Отражение души

Корнеев не торопясь прогуливался по тихой улочке, что пролегала недалеко от самого большого и прекрасного парка в городе. Он был в задумчивости. Его разговор с папой выбил его из колеи. И он не мог понять что чувствует в данный момент. Да, он был очень рад тому, что его единственный родитель ­наконец-то нашел свое счастье. Он также с нетерпением ждал рождения своего маленького братишки. Но в тоже самое время он чувствовал себя лишним. Было ощущение, что своим присутствием он разрушает идилию этой счастливой семьи, в которой он, Рафаэль Корнеев, был лишним. Разумеется, его настоящих чувств никто не заметил. Окружающие видели лишь искреннюю радость. Это и неудивительно, ведь за всю свою жизнь Рафаэль научился держать свои настоящие эмоции под полным контролем. Однако стоило ему проводить папу до квартиры и выйти из подъезда, как он сразу погрузился в свои мысли, абсолютно не замечая ничего вокруг. Он шел по большим шумным улицам, разглядывая все вокруг, но не концентрируя на ­чем-либо своего внимания. Рассматривал быстрый поток машин, что старались обогнать друг друга, иногда нарушая правила дорожного движения и превышая скорость. Видел спешащих на встречу в офисе деловых работников, одетых в черные или темно-­синие классические костюмы, под которыми была белая идеально выглаженная рубашка, а шею неудобно стягивал галстук, который хотелось сорвать с себя в любую минуту, но стоило лишь коснуться его, как рука опускалась и работник ускорялся, срываясь на бег. На автобусной остановке толпилась куча народу, среди которых был довольно высокий мужчина с широкими плечами, нахмуренными бровями и ­каким-то злым или лучше сказать раздраженным взглядом. Он нервно щёлкал губами, то и дело посматривая на наручные часы. И его нервное постукивание носком ботинка и нетерпеливый взгляд в сторону шоссе, по которому проезжали машины, выдавали его через чур напряжённое состояние. Он явно опаздывал, но такой нужный в этот миг автобус явно не собирался показываться в ближайшие несколько минут, лишь бесконечный поток машин, как будто насмехаясь, постоянно рябил перед глазами. Мужчина недовольно фыркнул и снова посмотрел на минутные стрелки. А рядом с ним стоял молодой парень, кажется 20-25 лет. На нем была ярко-красная футболка, сверху черная усыпанная карманами куртка, которую парень даже не удосужился застегнуть на молнию, довольно старые, но не выглядящие поношенными джинсы с дырками на коленях и кеды, перепачканные в песке, но с белоснежными шнурками. На голове была кепка, а в ушах наушники, плеер же был небрежно засунут в левый карман брюк. Парень не обращал внимание на окружающий мир и надувал очередной пузырь из жвачки, стоило только предыдущему лопнуть. И его совершенно не волновал тот факт, что звук лопающейся резинки может ­кого-то раздражать. Он просто ловил кайф, слушая очередную песню своей самой любимой рок-группы. Немного в стороне от остановки стоял толстяк. Он был таким толстым, что напоминал собой колобок. Но больше всего выделялась его неуклюжесть. Она была просто феноменальной. За те несколько минут, пока за ним наблюдал Рафаэль, он успел упасть, запутавшись в свои ногах, пролить на свою рубашку горячий только что купленный в кафе кофе и столкнуться с мимо пробегающим подростком, которого он обматерил в догонку, но тот даже не оглянулся на закипающего от гнева колобка и продолжил свой бег. И, возможно, случилось бы ещё много всего, но к огромной радости этих троих, к остановке ­наконец-то подъехал автобус. Правда, тот был полностью забит. Люди стояли практически друг на друге, словно сельди в бочке. Однако ожидающих приезд автобуса это не остановило, они с титаническими усилиями впихивались внутрь салона, устраивая ещё большую давку, что даже автобус начинал покачиваться из стороны в сторону. И только, когда водитель смог закрыть двери, автобус тронулся дальше. Это было довольно странно. Ведь сейчас было два часа дня и по идее час пик уже давно прошел, но для этого города это было вполне обычное зрелище. Единственное время, когда в общественном транспорте было более менее мало народу — это с 12ч дня до 15ч, в остальное же время практически всегда был час пик. Это и неудивительно. Город Z входил в десятку самых крупных и самых процветающих городов мира. И в этом списке он по праву занимал почетное второе место. Но так было лишь потому, что именно здесь располагались главные силы самых известных мафиозных кланов. Если бы не это, то город Z был бы номером один среди всех мегаполисов мира. Сейчас не многие знают, что изначально этот город был основан благодаря союзу мафиозных семей, который был заключён в начале 16 века. Город был небольшим. В него входили лишь двадцать четыре особняка, принадлежащих различным кланам. Со временем он расширялся и постепенно в нем стали проживать не только представители мафии, но и обычные граждане. А сейчас город известен как центр самых передовых технологий и сосредоточием огромного числа бизнес компаний, многие из которых имеют филиалы по всему миру. Среди бизнесменов ходил слух, что если ты сможешь открыть свой бизнес и продержаться на плаву в городе Z, то ты с уверенностью в 100% сможешь открыть филиалы во всех городах мира. Было ли это просто выдумкой или действительно правдой, но одно было точно — кто успешен здесь, тот успешен везде. И было множество примеров доказывающих это. Как уже говорилось изначально город был основан мафией и вся власть над ним была сосредоточена в руках мафиозных семей. И даже теперь, спустя пять веков, ничего не изменилось. Хотя теперь правящим кланам приходилось оставаться в тени, чтобы обычные люди не узнали их секретов. Однако полиция и другие органы власти все без исключений подчинялись мафии, а если точнее то Рафаэлю Корнееву. Он был самым настоящим теневым правителем, человеком который дёргает за ниточки при этом оставаясь в тени. И у него настолько мастерски это получалось, что становилось страшно. А больше всего пугало то, что нечто подобное смогла сделать омега. Омег всегда считали слабым полом, о котором нужно заботиться. Они хрупкие и ранимые. А ещё очень капризные. Их главная задача — продолжение рода. И хотя уже давно права омег и альф стали одинаковыми и их считали равными во всем. Но всё же старые предрассудки остались, хотя о них и не говорили вслух. Но Рафаэль Корнеев был исключением из правил. Он был очень умён, жесток и коварен, а также гораздо сильнее многих альф. Он можно сказать превосходил их во всем. И знающие его люди говорили, что Корнеев должен был родиться альфой. А его омежья сущность была подобна насмешке судьбы. Но Рафаэлю было все равно, хотя иногда он думал что другие правы и ему действительно стоило родиться альфой. Однако он очень быстро отгонял от себя такие мысли. Какая разница кто он? Главное чего он добился в своей жизни. И не важно, что он омега! Он смог сделать то, что не смог сделать никто другой. А это самое важное. Омега вздохнул и покачал головой. Опять ему в голову всякая ерунда лезет. Он ускорился и пройдя несколько поворотов оказался на перекрестке, ведущем к тихой улице, которую жители этого города старались обходить стороной (по крайней мере законопослушные граждане). Через нее пролегал самый короткий путь к центральному парку, но все с радостью делали круг лишь бы оказаться подальше от этого места. Может и казалось, что эта улица тихая и спокойная, но именно здесь собирались каждый вечер банды головорезов, байкеров, гонщиков, воров и пять самых известных информаторов в городе. Все они были странными личностями. Например, банда “Скорпионы” славилась своей жестокостью. Они сдирали живьём кожу со своих жертв, а затем ломали тем все кости на руках и ногах. И их жертвой мог стать кто угодно: от маньяка-­насильника до обычного мимо проходящего человека, который кинул в их сторону презрительный взгляд. И подобных психов было не мало. И все они собирались поздними вечерами на этой улице. Разумеется, о каждом из них ходила дурная слава. Особенно выделялись пять информаторов. Самый старший из них — Паоло. Он выглядел как старик, но его настоящий возраст никто не знал. Даже его настоящее имя было неизвестно. Десять лет назад он прибыл в город Z и за довольно короткий срок стал известен в подпольном мире. У него была хорошая репутация. Он качественно выполнял свою работу и всегда предоставлял точную информацию. Брался практически за любые заказы и никогда не интересовался личностью заказчика. Он был готов сделать что угодно если за это заплатят хорошие деньги. А самой большой его странностью была молчаливость. Он практически всегда молчал. Было настоящим чудом когда ­кто-то мог услышать хотя бы пару слов от него. Вторым из пятерки был Рик по прозвищу кобра. Он и правда был похож на змею и не только характером, но и внешностью. Его прищуренные золотые с вертикальным зрачком глаза, такие же как у змеи, шипящий смех и лживая улыбка, что никогда не пропадает с его лица делали его по-настоящему жутким. Он любил задевать людей за живое. Часто использовал их слабости, чтобы удовлетворить свое извращённое эго и хорошенько посмеяться. А ещё все знали, что он самый настоящий психопат-­убийца, который в восьмилетнем возрасте перерезал всю свою семью. И его любовь к крови никуда не делась. Он мог внезапно напасть на своего клиента и убить его лишь потому, что тот ему не понравился или же он мог убить своего заказчика сразу же после получения оплаты за свою работу. Он был очень непредсказуемым и всегда все делал по настроению. Третьим был Эдвард фон Грайц. Он происходил из древнего аристократического рода. Имел высшее образование и не одно. Являлся самым молодым учёном в области физики. И в свои двадцать два уже имел несколько наград за большой вклад в развитие науки. По мимо физики он увлекался антиквариатом и даже имел свой антикварный магазин, который был довольно известен. И никто не мог понять почему такой человек решил связаться с криминалом. Он жил в полном достатке и ни в чем не нуждался. Он вел себя как аристократ, да и выглядел также, хотя и одного взгляда было достаточно чтобы понять что он связан с наукой. Короткие каштановые волосы, кончики которых немного вьются, умные серые глаза, дежурная улыбка и спадывающие очки. Всегда в белоснежной идеально выглаженной рубашке, поверх которой была надета черная жилетка с золотыми пуговицами с изображением розы. Длинные черные, немного обтягивающие стройные ноги, брюки, закреплённые кожанным ремнем и дорогие лакированные туфли со шнурками. На руках он всегда носил перчатки, так как был до ужаса помешан на чистоте и терпеть не мог к ­кому-либо прикасаться. Вел себя со всеми надменно, словно показывая свое превосходство жалким простолюдинам. И все его клиенты были ­как-то связаны с аристократией. Заказы обычных людей он не принимал, ведь те просто не осилят цену заказов. Четвертый же был слишком странным. Его имени никто не знал. Но все знали, что он любит притворяться бомжом и клянчить милостыню у прохожих. Он делал это каждый день и никто не знал почему. Последний же приехал с Востока. И был помешан на духах и призраках. Его все знали как предсказателя. Хоть все его предсказания и были точны, но особого доверия он не вызывал. Уж слишком хитрой у него была морда, да и врал он отменно, а ещё быстро бегал, ведь по натуре был трусом каких поискать. И все кто делал у него заказы обязаны были также купить защитные амулеты от всякой нечести иначе он не брался за работу. И таких вот странных личностей в этом городе было навалом. Все они были чрезвычайно известными и порой не только в криминальной среде. Однако самым странным и самым известным был Рафаэль Корнеев. Почему его считали странным непонятно. В отличие от других он был самым нормальным. Но именно эта нормальность так пугала всех его знакомых. Все они были связаны с мафией, на руках у каждого была кровь других людей и с годами ее становилось всё больше и больше. Стараясь уберечь свой рассудок многие вырабатывали особые привычки, из-за которых их поведение казалось неадекватным. Они являлись защитным механизмом, позволяли забывать то что ты убийца и не сойти с ума окончательно. Однако Рафаэль всегда при любых обстоятельствах вел себя одинаково. Его хладнокровие порой можно было сравнить с бездушием. Он мог спокойно убить одного человека или же тысячу, при этом не изменившись в лице, и с точно такой же приятной улыбкой выпить кофе с друзьями. Его не мучила совесть. Он словно машина для убийств полностью утратил свою человечность. Или лучше сказать, как робот который может с нажатием одной кнопки утратить все свои человеческие эмоции, а при нажатии другой улыбаться и испытывать привязанность к друзьям и любовь к семье. Кстати, эта способность появилась у него после того как он застрелил своего любовника, который предал его девять лет назад. И именно тогда монстр, что все это время спокойно спал внутри Рафаэля проснулся и вырвался на свободу, разорвав все сдерживающие его цепи. О том, что Корнеев может по своему желанию блокировать свои эмоции знал лишь Семён Радеев. Он был единственным человеком, что принял Рафаэля таким какой он есть. Его не пугала ни огромная физическая сила друга, ни его ум, ни жестокость. Он просто принимал Рафаэля со всеми его тараканами в голове. Ведь и у него самого было полно скелетов в шкафу. По этому он просто не имел права ­кого-то критиковать. И в отличие от других он понимал это, что безумно нравилось в нем Рафаэлю. Возможно, это понимание и принятие друг друга такими какими они есть и стало началом зарождения их крепкой дружбы. Они столкнулись случайно. Семён, будучи тогда маленьким мальчиком, убегал от злого мужчины, который узнал что мальчишка выкрал у него деньги. А Рафаэль просто брел по улице в надежде найти хоть ­какое-то лекарство для своего папы. Эта встреча стала для них началом новой жизни. Радеев смог выжить и нашёл цель своей жизни, а Рафаэль через некоторое время нашёл способ вылечить болезнь отца. Однако даже долгое расставание не смогло разрушить их дружбу и спустя почти 15 лет они снова встретились. С тех пор они всё время проводили вместе. Между ними была крепкая связь. Эта связь была крепче чем кровная. Когда они шли рядом по улице они выглядели как братья. И в душе они и вправду считали друг друга семьёй. Они всегда были готовы стоять горой друг за друга и прикрывать спину другого если тот оказался в опасности. Многие завидовали им, понимая, что связь между ними не сможет разрушить никто и ничто. При мыслях о своем друге на лице Рафаэля появилась улыбка. Он быстро перешёл дорогу и оказался на другой стороне улицы. Он шёл прогулочным шагом, насвистывая весёлую мелодию. Но его не покидало ощущение того что за ним ­кто-то следит. Это ощущение появилась ещё ранним утром, когда он только вышел из своей квартиры. Корнеев не придал этому никакого значения, врагов у него было много и следить за ним мог кто угодно. Однако настойчивый взгляд преследователя с каждым часом становился всё более и более ощутимым. Это наводило на мысли что за ним следил непрофессионал. Ведь этот человек даже не попытался скрыть своего присутствия, что было очень странно. Все в городе знали насколько опасен Рафаэль Корнеев и если посылали ­кого-то следить за ним сразу предупреждали о том, что человека могут легко заметить. Поэтому для слежки за ним выбирали самых искусных людей. А этот же преследователь даже не удосужился скрыть своего присутствия, а его пронзительный взгляд мог не заметить только слепой. Из этого было понятно что он решил сам проследить за Рафаэлем, а это значит что он не принадлежит ни к одной крупной силе. Да и профессионалом он явно не был. Корнееву хотелось смеяться. Неужели еще есть человек, думающий что сможет остаться незамеченным от его звериного чутья. Ему даже захотелось посмотреть на этого идиота, поэтому он ловко скрылся в небольшом переулке, который заканчивался тупиком. Сегодня молодому детективу Сорану откровенно не везло. Он проснулся ранним утром и осознал что совершенно не помнит, что произошло вчера вечером. И честно сказать он был удивлен, когда заметил рядом с собой абсолютно голого омегу, который ко всему прочему был даже не в его вкусе. Он попытался вспомнить что же вчера произошло. В начале ему позвонили друзья. Да, несмотря на то, что он совсем недавно переехал в этот город, большинство его друзей проживало именно здесь. Раньше они общались по телефону или же просто переписывались друг с другом. Но теперь они могли спокойно видеться, ведь жили довольно близко. Идея отпраздновать переезд Сорана и его назначение детективом в первый следственный отдел принадлежало Томми. Молодому гиперактивному омеге, который все время ­что-то рассказывал, не замолкая ни на минуту. Он был довольно симпатичный. Короткие рыжие волосы, кожа с золотистым загаром, милые веснушки на щеках, серо-голубые глаза и соблазнительные губы, которые так и хочется поцеловать. Ему давно уже исполнилось 30, но он выглядел и вел себя как семнадцатилетний подросток. Всегда был в хорошем настроении и любил влипать в неприятности. А ещё он до безумия любил азартные игры, в которых Соран был полным профаном. И похоже вчера, когда все уже были подвыпившими, Томми предложил им во ­что-то сыграть. Проигравший должен был исполнить любое желание победившего. Разумеется, какой была игра, ее правила и как она проходила Соран вспомнить не мог. Однако он был уверен на все сто процентов, что был единственным проигравшим. И, кажется, условие состояло в том чтобы он перепал с омегой. Что ж это вполне в духе Томми, который уверен, что у каждого должна быть личная жизнь, а если таковой нет, то хотя бы должен быть регулярный секс. При этом он явно не думал будет ли секс-партнер постоянным или же каждый раз новый. Томми и сам придерживался своего мнения. И Соран ни раз думал как все его любовные похождения выдерживает его парень. Тому можно было только посочувствовать. Однако недавно он узнал, что парень Томми сам имеет парочку любовников и самое интересное — Томми об этом известно. Омега не имеет ничего против. Да уж, логику и мысли этих двоих трудно понять. Как то раз Соран из любопытства спросил не ревнует ли Томми своего парня, а тот лишь ответил: “ Без разницы с кем он спит, ведь я знаю что любит он только меня! А это самое главное. Поэтому не вижу причин для ревности”. А когда он задал такой же вопрос его парню тот, что удивительно, ответил точно также как и Томми. После этого Соран не задавал никаких вопросов про их личную жизнь. Он совершенно не понимал их, но придерживался принципа:”Раз они счастливы, то лезть в их жизнь не стоит! Сами разберутся!” Соран понимал, что это просто ещё один пример другого воспитания. Вот он со своим братом, который младше на три года, воспитывался в семье где были строгие правила и порядки. Отец — глава семьи, человек очень принципиальный. Никогда не прислушивался к мнению других и считал, что его слово в семье закон. Для него это было естественно, ведь он же альфа. Он был довольно вспыльчивым и жестоким человеком. И всю свою злость всегда срывал на своем муже. Хорошо если он просто избивал омегу или же сам насиловал, но чаще всего он приводил своих дружков и те по кругу имели его мужа, а тот смотрел на это с довольной ухмылкой, иногда даже записывал происходящее на камеру. Соран не понимал почему отец так относится к своему мужу, ведь его и брата он любил до безумия. Всегда поддерживал, находился рядом, когда был нужен защищал от любой опасности. Да, он был строг с ними, но его строгость была необходима. Если ребенку всегда и во всём потакать он никогда не научится думать своей головой и не станет самостоятельным. Но отец никогда не повышал на них голос и не поднимал на них руку. И в глубине души они с братом были благодарны ему за всё, ведь благодаря ему они смогли стать людьми добившимися всего чего они хотели в своей жизни. Когда Соран решил стать полицейским именно отец поддержал его, дал ему силы двигаться дальше и не сворачивать с выбранного пути. Хьюберт Крау (так звали отца Сорана) был президентом известной мебельной компании. Благодаря своему гибкому уму в рабочих делах, превосходной интуиции и осторожности он из маленького мебельного цеха на окраине города за ­каких-то десять лет превратил его в крупнейшую мебельную компанию, которая вошла в тройку лучших по всему миру. Разумеется человек, сумевший сделать это, никак не мог быть безрассудным. Да, у Хьюберта была железная хватка и многие знали о его жестокости, но обычно она была направлена на его врагов, а не на близких. Поэтому его отношение к собственному мужу, Соран долгое время не мог понять, ведь отец учил его тому, что омеги хрупкие создания, которых альфа всегда должен защищать. Но его собственные действия были абсолютно противоположны его же словам. И только после того как отец умер Соран понял причину такого отношения отца к папе. Мариан Бритли родился в довольно обеспеченной семье. С отличием закончил школу и университет, а после получил приглашение от модельного агентства. Что в нем увидел директор самого известного модельного агентства в мире Мариан не понимал. Но он практически сразу согласился на это предложение и так начался его взлет в качестве модели. Первая же фотосессия имела грандиозный успех и имя Мариана Бритли облетело практически весь мир. Это и неудивительно, ведь несмотря на то, что Мариан не обладал ­какой-то сногсшибательной красотой, он был не обделён уникальным шармом, которого не было у других. Это делало его по-своему особенным, заставляя выделяться на фоне других моделей. К тому же он схватывал все с первого раза и довольно быстро, учитывая то, что изначально он собирался стать программистом и у него не было необходимых знаний чтобы стать моделью, и вскоре стал профессионалом, на которого стали равняться другие. Он проработал в этой сфере пятнадцать лет. И с каждой новой съёмкой его популярность лишь росла. Однако мир шоу-бизнеса очень опасен, ведь помимо огромного количества врагов и завистников, также есть и огромное искушение, поддавшись которому можно легко ступить на скользкую дорожку. И Мариан Бритли не смог ему противостоять, как и многие другие до него. Он был опьянён своей славой и даже не заметил когда стал относится к своей работе спустя рукава. Его рейтинг постепенно стал падать и в один солнечный день директор модельного агентства сказал, что Мариану Бритли пора уйти на пенсию. Однако сам Мариан не хотел с этим мириться и стал устраивать постоянные скандалы, которые легко скрывались от общественности. Директор по-началу с пониманием относился к выходкам Мариана, ведь тот ­всё-таки был звездой их агентства долгое время и такая новость естественно выбила его из колеи, но через некоторое время его терпению пришел конец и он просто перекрыл для Мариана все пути существования в модельной сфере. И бывшая звезда мирового уровня оказалась на улице. Нет, у него была двухкомнатная квартира в спальном районе, но она была точно такой же как у самых обычных людей. Не было никакой роскоши, к которой так привык Мариан. И ему впервые пришлось задуматься об экономии своих средств. Раньше то он тратил свои деньги не задумываясь, ведь он зарабатывал миллионы, а теперь приходилось считать чуть ли ни каждую копейку. Оставшись без работы Мариан быстро пошел по наклонной. С начала были тусовки в ночных клубах и барах, потом алкоголь и сомнительная компания альф, затем ночи с первым встречным и под конец наркотики. Его зависимость была столь сильна, что он ничего больше не хотел кроме очередной дозы. Ломки были очень болезненными и с каждым разом боль лишь увеличивалась, а Мариан не мог остановиться, ведь его полностью затянуло в темному, наполненную пустатой и наслаждением. Он ничего не соображал. И все дни торчал на улице, а вечером мог спокойно заснуть в ­какой-­нибудь грязной подворотне. Именно там его и нашёл Хьюберт Крау. Он проходил мимо очередного тупикового закаулка, каких в городе полно, когда заметил лежащего на асфальте человека. П­очему-то он не смог пройти мимо него. Какого же было удивление альфы, когда он узнал в этом грязном бомже, который уже несколько недель не принимал ванну, человека, которым он тайно восхищался. Тогда Хьюберт Крау не раздумывая взял омегу и отправился с ним к себе. Трудно сказать какими чувствами он тогда руководствовался. Может, это было восхищение, пускай и бывшим, но все же кумиром или же жалость к тому кто ещё пару лет назад мелькал на всех обложках глянцевых журналов. Но без сомнений эта встреча стала поворотным событием в жизни обоих. Под присмотром альфы Мариан прошел курс лечения и смог подавить свою зависимость. Он вернулся к нормальной жизни. И в благодарность стал выполнять всю работу по дому. А Хьюберт по-настоящему влюбился. Теперь он старался возвращаеться домой пораньше, ведь его больше не встречала тишина и одиночество, а ждал любимый омега и вкусный ужин. Крау сделал предложение и Мариан с радостью согласился. Их первые пять лет брака были самыми счастливыми. Они жили душа в душу. У них родился первенец альфа — Соран, а через три года и очаровательный малыш омега — Гил. И казалось бы, что второй ребенок должен был укрепить ещё больше их счастливый брак, но по неизвестной причине именно рождение Гила стало моментом раскола их счастливой семьи. Мариан стал очень раздражительным. Постоянно срывался на своем муже, когда тот уставшим приходил домой. Однако альфа списывал раздражение и нервозность на последствия второй беременности, которая в отличие от первой проходила весьма сложно и болезненно. И, возможно, именно эти мысли стали самой роковой ошибкой в жизни Хьюберта Крау. Через некоторое время все стало как прежде. Мариан стал внимательным и заботливым, всегда с улыбкой встречал мужа после работы, а в постели был таким страстным и открытым, что альфе даже в голову не пришла мысль о том, что у его мужа появился любовник. А потом Хьюберт уехал по работе заграницу и омега остался один с детьми. Альфа отсутствовал почти два года. Но если он каждую минуту думал о муже и детях, то вот Мариан без раздумий отдавался в объятия своего любовника и даже не вспоминал о муже. И, к сожалению, альфа не мог ни в чём обвинить своего мужа. Поэтому когда он узнал, что у Мариана появился любовник, то долго просил прощения за то что оставил его одного. После этого их отношения вернулись к изначальным, но они становятся ещё крепче чем раньше. Мариан стал следить за собой и вскоре вернул свою ­когда-то утерянную красоту. Его шарм и очарование тоже вернулись. Он весь просто светился от радости и счастья. Хьюберт Крау был просто очарован его красотой. Перед ним была модель мирового уровня. Нет, теперь Мариан перешёл на совершенно другой уровень. И сейчас он с лёгкостью бы смог вернуться в шоу-бизнес и снова стать звездой мирового масштаба. Вот только в этом и была загвоздка Хьюберт не хотел, чтобы его муж работал, покрайне мере так ему говорил, хотя в действительности он просто ревновал его, прекрасно понимая то, что практически у любой звёзды всегда есть ­какие-то интрижки на стороне. А он не хотел делить своего мужа ни с кем. Между супругами стали возникать постоянные скандалы и ссоры. И поняв, что от мужа он согласия не добьётся Мариан решил пойти обходным путем. Правда, его блистательное возвращение на подиум не состоялось, так как его муж застукал его в одной постели с двумя альфами: один из которых — директор агентства, а другой — их главный спонсор. После этого Хьюберт Крау как с цепи сорвался. Постоянно избивал своего мужа, насиловал, приглашал своих дружков и все начиналось снова. А Мариан ничего не говорил. Он просто превратился в бездушную куклу. Ему было плевать на то, что с ним происходит и это равнодушие и ­какая-то апатия бесили Хьюберта ещё больше. А Соран и Гил просто наблюдали за этим. Они были детьми и не могли ничего сделать. И как бы парадоксально это не звучало отец, в моменты гнева которого они боялись, так же был самым важным для них человеком в жизни. И если бы им пришлось выбирать, то они без раздумий выбрали бы сторону своего отца-альфы, а не папы-омеги, ведь для них Хьюберт был, можно сказать единственным родителем. Соран и Гил были гораздо счастливее многих других детей. У них никогда не было недостатка любви, пускай они и получали ее только от одного родителя, для них этого было достаточно. Но маленькое счастье этих детей разрушилось одним теплым вечером, когда они вдвоем пришли домой после прогулки в парке. Дверь дома была открыта нараспашку, в доме стояла оглушительная тишина, а на кухне и в спальне лежали два окровавленных тела. Хьюберт Крау и Мариан Крау в прошлом Бритли стали двадцатой и двадцать первой жертвами самого известного серийного маньяка за последние пол века, которого полиция безуспешно выслеживала последние десять лет. Гилу и Сорану пришлось повзрослеть. Соран закончил училище и стал детективом. Но если раньше он просто хотел ловить преступников и помогать людям, то теперь он был одержим идеей поймать убийцу своих родителей. Гил же поступил в художественную академию, где встретил свою любовь — Ника Лайферсона. Они закончили обучение после чего Гил стал художником по кастюмам, а Ник дизайнером интерьеров. Через год после этого они поженились. Их брак без сомнений можно назвать счастливым, а скоро в их дружной семье появится первый ребенок. И Соран был искренне рад за брата. Но в отличие от него Соран старался избегать серьезных отношений, которые могли бы привести к браку. Поэтому если он с ­кем-то и спал, то заранее предупреждал своего партнёра что ­чего-то большего ждать не стоит. И сейчас рассматривая омегу, лежащую в его постели он тщательно обдумывал что тому сказать. Но когда через некоторое время омега проснулся Соран даже не успел сказать слово как тот просто встал и поплелся в душ, после чего ушел, не сказав ни слова. Соран же от радости чуть ли не прыгал. Это был первый раз когда омега не требовал продолжения их отношений. Он бодро встал с кровати (от радости все его похмелье улетучилось), умылся, причесался и отправился на кухню готовить завтрак. Однако похоже, ­кто-то свыше решил, что Соран слишком счастлив и поэтому это прекрасное утро стоит подпортить. Кран на кухне сорвался и ещё немного и скоро бы наступил потоп. Благо сантехник приехал довольно быстро. Но человеком тот явно был болтливым. Не замолкал ни на минуту, разве только песни не начал петь. Однако свое дело он знал, а потому Соран ничего не стал ему говорить. Провозился сантехник долго. Так что когда Соран позавтракал, оделся и вышел на улицу было 11 часов. И он никак не ожидал того, что пройдя по улице несколько метров, он встретит Рафаэля Корнеева. Повезло что тот его не заметил. И по неизвестной причине Соран решил проследить за ним. Соран может и был очень вспыльчивым, но дураком он не был. И пускай он не послушался приказа своего начальника, но идти против неизвестного врага он не собирался. Он прекрасно заметил нотки страха и глубокого уважения в голосе Родиона Афанасьевича. Тот был известен как самый непробиваемый человек, который ко всем относился одинаково. Однако то, как он выделял Рафаэля Корнеева говорило о многом. Соран сразу же после разговора с Родионом Афанасьевичем решил узнать всё о человеке, который подмял под себя не только мафию, но и правительство. Прочитав его биографию, Соран был мягко говоря поражён. Ещё бы! За свою жизнь Рафаэль Корнеев испытал столько сколько не сможет испытать и сотня человек. И Соран не мог сказать что его больше всего поразило: то, что маленький ребёнок смог пережить жесточайшие опыты, проводимые над людьми, или же то, что он почти десять лет провел на поле боя, все время находясь в эпицентре самых горячих точек мира. Да и то что он оказался единственным выжившим из всего вой­ска супер-­солдат наводило на мысли о том, что в этом деле все не так чисто как кажется на первый взгляд. Но больше всего Сорана шокировала информация о том, что Корнеев состоял в браке. И его муж был обычным гражданским, пускай и довольно известным художником. П­очему-то Соран не мог представить Корнеева, как обычного омегу. Он видел в нем исключительно умного и жестокого солдата, который не способен жить мирной жизнью. Таких людей было много. Многие кто ­когда-то побывал на вой­не в горячих точках по возвращению домой не мог привыкнуть к обычной жизни. Их преследовали звуки стрельбы, взрывы и крики раненных и умирающих товарищей по оружию, а по ночам им снились боевые операции и реки крови. И пусть они со временем и привыкали к тихой жизни, но преждними не становились никогда. А вот Рафаэль Корнеев казался самым обычным человеком, который вырос в любящей семье, ходил в нормальную школу, как и все подростки и даже не догадывался о том какой ценой была заработана мирная жизнь. Словно несмотря на все жизненные испытания, его не смогла затронуть грязь этого мира. Это было по-настоящему удивительно. Рафаэль Корнеев вызывал противоречивые чувства, но без сомнений он был человеком, достойным уважения. И как бы Соран не пытался отрицать очевидное, но в действительности он и сам проникся к Корнееву уважением, хотя и старался это хорошенько скрыть. Возможно именно поэтому он последовал за Рафаэлем сразу же как только увидел его. Ему было очень интересно наблюдать за тем как Рафаэль общается со своим папой. Он впервые увидел искреннюю добрую улыбку на этом холодном лице. Сказать что был поражён это всё равно что ничего не сказать. Такой искренности удостаивались слишком мало людей или, возможно, только папа Корнеева. Все время, что Рафаэль и Кирилл пробыли в кафе, Соран сидел за соседним столиком и делал вид, что он увлечен прочтением утренней газеты, в которой говорилось об очередном теракте, ограблении банка и поимке опасного преступника, а ещё о снижении курса на нефть и открытие нового моста, пролегающего над одним из заливов и соединяющего два крупнейших города-­мегаполиса. А чашечка крепкого кофе и сладкие круассаны сделали слежку ещё более приятным время препровождением. К Сорану снова вернулось хорошее настроение, а утренние неприятности остались в прошлом, как незначительный казус, не требующий внимания. Рафаэль проводил своего папу домой и прогулочным шагом прошёлся по одной из самых крупных улиц города, на который сегодня, можно сказать, целый день был час пик. Ч­то-то привлекло внимание Корнеева возле автобусной остановки, где он немного замедлил свой шаг, но стоило автобусу уехать, как Рафаэль вернул свою прежнюю скорость. Соран шёл сзади на некотором расстоянии и не разглядел того, что привлекло внимание его цели. И детектив никак не ожидал, что после того как он перейдет пешеходный переход, сразу же потеряет из вида омегу. Корнеев словно испарился в воздухе. Соран прошел вперёд, но никаго не было. И он никак не мог ожидать, что ­кто-то схватит его за руку стальной хваткой и затащит в темный плохо освещенный переулок, который ко всему прочему ещё и был тупиковым. От резкого рывка Соран согнулся и стоило только незнакомцу отпустить его руку как он схватился за то место, где сейчас красовались красные полосы от пальцев человека, минуту назад затащившего его сюда. Соран не сразу поднял голову, только когда боль в руке немного утихла он посмотрел на человека, что все это время стоял напротив него и с интересом наблюдал за его действиями. Он уже хотел возмутиться такой наглости, но стоило ему столкнуться с этими холодными и в тоже время насмешливыми глазами, как он проглатил свои слова. Соран стоял раскрыв рот и не мог прийти в себя. А незнакомца вся эта ситуация явно забавлялась. — А я то думаю, кто же за мной следит с самого утра? А это оказывается детектив! — насмешливым тоном проговорил Рафаэль, продолжая разглядывать так и не опомнившегося Сорана, который так до сих пор и стоял с открытым ртом. — Может, уже закроешь рот. А то я чувствую себя неловко. Или же ты так поражён моей красотой, что не можешь прийти в себя? — Все совсем не так! — запротестовал Соран, не замечая того что повысил голос. — Хочешь сказать, что я не достаточно красивый? — понурил голову Рафаэль, в душе продолжая веселиться. — Да, Нет же! — выкрикнул Соран. Он вроде и понимал что с ним играют, но в тоже время он просто не мог превзойти своего собеседника, который был мастером в игре слов. — Правда? — приподнял бровь Корнеев и на его лице проступили лёгкое любопытство. — Тогда почему ты за мной следишь? — Ну, мне просто стало интересно узнать что вы за человек. Я многое о Вас слышал и поэтому просто не мог не использовать такую редкую возможность, когда увидел Вас на улице. И решил проследить за вами, — честно ответил Соран. А Рафаэль с трудом сдерживал смех, рвущийся наружу. Когда ещё удастся встретиться такого честного шпиона. — И это помогло узнать меня лучше? — Конечно! — воодушевился Соран. — Если честно, раньше я думал что вы жестокий и коварный человек, полностью лишенный ­какой-либо человечности, но теперь я знаю, что это не так. И пускай я не очень хорошо Вас знаю, однако с уверенностью могу сказать: «Вы удивительный человек!» — во взгляде Сорана было столько любви и поклонения, что Рафаэль растерялся. А потом он просто искренне засмеялся. Да уж, ему же давно не было так весело как сейчас. Этот новенький из Первого отделения полиции был довольно забавным, ведь он смог заинтересовать его самого Рафаэля Корнеева. — Однако это ведь не единственная причина? — без сомнений Корнеев верил словам детектива, в них чувствовалась искренность, но в тоже время казалось, что Соран ­что-то не договаривает. И это ­что-то и было изначальной причиной, побудившей детектива проследить за ним. — Я просто хочу расследовать произошедшее недавно убийство. И хотел попросить Вас не вмешиваться в это дело, — Соран стал очень серьезным, а вся его игривость, что присутствовала мгновение назад исчезла. — Это невозможно! — отрезал Рафаэль. — Но почему? Это же убийство и нужно как можно скорее найти убийцу! А ваше вмешательство не даёт полиции делать свою работу! — сорвался Соран, но Корнеев никак на это не отреагировал. — Мафия сама разберётся с этим делом. Полиции не нужно об этом думать, ведь убили нашего человека. К тому же мы уже знаем кто убийца и скоро он последует за нашим человеком на тот свет, — проговорил Рафаэль Корнеев с каменным лицом. — Погодите… Вы только что признались, что собираетесь убить человека? — Соран был ошеломлён. Он ещё никогда не сталкивался с людьми, которые бы так спокойно говорили об убийстве. — А что Вас так удивляет? Неужели вы и правда верите в то, что весь мир делиться на добро и зло, чёрное и белое? Вынужден Вас разочаровать, но на мой взгляд все в этом мире имеет разный оттенок серого. Он может быть как светлым и прозрачным, так и темным и насыщенным. — Я не спорю с тем, что нет исключительно хороших или плохих людей. Однако убийство — это то что нельзя оправдать никакими словами. А Вы только что признались что собираетесь убить человека. — Предательство карается смертной казнью. Такой закон действует даже в армии, а тех кто предал родину расстреливают. В мафии же предательство — это самый страшный грех, который никогда не прощают. И детектив, советую Вам не лезть в это дело, ведь любого кто встанет на нашем пути ждёт лишь одно-смерть! — Если правительство об этом узнает всему вашему клану придет конец! — выкрикнул Соран. — Правительство… — рассмеялся Рафаэль. Детектив был таким наивным. — Вы ещё можете смеяться? — Конечно! Мне ведь смешно! — сдерживал слезы Корнеев. Да уж, давно он так не смеялся. — Правительство никогда ничего нам не сделает, ведь тогда никто не сможет выполнять их грязные делишки. Кстати… Я тут вспомнил ты ведь ищешь убийцу своего отца, я прав? — Что? — Хьюберт Крау был довольно интересным человеком. Мне он даже нравился. Умный, красивый, гордый, знающий себе цену. Вот только он перешёл дорогу одному человеку, против которого идти не стоило. И вот результат. Он убит вместе с мужем в собственном доме. А киллер был явно профессионалом своего дела. Замаскировал заказное убийство под нападение серийного маньяка. Но похоже, в полицейском управлении не в курсе того, что и сам серийный убийца был убит через час после убийства четы Крау. Мне интересно, что ты почувствовал когда увидел мертвые тела своих родителей? — голос Рафаэля был таким тихим и мелодичным. Он затягивал человека. Но Соран не мог ничего сделать. Ему хотелось кричать. Схватить Корнеева и выбить из него имя заказчика, но он только широко распахнул глаза и тяжело дышал. — Кто? — единственное вырвавшееся слово. Он не узнал свой голос он был хриплым и напоминал старческий. — Интересно узнать кто заказчик? — продолжал издеваться над своим собеседником Корнеев. — О это самое интересное! Твоих родителей убил один из самых влиятельных членов парламента. — Имя … Имя! Скажи мне его имя! — надрывно прокричал Соран. — Зачем мне это? — Как… — Все в этом мире имеет свою цену. Я могу сказать тебе имя, но что ты можешь дать мне взамен? — Рафаэль наклонился к уху детектива и проговорил. — Верно. Ничего. Так зачем мне тебе ­что-то говорить. — Ты не можешь так поступить, — задрожал всем телом Соран. Он отказывался принимать реальность. Он ­наконец-то смог найти человека, который знает кто виноват в смерти его отца и он не собирался его так просто отпускать. — Почему же не могу? Нет, я могу абсолютно всё! И надеюсь, что больше ты не будешь меня преследовать. — Тогда скажите мне имя! Пока Вы этого не сделаете я от Вас не отстану. — Детектив, я советую вам хорошенько подумать прежде чем говорить такие слова. Я слышал, что у вас есть брат, который ждёт ребенка. Будет обидно, если с ним ­что-нибудь случится. Вы же этого не хотите правда? — Вы не человек. Вы чудовище! — Спасибо за комплимент! Мне было очень весело с вами общаться! Надеюсь, следующая наша встреча пройдет за чашечкой ароматного кофе. Всего хорошего, — Рафаэль развернулся и ушел. А Соран стоял и смотрел на его удаляющийся силуэт. Сегодня он ­наконец-то понял почему против Рафаэля Корнеева никто не смеет идти. Одно лишь присутствие этого человека способно лишить всех сил. *** Семь часов вечера. На окраине города находился заброшенный склад, который в вечерних сумерках напоминал дом с приведениями. И именно в этом месте должна будет пройти сделка между кланом Дракона и преступной организацией Вайт. Майкл Стивенсон приехал на место проведения сделки заранее, а вместе с ним также приехали двадцать альф под два метра ростом, широкоплечие и способные одной рукой свернуть шеи своим противникам. Они рассеялись по территории возле склада. Их задача устранить любого кто появится по близости. Только Рафаэля Корнеева им не нужно трогать, ведь им займётся Майкл. Вот только они никак не могли ожидать того, что ещё за пятьдесят метров до места встречи Рафаэль сможет почувствовать их присутствие и определить место нахождения каждого из киллеров, пришедших сегодня убить его, заместителя главы клана Дракона. Он бесшумно подкрался к одному из альф и одним движением свернул тому шею, не издав при этом не единого звука. Огромная туша альфы распласталась по земле. Следующей жертвой стал тот, что ближе всего находился к своему мёртвому товарищу. Одно движение и беднягу постигла та же участь что и его предшественника. Третий убийца оказался более внимательным. Он заметил Рафаэля и попытался закричать, но омега выхватил нож из-за пояса и проткнул альфе горло так, чтобы тот не мог закричать. Четвертый киллер явно не прислушался к словам своего начальства и не считал ­какого-то омегу угрозу. Никому не под силу одолеть двадцать профессиональных бойцов, не получив при этом смертельных ран. Он просто стоял и писал СМС своему любовнику. Его постигла быстрая смерть. П­очему-то такое пренебрежение к своей персоне сильно разозлило Рафаэля, поэтому он нанес противнику один точный удар в сердце. Неудачливый Ромео даже не понял что произошло и из-за чего он умер. А Рафаэль, переступив через его тело, продолжил дальше избавляться от своих врагов. За десять минут все киллеры кроме Стивенсона были убиты и никто из них даже не успел закричать. Корнеев был доволен своей работой и расплылся в пугающей улыбке, которая превратилась в кроважадный оскал. Он не торопясь вошёл внутрь склада, где его уже ожидал Майкл. — Что ты здесь делаешь, Стивенсон? — изобразил крайнее удивление на своем лице Рафаэль. Он так правдоподобно сыграл, что Стивенсон ничего не заподозрил. — Заместитель, я не хочу с вами ссориться. Просто отдайте мне кейс и мы разойдемся с миром, — Стивенсон подошёл вплотную к Рафаэлю и попытался вырвать кейс у того из рук, но не смог. У омеги была стальная хватка. Поняв что провалился, Майкл потянулся к своему пистолету за спиной и уже собирался выстрелить, когда сам получил две пули в колено и в плечо. Он упал на землю и с удивлением уставился на Рафаэля, который смотрел на него как на мусор и довольно ухмылялся. — Н­аконец-то ты перестал притворяться, — протянул Рафаэль, растягивая губы в улыбке как у чеширского кота. — Ты знал? — прошептал Майкл. — О том, что ты предатель?-Майкл ничего не сказал просто смотрел в глаза своего любимого, а Рафаэль продолжил: — Конечно же знал. Ты был первым кого я заподозрил. — И почему же? — Интуиция? — толи ответ, толи вопрос. — Но знаешь, если честно, мне интересно узнать почему ты сделал это? Почему предал нас и клан? — Спрашиваешь почему? — рассмеялся Майкл. — Да просто потому, что не мог смотреть на то как место главы занимает Алекс. Этот убийца! Я то думал, что он хороший человек, доверял ему, до того момента когда однажды не подслушал один разговор, в котором он говорил что убил своего старшего брата только ради того, чтобы занять его место главы!!! Для меня это стало ударом. С тех самых пор каждый раз когда я смотрел на главу мне хотелось собственноручно застрелить его, перед этим заставив его пройти девять кругов ада. И небеса услышали мои молитвы! Я встретил человека, который рассказал мне как уничтожить клан Дракона. Мы стали сотрудничать. Все должно было пройти по плану. Вот только, мы недооценили тебя, его заместителя!!! Но ты тоже сегодня умрёшь, вместе со мной! Это моя месть!! Месть за то, что Алекс отнял у меня самого дорогого человека на свете!!! И он сам тоже познает эту боль, когда твое сердце разрывается на части, но сам ты ничего не можешь изменить!!! — Кричал Майкл. — Как банально, — фыркнул Рафаэль, ничуть не изменившись в лице. — Что… — растерялся Стивенсон. Не такой реакции он ждал. — Скажи, для чего ты все это мне рассказываешь? Неужели ты ждёшь своих дружков, которые спрятались недалеко от здания. Что ж, вынужден тебя разочаровать. Они не придут, ведь мертвые не могут ничего. — Это невозможно! — Почему же? Очень даже. Я заметил их когда только подходил сюда. Убить их не составило труда. Таких слабаков ещё надо поискатью, — скривился Рафаэль и, словно ­что-то вспомнив, добавил, — И кстати, на мой взгляд, раз твоего дрожайшего босса смогли так легко убить, то он просто был не достоен занимать должность главы клана. Рафаэль больше ничего не говорил и просто выпустил пулю в лоб Майкла Стивенсона. После чего вышел из здания. Стало темно, как ночью. В это время года темнело очень быстро, да и температура воздуха была довольно прохладной. Рафаэль передернул плечами. Он уже собирался уходить, когда заметил припаркованную машину, о капот которой опирался красивый альфа. Корнеев сразу же его узнал. Красивый статный блондин с голубыми глазами и мужественными чертами лица. Он был мечтой многих омег, но его взгляд не задерживался на ­ком-то из них больше пары секунд. Единственный человек, на которого смотрел этот альфа — Рафаэль Корнеев. — Алекс, — удивлённо проговорил Корнеев, когда пошел в сторону своего босса. — Рафаэль, — он просто произнес его имя, но все нутро омеги задолжало. Алекс был единственным мужчиной, который мог заставить Рафаэля смутиться или же страстно желать его, — ты в порядке? Как все прошло? — Как обычно. Без происшествий, — ответил Рафаэль и отвёл глаза в сторону. Алекс это заметил и хитро улыбнулся. — Что ж, может, съездим ­куда-нибудь и вместе поужинаем? — спросил Алекс, открывая перед своим заместителем дверцу машины. — Не имеею ничего против этого, — ответил Рафаэль, садясь в машину. — Отлично! — Алекс захлопнул дверцу машины и сел на место водителя. — Куда едем? — В отель «Гранд». Там готовят самые лучшие мясные блюда в городе. — Ты не забыл? — Что именно? То, что мой Рафаэль мясная душа? — засмеялся Алекс. — Тебе лишь бы посмеяться, — фыркнул Рафаэль и отвернулся к окну. — Ну, не злись, не злись! — попытался извиниться Алекс, но Корнеев никак на это не отреагировал. — На самом деле мне нравится, что ты так много ешь. И мне интересно, как тебе удаётся не толстеть? — Ты совсем не умеешь делать комплименты, ты в курсе? И вообще некрасиво задавать омеге вопросы о его весе, также как некрасиво спрашивать человека о его возрасте. И что только в тебе находят все эти омежки? — тяжело вздохнул и покачал головой Рафаэль. — Рафаэль, неужели ты ревнуешь? — глаза Алекса загорелись. — Вот ещё! — фыркнул Рафаэль, но альфа понял, что тот просто пытается скрыть свои чувства. — Милый, ты же знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен! — продолжил Алекс. — Заткнись и смотри на дорогу! А то ещё врежемся в ­кого-нибудь! — отрезал Рафаэль. — Ладно-ладно, как пожелает мой король! — сдался Алекс, но сам он выглядел уж слишком довольным. — А как прошла твоя сделка? — прервал минутное молчание Рафаэль. — Отлично. Мы подписали довольно выгодный контракт с организацией «Вайт». Похоже, для них это кейс значил куда больше чем нам казалось на первый взгляд. — Он бесполезен, если ты не знаешь для чего предназначена вещь внутри него. — Тебе ­что-то известно? — напрягся Алекс, что не укрылось от глаз Рафаэля. — Не переживай! Эту вещь могут использовать только представители древнего клана убийц. Забавно, что они называют себя организацией «Вайт». — Так ты поэтому решил отдать кейс именно им? — Алекс уже все понял. — Древний клана убийц очень дорожит своими традициями. А наш клан стал их благодетелем, который вернул им семейную реликвию. Теперь они у нас в долгу. Что очень выгодно для нас. — А ты все продумал. Это даже пугает, — на эти слова Рафаэль лишь пожал плечами. — Мы, кстати, приехали. Отель «Гранд» был одним из самых популярных отелей города. Здесь останавливались бизнесмены, крупные политики и звёзды шоу-бизнеса. Здешнее место славилось не только своей красотой, но и высококлассным сервисом. А наибольшую популярность имел ресторан отеля «Гранд». Там работали одни из самых лучших поваров. Больше всего славились мясные блюда этого ресторана. Рафаэль с Алексом поднялись на четвёртый этаж, где и располагался ресторан. Уютная атмосфера, мягкий свет и живая музыка. Они заняли столик возле окна, откуда открывался вид на вечерний город. Сотни огней горели повсюду, делая это место по-настоящему сказочным. Официант быстро принес заказанные блюда. А глава клана и его заместитель просто наслаждались вечером. Они рассказывали друг другу смешные истории и забавные случаи из жизни. Обсуждали дальнейшие планы по развитию клана и ещё много-­много чего. Когда они закончили было почти десять вечера. На улице начался дождь. Алекс вызвал своего водителя, так как не хотел, чтобы Рафаэль промокнул под дождем. Машина с заместителем клана отправилась к дому омеги. И ничто не предвещало беды. Машина ехала по мосту, когда прогремел гром и засверкала молния. Первый удар попал в фонарный столб, который стал падать. Водитель резко повернул руль в сторону, огибая падающий фонарь. Однако он никак не ожидал, что следующий разряд молнии ударит прямо в их машину. Водитель потерял управление. И машина на полной скорости сорвалась с моста и полетела в реку, но в воздухе ее нагнал ещё один удар молнии. И произошел взрыв, заставивший содрогнуться всю округу. Перед тем как машину поглатило пламя Рафаэль успел подумать: «Это конец!» А затем наступила темнота.