Преступление и наказание в Старшей Школе Дьяволов

Рим, Италия. 1981 год.       Многотысячная толпа замерла в ожидании на площади святого Петра. Ранее утро, солнце неспешно поднималось над горизонтам, даруя в купе с легким бризом приятную погоду всем собравшимся. Пройдет несколько часов и тогда средиземноморское пекло вступит в свои права, но людей перед собором это не волновало. Сегодня был день общей аудиенции, и истинно верующие были готовы терпеть гораздо большие испытания, дабы увидеть наместника Христа во плоти.       Но находящимся в лучшем номере одного из лучших отелей Италее не было до этого никакого дела. Две знойных красотки стояли на ажурном балконе и смотрели на людское море. Выражение глубочайшего отвращения застыло на их лицах, уродуя прекрасные лики. - Посмотри на это сборище червей. Толпа глупцов слушающих сладкие речи обманщиков. Ничтожества не способные самостоятельно отвечать за свою судьбу. Стадо овец радостно блеющее при виде своего хозяина. Да эти даже не скрываются и прямо называют главного лжеца - пастырем человечества. Я так и не могу понять, почему, почему Он требовал нашей любви к этому скоту. - Не ты одна, Равиэль. Все мы. Эти глупцы на небесах даже не догадываются о том, что творится с их подопечными. Эх, как славно было раньше, помнишь Монсегюр? Эти крики Добрых Мужчин и Добрых Женщин? Выражение беспомощности в их глазах? Жаль Владыка Азазель запретил нам вновь вмешиваться. - Эй, вы там не наговорились? Хватит смотреть на зоопарк, ко мне, быстро.       Женщины синхронно вздохнули и соблазнительно покачивая бедрами направились в комнату к говорившему. Не простым ангелам игнорировать слова и желания бывшего Власти. Ближайшие пару часов будут наполнены болью и сладострастием. Оставшиеся двое мужчин не обращали внимания, и полностью были поглощены игрой в покер. Человеческая придумка быстро завоевала бешенную популярность среди Падших. Внезапно в дверь постучали: - Buongiorno, servizio in camera !       Один из игроков с неохотой стал и подошел к двери. За ней оказался один из служащих отеля, высокий официант с собранными в конских хвост волосами застыл в почтительном полупоклоне. На одну руку было накинуто безупречно белое полотенце, а в другой был круглый поднос с небольшим ведерком наполненным льдом, бутылки шампанского и блюдо полное различных закусок. - Что вам нужно? - Здравствуйте, синьор. Позвольте передать вам презент от нашего метрдотеля Серджио Оциоле, а так же его наилучшие пожелания и восхищение прекрасным синьорам. - Да, да, давай сюда и проваливай. Нас не беспокоить! - Конечно, синьор! Бон аппетит. - Исчезни, червь.       Подхватив поднос, падший захлопнул дверь перед носом человечишки. Подхватив свободной рукой устрицу с блюда он ловко опрокинул содержимое раковины в себя. А в следующее мгновение тончайшая, тоньше человеческого волоса спица бесшумно пробила дверь, горло и спинной мозг ангела. Почти абсолютно прозрачное она казалось была сделана из стекла, но вот еще мгновение и она с высокой скоростью начала уменьшаться в размерах, всасываясь в тело жертвы. Если бы рядом оказался внимательный наблюдатель, то он бы увидел, что спица состоит из мельчайших прозрачных червеобразных существ, которые продолжали свой путь даже под кожей жертвы.       Замерший мужчина не мог пошевелить ни одним мускулом в течении еще одного мгновение, а затем тело зажило своей жизнью. Оно развернулось и уверенно подошло к товарищу. "Помоги!" - хотел крикнуть он, но тело произнесло совсем другое - "отличные устрицы кстати, хоть какая-то польза от этих грязерожденных!". Руки, ноги, глаза, голос - все предало его. Он оказался запертым бессильным наблюдателем в собственном теле. Не он продолжил игру в карты с приятелем, еще по Царству Небесному. Не он смеялся над беспомощными криками из соседней комнаты. Не он присоединился к симфонии страсти и боли. И это не он проткнул копьем света в спину Хадаримона и обезглавил Газаэля. Не он сломал ноги Аканер и вырвал язык Равиэль. Не он сжег их трупы и шутил с умирающей. И это не он взял внебрачное дитя снайперской винтовки и викторианских часов, а затем прострелил насквозь голову папы Римского во время проповеди. Не он яростно отбивался от обезумевших от горя церковников, смеясь и возводя хулу на Азазеля. Он стал собой лишь в последний момент, испустив последний вздох. Но кому до этого было какое дело? США. Лос-Анджелес. 1996 год.       Улицы жили своей жизнью. Человеческий муравейник, работал 24\7 не обращая внимания на своих же членов. Один из них насвистывая незатейливый мотивчик направлялся не в самый благополучный район города. И пусть мужчина производил впечатление бывшего военного или по крайней мере спортсмена, дорогая одежда и мобильный телефон могли пересилить у местных шакалов здравый разум. Пройдя мимо сутенеров и парочки пушеров, незнакомец направился в район контролируемый "Скорпионами", не самой крупной но одной из самых беспощадных банд мексиканцев. Имевшие связи в правительстве соседней страны "Скорпионы" были вооружены на уровне армейский подразделений и в случае чего могли развязать настоящую войну.       Щурясь от яркого летнего солнца, мужчина подошел к желтой многоэтажке, бывшее общежитие при фабрике стало отличной базой для наркоторговцев. Смотровые в этот раз почему-то отсутствовали, по этому он беспрепятственно открыл тяжелую металлическую дверь и зашел в здание.       Внутри первым, что встретило незваного гостя, был тяжелый медный запах разлитых галлонов человеческой крови. Вторым были беспорядочно валяющиеся стрелянные гильзы от автоматического оружия. Вздохнув мужчина направился вглубь здания. Стены исщерблены пулевыми попаданиями, а длинные коридоры местами были измазаны кровью целиком, от пола до потолка. Через пять минут путь наконец закончился в бывшем цеху, ставшим помесью фасовочного цеха и общежития. То тут то там попадались бочки и ящики с оружием, автоматы винтовки, пехотные гранатометы, бронежилеты, патроны россыпью и в лентах, гранаты и огромное количество расфасованного в обернутые целофаном брикеты кокаина. Так же по помещению хаотично валялись сломанные, разорванные по полам тела, а где-то и оторванные отдельные части тел. В центре же помещения к потолочным балкам был каким-то образом прикреплена цепь, на которой извивался привязанный за ноги голый мужчина. Он выл, стонал и пытался разгрызть кляп во рту, но эти попытки были тщетны, как и попытки освободить связанные за спиной сломанные руки.       Перед ним стояла молодая женщина. Она знала, что была красива и эффектно это подавала. Приталенный, сидящий как влитой брючный костюм рубиново-красного цвета, полу-сапожки на высоком каблуке, собранные в затейливый хвост волосы того же цвета, изящная широкополая шляпа и кожаные перчатки. Высокая, налитая грудь грозилась порвать шелковую блузу, а в манящей ложбине притаился кулон в виде желтого глаза хищной рептилии. Незнакомка не обратила внимания на гостя и продолжила выводить художественной кистью замысловатые узоры на животе подвешенной жертвы, периодически промакивая оную в серебряной чаше. Обычная как казалось жидкость производила нетипичных эффект разъедая плоть, обжигая ее, заставляя пузыриться. Если абстрагироваться от чудовищности зрелища, можно было увидеть что несчастный от стоп до паха был покрыт обугленными цепочками замысловатых узоров и символов. Гость молча подошел к женщине и с фальшивым сочувствием осмотрел ее жертву. - Ты не пробовала их просто спрашивать? - А толку то? Они все одинаковые. Сначала угрожают тебе и грозятся многократным групповым насилием, потом боятся и грозятся карами, потом скулят и просят о пощаде. Я предпочитаю сразу переходить к третьей стадии, а речь Куэлкрист Фальконер при падении Надежды, по-моему очень символично вписывается. Вы не согласны, Отис Маракс?       Недобровольный собеседник не смог ответить, а лишь продолжил выть и смотреть бездонными от ужаса глазами. - Нет серьезно, это уже десятый столп, который ты лично запытаешь до смерти, не получив ни какой серьезной информации. - Ну почему же. Они мне все рассказывают и обо всех. Наши невольные помощнички из фракции Верных не обладают всем объемом информации. А знания - сила. - А может быть ты просто не удовлетворена своей расправой над Лилит? Все таки она умерла достаточно быстро. На какой день использования ее тобой в качестве стенобитного снаряда? На пятый? - На третий день осады Пылающего Дола- недовольно нахмурилась женщина, - эта сука оказалось не такой крутой, как хотела показаться. Эта мамаша недоделанная еще смела угрожать ему и пытаться соблазнить. Легко отделалась. - Слушай, я считаю что прошло уже столько тысяч лет, можно бы и успокоиться. - Я спокойна. - А вот и нет. - А вот и да! - А вот и нет! - Я сказала ДА! - одним ударом кулака незнакомка разнесла голову жертвы на кусочки. - Что и требовалось доказать. - Это ты меня спровоцировал, я спокойна. - У меня есть для тебя предложение. Люди очень хитры на выдумку, и сотню лет назад придумали психоаналитику. Прошу, попробуй сходи. - Ты издеваешься? - Нет. Я даже буду должен тебе услугу. - ...... Ладно. - Вот визитка лучшего в городе специалиста. Кларисса Пикола Хэстес. США. Лос-Анджелес. 1996 год. Неделю спустя. - Здравствуйте, мисс? - Джонсон, Саманта Джонсон. - Да, точно. Простите, мисс Джонсон, но мы были обязаны провести эту маленькую проверку - благообразно выглядящий мужчина в белом халате с вышитой эмблемой "Слэйтер и Керри" аккуратно встал рядом с молодой женщиной в цветном платье. - Так зачем меня вызвали? - Позвольте я вас провожу и объясню ситуацию. Вы указаны как единственная родственница мисс Хэстес, и соответственно по закону штата мы были обязаны с вами связаться. - Я так понимаю у Клэр проблемы? - Боюсь все немного сложнее, мисс Джонсон. У мисс Хэстэс наблюдается тяжелый психоз, наряду с бредом и деградацией личности. - Что это значит, вы можете объяснить мне нормальным языком? - Она не спит уже три дня, постоянно плачет, бормочет отрывки на латыни, измазала стены кровью, кстати по этому мы вынуждены были дать ей фломастеры, а так же постоянно поедает свои экскременты. - Господи Иисусе.       Лучший психолог штата выглядела ужасно. Худая с растрепанными волосами, красными глазами и расцарапанными щеками, она имела жалкий и болезненный вид будучи одетой в больничную робу. Склонившись над металлическим унитазом она непрерывно бормотала: "И вот, конь белый, и на ..... имеющий хлыст.... и дан был ей венец.... как победоносный... и сжечь в ярости... и слышал я голос посреди .... брат пойдет на брата .... и три .... за динарий; .... и вина не повреждай". Стены ее палаты были расписаны безумными фигурами, непонятными знаками и неизвестными символами. А на противоположной двери стене, в самом центре была нарисована непонятная фигура, состоящая из схематично переплетенных клинков и шипов. Она воздела четыре руки к небу и казалось смотрела своими кровавыми глазами прям она на наблюдателя из любого места в комнате. Заметив в узком окошке гостей, женщина рванула к двери крича в истерике: "Не человек! Это не человек! Это лишь оболочка! Тварь!! Хтоническая тварь!!! В тенях!!!". Град ударов кулаками и головой обрушился на дверь, но толстая мягкая обивка уберегла психолога от получения травм. - Господи - сестра неверяще смотрела на безумную родственницу, - что же с ней случилось?! Я же два уикэнда назад звонила Клариссе.... - Нам неизвестно, ее такой уже нашли. Возможно нервный срыв из-за переутомления на работе спровоцировал это. Ее нашли в парке недалеко от подожженного ей же своего офиса, она каталась голой по траве и пыталась вымолить прощение у дерева. - А эти речи? Что это за бред? - Ну часть это откровенный бред, а вот другая часть нами была идентифицирована как откровения Иоанна Богослова. На стенах записаны цитаты от туда же. Мисс Джонсон, возможно ваша сестра была связана с сектой? - Нет, что вы. Кларисса достаточно прохладно относилась к вере. Она же психолог. - Что же в любом случае спасибо, что приехали мисс Джонсон. Мы в медицинской клинике душевного здоровья "Слэйтер и Керри" позаботимся о вашей сестре.