айеро поднял голову на Джерарда, потом подбежал к зеркалу и начал двигать воротник своей кофты, внимательно осматривая шею и ключицы. Он облегченно вздохнул, когда ничего не обнаружил, и снова о чем-то задумался. — Даже если мы с тобой и "нежно" трахались, то мы не могли сделать это где-нибудь в кустах или на земле, верно? Мы могли пойти к тебе или ко мне. — Ко мне точно нет, нас бы кто-то точно заметил, семья любит караулить меня по ночам. Фрэнк вздохнул и вытащил связку ключей из кармана. — Поехали, — сказал он и вышел из туалета. Джерард закатил глаза и подхватил свой рюкзак, потом пошел за Фрэнком. — Куда? — Ко мне. У меня по всему дому камеры наблюдения, если у нас что-то и было, что вряд ли, то у меня дома.