Ненужная ноша.

      Тесс нервно смотрит на свой гардероб и думает, как бы одеться, чтобы уже с самой первой секунды Джин был нервный, злой и взвинченный, глубокое декольте подошло бы больше всего, но дразнить своим телом не хочется, поэтому она смотрит на часы, натягивает толстовку на голое тело, снизу прекрасно налезают драные джинсы, и бесформенный наряд для похода в ресторан готов.       Девушка хмыкает, думая, как будет прекрасно смотреться с наследником огромной компании в шикарном заведении без грамма косметики на лице, но ради приличия всё же расчёсывает волосы, оставляя их распущенными. В целом она понимает, что выглядит опрятно и неплохо, можно было бы даже и не стыдиться, но все знают, как Ким привередлив к нарядам, поэтому девушку пробивает чуть ли не на нервный смех, когда она выходит их дома, встречая жениха возле тёмного-синего Порше.       Девушка сначала морщится, потому что машина с комплекте с Джином выглядит вычурно и безвкусно, но радует лишь, что она и правда не надела платье, потому что внутрь проще залезать в кроссовках, нежели на каблуках. Парень оглядывает брезгливо наряд, заставляя Тесс почти прыгать от радости, потому что шалость удалась и пока парень нервно сжимает руль машины, она отворачивается, чтобы скрыть лёгкую улыбку, притворяясь, что разглядывает город. — Тебя родители не учили этикету? — цедит сквозь зубы парень. — Учили, — хлопает глазами девушка, делая вид, что не понимает, к чему клонит будущий супруг. — Тогда тебе, наверное, не доложили, что неподобающая одежда – тоже дурной тон, — в ответ девушка смеётся, потому что уже не может сдержаться, она терпела, улыбалась, но сейчас, смотря на Джина, который еле сдерживает себя, чтобы не повысить тон, девушка понимает, что этого как раз и добивалась. — И куда мы тогда едем? — В одно милое местечко, — парень ухмыляется и добавляет газ, чтобы успеть вовремя в тот район, потому что планы только что разрушились как карточный домик, но Ким понял, что при правильном раскладе, они могут более чем удачно обернуться, потому что нанял слежку за братом совсем недавно и теперь знает, куда можно направиться.       Джин понял, что хочет испортить гадёнышу жизнь так же, как и он брату, когда сбежал от статуса наследника компании, когда бесстыдно дрочил при Киме, открывая в нём гомосексуальные наклонности, а ещё потому что у него есть друзья и жизнь – всё, чего никогда не было у Джина.       Сейчас рядом с ним дурная невеста, которая, видимо, тоже не в восторге от свадьбы, но Ким хотя бы сдержанней, спокойней, он поворачивает в другую сторону от назначенного места и направляется в кафе, где брат проводит с друзьями большую часть времени, и как раз туда отправился перед тем, как старший ушёл из дома. Джин ухмыляется, ведь те верные друзья точно не знают, кто такой Мин Юнги, а Джин раскроет все карты, покажет истинное лицо этого мелкого и посмотрит, как они после всего сказанного будут относиться к Мину.       Джину уже плевать на девушку на соседнем сидении, он выходит из автомобиля, слышит, как захлопывается дверца пассажирского сидения и немного притормаживает, чтобы Тесс его нагнала. Он почти побежал, потому что увидел внутри брата, который не прячется как обычно за маской и кепкой, а улыбается, легонько бьёт соседа сбоку и активно кивает. Таким живым Джин его никогда не видел, рядом с ним Юнги ледышка, словно новое движение стоит денег, и так хочется парню на самом деле тоже иметь такой мир, где есть смех, беззаботность и радость. Где-то ведь есть семьи, где братья друг другу помогают, очень близки, а отец поддерживает во всём, но это точно не про семейство Ким, они похожи на инородное вещество, каждый человек в особняке старается быть как можно отчуждённее и холоднее, быстрее покидает холодные стены и никогда не признается, что за занавесом прекрасный отношений семья Ким – промёрзшее льдом озеро, особняк бы назвать именем последнего круга ада – Крит, потому что жить там как наказание, только вот Мин как-то научился выбираться.       Колокольчик впускает посетителей, кассиры активно кивают, когда парень подходит к ним и разглядывает меню, он не понимает, что из всего может быть вкуснее, но выбирает сладкое, чтобы как-то заесть горечь осознаний, а Тесс задумчиво смотрит на Джина, хмурится, хотя тот не замечает, она покупает кофе и не сводит глаз с жениха. Что-то в парне с самой поездки на машине появилось печальное, такое неуловимо грустное, обречённое, словно страдание преследует его всю жизнь, но Джин привык. Это заставляет её задуматься над тем, кто такой этот Ким Сокджин и что заставило его стать самым главным развратником высшего общества. Почему в его постели бывает множество девушек, но он выглядит до сих пор безумно одиноким?       В кафе все замирают, оглядываясь на интересную пару, а Джин и не думает обращать на них внимание, он просто занимает свободный столик и смотрит по сторонам, сканирует зал, пока не натыкается на компанию троих парней, они всё ещё шумят, что-то обсуждают, а Тесс следит за женихом, всеми его действиями, теперь решая собственную головоломку. Джин нервный, всё сканирует парней взглядом, а девушка замечает, как один из них смотрит в ответ, по-лисьи щурится и притихает, стараясь не обращать внимания на их столик. С ним рядом весь светится и гогочет темноволосый друг, а напротив большой и неуклюжий молодой человек. Эти трое милые, красивые безумно, эмоциональные и яркие, поэтому глаза девушка сама не может от них оторвать, хотя это уже переходит за грань приличия.       Тесс нервничает, понимает, что они уже полчаса в кафе и не проронили ни слова, хотя так с Джином даже лучше, поэтому девушка отходит в туалет, предупредив юношу, который лишь кивает с улыбкой и провожает взглядом, пока она не скроется за углом, где все уборные. Джин ждал этого момента, он понимает, что идти одному, чтобы испортить брату жизнь было бы глупо, а вдвоём некультурно, ведь придётся оставить девушку, пока Ким бы устраивал шоу за столиком брата, но всё решилось само собой, и теперь Ким направляется к Юнги, смотрит в глаза, видит в них почти слёзы, умоляющие не делать этого, он видит как Юнги с силой сжимает край стола и машет отрицательно головой, но Джин наметил цель на сегодня, он падает на диван со стороны Намджуна и ярко улыбается троим. — Я так давно мечтаю узнать, какие же друзья у моего брата, но он постоянно убегает от меня, — пожимает плечами Джин, ласково осматривая их реакцию, но удивления нет на лицах, только у Юнги полно боли, отчаяния и разочарования, он всем видом пишет на душе Сокджина «ненавижу», обводит красным, чтобы больнее было, а брат лишь ухмыляется, потому что нет у него души, давно её высосало высшее общество, так что не стыдно старшему брату быть подонком. Месть свершилась, только оказалась не такой сладкой, как ожидалась, Джин ощущает вкус проигрыша на языке и пока не может понять причину. — Мразь, — шипит Мин. — Так это ты тот ублюдок? — восклицает Хосок, выходит громко, со смесью радости и злобы. — Приятно познакомиться, я Хосок, — он протягивает тёплую руку, которую Джин тут же пожимает и думает, что будь улыбка парня менее яркой, он бы его не заметил. Не будь она обращена к Киму, он бы сейчас не смутился по непонятной причине. Джину тепло смотреть на Хосока, он не солнце, а гораздо ярче, он – олицетворение зрелости и уюта, от которых Киму хочется упасть в чьи-нибудь в объятия, которых он никогда не получал. Хосок похож на белый флаг, который в эту секунду у себя в голове поднял Сокджин. Сердце щемит, напоминая, что оно ещё есть у парня, когда в бок прилетает увесистый удар сидящего сбоку. — Прости, промазал, я Намджун, — протягивает руку молодой человек, которую опасливо пожимает Ким, потирая рёбра, — я по лицу хотел, на самом деле, и да, в отличие от Хоби, мне неприятно с тобой познакомиться, — рычит друг, сжимая расслабленную ладонь. Джин шипит, вырывает руку, смотрит обиженно, ведь физическую боль совсем не переносит. — Так ты тот самый загадочный младший брат наследника корпорации? — на удивление спокойно говорит Хосок, глядя на друга. — Да, — пожимает плечами Мин, его всё ещё трясёт от отчаяния и злости, он ожидал взрыва, воплей, но никак не такого холодного приёма. Его штормит, ощущение, словно хотел чихнуть и желание пропало, это выбивает из колеи, Юнги не знает, как дальше себя вести и что делать, но понимает одно – он собственными руками придушит брата, он сломает ему каждую косточку за то, что он в один момент просто взял и сломал то, что Юнги строил годами. — У меня даже твои фотки есть, — Хосок копошится в телефоне, показывая всем, в том числе и их гостю снимок, когда Мин летал с братом и отцом на принудительный отдых и замаскировался в чёрную кепку, кожанку и маску, в то время как Джин рядом сиял в своей невероятно уютной огромной толстовке и джинсах, облегающих стройные ноги. Тот день Мин помнит отчётливо, его старший брат впервые решил показаться для прессы не в строгом костюме, а о данном луке заголовки ещё неделю не кончали трындеть. Юнги морщится, а Намджун после глотка своего напитка задаёт странный вопрос. — А зачем ты сохранил эту фотку, я не пойму, — он тыкает длинным пальцем в экран, а Хоби поспешно выходит из всех программ, ставит гаджет на блокировку и убирает в карман, пряча взгляд. — Да просто, она повсюду была, случайно сохранил, — пожимает он плечами, а Мин, сидящий сбоку, видит бегающие глаза и ощущает в животе яркий, отчётливый страх от своей догадки, у него по рукам бегут ледяные мурашки, пробирает до самых костей, потому что чаще всего Мин в своих догадках не ошибается, всё складывается как дважды два, ложится на полочки и не даёт дышать Юнги. — И случайно помнишь, кто там изображён и случайно нашёл её очень быстро? — Намджун щурится. — С меня многие тогда брали пример, — вставляет своё слово Джин, который до этого молча наблюдал за картиной и старался игнорировать ноющее сердце, которое резко начало ощущать нужду в тепле и ласке, и всё это глядя на Хосока. А когда парень сконфузился, Киму стало плевать на причину, он захотел пожалеть, оградить от расспросов и перевести тему, потому что хочет перед уходом ещё раз увидеть улыбку, снова помечтать об объятиях. — Этот образ многие пытались примерить, — пожимает широкими плечами парень, сталкиваясь с благодарным взглядом Хоби, и почему-то хочется прыгать и хлопать в ладоши. Осознание, что сотворил доброе дело, расползается горячей патокой по телу, сладко оседает во рту, а комфорт достигает максимума.       Пусть у него болит бок от удара Намджуна, плевать, что брат сейчас его глазами заживо распилит, он почему-то не хочет уходить, за столом свой климат, парни лояльны ко всему, а Юнги действительно окружен друзьями, а не лицемерами. Джин хотел испортить ему жизнь, но оказалось, просто успокоился, осознал, что брат правда хороший человек, как и его друзья, поэтому он встаёт, снова пожимает всем руки и чувствует хватку Юнги за плечо и лёгкий шёпот «надо поговорить».       Они идут к туалетам, но стоит лишь завернуть за угол, Юнги не выдерживает прямо перед дверьми в уборную и прижимает старшего к стене. Мин ниже ростом, худенький, но сейчас злость его пробирает так сильно, что хватает сил придушить мерзкого Кима, увидеть тень страха на красивом лице и успеть прошептать: — Что ты задумал, мразь? — А что? — хрипит Ким, отдирая от себя руку Юнги. — Ты никогда не сможешь оградиться от семьи, так что принимай её такой, какая она есть, — шипит старший, немного нагибаясь, чтобы сказать это прямо в губы брату, смотреть в глаза и видеть бездонную ярость. Джин почти слышит, как скрипят зубы мелкого от злости, когда он сжимает с силой челюсть, смотрит злобно, но с его небольшими габаритами, выглядит очень мило, не хватает пара из ушей для полной картины. — Я тебя с самого детства ненавидел, а сейчас это лишь сильнее закрепилось в моей голове, тварь, — выплёвывает Мин, ударяя брата со всей силы, набирает всё, что есть в теле, и в точном ударе поражает красивое лицо, пару раз заезжает сверху, пока не слышит хрип. Юнги подпортил красивое лицо – этого Джин больше всего не любит, он ждёт сдачи, но брат смотрит куда-то за спину. — Парень, давай помогу, ты подержишь, а я буду ногами бить, — девушка кладёт руку на плечо Юнги, заглядывая в лицо, омрачённое ненавистью. Юнги вздрагивает, он разглядывает милую девушку в толстовке и драных джинсах и понимает, что очень сильно хочет такую же одежду. Она отвлекла его, вернула из раздумий, словно из другого измерения вытащила, и парень на самом деле благодарен, потому что не знает, когда бы остановился, и что это повлекло бы за собой. — Тесс, иди за столик, это мужской разговор, — Джин говорит надменно, гадко, что Юнги снова хочет ему въехать в лицо кулаком. Брат знаком с этой девушкой и опять, как и со всеми, обращается с ней так, словно та – мусор, никчёмная глупая кукла, и если все его пассии такими действительно являлись, то в Тесс Мин видит разум, милое лицо без грамма косметики и очарование, перекрывающее даже лучезарность Хосока. — Я была вежлива и официальна при нашей первой встрече, но скажу сразу, что разговаривать со мной как с ребёнком не стоит, — девушка говорит чётко, внятно, каждым словом пробивая стену Юнги, она стучится так сильно, что не открыть страшно. Юнги смотрит с неким удивлением, он видит эту девушку меньше пяти минут, но уже готов восхищаться каждым движением и словом, Тесс уверенная, а ещё до ужаса мягкая, меньше самого Мина и простая, без заморочек и заёбов. Юнги не до конца понимает, как определил это, потому что всё мелькает во взгляде, на поверхности, он доверяет своей интуиции, и сейчас она требует узнать больше про девушку. — Что же ты мне сделаешь, моя милая? Нажалуешься Чонгуку, чтобы он предпринял абсолютное ничего? — цедит Джин, заставляя брата морщиться, потому что тон старшего похож на имитацию стервы типичных женских сериалов, поэтому Тесс тоже жмурится, трёт виски, долго выдыхает через рот и только потом смотрит на Джина. Она зла до чёртиков, но ничего не может поделать с желчью будущего мужа, она стала марионеткой в руках избалованного богача и даже родители на его стороне. — Она тебе ничего не сделает, зато я долго не буду терпеть, — Юнги зол уже давно, это чувство не отпускает его до сих пор, он сжимает кулаки, оставляя красные полумесяцы-следы от ногтей и плотно сжимает губы, чувствуя, как челюсть уже устала быть в постоянном напряжении. — Как-то некрасиво сейчас говорить, я хотел за семейным ужином тебе сказать, Юнги, но это моя невеста, и я имею полное право… — Мешать её с грязью? — перебивает младший брат, он похож на хищника, который готов в любую секунду кинуться на жертву, и Джину это не нравится, напрягает до чёртиков, заставляет и дальше опираться о стену, ища в ней опоры. Глаза Юнги блестят очень недобро, по лицу ходят желваки, а костяшки в сжатых кулаках уже побледнели от напряжения. Джин чувствует, как лицо стягивает от ран прошлых ударов, чувствует пульсацию в губе и проводит по ней пальцем и после на нём видит кровь. Он догадывался, после этого лицо распухнет, а скоро приём, так что парень думает уже о других вещах, потому что слова брата ничего не значат, пока он на крючке. — Юнги, ты забыл, по какой причине ты всё ещё раз в неделю общаемся? — мягко напоминает Джин, слишком слащаво и вежливо для обычной фразы. — Я до сих пор имею полное право на кресло председателя, и не пожалей о своих словах, когда я выйду из тени, — Юнги плевать на стену, которую растил против семьи долгие годы, сегодняшний день стал последней каплей, он уже наглотался дерьма и готов выполнить то, что нужно было сделать с самого начала, ведь от этого не убежать. — Хочу вам сказать, что это не самое лучшее место для эпичных разговоров, — приподняв одну бровь и скрестив руки на груди, Хосок оглядывает компанию людей, который в недоумении уставились на него и пытается сдержать смех. У грязной стены, рядом с туалетами, стоит парень в костюме, Юнги и милая девушка, все хмурятся, говорят о высоких чинах, ощущая вонь санузла. Нет, всё же Хоби срывается на хохот, привлекая внимание. — Серьёзно, это только фоткать и в рамочку на стену вешать с надписью «Воссоединение братьев и таинственная незнакомка у сортиров».       Юнги шипит, уходя первым, он больше не может выносить общества брата, который получил прекрасную разумную невесту и говорит с ней как с последним дерьмом. Мин постоянно бесился из-за того, что Джин сделал с собой, не понимает, по какой причине мягкий улыбчивый брат превратился в сгнившего монстра, он не знает, когда всё началось, в какой момент семья развалилась и стала лишь подобием чего-то дружного. Юнги садится, выхватывая американо у Намджуна, и делает несколько смачных глотков, поглядывая в сторону сортира. Парень почему-то не хочет отрываться от чёртовой толстовки, от голых коленей, видных через джинсы, он видит нахмуренные брови Тесс и хочет её к себе. Странное чувство собственничества заполняет всё нутро, даже глупо отрицать, что эта девушка понравилась парню, за пару секунд он почти влюбился и теперь ничего не может с этим поделать. Намджун следит за взглядом Юнги, видит Тесс, которая расплачивается за себя и уходит, даже не проверив, почему Джин ещё не вышел с Хосоком, она вежливо кивает Юнги за столиком, проходя мимо, а тот лишь сглатывает слюну и обратно жадно припадает к напитку. — Очень умно, ты такой ребёнок сейчас, — смотрит Ким на опасливый взгляд Мина, надутые щеки от напитка и нахмуренные брови, — хоть бы номерок взял. — Не надо, — Юнги давится, машет руками и кашляет, — это невеста Джина, — он говорит это со злостью, понимает, что хочет её забрать у этого ублюдка пока не поздно, и дело даже не в симпатии, Мин просто не хочет, чтобы ей досталась такая ужасная партия, потому что это страдания на всю жизнь, по себе знает и это ещё он напрямую контактирует с братом лишь раз в неделю. — У меня в голове диссонанс от тебя, — Хосок не уходит, и это Джина удивляет, они наедине и Ким немного смущается, потому что они встретились только сегодня. — Почему? — Ким всеми силами не хочет выглядеть жалким, но голос предает, дрожит и ломается. — У тебя глаза добрые, — Хоби подходит, привстаёт на носочки и максимально приближается к лицу Джина, улыбается, разглядывает в деталях, не пропускает ничего и не находит изъянов. — Ты выглядишь как второстепенный герой дорамы, а такие всегда бывают добрыми, — Хосок говорит обычным голосом, но лёгкие хрипы его тембра сбивают с толку, а ещё Джин понимает, что его личное пространство нарушено настолько, что ощущает жар Чоновского тела. Он манящий, хочется притянуть ближе к своей груди за талию, а ещё попробовать губы, которые так близко, почти в миллиметре, нужно лишь наклонить голову. — Внешность обманчива, — пожимает плечами Джин. — Ты безобидный, я знаю, — парень не сворачивает со своего пути, Ким уже готов ему поверить, но Хоби отстраняется слишком резко, смотрит в сторону и поправляет нервно волосы. — Будь снисходительнее к Юнги, он заслуживает твоего доверия, — бросает Чон перед уходом.       Джин делает глубокий вдох, понимая, что всё это время не хватало кислорода, потому что Хосок такой многогранный, правильный, интересный, пробуждает много вопросов в голове и заставляет молчать, показывать эмоции. Джин завидует Юнги, потому что у него есть Хосок и Намджун, они любопытные, а ещё, кажется, у Кима будет ломка по уюту, или по Хоби, парень пока что не решил.       Он просто хочет объятий, уткнуться в плечо и дышать этим человеком, получая лёгкие поглаживания по спине. Он представляет это так отчётливо и почему-то воображение пахнет Хосоком, который шепчет: «Ты безобидный, я знаю». В груди щемит и рыдать хочется, но Джин никогда не срывался и давно пообещал себе не плакать, потому что выше этого, так что он просто разворачивается, чтобы гордой походкой покинуть кафе. Юнги вступил в игру, теперь наследников двое, и самое интересное ещё впереди. На это нужно много сил.       Юнги смотрит сначала очень долго на загадочную улыбку вернувшегося Хосока, потом на задумчивого Намджуна и не выдерживает, его разрывает на части, паранойя накрывает с головой, где миллиард вопросов, но все молчат. — И вы не кинете меня? Или всё же перетрёте это, когда меня не будет, а потом скажете, что я редкостный мудак? Так скажите сразу, проще ведь будет, так и скажите, что вам не нужен друг, который всё время вам лгал! — Юнги ощущает лёгкую истерику, он ожидал взрыв, множество вопросов, а не понимающую тишину. — Насколько я помню, ты нам ни разу не соврал, — Намджун поднимает брови, вкладывая в спокойный тон своё безмерное убеждение. — Редкостный мудак – это твой брат, а ты лишь вырос в моих глазах. Отказаться от семьи не каждый может, зарабатывать на жизнь самому со школьных лет, когда перед носом лежат счета, полные денег... я бы не смог, так что у меня нет слов, Юнги, ты и правда крут, — Нам поднимает два больших пальца вверх, а Хоби активно кивает головой. — Ты бы хоть раз нормально с братом поговорил, вы похожи на семейную пару, которой нужно просто сесть и спокойно всё обсудить, — Хоби продолжает улыбаться, поглядывать в окно и вздыхать. — Парни, вы точно люди? Почему вы такие добрые ко мне? — Юнги готов смеяться и плакать от счастья, потому что в голове у него сегодня произошёл атомный взрыв, он уничтожил всё на своем пути, а на деле полный штиль и понимание, правда парня всё ещё потряхивает от внутренних переворотов. — Это называется простым словом «друзья», ебантяй, — ерошит волосы на голове друга Хосок, пользуясь моментом, пока Мин весь потерянный и задумчивый. — Так, я слышал, ты хочешь выйти из тени и показаться миру, а как же музыка? — Это не помешает учёбе, наоборот, получив доступ к счетам, я перестану быть зависим от Джина и продолжу обучение наравне с подработкой в компании, — теперь Юнги понимает, что может дышать полной грудью, до этого он ограничивал рассказы, а теперь может вывалить всё, разглядывать свою проблему не в одиночку и разделить все мысли, что постоянно грызут его ночами. Он хочет смеяться, плакать, обнимать и целовать Хосока с Намджуном, они замечательные, лучшие на свете, они личные лекари Мин Юнги и теперь основные помощники в трудном деле. Сегодня, как ни странно, Джин превратил обычный день, в самый счастливый для Юнги.