У Учихи Итачи есть сестра-близнец?! (1 ч.)

Это. Просто. ЖЕЕЕЕСТЬ! Реально, это жесть. Когда я писала эту главу впервые, то мне было нелегко… Так я думала, пока не перечитала то, что написала в изменённом варианте! Мне так сложно не было ещё ни с одной главой. Столько эмоций, напряжения и негатива… Боюсь представить, что же я там дальше натворю. У меня возникает мысль, что если бы мы с Итами встретились как автор и персонаж, то она бы меня на месте прибила за то, что ей приходится переживать…

Парадокс: я ненавижу такие тяжёлые и мрачные главы, но именно они у меня выходят лучше всего. Наверное, все дело в моем мрачном настроение в последние несколько месяцев

Так что, дорогие мои читатели, готовьтесь. (П.с. — там первые 4 страницы занимает диалог, но он очень важен, так что сократить его никак не вышло. Да и вообще вся глава вышла просто запредельно огромной. Там чуть под 20 страниц не получилось!!! Пришлось разделить ее, а то, боюсь, кое-кто меня бы прибил (— _ —')

Извиняюсь, что так долго не было отредактированных глав. Моя бета ушла на двухнедельный отпуск, так что тексты оставались непроверенными, а выложить не готовый вариант мне совесть не позволяла. Но зато я успела переделать на несколько глав вперёд, так что ждите продолжения по мере их проверки)))))

Приятного чтения!)

<<<<<<<<<<Глава 12. Правда>>>>>>>>>>

      Я проснулась с непонятным чувством в груди. Странная и непривычная лёгкость даже немного пугала, делала рассеянной. Сев на кровати, с удивлением оглядываюсь, не сразу вспомнив о том, где нахожусь и как сюда попала. Лишь через некоторое время мне удалось вспомнить, что вчера я устроилась работать в этот проклятый бордель и встретила здесь Аки. «Точно! Аки! Где она?! Неужели мне всё это лишь приснилось?»       Страх и паника постепенно овладевали мной, пока глаза беспомощно метались по комнате, ища доказательства, что старая подруга не была иллюзией.       Тут дверь с характерным скрипом отворилась, и я смогла выдохнуть с облегчением, чувствуя приятное тепло в душе. Она настоящая. Это и правда Аки. Только более взрослая и спокойная. С любопытством окидываю её фигуру с ног до головы, задержав внимание на лице. Девушка неловко улыбнулась мне. Похоже, для неё эта ситуация выглядит точно так же, как для меня: неловко. Вроде и хочется о многом рассказать и расспросить, но при этом совершенно и не знаешь с чего лучше начать. — Ты… изменилась, — всё-таки говорю я и смущаюсь, отводя взгляд в сторону. «Почему так неловко-то?» Аки мнётся около входа. — А ты совсем не изменилась. Даже выросла почти незаметно, — также тихо отвечает она. И снова мы молчим.       Не выдержав этой напрягающей атмосферы, резко поднимаюсь с кровати и порывисто обнимаю подругу. Та неуверенно обхватывает меня в ответ. Сердце щемит от удушающей радости, но вместе с тем и грусти. Вот только слёз нет. — Я думала, что ты погибла… — шепчу я, положив голову ей на плечо. Аки же уткнулась мне в шею и тихо всхлипнула. — А я думала, что больше никогда уже не увижу тебя. Мне было так тоскливо, одиноко и страшно… — Теперь всё будет хорошо, ведь мы, наконец, встретились, — отстранившись, я смотрю на неё и дарю мягкую теплую улыбку, какой не было уже давно. Убираю одну её выбившуюся прядь за ушко и ласково глажу по голове, всё никак не в силах поверить, что она действительно жива и стоит сейчас передо мной. Аки снова всхлипнула, после чего вытерла слёзы рукавом и благодарно улыбнулась. — Теперь мы снова вместе, так что я не дам тебе страдать. И не брошу. Никогда. — Мне не хватало этих слов, — она вымученно улыбается мне. Мы прошли к кровати и сели на неё, продолжая неотрывно изучать друг друга. — Ты стала другой. Совсем другой. Поведение, манера речи и внешность — всё изменилось. Боюсь представить, что стало тому причиной, — рвано выдыхая, сказала я слегка тревожно. — Хи-хи, — она хихикнула, прикрыв рот широким рукавом своего кимоно. — А я тебя вообще не смогла узнать. Спрятала пол лица за какой-то тряпкой. — Уж прости, того требует маскировка, — пожимаю плечами, ощущая прилив позабытого позитива. Постепенно, мы снова открывались друг другу, а былая неловкость отступала на задний план. — Зачем ты здесь? Только не говори мне, что тебя вынудила жизнь, как и меня, — с затаённой тревогой сказала она, сжав ткань кимоно в руках. — Ну, меня, конечно, вынудила не жизнь, но легче от этого не становится, — недовольно и раздражённо цыкнула я. — Ты помнишь того шиноби, что часто оставался у нас в доме?       Аки призадумалась на несколько минут, забавно хмуря брови, после чего её черты разгладились от озарения. Она уверенно кивнула мне, позволяя продолжить. — Хорошо. В общем, в тот день он пришёл в деревню. Опять. И нашёл меня вжавшейся в стенку в нашем доме недалеко от трупа ото-сана, — про убитого мной мутанта я решила умолчать.       Девушка шумно выдохнула, прикрыв рот ладошками. Глаза выражали искренние сочувствие и боль. Но, неожиданно, она стала более уверенной, а взгляд твёрдым. Взяв одну мою руку в свою, Аки ободряюще пожала её, вызвав у меня благодарную скромную улыбку. Рассказывать об этом, даже спустя чуть больше трёх лет, оказалось не так легко, как я думала. Никакого кома в горле или чего-то подобного не было. Просто в груди вспыхивала боль и щемило сердце. — Ты… Ты видела, как их… — осторожно начала подруга, и я поняла её намёк, отрицательно покачав головой. — Нет, я не видела, как их убили. Честно говоря, я не видела ни ока-сан, ни нии-сана. Возможно, они остались в живых и им удалось сбежать, но я стараюсь не думать об этом. — Почему? Ведь если они живы, вы могли бы… — Нет, — слишком грубо оборвала я её. Голос показался мне слишком жёстким, поэтому захотелось извиниться. — Прости… Просто… Прошу, давай не будем говорить на эту тему, хорошо?       Аки неуверенно кивнула, поджав губы, и слегка недоверчиво посмотрела на меня. Мне показалось, что она не поверила, что я могла сказать нечто подобное о своей семье. Таким холодным бесчувственным тоном. Но осуждения в её глазах не было, что меня немного успокоило и даже порадовало. Возможно, она понимает причину, почему я так отреагировала. — Знаешь, тебе повезло, — как-то отрешённо вдруг заговорила подруга. Её лицо словно закаменело, но сильнее сжавшиеся на моей руке пальцы выдавали истинное волнение. –Ты не видела, как твои близкие умирали, а я… — до меня дошло, о чём она, поэтому сжимаю её руку в ответ. — Я видела, как эти твари убили их. На моих глазах они разорвали мою мать, а за ней и сестру. Я видела, как тоже самое произошло и с семьёй Мичи. А после этого нас забрали и утащили в какие-то подземелья. — Мичи был с тобой? — взволнованно спрашиваю я. — Да. — А сейчас… Где он сейчас? — нервно сглатываю. — Не знаю. Когда меня выкинули оттуда, он оставался там. Я очень надеюсь, что с ним всё хорошо.       Я напрягалась. Ненависть к Змеиному Санину вспыхнула, а желание отомстить разгорелось с новой силой. Чакра в теле беспокойно заметалась, подступая к начинающим печь глазам. Делаю глубокий вздох, чтобы успокоиться, но всё ещё ощущаю отголоски неистового гнева. — Я убью его, — холодно и твёрдо говорю я, заставляя подругу вздрогнуть. Но посмотрев на неё, не замечаю ни капли удивления или страха. Более того! Аки взирала на меня с точно такими же эмоциями. Это… оказалось неожиданно приятно, что кто-то понимает и разделяет мои стремления. — Мы убьём Орочимару, — выделяя первое слово, ещё раз сказала я и получила утвердительный кивок. — Да. Мы убьём его. Только каким образом? Наших сил точно не хватит… — Не переживай. У меня есть план, и если всё удастся, то мы сможем отомстить. — Что за план? — оживилась Аки, ерзая на месте. Усмехаюсь. — Пока не скажу. Я в нём не уверена на все сто. — Хорошо. А запасной есть? То есть, если твой основной не оправдает себя, то нужен другой. — Логично. И да, такой у меня тоже есть, но… — я замялась и значительно помрачнела. — Он, пожалуй, даже сложнее. Если я захочу использовать его, то мне придётся пожертвовать чем-то очень дорогим мне. Поэтому я буду стараться найти что угодно другое, лишь бы избежать его. — Что ж это за план-то такой? — тоже нахмурилась Аки. — Прости, не могу рассказать. Это связано с секретом, о котором я без разрешения не имею права рассказывать, — сказала, и тут же прикусила себе язык за лишнюю болтливость. «Дура!» — Не можешь рассказать без разрешения? — ещё больше нахмурилась девушка, отстранившись от меня. — Ты сейчас говоришь так, словно являешься выходцем из знатной семьи, где без разрешения главы нельзя и ногой в сторону ступить.       Поджимаю губы, мысленно чертыхнувшись. «Типун мне на язык за болтливость. Чёрт, и когда Аки стала столь догадливой? Я, конечно, рада за неё, но в данной ситуации это очень не выгодно для меня», — настороженно смотрю на девушку. — Что ты скрываешь, Итами? — вдруг спросила она чужим голосом, словно говорила с каким-то шпионом. — Прости, но я не могу раскрыть тебе эту тайну. Не сейчас. Не здесь. Слишком много лишних ушей. — У тебя появилось очень много секретов. Я начинаю думать, что совсем не знаю тебя нынешнюю, — как-то печально усмехнулась Аки. — Могу сказать тоже самое и о тебе.       Исчезнувшая, было, неловкость снова вернулась, захватив с собой напряжённую атмосферу. Мы сидели и молчали. Неприятно осознавать, что между нами ничего более не будет как прежде. Мы обе пережили слишком многое, и это оставило свой яркий отпечаток на характере и чувствах. Есть вероятность, что нашей дружбе уже не быть прежней, но… я боюсь даже думать о подобном без содрогания.       «Мы просто слишком долго не видели друг друга, да и изменились сильно. Но даже учитывая это, и она, и я всё ещё чувствуем те узы, что связывали нас раньше. Просто нужно немного подождать. Свыкнуться с новыми чертами, и всё будет хорошо». — Знаешь, а ты ведь так и не сказала, зачем пришла в этот бордель, — неожиданно сказала Аки, странным взглядом посмотрев на меня. — Расскажешь? Или это очередная тайна? — не удержалась она от шпильки в конце, на что я закатила глаза. Похоже, её любовь к подколам и ехидству ничто не сможет изменить. Впрочем, это отлично разрядило обстановку. Снова.       Усмехаюсь. — Нет, это не тайна. Мы с тем шиноби и ещё одним парнем выполняем здесь одну работёнку. Кстати она частично связана с первым планом. — Я тебя внимательно слушаю. — В общем, через неделю сюда приедет какой-то хрен отмечать день рождения, а заодно заскочит в этот бордель навестить друга, который, по совместительству, хозяин этого места. По словам Курои — тот шиноби —, у него находится информация об одном мече-артефакте. Курои уже давно ищет его, и недавно начал находить полезную информацию. Если слухи правдивы, то у того хрена должна быть карта с указанием места захоронения того меча.       Аки присвистнула, немного удивлённо глядя на меня. — Нехило вы замахнулись. А как это относится к плану? — Этот меч может помочь нам убить Орочимару. — А в чём его особенность?       Я оглянулась по сторонам, после чего проанализировала область возле входа на наличие лишних ушей. Надо было сделать это раньше, но буду надеяться, что там никого не было. Удостоверившись, что подслушивать нас не будут, говорю практически шёпотом, склонившись ближе к Аки: — Говорят, что этот меч способен разрезать любую материю, будь то камень или техника. — Ух-ты! — восторженно воскликнула она, за что я на неё шикнула, призывая быть тише. Та виновато улыбнулась, но не растеряла былого настроя. — Это действительно очень круто. Но без навыков шиноби он даже в наших руках бесполезен. Даже опасен.       Вот тут я не смогла сдержать самодовольного и горделивого смешка, с небольшим превосходством смотря на подругу. — Знаешь, а я ведь не сидела сложа руки всё это время. — Ты хочешь сказать, что… — Да. Я неплохо владею навыками шиноби. Более того, уже могу использовать некоторые техники! — Потрясающе! Это просто… Вау! У меня нет слов! Но я, кстати, тоже кое-чему научиться успела, — гордо вскинувшись, бойко ответила мне Аки, чем, признаться, безмерно удивила меня. — И чему же ты научилась? — Знаешь, бытие ученицы стриптизёрши не так легко, а я прожила так чуть больше двух лет. К сожалению, та женщина, что меня обучала, умерла. В подробности вдаваться не буду, но до этого момента она успела передать мне все свои знания и умения. Например, как правильно использовать яды. Где можно незаметно хранить холодное оружие, чтобы в нужный момент убить свою цель, и много чего ещё в этом духе. Кстати, ты знала, что некоторые женщины мажут себе губы особым ядом, которым травят мужчин через поцелуи? Это очень эффективно, так как невозможно ничего заподозрить. Яд не имеет запаха, а выглядит как обычная помада. — О-о, честно, я о таком не знала, — искренне удивилась я, но мысленно поставила себе галочку раздобыть такой и узнать у Аки поподробнее об его использовании. — Это, действительно, очень полезные и опасные знания и умения. — Да. Многому из того, что мне рассказали, я уже научилась и опробовала в действии. Хозяин борделя иногда давал задания устранить неугодных ему людей. Приходилось подчиняться. К тому же, за это неплохо платили. — Я… удивлена. Если бы кто-нибудь мне раньше сказал, что ты будешь работать в борделе, да ещё и убивать за счёт хитрых уловок, то ни за что не поверила бы, — поражённо выдохнула я, изумлённо и даже немного восхищённо смотря на Аки. — Ты не особо удивлена, что я убивала людей, — тонко заметила она. — Не только у тебя за спиной есть такие грешки. У меня тоже руки отнюдь не чисты. — Да. Потрепала нас жизнь. Но зато мы выросли, стали сильнее, и теперь нас сложнее убить. — Не могу не согласится, — хмыкнула я. — М-м-м, кстати, пока мы не завели разговор об очередной ерунде. — Что такое? — Мне нужно, чтобы ты обучила меня танцевальным движениям. А ещё я хочу попросить твоей помощи, когда через неделю приедет тот хрен. — Без проблем. А в чём помощь заключается? — В постановке парного танца.

**********

— Нет, это никуда не годится. Слишком закрыто, — категорично заявила Аки, забраковав очередной выбранный мною наряд. Эта пытка длится уже не первый час, а нужный костюм для выступления до сих пор не найден, что начинает постепенно выводить меня из себя. Сейчас я уже готова рвать и метать, но пока ещё как-то держусь.       Но начнем всё по порядку. После того долгого и сложного разговора, у нас с Аки всё пошло как по маслу. Нам довольно быстро удалось найти общий подход друг к другу, хотя и не без некоторых трудностей, так что более ссор не было. По крайней мере, из-за чего-то важного. Но зато всякие мелочи и детали стали настоящим камнем преткновения. То ей не нравится, где моя одежда лежит, как она лежит, то мне не нравится, что она моё оружие переложила в другое место, а про тренировки и обучение танцам вообще лучше не вспоминать. Все работники борделя обходили нашу парочку за километр, если мы начинали спорить из-за того или иного движения. Но даже так каждый раз компромисс находился и все расходились с миром.       А вообще, танцы не вызывали у меня никаких проблем. Учить приёмы тайдзюцу было намного сложнее этого. Скрывая свой активированный Шаринган за специальной иллюзией, я легко с его помощью копировала все движения Аки, после чего практически без ошибок повторяла. Подруга удивлялась и снова называла меня гением, но знала бы она, каким образом мне всё так легко даётся, то десять раз пересмотрела бы своё решение.       Я решила пока не раскрывать ей тайну своего происхождения. Всё же какими бы подругами мы ни были в детстве, сейчас мы обе стали практически чужими и незнакомыми людьми. А мне нельзя доверять кому-то незнакомому, тем более, если есть сомнения относительно этого человека. Конечно, я бы очень хотела поделиться с Аки всем, но моя безопасность для меня важнее.       На следующий день после нашего разговора, я также познакомила её с Райзом, которого всё-таки взяли на работу. Ума не приложу, как ему удалось это провернуть, но он, как оказалось, действительно умеет делать неплохие коктейли. Мы с Аки лично в этом убедились, попросив сделать нам парочку. Правда, второй бармен всё равно взялся научить парня ещё некоторым приёмчикам, что было не лишним.       Райз с Аки быстро нашли общий язык. Более того, она мне призналась, что, похоже, влюбилась с первого взгляда. Я крайне скептически смотрела на эту ситуацию, но, видя горящие рядом с ним восхищённые глаза подруги, чувствовала странное и неприятное чувство. Мне не хотелось верить, что это та самая ревность, о которой столько говорят. Вот только назойливое тёмное желание задушить Аки, когда та вешалась на Райза с обнимашками, говорило само за себя. Помню, один раз я не рассчитала силы, пока наблюдала за этой картиной, и случайно раскрошила стеклянный бокал.       Но в общем и целом всё было прекрасно. Я была счастлива, как никогда раньше, ведь меня окружали два верных друга. Им очень легко удавалось избавляться от моей угрюмости и вечной хмурости. Прямо магия какая-то! Находясь рядом с ними, мне ещё ни разу не удалось сдержать рвущиеся наружу улыбки, а пару раз даже и смех.       Только всему хорошему когда-нибудь приходит конец. Неделя подошла к концу, а вместе с ней и срок, отведенный на подготовку к операции по захвату нужной информации. Аки я не посвящала в детали, чтобы не навлечь на неё, в случае чего, лишних неприятностей. За эти дни мы с Райзом отлично вписались в коллектив, так что проблем возникнуть не должно.       Сегодня утром нам пришлось встретиться с Курои и обсудить некоторые нюансы, а также внести коррективы в план, исходя из добытых нами сведений, после чего все трое разошлись по своим местам.       С самого пробуждения меня преследовало навязчивое и настораживающее чувство опасности. Что-то должно было произойти, но вот что именно… Целый день я проходила молчаливой и задумчивой, стойко игнорируя все попытки друзей развеселить мою, как они говорят, «хмурую мину».       Сейчас мы с Аки выбираем мне конечный вариант наряда для выступления. Те, что я носила на проверке и ещё парочке выступлений не подходили. Моя гордость никак не была готова соглашаться на что-то пошлое и откровенное, так что всё было более менее прилично, хоть и более открыто, чем хотелось бы. Поэтому нам и пришлось переворошить весь гардероб подруги, чтобы найти хоть что-нибудь подходящее. Что-то, что устроило бы мою активно противящуюся гордость. Вот только проблема ещё заключалась в том, что наши с ней размеры некоторых форм разнились. Она стала более фигуристой, так что большая часть её одежды сидела на мне слишком мешковато. — Так. Ну, вроде это подходит. Осталось подшить в некоторых местах и будет идеально, — задумчиво сказала Аки, забирая найденный комплект одежды. Она придирчиво осмотрела его, потом меня, мою фигуру, после чего засела за столом и принялась за работу. — Ты ещё и шить умеешь? — удивлённо спрашиваю я, переодеваясь в свою повседневную одежду. — Я много чего руками делать умею. И даже не думай пошлить, — она предупреждающе сверкнула в мою сторону глазами. Усмехаюсь. — И в мыслях не было, — поправляю край тёмной футболки, после чего выпрямляюсь. — Ладно, пойду составлю Райзу компанию, а то он, наверное, скучает там. — Ага, — отозвалась девушка, не отрываясь от тканей. — Всё, я ушла, — я уже почти покинула комнату, когда мне в спину прилетели эти слова. — С днём рождения, Ми-тян.       Я замерла на пару мгновений, после чего грустно улыбнулась. — Спасибо, — тихо отвечаю ей и практически бесшумно ухожу.       Надо же, я три с лишним года совершенно не вспоминала о своём дне рождения, а Курои даже ни разу и не напомнил о нём. Кажется, я вообще забыла о нём, но Аки… На душе стало так тепло и одновременно тоскливо. Она запомнила эту дату. Запомнила, хоть и не видела меня столько времени, а я умудрилась забыть. Тут меня накрыло ещё и чувство стыда, ведь дня рождения Аки я не помнила. Настроение упало ещё ниже.       Не замечаю, как вхожу в зал для гостей, мимолётно осматривая суетящийся персонал, и сажусь за барную стойку, где, протирая стаканы, стоял Райз. Он кинул в мою сторону внимательный изучающий взгляд, после чего спросил: — О чём задумалась, Итами-тян? — Да так, прокручиваю в голове наш план, чтобы не запороть дело в нужный момент, — наглая, слишком очевидная ложь. Мне не поверили. — Ты врать, конечно, мастер, но сейчас твоя ложь слишком заметна даже для меня. Колись, в чём проблема? — он поставил стакан и облокотился на стойку напротив моего места. Устало вздыхаю и прячу лицо в сложенных на столешнице руках. — У меня нехорошее предчувствие. Что-то не так, но я не могу понять что именно, — не очень чётко пробубнила я. — Хех, просто кое-кто слишком переволновался из-за сегодняшнего задания, — постарался подбодрить меня Райз. Вышло не очень. Поднимаю голову и немного хмуро смотрю на него. — Нет, — отрицательно качаю головой. — Не в этом дело. Ладно, не обращай внимания, всё равно не поймёшь, — сладко тянусь, слыша знакомый хруст суставов, за которым последовала волна жара и приятное расслабление. — Да уж, твоих тараканов можешь понимать лишь ты, — весело усмехнулся парень. Я ответила тем же. «И всё-таки это точно магия поднятия настроения». — Вот и не копайся в них тогда. — Ну и не буду. Всё равно там чёрт ногу сломит. Кстати, а где ты потеряла милашку Аки? — Она мой наряд подшивает. А что? — подозрительно щурю глазки, чуть поддавшись вперёд. И снова то неприятное чувство. — Да просто вы обычно вместе, а тут… Вот я и спросил.       Я хмыкнула, но ничего не сказала, всё ещё ощущая странное чувство недовольства.       «Ох, а кто-то, похоже, превратился в ужасного собственника», — совершенно неожиданно раздалось у меня в голове, отчего я даже подпрыгнула и чуть не свалилась со стула. Мои глаза округлились, наверное, до размеров блюдец, ошарашенно уставившись на Райза, тоже удивлённо смотрящего на меня. — Ты чего это? С тобой всё нормально? — и в голосе проскользнуло беспокойство. — Да-да, всё нормально, просто… Э-э-э… в туалет резко захотелось, — выпалила я первое, что пришло в голову, глупо и неестественно улыбаясь. Краешек губ нервно подергивался. Судя по красноречиво взлетевшей брови и скептического взгляда, мне не поверили.       Ничего более не объясняя, я пулей бросилась в сторону туалета, очень надеясь, что тот окажется пуст. К моему счастью, так оно и было. Заперевшись в одной из кабинок, опускаю крышку унитаза и устраиваюсь на неё. И только открываю рот, чтобы что-то сказать, как голос в моей голове, точно прочтя мысли, опережает меня. — «Ты вела себя слишком подозрительно. Обязательно было так нестись?» — ИТАМИ?!!! — в шоке заорала я, не веря своим… ушам? — «Я, а кто ж ещё? И не ори так, а то люди подумают, что ты с ума сошла, — спокойно отозвалась она. — И вообще, отвечай мысленно».       Я шокированно уставилась на слегка почерневшую дверцу кабинки, глупо открыв рот и не в силах произнести ни слова. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и начать хоть немного соображать здраво. Хорошенько тряхнув головой, я спросила: — «Какого чёрта?! Почему я слышу тебя?!» — «Потому что я нашла способ, чтобы связаться с тобой не только через сны, но и через мысли. Кстати, мне теперь доступна абсолютно вся твоя память, а ещё я могу недолго контролировать твои чувства». — «Но… как? Когда ты научилась?» — «Да буквально несколько минут назад. Понимаешь, меня внутри тебя удерживает некий барьер, не дающий полноценно взаимодействовать с тобой. А ещё он же не давал тебе проникать в свой внутренний мир, в котором, собственно, я и нахожусь. Но мне удалось выяснить, что со временем он начинает слабеть. Поначалу появилась крохотная трещинка, через которую я смогла воззвать к тебе во снах. Постепенно, под моим давлением, она начала расширятся, и вот ты уже смогла попасть ко мне. Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что если продолжу в том же духе, то буду иметь возможность говорить с тобой не только во снах или внутреннем мире, но ещё и мысленно». — «Это просто… невероятно! У меня, честно говоря, нет слов», — всё ещё прибывая в шоковом, хоть и не столь сильно, состоянии. — «А ещё я теперь лучше чувствую тебя, вижу всё, что видишь ты, а также могу немного читать твои мысли», — лукавым голосом пропела она, сделав акцент на последнем. Я возмущённо вздохнула, гневно сверкая глазами. — «Я запрещаю тебе копаться в моей голове и мыслях без спросу, — отчеканила я, и тут же что-то щёлкнуло у меня в голове. — Это что было?» — «М-м, похоже, ты можешь выставлять на свой разум защиту от моего вторжения», — определённо недовольно цокнула она. Меня это порадовало, так как личное пространство и секреты — это моя главная ценность, которой я не намерена делиться ни с кем. Абсолютно. — «И что это нам даёт?» — «Тебе — ничего, а вот у меня появился шанс победить скуку». — «Класс. Надеюсь, ты не будешь мне мозг выносить?» — «Не буду. А то мало ли, вдруг ты перекроешь мне канал связи? Да и когда я тебе хоть раз выносила мозг?» — «Хорошо, что ты это понимаешь. И я вынуждена попросить тебя побыть до завтрашнего дня молчаливой, так как ты можешь отвлечь меня в самый неподходящий момент». — «Вообще-то, я не дура, чтобы не понимать столь очевидных вещей», — искренне возмущаясь, сказала Итами. — «Извиняюсь, но я должна была предупредить. На всякий случай». — «Ладно. На этот раз прощается».       Вдруг, по моему телу прошлась волна волнения, но скорее приятного, нежели наоборот. Такое ощущение бывает перед тем, как кто-то что-то собирается тебе дарить или просто говорит об этом. Кладу руку на ключицу. Итачи. Его чувства, хоть и очень приглушённо, с какой-то тёплой дрожью прошлись по мне. Не знаю почему, но от этого на глаза навернулись нежданные слёзы, а сердце болезненно кольнуло. Удивлённо касаюсь мокрой щеки, собирая на кончиках пальцев солёную влагу. Чёрт, только не сейчас!       Я начала быстро вытирать текущие слёзы, но они всё никак не хотели останавливаться. Постепенно, моё дыхание начало сбиваться. Вздохи превращались в хлопающие всхлипы. Мне было так больно, но и так приятно, что захотелось выть от безнадеги и тоски, внезапно обрушившейся на меня. Голова гудела. Перед глазами всё плыло и кружилось. Меня начало мутить, а к горлу подступила тошнота. Спрятав лицо за ладонями, я сдалась и дала эмоциям полностью завладеть мной.       Казалось, словно моя голова и все ощущение разом отключились, сконцентрировавшись в одном единственном месте — в центре груди, где болезненно сдавливали внутренности. Из моего горла вырвался протяжный стон, закончившийся скулежом и писком. Мне было плохо.       Я не слышала, как открылась дверь в помещение. Не слышала, как кто-то постучал в дверь кабинки. Мне было больно и совсем не до этого. Я не видела, как Райз взломал дверь, рванув ту со всей силы на себя. Не почувствовала, когда ко мне кинулась Аки и крепко обняла, осыпая беспокойными вопросами и взглядами. Но лишь единожды увидев моё перекошенное от страданий лицо и безумный взгляд, она поняла, что у меня истерика, остановить которую эти двое не в силах, ведь они совершенно не знают её причины. Но мне хватило и того, что оба просто были рядом и крепко обнимали, даря столь нужную и желанную поддержку и заботу. Я не заметила, как отключилась прямо у них на руках.

**********

      Глаза открывались с трудом. Они были красные и опухшие из-за прошедшей истерики. Первые секунды я просто лежала на кровати, свернувшись беспомощным комочком, но стоило осознать, какой сегодня день и что я должна была сделать, как вся хандра испарилась. Вскочив на ноги, бегло осматриваю комнату, но не нахожу ни Аки, ни Райза. Испуганно и крайне взволнованно глянув на стену с часами, мне всё-таки удаётся более менее облегчённо вздохнуть.       «Слава богу, не проспала. Но время выступления уже близко, поэтому мне стоит поторопиться и одеться», — снова окинув помещение взглядом, нахожу нужную деталь гардероба, висящей на стуле возле рабочего стола Аки. Не теряя более ни секунды, начала в ускоренном темпе переодеваться.       Краем уха я уловила шум множества голосов и звуки музыки, льющиеся, скорее всего, из зала для посетителей. «Значит, они уже открылись и во всю отрываются. Скорее всего, нужная нам цель тоже уже там. Чёрт, как же не вовремя меня настиг нервный срыв!» — мысленно зло ругнувшись, думала я. Видимо, напряжённое состояние в течение очень продолжительного времени, шокирующее появление Аки, а также то, что я совершенно не давала выхода своим негативным эмоциям, вышло мне боком.       Поправив последние штрихи наряда, а также нанеся небольшое количество макияжа, резко разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Но дверь открылась я столкнулась с входящей внутрь Аки. Она удивлённо, а потом взволнованно посмотрела на меня. — Как ты себя чувствуешь? Что с тобой случилось? — Не имеет значения, — сухо ответила я, смерив её равнодушным взглядом. — Нам нужно поспешить и хорошенько подготовиться к выступлению. — Постой, но ведь ты… — начала было она, но я жёстко прервала. — Всё нормально. Не беспокойся обо мне. Мы должны завершить миссию во что бы то ни стало.       Подруга окинула меня хмурым и очень недовольным взглядом. Мой сухой и равнодушный тон явно задел её, но она решила промолчать. Что ж, это даже к лучшему. Я не хотела грубить, но сейчас только так можно избежать очередного срыва. Я чувствовала, что со мной происходит что-то странное. С меня словно слетел какой-то блок, из-за чего все эмоции разом вырвались наружу. Они бурлили у меня под кожей, не поддавались никакому контролю, но каким-то чудом мне пока удавалось сохранять безразличие на лице и не выдавать себя. Это злило ещё больше, сильно мешая концентрации.       «Я должна успокоиться и прийти в себя, иначе могу поставить под угрозу всю нашу операцию. Мне нужно как-то заставить эти эмоции исчезнуть, или хотя бы притупиться немного. Чёрт, они слишком отвлекают меня!»       Моё раздражение и злость росли в геометрической прогрессии, грозясь перерасти в реальную и очень опасную проблему. Глядя на снующих мимо нас проституток, на похабно хохочущих в зале посетителей, я чувствовала, что всё больше мечтаю прирезать каждого из них. Заставить страдать. Чтобы они каждой клеточкой ощутили эту уничтожающую боль. Чтобы кровь лилась рекой, заполняя собой пространство. Чтобы алые полосы украшали светлую кожу.       Я замерла, перекрыв собой часть коридора. Позади кто-то громко начал возмущаться, а, кажется, Аки успокаивать и извиняться. Внутри меня всё похолодело от ужаса и осознание, какое безумие происходит сейчас в моей голове. Мне стало по-настоящему страшно. Так страшно, как не было никогда. Возникло ощущение, словно я теряю себя и медленно схожу с ума от напирающих тёмных чувств и мыслей. Меня начала бить крупная дрожь, а дыхание снова сбилось.       Кто-то коснулся моих плеч и начал не слабо трясти. Словно через толщу воды до меня доносились слова, произносимые голосом Аки. «Что она хочет? Неужели не видит, как мне плохо? Хочу быть одна. Не хочу никого видеть. Оставьте… Оставьте меня в покое?!..»       Звук от смачной пощечины прорезал в миг наступившую тишину коридора. Моя голова по инерции отклонилась в сторону. Все звуки, чувства, осознание реальности и происходящего вдруг вернулись. Я пораженно и испуганно уставилась на крайне рассерженную и хмурую Аки. Её голос звенел от стали и твёрдости. — Возьми. Себя. В руки! — чётко и жёстко произнесла она. Я нервно сглотнула и быстро закивала. — И вот после этого ты мне будешь втирать, что с тобой всё нормально?! Ты совсем крышей поехала?! Тупая ты дура, какого чёрта это сейчас было?! У тебя было такое лицо, словно ты собралась всех здесь прикончить самым изощрённым способом!       С моего лица схлынули все краски, а дикий животный ужас отразился в широко распахнутых глазах. «Что же это? Что произошло? Почему так?» Мне снова стало плохо, возникла тошнота, но на этот раз слёз не было. Я устало привалилась к ближайшей стене, потерянно смотря себе под ноги. — Итами, — уже более мягко сказала Аки, стараясь привлечь мое внимание. — Эй, Итами, посмотри на меня, — она взяла меня за подбородок и заставила поднять взгляд. Я измученно посмотрела в её глаза. — Всё хорошо. Что бы там с тобой ни было, всё хорошо. Я рядом, Райз тоже рядом. Если тебя что-то мучает, то просто поделись этим с нами. Не держи всё в себе. Для этого и нужны друзья — чтобы помогать друг другу. Просто поверь нам, поверь в нас.       Я чувствовала, как с каждым её словом то безумие отступало. Буря утихла. Мне становилось легче, спокойнее. На меня навалилась усталость. Не физическая — моральная. Хотелось бросить всё, уйти к себе в комнату и завалиться спать недельки так на две, но краем сознания я понимала, что не могу так поступить.       «Нужно закончить задание, а после я отдохну. Попрошу у Курои некоторое время без миссий. Они и без меня вдвоём прекрасно справятся. А мне срочно нужен отдых…» — Легче? — участливо спрашивает Аки. Я делаю глубокий вдох и выпрямляюсь, утвердительно кивнув. — Да. Спасибо. — Ты сможешь выступить? — Я… — Только давай без глупой храбрости, а честно, хорошо? — оборвала она меня, хмуро заглядывая в мои глаза. Я немного смутилась. Мне стало стыдно за свою слабость. — Я… не уверена, — неловко отвожу взгляд. — Тогда ты не выступаешь. Погоди спорить, — она выставила передо мной руку, призывая помолчать и послушать. — Я не знаю всех деталей вашего плана, но прошу тебя подумать и сказать: насколько сильно твоё отсутствие на сцене изменит его?       Я ненадолго задумалась, прокручивая варианты развития событий. «В принципе, моё отсутствие не сильно повлияет, если я успею вовремя перехватить цель. Точно! Я знаю, что делать!» Аки заметила, как оживилось моё бледное серое лицо и вздохнула с облегчением. — Многие нюансы придётся устранить, но в целом ничего не меняется. — Отлично, тогда я выступлю без тебя и… — Послушай. У меня созрел другой план. Насколько ты помнишь, моей целью было соблазнить того хрена с помощью танца, после чего затащить в отдельную комнату и вытащить всю информацию. Сейчас я хочу, чтобы это сделала ты. — Я? — удивила подруга. — Но я ведь ничего не умею такого… — Да, ты. И когда это случится, я встречу вас возле комнат, перехвачу его у тебя, а ты уйдешь. Всё просто. — А, тогда ладно. Но на словах-то легко, а вот на деле… — с сомнением проговорила она. — Ты справишься, я уверена! — она снова удивлённо посмотрела на меня. — У тебя фигура получше моей, да и танцуешь круче всех здесь. Они не смогут оторвать глаз от твоего выступления, а значит и привлечь внимание нужного человека не так сложно будет, — с жаром произнесла я. Похоже, моя речь подействовала и придала ей сил и уверенности. Аки кивнула. — Хорошо. Тогда я выложусь на полную и заставлю их всех пускать слюни от жадности, — она гордо распрямилась, вскинув голову вверх. «Ох, они точно расплавятся от такого горячего взгляда».       После этого мы разошлись. Я быстро сбегала обратно в нашу с Аки комнату и переоделась. Вернувшись и открыв дверь в зал, передо мной возникла столь ненавистная мне картина. За многочисленными столиками на диванах и креслах развалились посетители. Они громко смеялись, о чём-то переговаривались, пили и курили, распространяя отвратительный запах табачного дыма. Меж столами то и дело сновали туда сюда девушки лёгкого поведения, одетые в откровенные наряды. Возле барной стойки народу было меньше, а за ней я заметила усердно работающего Райза и его временного наставника. Лицо парня было сосредоточено и серьёзно, но при этом не теряло оттенка дружелюбия. Он что-то обсуждал с мужчиной напротив себя.       Ещё раз окинув взглядом помещение, я направилась прямиком к бару, чтобы перекинуться парой слов с напарником. Моё приближение не осталось незамеченным. Райз извинился перед клиентом и подошёл к другому краю барной стойки, приветствуя меня лёгким взмахом руки. — Как ты себя чувствуешь? Почему не за кулисами вместе с Аки? — обеспокоенно спросил Райз, когда я подошла к нему. — Я не буду выступать, — спокойно отвечаю ему. Парень удивлённо вскинул брови. — Всё настолько плохо? — Не настолько, конечно… Но не так хорошо, как хотелось бы, — если бы он только знал, насколько я приуменьшаю своё плохое самочувствие, то меня бы тут же посадили под замок и велели отдыхать. — Ясно. Получается, весь наш план… — Нет. Всё в силе. Не беспокойся на этот счёт. Я уже всё предусмотрела. Если коротко, то план таков: Аки выманивает нашу рыбку, ведёт к комнатам для уединения, где их перехватываю я, после чего вырубаю нашу цель и вытаскиваю из него всё, что смогу. — Хм. И правда кратенько… Что ж, это может и прокатить. Но всё равно будь осторожна, — он настороженно нахмурился. — И проследи за Аки. Не хотелось бы, чтобы с ней что-то случилось из-за нас. — Ты волнуешься за неё? — опять во мне пробудилось то тёмное чувство. — Конечно. Мы же стали друзьями, так что я и за тебя и за неё волнуюсь, — совершенно не заметив смены моего настроения, ответил Райз, тепло улыбнувшись. Я тут же оттаяла. — Приятно слышать… Слушай, а где организатор выступлений? — Зачем тебе? — Надо ему сообщить о моём отсутствии на сцене. А то всё может полететь к чертям, если меня объявят, а я не появлюсь. К тому же, на Аки полетят все шишки. — Хм. Понятно. Последний раз он был недалеко от сцены, — парень махнул рукой в нужном направлении. — Я буду надеяться, что у вас получится всё провернуть без последствий, которые мне пришлось бы потом разгребать, — он картинно вздохнул, точно я являюсь источником всех проблем. Усмехаюсь. — И когда это я стала проблемой номер один, не напомнишь мне? — задумчиво протянула я, хотя сама сверкала глазами из-под хитрого прищура. Райз на это пожал плечами, с весёлой усмешкой смотря на меня. — Ладно. Не переживай, я справлюсь, — я дружески хлопнула несколько раз по его плечу. — Держу за вас обеих кулачки. — Спасибо.       Улыбнувшись ему напоследок, я направилась к организатору. Это был мужчина лет тридцати, с короткими тёмно-синими волосами, зачёсанными назад. Они блестели и переливались от избытка фиксирующего лака, когда на них падали лучи разноцветных и сверкающих ламп. Глаза скрывались за стеклами чёрных очков, но мне известно, что они имели карий оттенок. — Добрый вечер. Могу я с вами поговорить? — совершенно бесстрастно спрашиваю я. Организатор оторвался от разговора со своими приятелями и обратил на меня внимание. Его брови тут же нахмурились, пока взгляд оценивающе пробежался по моей одежде. — Какого чёрта ты ещё не одета? Ты в курсе, что ваше выступление следующее? — практически прошипел он, вглядываясь в мои глаза. Меня этот угрожающий тон никак не тронул. Лицо всё также оставалось полностью незаинтересованным и безразличным.       Для каждого человека существует подход, при котором ваше общение будет иметь максимальную продуктивность и выгоду. Я ещё в прошлой жизни поняла, что проще изучить человека и подстроить своё с ним общение по его интересам, чтобы в итоге быть в выигрыше. С организатором выступлений всё было куда проще, чем с остальными работниками этого борделя. Он оказался садистом до мозга костей, обожающим унижать и ломать непокорных. Однако, если ты никак не проявляешь свой характер и постоянно относишься ко всему безучастно, тебя не трогают. Именно такой тактики с ним я и придерживалась всё это время. — Планы изменились. Я не буду участвовать сегодня, поэтому когда пойдете объявлять, меня не называйте. — Наглая маленькая стерва! Как ты смеешь так разговаривать со мной? — Смотрите не подавитесь собственным ядом, — холодно хмыкнула я, после чего развернулась и пошла прочь. — Маленькая сучка, вот ведь наглости хватает говорить такое МНЕ! — возмущённо прошипел мужчина. — А чего ты её не накажешь в своей излюбленной манере? — спросил один из его знакомых, на что организатор отмахнулся, быстро принимая скучающий вид. — С ней не интересно. Холодная, бесчувственная, на всё наплевать. Какое же тут веселье, если тебя просто тупо игнорят? — Такаши, ты меня поражаешь. Откуда такая милосердность? Помнится, тебя и игнор никогда не останавливал, — человек лукаво прищурился, чем вызвал усмешку у знакомого. — Есть что-то в этой маленькой стерве, что не даёт мне поступать с ней также, как и со всеми, — загадочно улыбаясь, сказал организатор. — И что же это? — Её глаза, — он усмехнулся, смотря на вытянувшиеся непонимающие лица. — Они так холодны и жестоки, как и у меня когда-то. Хочу посмотреть, что же из неё получится в будущем.

**********

      Такаши поднялся на сцену и громко объявил о начале выступления Аки. Сидя в зале вместе с другими посетителями, я услышала недовольный шепот. Оказалось, некоторые пришли не ради Аки, а ради меня. Это было крайне неожиданно, и помимо отвращения во мне родилось странное удовлетворение.       Свет во всём зале погас. Звуки и разговоры моментально стихли. Послышались первые нотки мелодии, а вместе с ними начал загораться свет. И вот перед зрителями возникла женская фигура. Маленькая, стройная, утончённая. Впервые мне довелось увидеть полноценное выступление Аки со стороны, и оно поразило меня. Музыка нарастала, а вместе с ней ускорялись и движения.       Подруга оказалась просто великолепна! Никто не мог оторвать взгляда от её плавных и гибких движений. Изящество и грация виднелись в каждом жесте. Мягкая, плавная походка, словно тело плывет по воздуху совершенно не касаясь пола. Ах, этот пылкий взгляд…       Но я быстро пришла в себя и вернулась в реальность. Чувство отвращения возросло от понимания, что нам с Аки ещё нет даже шестнадцати лет, а все эти люди смотрят на неё с отнюдь не невинными мыслями в головах. Это заставляло злостно бушевать с новой силой.       Вся красочность выступления отошла на второй план, уступив место твёрдости и серьёзности. Я окинула взглядом весь зал, ища нашу цель. Нужная личность сидела за барной стойкой и неотрывно следила за моей подругой. Он о чём-то тихо переговаривался с владельцем борделя. Тут мой взгляд упал на Райза. Заметив вопрос в моих глазах, парень молча кивнул, подтверждая, что пока всё идёт как надо.       И вот всё закончилось. Зал наполнился аплодисментами и одобрительным свистом. Аки поклонилась и, прежде чем уйти, игриво подмигнула нашей рыбке. Судя по его реакции, этот жест сделал своё дело на все сто процентов. Я видела, как он напряжённо заёрзал на месте, снова обращаясь к хозяину этого места. Мы с Райзом обменялись взглядами, и я поняла, что всё прошло как нельзя лучше.       Более в этом помещении меня ничто не держало. Осталась последняя главная деталь: поймать этого человека и вытащить из него всю нужную информацию.       Из прошлой жизни мне было известно, что Итачи был непревзойденным мастером гендзюцу. Он в совершенстве владел Шаринганом, а, в купе с его гениальным умом, додзюцу делало из него безумно опасного противника. Помнится, ему даже не всегда нужно было прибегать к помощи наших глаз. Невероятное умение, обучится которому было невообразимо сложно. Мне об этом известно лучше, чем кому бы то ни было ещё. Приходилось однажды проверять. Конечно же, ничего не получилось. И хотя с воображением у меня всё просто прекрасно, гендзюцу до уровня брата сильно недотягивает.       Зато нашлось кое-что, дающееся мне намного легче. Если Итачи пользовался Шаринганом для того, чтобы накладывать свои иллюзорные «сети», то я нашла ему немного другое применение. Ментальные манипуляции. С помощью своих глаз, я могу проникнуть в незащищенное никакими барьерами сознание и делать в нём всё, что захочу. В какой-то степени это тоже можно назвать гендзюцу, ведь при желании можно перепрограммировать сознание человека и заставить того видеть несуществующее. Однако, с другой стороны это умение ещё сложнее.       Работа с чужими воспоминаниями, мыслями и желаниями — это очень кропотливая и опасная работа. Стоит сделать что-то не так, как ты просто уничтожишь личность человека, или, хуже того, сведёшь кого-нибудь с ума. Мне пришлось довольно много работать над этим навыком, практикуясь на наших жертвах, но зато теперь для меня не проблема проникать в сознания людей и вытаскивать нужную информацию, не причиняя просто так вреда.       В коридоре между комнатами для уединения было намного тише, чем в зале. Голоса и музыка проникали сюда очень приглушённо. Правда, к сожалению, здесь царила своя какофония из стонов и скрипов кроватей. Я так и не определилась что из этого бесит меня больше. Однако, сейчас было не до этого. Прошло уже около пятнадцати минут с окончания выступления Аки, а ни её, ни нашей рыбки всё ещё не было, поэтому я начала волноваться.       Но, словно прочитав мои мысли, из-за угла показалась та самая парочка. Кожа Аки побелела хуже мела, и хотя лицо выражало дружелюбие, в глазах плескался страх и волнение. Мужчина же ничего не замечал, продолжая тащить мою подругу к одной из комнат. Когда они остановились возле нужной, и он начал открывать её, я выскочила из укрытия и одним точным ударом отправила его смотреть сны.       Девушка тут же облегчённо выдохнула и устало привалилась к стене, сползая по той вниз. — Ками-сама, как же это было страшно. Я думала, что у меня сердце сейчас выпрыгнет! — сбивчиво говорила она, забравшись руками себе в волосы. Смотрю сначала на неё, а потом на бессознательного мужчину. — Ну, зато у нас получилось его по-тихому вырубить, — заметила я слишком отстранённо для нынешней ситуации. Наверное, мне следовало сказать что-нибудь успокаивающее, да только подходящих слов не было. У меня всегда имелись определенные сложности с успокаиванием других людей. Да что там другие, я и с самой собой-то не всегда ладила… Однако, Аки это, вроде бы, помогло. — Паршивая попытка, — сказала она и улыбнулась мне. Неловко пожимаю плечами. — И что теперь? Он в отрубе. Как ты собираешься из него что-либо вытаскивать? Не думаю, что у нас есть время ждать его пробуждения. — Ну, времени у нас действительно нет, — согласно киваю. — У меня есть одна… техника, и для её осуществления мне не требуется, чтобы он находился в сознании. — А можно я на это посмотрю? — с любопытством спросила Аки, поднимаясь на ноги. Я поджала губы и задумалась над этим вопросом. «Можно ли ей посмотреть на то, как я использую Шаринган? Моя рациональная часть моментально ответила «нет», но более чувственная поселила сомнения и требовала раскрыть подруге эту тайну о себе. Сложный выбор». — Прости, но нет. Это дело не для слабонервных. — Я не слабонервная. Не думаю, что после всего, что мне довелось увидеть, твоя техника напугает меня, — продолжала упорствовать она. — Ох, Аки… Понимаешь, у меня есть один секрет, о котором никто не должен знать. И, ты уж прости, но тебе я пока не готова его доверить, — с толикой грусти сказала я, стараясь не смотреть в её сторону. Девушка немного поникла и растеряла былой запал. Но она удивила меня, усмехнувшись. — Снова эти твои секреты, — совершенно без обиды сказала Аки. — Ладно, твоё дело говорить или нет, но мне всё-таки немного обидно, — она по-детски надула губы, вызвав у меня улыбку. — Прости, но пока расклад таков. Ладно, ты иди, а я пока займусь этим типом, — сказала я, подхватывая тело под плечи. Подруга помогла мне, придержав дверь открытой. — Что мне сказать его псам, если спросят, где их босса носит? — М, скажи, что он напился и отрубился, а ты оставила его в одной из комнат, — задумчиво произнесла я, когда скинула это тело на кровать. — Думаешь прокатит? — Думаю, что да, — уверенно киваю. — Что ж… тогда я пойду? — с небольшим сомнением сказала Аки, неуверенно смотря то на меня, то на нашу рыбку. — Иди. За меня не беспокойся. — Ага.       Аки всё же покинула комнату, не забыв плотно закрыть за собой дверь. Я подождала, пока она скроется, а потом приступила к делу. Очень удачно в тумбочках нашлись веревки. С их помощью крепко зафиксировала тело мужчины на кровати, после чего уселась возле него, открывая пальцами веки и активируя Шаринган. «Что ж, поехали».       Копаться в чужих воспоминаниях мне очень нравилось. Конечно, это очень грубое вторжение в личную жизнь, но было как-то плевать. Тем более, этот человек за всё время своего существования не сделал ничего хорошего, и его память это подтверждала.       К сожалению, у моей способности пока был один большой недочёт — чтобы просмотреть какие-то определенные воспоминания, я так или иначе должна просмотреть их самого рождения и до нужного мгновения. Это очень напоминало просмотр фильма, только намного быстрее. В реальности проходили всего считанные минуты. Правда, в процессе моего обучения мало кто из подопытных выживал или оставался в своём уме после такого просмотра.       И вот я, наконец-то, добралась до нужных событий. Вот только… то, что я там увидела, повергло меня в шок и причинило сильную боль. Оказалось, что этот человек, хозяин борделя и Курои не так давно, буквально перед нашим заданием, заключили сделку. Каждый получал что-то своё, оставаясь в выигрыше. Но Ину получал значительно больше остальных: мои глаза и тот самый меч.       Однако рыбка решила поступить по своему, нарушив условия. Он решил, что заберёт меня к себе и сделает своей цепной собачкой, а про меч ничего не расскажет.       Я резко вынырнула из его сознания, и тут же осознала, что плачу. Щёки заливали крупные дорожки слёз, злых слёз. Ярость, боль и ненависть клокотали во мне, точно мощнейший ураган. Чакра, будто сойдя с ума, неистово носилась по телу, больше всего концентрируясь в голове. Глаза нещадно пекло, из-за чего мне приходилось жмуриться и часто моргать. Где-то на периферии мелькнула мысль, а не появился ли у меня Монгёку, но одного взгляда в висевшее на стене стекло хватило, чтобы понять — нет.       Я знала, что Курои нельзя доверять. Знала, что он ведёт свою какую-то двойную игру, однако одно дело подозревать, а другое дело знать наверняка. Это оказалось больнее, чем мне всегда казалось, что злило лишь ещё сильнее.       Тут же захотелось причинить боль и ему. А если не боль, то хотя бы какую-нибудь очень раздражающую пакость. Взгляд сам собой упал на бессознательное тело, и кровожадная улыбка сама собой появилась на моём лице. От посетившей меня мысли хотелось скалится и безумно смеяться, ощущая мрачное удовлетворение.       Не теряя ни секунды, я снова проникла в сознание мужчины, но на этот раз с иной целью. Его тело содрогнулось от резкой кроющей боли, а губы раскрылись в преддверии крика. Однако я не позволила этого, быстро и плотно зажав рот рукой. Он дёргался, стонал и вопил, пока в его голове происходил сущий ад. Я просто выжигала каждую частичку сознания. Одну за другой, пока мужчина не замер, а сознание не превратилось в чёрную бездушную дыру.       Вот только насладиться своей работой мне не дали. Кто-то вторгся в комнату и одним мощным ударом вырубил меня, пока я не успела оправится от техники и прийти в себя. Мир перед глазами поплыл, а после погрузился во тьму.