Все дороги ведут в прошлое

Когда Ооцуцуки появился на поляне, они были готовы. Стояли плечом к плечу, и кулаки яростно сжимались, а на лицах застыло выражение бессмысленного упрямства. Бездумная храбрость, против убийственного опыта. — Что ж, я в вас верю, молодые люди, — он улыбался, как и всегда, — и даже дам вам подсказку: в этом теле у меня и вправду нет Бьякугана.  — Нам не нужны твои поблажки, приготовься умереть, — ответила Сарада. А у Боруто кулаки сжались ещё сильнее. Сражение началось стремительно, будто по чьей-то отмашке. Мицуки, молниеносно сократив расстояние, ударил Ооцуцуки, готовясь сменить направление атаки, если противник попытается увернуться, но этого не произошло, и кулак встретился с мягкой плотью. Мальчик удивился - это не то, что он ожидал от оппонента, судя по прошлому бою, когда он почти не мог до него дотронуться. Думать Мицуки умел, поэтому сложить дважды два ему не составило труда. Смена облика или тела повлияла на стиль боя бледнолицего, и мальчик очень надеялся, что техника, которую применил Ооцуцуки не похожа на технику его отца. Следующий удар пронзил воздух. Противник отскочил, складывая печати. — Дотон: Техника Окаменения, — Мицуки попятился, тело бледнолицего покрылось слоем серого, очень прочного на вид камня. Это не предвещало ничего хорошего, если в прошлом бою он просто не мог дотянуться до оппонента, то сейчас не сможет пробить его прочную кожу. Пора было приступать к плану Сарады, иначе он рискует выйти из строя до того, как его роль будет исполнена. — Фуутон: Техника Волны Ветра, — техника, направленная на землю, взметнула облако пыли и сухих листьев, Мицуки отскочил, позволяя вступить в бой своим напарникам под прекрытием этой завесы. Ооцуцуки увернулся от удара Сарады, пропуская его над головой и резко отпрыгивая на безопасное расстояние. — Ну, ну, милая леди, неужели вы думайте, что я позволю дотронуться до себя, зная о вашей силе? — он издевался, смотря в её глаза и замечая, как на дне чёрных зрачков клокочет всепоглощающая ярость. Пылевая завеса почти исчезла, но Боруто всё равно неожиданно вынырнул из неё, целясь в голову Ооцуцуки. Противник с лёгкостью поднял руки, собираясь блокировать этот удар, но клон прошёл сквозь него. Техника Клонирования. Ооцуцуки почувствовал движение позади себя. Так вот в чём дело. Ловушка. Абсолютно бессмысленная, если мальчишка не собирается использовать расенган. Ему не пробить каменный доспех простыми ударами. Крепко сжатый кулак нёсся прямо в его солнечное сплетение, секунда и он перехватит удар, отбрасывая мальчишку. Вдруг зрачки Ооцуцуки расширились в удивлении. Он со всей доступной ему скоростью отбросил своё тело в сторону, и удар прошёл в миллиметре от его живота. Это было близко. — Неплохо, но я не настолько глуп, как вы считаете, — он говорил почти с радостью, — этот ход было не так сложно раскусить. Единственный из вас, кто находился в таком плачевном состоянии, что не смог бы создать нормального Теневого Клона — это вы, милая леди, — продолжал Ооцуцуки, заглядывая в голубые глаза. Техника с хлопком развеялась, и Сарада, тяжело дышащая и выглядящая слишком изнурённой для боя, предстала перед ним. Она смотрела так холодно, что, будь этот взгляд материален, Ооцуцуки давно бы превратился в ледяную статую. — Думаю, наше общение следует закончить, как можно скорее, — он начал складывать печати, неотрывно следя за движениями девушки, — вы слишком слабы, а я не хочу, что бы кто-то мешался под ногами. — Дотон: Техника Земляного валуна, — огромный камень понёсся прямо на девушку, и она с ужасом осознала, что не успевает увернуться. Время будто замедлилось. Боруто кинулся вперёд, понимая, что не успевает. Камень встретился с беспомощным телом. Оглушающий звук на мгновение завис над поляной проникая в каждую клеточку тела. Это невозможно. — Нет! Сарада! — Боруто попытался подобраться к девушке, но неожиданно появившийся Ооцуцуки откинул его одним ударом. На лице мальчика застыло выражение бессильной ярости, а из горла вырвался хриплый рык. — Суитон: Техника Сокрытия в Тумане. Мужчина хмыкнул: у мальчишки прибавилось мозгов с последней встречи, и он не стал бездумно бросаться на противника, но это вообщем-то было не очень важно. В арсенале Ооцуцуки не было техник способных развеять туман, однако убраться из зоны её действия ему никто не мешал. Он бросился в сторону реки. Сделав два шага по воде, Ооцуцуки краем уха услышал визг молнии. Неожиданно. Его ждали. Он отскочил на берег, наблюдая, как по реке пробежалась волна электричества. Ладно, этот путь закрыт. Он развернулся собираясь двигаться в другую сторону, но из тумана проворно выскочил мальчишка, целясь кунаем прямо ему в голову. Он перехватил руку, всаживая кунай в живот оппоненту. Мальчишка улыбнулся. Раздался взрыв, и Ооцуцуки отбросило на несколько метров, но каменная оболочка смягчила силу взрывной волны, и он смог устоять на ногах. Хитро. Прикрепить взрывную печать на собственного клона. Несколько кунаев воткнулись в землю позади Ооцуцуки, и ему пришлось сделать несколько шагов вперёд. Туман сильно раздражал. В этом теле у него не было никаких особых способностей, и убрать эту бессмысленную помеху никак не получалось. Ооцуцуки был уверен, что у мальчишек не осталось чакры на атаку, способную пробить его каменный доспех, но отсутствие возможности видеть противника нервировало. Он услышал странный шум сбоку и успел отскочить прежде, чем взрыв смог снести его с ног. — Молодые люди, эти прятки начинают порядком надоедать, выходите и я обещаю, что убью вас быстро. В действительности он не надеялся, что на его крик отзовутся, и приготовился ещё к нескольким минутам скучных атак взрывными печатями, но выпрыгнувший из тумана похожий на змею мальчишка заставил его повеселеть. Этот парень был действительно хорошим противником, хотя в его движениях явно чувствовался недостаток опыта. От первого удара он увернулся, второй принял на блок, третий последовал от неугомонного блондина, появившегося справа. Они дрались яростно, как люди, которым нечего терять, и под градом их беспощадных ударов Ооцуцуки сместился немного влево. Силы мальчишек были на исходе, но никто из них так и не сумел пробить каменный доспех. Ооцуцуки это начинало надоедать. Они больше не могли предложить ему захватывающий бой. — Пожалуй, это конец, — Ооцуцуки поймал их руки, собираясь опрокинуть сразу обоих противников на землю. Он поймал взгляд Боруто и с удивлением осознал, что в нём уже нет былой ярости, лишь капля какого-то безумного предвкушения. Странно… — Шаннаро! — звук донёсшийся со спины, проник в сознание липким удивлением. Ооцуцуки понял, что происходит слишком поздно - сокрушительный удар полностью выбил из него воздух. Сарада вложила в эту атаку всю ту ярость, что не давала ей трезво мыслить, и всю ту боль от осознания своей собственной слабости, которая прочно поселилась в душе. Камень дрогнул под её напором, разлетаясь на мелкие кусочки. Напарники отпрыгнули вовремя, позволяя ей завершить начатое. Сила удара расколола землю в ближайших нескольких метрах, а спина Ооцуцуки превратилась в кровавое месиво. Противник лежал на земле, не шевелясь, и Сарада почувствовала, как из глубины души поднимается странное чувство. Ликование. Триумф. Она оглянулась на напарников и в их ошарашенных улыбках, увидела отражение собственного смятения. Уставшие, еле держащиеся на ногах они это сделали. Вместе. Они победили. И это было невозможное чувство — смесь облегчения и какого-то странного удивления. Они преодолели свой предел, сделали невозможное. Сарада упала на колени: ноги больше не держали, и ей захотелось улыбнуться и рассмеяться во всё горло. Они победили, они дышали - и это разжигало в сердце безумный огонь радости. Несколько минут на поляне стояла абсолютная тишина, в которой можно было услышать, как три сердца бьются в унисон. — Мы это сделали, даттебаса! — эти слова были первыми, прервавшими их понимающее молчание, — Сарада, ты в порядке? Я даже подумал, что ты… Она хмыкнула и попыталась подняться, боль, пронзившая тело, заставила тихо зашипеть. Нет, второй раз она этот подвиг не повторит. Мицуки и Боруто подошли к ней и помогли подняться. Ребята развернулись к ближайшему дереву, собираясь осмотреть новые раны напарницы. Позади раздался хриплый кашель. Сердце Сарады пропустило удар. Невозможно… После такого удара не живут. — Молодые люди, мне стоит извиниться, я забыл упомянуть, что в некотором роде бессмертен…