Преступление и наказание в Старшей Школе Дьяволов

- Да, да. Горячая? Все замечательно, скоро спущусь! - договорил по мобильному телефону мужчина европеоидной внешности с длинными волосами, собранными в простой хвост. - тум турурум туц дум.       Насвистывая веселый мотив он направился к центру погруженной во мрак квартиры-студии в престижном районе Нагоя. Высокая, поджарая фигура, волевое лицо, дорогой костюм. Все просто кричало о достатке, и если бы не три нюанса, незнакомца можно было бы считать воплощением многих девичьих мечт о богатом муже.       Первым нюансом были глаза. Казалось они залиты тяжелым золотом и испускали едва заметное сияние. Не было видно ни радужки, ни зрачка.        Вторым нюансом были покрывающие руки металлические перчатки с когтями. Усиленные пластинами, казалось что они прикреплены заклепками прямо к плоти мужчины.        Третьим нюансом было то, что мужчина играл в хексеншпиль. Нет конечно ничего предосудительного в том что взрослый половозрелый мужчина играет в игру для маленьких девочек нет. А вот то чем он играл вызывало даже не вопросы, а отвращение и ужас. Ловкими движениями кончиков когтей мужчина почти сплел пентаграмму из сосудов, причем так что сердце к которому эти сосуды шли оказывалось прямо в центре.       Аккуратно переступая через валяющуюся по разгромленной комнате мебель, мужчина аккуратно вытер ноги о чистый кусок залитого кровью безумно дорогого белого персидского ковра. К моменту когда он подошел к центру комнаты, чуткая конструкция в его руках уже была готова. Он улыбнулся своему успеху и он посмотрел на расположенную на полу пентаграмму значительно большего. Несчастные, образовывавшие вершины фигуры, были прибиты к стенам стальными штырями, а из распоротых животов тянулись влажно поблескивающие внутренности. Связанные между собой они и образовывали фигуру, в центре которой на полу лежала, тихо скулящая от ужаса, абсолютно седая, но тем не менее очень красивая девушка. - Ну, ну полно тебе, милочка, - мужчина аккуратно подвинул девушку и положил рядом с ней свое отвратительное творение, - я понимаю, что тебе страшно. Это естественно. Но ужас скоро прекратится. Я тебе обещаю, что незавидной судьбы твоей подруги ты не повторишь.       Упомянутая подруга валялась у стены с разорванной грудной клеткой. Было понятно кто выступил недобровольцем в предоставлении материала для хексеншпиля. На красивом лице застыла гримаса боли, а четыре вороных крыла выраставших из спины очень гармонировали с цветом естественным цветом волос убитой.        Удостоверившись что малая пентаграмма находится ровно на своем месте, мужчина взял причудливо выглядящую лампу и зажег на ее вершине пламя неестественно зеленого цвета. Затем неизвестный достал из кармана небольшой кусочек бумаги и аккуратно положил его так, что уголок едва касался пламени. Затем он взял свернувшуюся калачиком девушку одной рукой за шею и легким движением поставил ее на колени перед лампой. Нежно погладив тихо воющую жертву окровавленной перчаткой по волосам он продолжил свой монолог: - Вот и все, моя дорогая. Сейчас тебе перестанет быть страшно и ты успокоишься. Через пару секунд к тебе в гости придет одна особа, которая к сожалению не желает с тобой познакомиться. А затем придет твой возлюбленный Кокуси Биле. К несчастью он широко известен в узких кругах и ваша страсть и привела к такому печальному финалу.       Тем временем уголок бумаги загорелся, и огонь весело начал поедать угощение стремясь к нарисованной в центре пентаграмме. - Время, моя милая. Твоя жизнь служила любви, твоя смерть послужит Раздору. Поэтично не правда ли? - неизвестный свободной рукой достал короткий широкий клинок и двумя резкими движениями прорубил в торсе жертвы две сходящиеся к ключичной впадине раны. Затем он распался на черный дым, который через мгновение рассеялся. Через мгновение в центре комнаты появились сверкающие розовым и золотом, сходящиеся магические круги. Когда все круги сошлись в один и центра конструкции ударили фонтаны звездочек и лучей радуги, заиграла задорная мелодия. А затем из воздуха в лучах кавая появилась невысокая, но самая настоящая девочка-волшебница. Призывно извернувшись, и не забыв продемонстрировать находящиеся под короткой юбочкой пломбирно-белые трусики, девушка закружилась взмахнув посохом: - Узрите всем известную и неповторимую Девочку-Волшебницу☆Левиа-тян!!111       К сожалению новоприбывшая не обратила внимания на окружающую ее обстановку и ударила навершием посоха умиравшую рядом с ней на коленях девушку. От удара голова скатилась с плеч прямо под ноги волшебнице, более несдерживаемый ничем фонтан крови выплеснулся прямо на гостью. Девочка-Волшебница пронзительно заверещала, но тут же захлебнулась кровью и закашлялась: "тьфу, кха!" А потом до нее дошло что она теперь вся, полностью с головы до ног залита человеческой кровью! Левиа-тян бросилась проверять самое главное в образе Девочки-Волшебницы - белоснежные трусики!       Увы и ах, они оказались безнадежно испорчены. Закричав от злости, Девочка-Волшебница со всей силы пнула отрубленную голову несчастной, запулив ту как футбольный мяч: - Тупая сучка! Что ты натворила! Мои трусики!!! Все испорчено!! На последней фразе двери в студию оказались выбиты одним мощным ударом и в проеме показалась мужская фигура. Очень встревоженная и злая мужская фигура, сверкающая красными глазами. Длинные черные волосы до пояса, утонченные черы лица, аристократичные изящные пальцы. Мужчина был бы фантастически красив, если бы не появившееся на его лице выражение безграничного ужаса. Трясущимися руками он подобрал с пола отрубленную голову, и неверяще уставился в закатившиеся глаза: - М-м-мако...       Его любовь, его половинка, реинкарнация той, ради кого он Пал. Лучшее что было в его долгой, наполненной кровью, жестокостью и страданием жизни. Неверяще он провел ладонью по таким родным, еще вчера бывшим черными как ночь волосам. Взор его помутнел немного и мужчина понял что это слезы, кровавые слезы потекли из его глаз. Оторвавшись от душеразрывающего предмета в его руках мужчина посмотрел на застывшую в центре комнаты в нелепой позе покрытую кровью с головы до ног Девочку-Волшебницу. - Оу-оу, - только и сказала та, немедленно провалившись в магический круг.       Взревев от ненависти мужчина бросился в безуспешной попытке достать ту, кто отобрал у него смысл жизни. Он не замечал трупов своих верных соратников, образующих нечестивый символ. Не заметил он и магическую мину на своем пути. Несильный взрыв отбросил мужчину к стене. Он лишь оскалился обнажив нечеловечески длинные клыки. Обведя комнату мутным от ненависти и крови взглядом мужчина подошел к все еще коленопреклоненному трупу своей возлюбленной. Обняв ее он горько заплакал, не стесняясь своих подчиненных заходящих в студию следом.       Те как опытные бойцы заняли бесполезное сейчас оборонительное построение, а затем поняв свой промах рассредоточились по комнате. Вид плачущего босса, выживал в их сгоревших душах не однозначные эмоции. Вид умерших мучительной смертью товарищей, вызывал более привычные ненависть и ярость. - Хэй, ребята, - в студию буквально влетел несущий несколько больших коробок с пиццей парень, - сорян что опоздал! Там, это, нам доставили три супер большие пиццы "Горячий привет Аццкого Сотоны" , налетай! Один из товарищей попытался остановить новоприбывшего, яростно замахав руками и показывая жестами что не время. Но было поздно. Огромная черная фигура сбила бедолагу с ног, и оседлав, начала голыми руками вырывать куски плоти из верещащего тела. Пять пар черных крыльев распрямились в разные стороны. - Пицца! Горячий Привет!!! От Сатаны!!! НЕНАВИЖУ!!! ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ТВАРЬ!!!!