Свободная птица
24 марта 2018 г., 00:21
Орнитоло́гия — раздел зоологии позвоночных, изучающий птиц, их эмбриологию, морфологию, физиологию, экологию, систематику и географическое распространение. Термин «Орнитология» введён итальянским натуралистом У. Альдрованди в конце XVI века.
Айзава шёл по улице и задумчиво смотрел на чистое алое небо. Уроки в Юуэй уже давно закончились, но подростку не хотелось возвращаться домой. Шота лениво плыл в потоке спешащих по своим делам людей и, поддавшись этому бурному течению, тихой тенью скользил мимо ярких вывесок, киосков и маленьких кафешек, что льнули друг к другу, прижатые магазинами. Сейчас наступил конец весны. Сакура уже отцвела, лишь нежно-розовые лепестки в каналах и около дорог напоминали о былой красоте вишен, что в этом году сильнее врезались в память Айзавы. В этот раз он любовался цветением не один. Хизаши, схватив Шоту в охапку, завёл его в самую глубь парка, где они, прислонившись к дереву, наблюдали за розовым дождём из лепестков. Айзава помнит лицо своего друга в тот момент, когда ветер подул сильнее, срывая хрупкие лепестки, кружа их в своём замысловатом танце, на скулах Ямады появился лёгкий румянец, а глаза, спрятанные за стёклами жёлтых очков, заблестели радостными огоньками. Шота натянул шарф почти до самого носа, пряча свои алые щёки от посторонних глаз. В тот момент Хизаши неожиданно повернулся к нему, по-птичьи склонил голову набок и широко улыбнулся. После небольшой заминки, Ямада поддался вперёд и протянул руку к лицу Айзава. Шота помнил, как в тот момент его сердце чуть не остановилось. Хизаши дотронулся до волос своего друга и вытащил из них розовый лепесток, что запутался в чёрных непослушных локонах, и подул на него. Розовое пятнышко присоединилось к другим кружащим в воздухе лепесткам сливаясь в единый танец весны. Айзава снова почувствовал сладковатый запах цветущей сакуры. Резкий звук прорезал серый гул бурлящих улиц, вырывая Шоту из мучительно-сладких, словно патока, воспоминаний. В небе, над городской суетой летали птицы. Замерев по середине улицы, Айзава оглянулся вокруг: грациозно плыли по воздуху, махая своими чёрными крыльями вороны, щебетали, сидя на ветках деревьев, синицы, испуганно взмывали ввысь сизые голуби. До слуха Шоты донеслось странное, незнакомое щебетание. Повернувшись на звук, подросток заметил, что остановился возле зоомагазина. Недолго думая, Айзава толкнул стеклянную дверь, звякнул колокольчик. Оказавшись внутри, Шота неловко потоптался на пороге, замечая заинтересованные взгляды щенков, хомячков и кошек. Взволнованно хлопали своими крыльями волнистые попугайчики. Помещение магазина оказалось очень тесным. С права ютился прилавок, на котором громоздились ошейники, поводки и миски, за прилавком был стеллаж с различными кормами, а возле окна стоял аквариум с рыбками. — Приветствую! Чем могу помочь? — из небольшой комнатки выглянул продавец. На его лице сияла радостная улыбка, а единственный глаз довольно щурился. — Спасибо, — Айзава запнулся, — я просто заглянул. — Хорошо, если что-то понадобится, то я тут, — Хаяси, Шота успел прочитать имя продавца, что было написано на его бейджике, улыбнулся, полностью закрыв свой жёлтый глаз, и принялся делать записи в учётной книге. Айзава начал ходить между клетками с животными. Породистые щенки радостно вскакивали со своих мест и, виляя своими короткими хвостиками приветственно тявкали. Кошки же вели себя более сдержанно, но и они удостоили своего главного фаната вниманием. Присев возле одной из клеток на корточки, Шота наблюдал за чёрным котом, что недовольно косился на него своими жёлтыми глазами. Хмыкнув, Айзава продолжил наблюдать за этим грациозным животным. Кот плавно поднялся и начал потягиваться и выгибаться, разминая мышцы. Черныш это делал так медленно и плавно, что Шоте подумалось, что кот позирует для него. Подросток опустил своё лицо в шарф, скрывая улыбку, что начала появляться на его бледном лице. Снова раздалось странное чириканье, которое и привлекло внимание юноши. Повернувшись, Айзава заметил клетки с птицами. Из-за тонких прутьев клетки на него смотрели внимательные глаза большого попугая с воинственно поднятым жёлтым хохолком. Птица наклонила голову и Айзаве показалось, что он уже где-то видел это движение. Неожиданное озарение снизошло на Шоту. Когда подросток впервые увидел своего яркого и шумного одноклассника, Айзава подумал, что Хизаши очень сильно похож на птицу. Ямада любил активно жестикулировать при разговоре, всегда громко смеялся, чем сильно смущал Айзаву, которого нервировали взгляды, брошенные в их сторону, когда они сидели в кафе после занятий или шли домой. Хизаши по-птичьи наклонил голову набок, из-за чего он сильно напоминал Шоте этого Какаду, которой сейчас переступал с лапки на лапку и крутил головой, то поднимая, то опуская свой яркий хохолок. В соседней клетке весело щебетали небольшие птички с жёлтыми перьями и красными щёчками. Они тоже имели хохолок, но уже поскромнее. Птицы цеплялись за прутья решётки и пытались просунуть свою любопытную голову между ними. Шота опешил от такого поведения птиц, но всё же дотронулся до мягкой головы попугая. Под нерешительными движениями неожиданного посетителя, жёлтенькая птица разомлела и начала медленно съезжать по прутьям вниз, чем вызвала тихий смешок Айзавы. — Нравятся? — послышался голос за спиной Шоты. Юноша резко убрал руки от клетки, чем напугал птиц, они начали громко хлопать крыльями и кричать. Айзава повернулся, встретившись с широко открытым жёлтым глазом с вертикальным зрачком. Перед ним стоял Хаяси, наклонившийся вперёд. Он выглядел довольно молодо, но был выше Шоты почти на две головы. — Ой! — Ясуо выпрямился и почесал затылок. — Я не хотел тебя напугать, прости. — Ничего страшного, — кивнул Шота и снова посмотрел на уже успокоившихся птиц. — Попугаи очень интересные и необычные птицы, — начал Хаяси и открыл клетку с жёлтыми попугаями, — их яркое оперение поражает взор своей необычностью цветов, а громкие крики вызывают истинный восторг, особенно у детворы, — мужчина протянул руку в клетку и на неё сели несколько птичек. Прикрыв клетку, Ясуо послал приободряющую улыбку в сторону Шоты и протянул руку подростку, чтобы он погладил попугая. — Это попугай Корелла, — Хаяси кивнул на краснощёкую птичку, что быстро перелетела на руку Айзавы и начала залазить поближе к лицу юноши. — Попугаи Корелла, так же, как и Какаду, носят на голове задорный хохолок, но расцветка их немного по ярче чем у этого персонажа, — продавец показал на ворчливого попугая, который не спускал строго взгляда с Айзавы. — Живут эти милые ребята в основном в Австралии, и они довольно дружелюбные создания, — Ясуо погладил попугая под клювом и посмотрел на застывшего Шоту. Попугайчик, что минуту назад сидел на руке у юноши, уже залез ему на голову и, поудобнее устроившись среди копны чёрных непослушных волос, вжал голову в плечи и всем видом показывал, что не намерен слезать. Тихо хихикнув, Хаяси наткнулся на тяжёлый взгляд Айзавы, котором при желании можно было убить. Ясуо посмотрел своим единственным глазом на заснувшую птицу и огромный чёрный зрачок сузился ещё сильнее превращаясь в тонкую полоску. Птица резко встрепенулась и недовольно чирикая слезла с головы Шоты, устроилась у подростка на руке и бросала недовольные взгляды на продавца. — Прости, Аки, но нельзя быть таким наглым, — словно маленькому ребёнку, погрозил пальцем мужчина. — Льзя! Льзя! — захлопав своими белыми крыльями, скрипучим голосом повторил за Хаяси Какаду. — Мики! — Ясуо нахмурил свой глаз и посмотрел на белого попугая. — Прости его, у него дурной нрав. — Ничего, мне не привыкать, — Айзава погладил Аки по спинке и почувствовал, насколько он тёплый. Шота всегда нейтрально относился к этим ярким птицам. Юноше были больше по душе кошки, например, как тот чёрный кот, что сейчас хитро щурился, поглядывая на людей. Урчанье этих тёплых комочков всегда расслабляло, дарило чувство безопасности и домашнего уюта. Кошки нравились Айзаве больше, чем шумные птицы. Шота так думал, пока не познакомился с Хизаши. — Попугаи Какаду достаточно дружелюбны с человеком, но уж точно не этот, — Хаяси печально вздохнул и открыл клетку с попугаями Корелла. Птицы резко сорвались со своих насиженных мест и залетели в клетку. — Их содержание в домашних условиях не вызывает особенных затрат или усилий, но они отличаются резким скрипучим голосом, при этом пронзительно громким, — Ясуо потёр свой короткий нос и взглянул на отвернувшегося от людей Мики. Когда Хаяси упомянул про громкий голос, Айзава сразу подумал о Ямаде. Причуда Хизаши была под стать ему самому: яркая, вызывающая и оглушающая, причём в прямом и переносном смысле. Блондин не мог похвастаться трудолюбием маленькой колибри, изображение которой красовалось на логотипе этого зоомагазина, или скоростью сапсана, о рекорде которого недавно читал Шота в интернете. Но Ямада был таким же дружелюбным, как и волнистые попугайчики, что до сих пор заинтересованно смотрели на юношу. Хизаши было не всё равно на проблемы других и он всегда проявлял внимание к окружающим, стараясь их развеселить и взбодрить. В такие моменты в Айзаве просыпалось странное, несвойственное ему чувство, напоминающее проснувшийся от столетнего сна вулкан. Что-то кипело и бурлило в его всегда спокойной и рассудительной голове, а сердце будто сжимали маленькие когтистые лапки стервятника. И какого было удивление Шоты, когда он смог распознать это странное и гложущее его сердце чувство, как ревность. — В народе ходит мнение, что лебеди самые верные партнёры, — Ясуо направился в сторону других клеток, где тоже находились птицы. — Но это не так. В любой момент самка может покинуть самца и уйти к другому. Всё как в жизни. Есть кукушки, есть лебеди, а есть неразлучники, — заметив, что посетитель находится в раздумьях, Хаяси продолжил свой рассказ о обитателях этого зоомагазина. Шота на автомате кивнул, потом, выходя из своих размышлений, уже видел небольших птичек, что сидели бок к боку. Одна из птиц положила свою голову на крыло другой и тёрлась скулой об своего партнёра. Их синие и красные перья переливались яркими цветами при свете последних лучей заходящего солнца. — Название неразлучники не случайно, эти попугаи выбирают себе партнёра один раз и на всю жизнь, нередко можно увидеть, как они сидят на жёрдочке тесно прижавшись друг к другу, прямо как сейчас, — Хаяси кивну в сторону парочки птиц. Почему-то смотря на этих счастливых птиц, что-то больно кольнуло в груди Айзавы. — Правда во время брачного периода у них бывают некоторые проявления агрессии, но это ненадолго, потом неразлучники опять мирятся и продолжают совместную жизнь. Ну прямо как у некоторых людей! — Ясуо засмеялся и заговорщицки подмигнул Шоте, из-за чего подросток хмыкнул, вспомнив то, как они иногда ругались с Хизаши, а потом снова мирились. Вдруг Айзава вспомнил все моменты, когда они оказывались вместе. Они уже два года знакомы друг с другом и с того дня как они стали друзьями, они неразлучны, как те две птички, что прижались друг к дружке. Они соседи по парте, они вместе всегда обедают и идут вместе домой. И особенно часто они оказываются в паре во время тренировок, что заставляло Шоту нервно смеяться. Какое-то время Айзава провёл в зоомагазине и получше познакомился с другими обитателями этого мирка. Попрощавшись с Хаяси, Шота направился домой. По дороге он смотрел на небо и искал в нём птиц, но видел лишь его синеву да ленивые стада облаков.***
Всю дорогу Шота думал о своём друге и о птицах, с которыми подружился подросток в зоомагазине. Айзаве кажется, что Хизаши в прошлой жизни был птицей. Он свободный, его не сковывает клетка сомнений или чужого мнения. Да, он подвержен их влиянию, но не настолько, чтобы заточить себя в стальную броню. Ямада казался самым свободным и самым живым среди всех, кого когда-либо видел или знал Шота. Этот лучезарный человек был свободен, но он не уходил, он был верен, не только своим принципам и идеалам, но и Айзаве тоже. Хоть Шота и боялся, что Хизаши сможет юркой птицей выскользнуть из его рук, оставив в ладонях только пару золотых перьев, он верил своему другу, также, как и он ему. В те редкие моменты, когда Хизаши не общался в компании одноклассников, не смеялся в столовой над какой-нибудь новой шуткой и не озарял класс своей улыбкой, он напоминал Айзаве сжавшуюся от холода колибри, которая укутывалась своими маленькими крылышками, пытаясь согреться, прижимая их к себе и дрожала всем телом. Хоть Ямада этого не показывает, но Шота замечает маленькие детали в поведении своего друга, которые выдают в нём эту маленькую птичку, что нуждается в тепле. У птиц температура тела 43-45 градуса. Это нормальная температура для пернатых. Так сказал Ясуо, когда Шота спросил его об этом. Как-то Шота случайно коснулся запястья Хизаши и сразу отдёрнул руку. И не из-за того, что был смущён, нет, вовсе не потому. Руки Ямады оказались очень тёплыми, как и он сам, что только подтверждало теорию о том, что Хизаши связан с этими свободными существами. Хизаши свободен, в отличии от Айзавы, который словно цепями прикован к этому миру, к этому городу, к этому человеку. И как бы банально или слащаво это не звучало, только благодаря блондину эти невидимые цепи ещё целы. Но факт оставался фактом. Хизаши в прошлой жизни был птицей. Уж больно знакомо он наклонял голову набок.
