Отражение души

В столице империи Альзас сейчас царил праздник. На улицах было редкостное оживление, а радостная атмосфера царила в каждом доме. И жителям было чему радоваться, ведь неделю назад вой­ска империи Альзас во главе с генералом-­главнокомандующим Ареном ди Вальфраймом одержали сокрушительную победу над давним врагом империи королевством Сайбрамс. В отличие от других соседей империи Альзас королевство Сайбрамс было самым враждебным. Эту враждебность нельзя было объяснить. Она словно была неотъемлемой частью всех жителей королевства. Все — кто родился и вырос там были превосходными воинами, даже маленькие дети и старики. И все они подчинялись лишь одному правилу — «Убей или будешь убит!» И возможно подобное воспитание послужило причиной тому, что маленькое и довольно бедное королевство вот уже напротяжении нескольких тысячелетий имеет одну из сильнейших армий в мире и стоит практически наравне с сильнейшими мировыми державами, к числу которых относится и империя Альзас, единственная страна способная конкурировать с королевством Сайбрамс в военной силе. Разумеется, крупные сражения между двумя военными державами всегда ужасающие по своим масштабам и числу раненных и убитых. Ко всему прочему они всегда и очень длительные, ведь и стой и с другой стороны во главе армии стоят профессионалы своего дела и одержать победу бывает очень сложно. Но в этот раз все было иначе. Когда солдаты королевства Сайбрамс стали совершать набеги на ближайшие к границе деревни и города. Грабили и забирали все припасы на зиму, что было неудивительно, ведь королевство Сайбрамс было расположено на неплодородной земле и пищи им часто не хватало. Такие набеги и раньше происходили, но никогда прежде солдаты королевства не вырезали всех жителей деревни под чистую. Это было впервые. И означало это лишь одно — объявление вой­ны. Для империи Альзас это был очень сложный период. Трое самых опытных генералов-­главнокомандующих были отправлены со своими вой­сками на восточную границу, где им предстояло одержать победу над 300 тысячным вой­ском империи Кайлос. Для императора Родрига ди Аллер Форкус-­Леммианна стало большой неожиданностью внезапное нападение империи Кайлос. Они не были близкими соседями. Между двумя странами располагалось несколько больших и маленьких королевств и княжеств. И то что вой­ска империи Кайлос стояли у границы империи Альзас говорило лишь об одном — правители королевств и княжеств дали добро на беспрепятственное вхождение вой­ск империи Кайлос на свою территорию. Это было удивительно. Императора Родрига сильно интересовало то, что император империи Кайлос предложил правителям соседних стран за проход к границе империи Альзас. Но ещё больше он хотел знать почему империя, с которой у них никогда не было никаких конфликтов, пошла на них вой­ной, отправив при этом свои самые лучшие вой­ска. Однако ответов на эти вопросы не было. И императору ничего больше не оставалось, кроме как отправить свои вой­ска на защиту границы. Выбор пал на трёх генералов: маркиза Роуза ди Филоллионна, графа Кериона ди Бреэнна и князя Клауса ди Вольфус Харкиуса. Эти трое были одними из самых опытных генералов в мире, которые провели на поле боя всю свою жизнь и видевшие правление трёх предыдущих императоров империи Альзас. Эти трое, надо сказать, личности весьма эксцентричные и работать вместе слаженно по определению просто не могли. У каждого было свое собственное мнение на ситуацию и прислушиваться к словам других ни один из них не спешил, как и подчиняться ­кому-либо. Возможно, именно поэтому император не назначил никого из этих троих главным или же он изначально знал что это бесполезно. Но как бы там ни было выбор этих троих являлся правильным решением, в чем скоро смогли убедиться абсолютно все. Да, эти трое не работали сообща, но именно их несогласованные друг с другом действия привели их к победе ровно через шесть месяцев после начала вторжения империи Кайлос. Армия врагов была полностью уничтожена. И одна из держав этого мира оказалась полностью беззащитной. Но император Родриг не стал отдавать приказ о завоевании империи Кайлос, хотя, по мнению многих, для этого был самый подходящий момент. Но у императора было другое мнение, да и в столице были проблемы. Но все по порядку. Буквально в конце того же месяца, когда на империю Альзас напали вой­ска империи Кайлос, на островах, расположенных в Багряном море, стала возникать странная активность. Император забеспокоился и приказал единственному генералу морей узнать, что там (на островах) происходит. Беспокойство было не напрасным. Жители островов нашли нового лидера, который довольно умело промыл им всем мозги. И вот всегда мирные племена вышли в открытое море и пересекли морскую границу с далеко не мирными намерениями. Правда, для Джека Фирсона, что в прошлом был известным пиратом, их поступок стал радостным сигналом к началу действий. И довольно скоро бунт был прекращен, а генерал Фирсон и его люди, забрав все ценное с островов, вернулись домой. На некоторое время в империи Альзас воцарился мир и покой. Правда, ненадолго. Вскоре стали происходить довольно странные события. В начале у жителей деревень и городов, что находятся в далеке от столицы стали пропадать мелкие животные, вроде домашних кошек и собак, затем стал пропадать рогатый скот. По-началу этому не придавали значение, но вот когда отруб­ленные головы пропавших коров, вдруг оказались насаженными на забор их бывших владельцев, люди забеспокоились. Жители пытались найти того или тех кто все это сотворил, но все бестолку. Было ощущение, что за всем этим стоит призрак. Не было никаких следов или ­чего-нибудь что указывало бы на личность преступника. И когда прошла неделя, в течение которой у фермеров и крестьян не пропало ни одной коровы, люди вздохнули с облегчением. Напрасно. Похитителю стало мало одних лишь коров и он принялся за людей. Первым пропал сумасшедший старик-­провидец, который вот уже больше трёх лет не мог встать с постели. Хоть никто и не обеспокоился его пропажей (кому какое дело что стало с сумасшедшим), но насторожились. Да, жители деревни недолюбливали этого старика. И сами порой хотели от него избавиться, однако они хорошо понимали что это невозможно. И уж тем более покинуть свой дом самостоятельно тот не смог бы. Ему просто элементарно не хватило бы на это магических сил. Из этого становилось понятно, что покинуть дом старичку ­кто-то помог. И неизвестно кем был этот самый «­кто-то». А когда его мертвое тело нашли привязанным к столбу в поле, на котором раньше весело чучело отпугивающее птиц, все пришли в ужас. Это был первый сигнал к началу ужасающих смертей, если точнее то убийств, к которым приложил руку похититель коров. И снова ни следа, ни зацепки. Полный тупик. А жертв становилось все больше и больше. Второй жертвой убийцы стал староста небольшой, но довольно процветающей деревни. Альфа не был молодым, но и стариком назвать его было нельзя. Уже очень долгое время он являлся главой деревни и все было хорошо. Никаких конфликтов между жителями, ­никаких-либо крупных происшествий или трагедий. Спокойная мирная деревушка, где каждый новый день похож на предыдущий и где жители каждый день рассказывают слухи про жизнь богачей из столицы. Где каждый друг друга знает, ведь многие поколения их семей родились и прожили всю жизнь здесь, в этой тихой деревушке. Где молодые омеги строят глазки самому сильному альфе и в своих мечтах представляют с ним(с альфой) свою долгую жизнь с кучей ребятишек. Где люди не держат зла и не строят козни, чтобы столкнуть своего противника с вершины. И никто не думал, что именно здесь произойдет столь страшное событие. Староста деревни как обычно отправился в лес за травами. Он делал это каждый день. Иногда кроме трав он приносил убитого кролика или куропатку, что попадались ему во время сбора трав в лесу и на ужин у его семьи было мясо. Все было как всегда. Его любимый муж-омега ждал его дома. Однако ни через час, ни через два, ни наследующий день староста так и не вернулся домой. Жители деревни взялись за его поиски, несколько раз прочесали весь лес, но все безрезультатно. Альфа словно сквозь землю провалился. А через две недели его муж нашел у порога плетёную корзину, в которой лежало сердце альфы, его голова и пальцы левой руки. Беднягу ели откачали. Все жители спрятались в своих домах, стараясь лишний раз не выходить на улицу. Они не знали кто мог сотворить такое с их старостой и боялись повторение смертей. Но убийца не задержался в этой деревне и вскоре отправился за своей следующей жертвой. Третьим убитым стал альфа, служивший маркизу Дрериану. Он входил в его личную охрану. Был грубым и нахальным. Не пропускал ни одного омежку в городе, чаще всего силой затаскивая тех в свою постель. Был известен в городе тем, что чуть ли не каждый вечер устраивал оргии, в которых принимал участие не только он сам, но и другие альфы из поместья маркиза. Из-за него в городе практически не было ни одной омеги, которая бы не переспала с ним хотя бы один раз. Горожане были в гневе, но ничего не могли с этим поделать, а маркиз Дрериан закрывал на действия своих людей глаза. Поэтому, когда тело альфы, жестоко разрезанное на несколько частей, нашли в его же спальне, никто не горевал. Наоборот жители вздохнули с облегчением. После этого убийства участились. Жертвами были самые разные люди: богатые и бедные, старые и молодые, честные и не чистые на руку. По какому принципу убийца выбирал своих жертв было непонятно. И это довольно сильно затрудняло расследование. Нельзя было даже сказать кем был убийца — омегой или альфой, магом или рыцарем, а может обычным человеком, у которого не все дома. Да и его перемещения было практически невозможно отследить. Он мог быть в столице, а на следующий день уже в деревушке возле границы. Как он это делал неизвестно, но единственное что имело значение это его поимка. Наверное, убийцу бы ещё долго не смогли бы поймять если бы не улика, найденная на месте последнего убийства. Жертвой стал молодой омега. В день его смерти должна была состояться его свадьба. Влюбленные долго ждали этого дня, от того смотреть на мертвое тело в дорогом белом костюме, заляпанном в алой крови его владельца, было особенно жутко. Что могло заставить убийцу совершить ошибку было неизвестно. Но возле тела омеги нашли брошь с символом рода и капельку крови убийцы, по которым, с помощью магии, и нашли его. Убийцей оказался младший сын мелкого дворянина. Он был некромантом. Но из-за того, что родители во время не заметили пробуждения магии у ребенка тот сошел с ума и стал убивать. Правда, во время допроса выяснилось, что на убийства его кое-кто подтолкнул, однако имени вдохновителя так и не удалось узнать. Через несколько дней, после того как, некроманта схватили, тот был отправлен в тюрьму, где был приведен в исполнение смертный приговор. Таким образом дело об убийствах было закрыто. И вот, когда ­наконец-то все немного успокоилось и жизнь граждан вернулась в прежнее русло, пришло известие о вторжении королевства Сайбрамс. Эта новость была подобна грому среди ясного неба. Подобного удара в спину (по другому это никак нельзя было назвать) не ожидал никто. Император не знал что делать. Армии трёх генералов-­главнокомандующих должны были вернуть в столицу только через две недели. И будучи не только хорошим политиком, но также и искусным стратегом и воином император Родриг понимал, что даже если он сию же минуту отправит гонца с новым назначением, вой­ска не успеют прибыть на место вовремя, а даже если им это ­каким-либо способом удастся одержать победу вряд ли получится. Измученные и уставшие воины, что последние полгода провели в бою с империей Кайлос, просто не смогут противостоять напору армии королевства Сайбрамс, все воины которого были в прекрасном состоянии, полные жизненных сил. Император просто не мог отдать подобный приказ. Он не мог отправить таких сильных воинов на смерть, без единой возможности на победу. И казалось бы, в чем проблема? Ведь есть и другие генералы-­главнокомандующие, которых можно отправить на поле боя. Но в действительности оказалось, что император империи Альзас связан по рукам и ногам. Он не мог отдать приказ вой­скам графа Элиота ди Крайвуса потому, что не мог полностью доверять ему. И хотя сам граф не давал поводов для сомнений в своей верности, но его близкая дружба с министром Аделио фон-ди Валерфаймом, который был тайным шпионом империи Лайон, заставляла императора проявлять по отношению к нему особую осторожность. А в последнее время он и вовсе не мог доверять графу Элиоту ди Крайвусу из-за многочисленных слухов о том, что он разделяет и поддерживает идеи правления министра Аделио фон-ди Валерфайма. К сожалению, большинство из этих слухов были реальны. Отправить такого человека защищать границы было невозможно, ведь неизвестно, что тот станет делать — защищать свою империю до последнего вздоха, как и подобает генералу-­главнокомандующему, или же тайно помогать врагам империи, чтобы привести страну к краху и заполучить особые привилегии, когда придет новая власть. Император Родриг ди Аллер Форкус-­Леммианн прекрасно понимал, что сейчас не то время когда можно пойти на риск. И даже если подобное решение могло ему помочь избавиться от всех сомнений по поводу графа Элиота или же наоборот подтверждить их — что он отчаянно желал узнать — он понимал, что прежде всего он император империи Альзас и его главная задача состоит в защите и процветании своих граждан, в сохранении их мирной и счастливой жизни. Он просто не мог позволить больше проливать кровь своего народа. По этой же причине он не мог отправить на борьбу с армией королевства Сайбрамс генерала-­главнокомандующего Фориаса лан Фердинанда. Вообще этому человеку уже давным-­давно не место среди обычных людей. За всё его действия его можно было уже тысячу раз приговорить к смертной казни. Стоит только вспомнить как он живьём закопал несколько сотен мирных жителей, среди которых были старики, омеги и маленькие дети. Сделал он это на глазах у проигравших солдат вражеской армии, после чего все воины были обезглавлены. Или другой случай, когда он сжёг целый город со всеми его жителями только потому, что туда ворвался отряд врага. Тогда в огне были похоронены не только вражеский генерал-­главнокомандующий и его сильнейшие воины, но и жители империи Альзас. И подобных случаев было множество. Фориас был до сих пор жив лишь благодаря своему неограниченному таланту в военном деле, из-за которого император закрывал на его жестокость глаза. Однако министры и чиновники не разделяли мнения императора по этому вопросу. Они боялись генерала Фориаса лан Фердинанда. Ведь тот был по-настоящему безумен в своей жестокости. Они боялись за себя и свои жизни, но чтобы они не говорили император был непреклонен. То что все действия Фориаса лан Фердинанда всегда приводили к абсолютной победе являлось неопровержимым фактом, оспорить который никто не мог. Однако даже так император отправлял генерала Фориаса на передовую только в самых крайних случаях, стараясь делать это как можно реже. В данной ситуации император знал, что воины генерала Фориаса лан Фердинанда смогут с лёгкостью одержать победу над вой­ском королевства Сайбрамс. Однако он также знал, что после этого сражения на границе не останется ни одной живой души. Таким образом оставалось ещё двое генералов-­главнокомандующих. Саил ди Валер Хромус — сильный боевой маг. Вся его армия состояла практически только из боевых магов с разрушительными элементами. Однако его кандидатура сразу отпадала. Он был слишком стар даже по меркам магов. Его истинный возраст превышал 17 тысяч лет. Почему старик вроде него никак не уходил на пенсию было неизвестно. Однако и лишить его звания генерала-­главнокомандующего император не мог. Это было бы ужасным неуважением по отношению к более старшему. Оставался лишь принц Арен ди Вальфрайм. Среди всех генералов-­главнокомандующих он был самым молодым и самым сильным. Если бы только он не был принцем-­заложником никто и слова бы не посмел сказать в его сторону. Все признавали его талант и боевые заслуги, но за спиной по-прежнему говорили о нем всякие гадости. П­очему-то все придворные министры и чиновники считали его шпионом и старались изо всех сил уверить в этом императора. Однако их слова не достигали правителя. Из-за чего появились бесчисленные слухи о том, что император находится под действием подчиняющего заклятия, наложенного принцем Ареном ди Вальфраймом. Подобные слухи сделали и без того шаткое положение принца ещё более нестабильным. Возможно, если бы подобные слухи ходили бы о ­ком-то другом император бы засомневался. Однако в принце Арене ди Вальфрайме он был уверен как в самом себе. И именно поэтому он отправил его на границу, чтобы остановить вой­ска королевства Сайбрамс. Нужно сказать император не прогадал. Арен прекрасно справился с поставленной задачей. И ровно через неделю, после начала боевых действий, он смог одержать безоговорочную победу. А сегодня был как раз тот день когда все вой­ска империи Альзас ­наконец-то вернуться в столицу. Жители праздновали победу и желали долгой жизни императору и процветания империи. Все улицы столицы были празднично украшены. Везде был слышен веселый смех и песни горажан, которые готовились к возвращению своих героев. Только в одном месте сейчас царило острое напряжение, никак не соответствующее столь радостному дню. В зале собраний в императорском дворце сейчас собрались все высокопоставленные министры и чиновники. Причиной для столь срочного собрания стало полученное этим утром предложение о мире поступившее от королевства Сайбрамс. Это было ­что-то, что и представить было нельзя, покрайней мере до сегодняшнего дня. Для всех стало шоком, что королевство, которое всегда первым разжигало военные конфликты с соседями, первым прислало предложение о мире. Условия, которого, надо сказать, были весьма выгодными для империи Альзас. — Ваше Величество, я думаю Вам стоит согласиться с предложением короля королевства Сайбрамс. Подобный союз очень выгоден для нашей империи, — высказал свое мнение один из министров. — Да, выгода, конечно, довольно большая, но это то и настораживает, — подхватил другой министр. — Королевство Сайбрамс готово открыть беспрепятственный въезд торговцам из империи Альзас. Взамен на то, что цены на продовольствие будут снижены, королевство Сайбрамс обязуется каждый год присылать 10 тысяч килограмм магической руды и 6 тысяч килограмм мистической руды, — озвучил одно из условий договора император Родриг. — Не стану отрицать — это очень выгодное условие для обеих сторон. Жители королевства Сайбрамс получат еду, которой им всегда так не хватало, а империя Альзас получит лучшие ресурсы для создания оружия и магических артефактов. — Однако, Ваше Величество, стоит ещё раз все хорошенько обдумать и тщательно взвесить все «за» и «против». — Что Вы хотите этим сказать премьер-­министр? — нахмурился император. — Ваше Величество, если смотреть на это с одной стороны, то без сомнений этот мирный договор принесет огромную пользу империи Альзас. Однако не стоит забывать о других дружественных странах, с которыми империя Альзас связана. У королевства Сайбрамс множество врагов и большинство из них являются нашими давними союзниками. Подписание мирного договора между империей Альзас и королевством Сайбрамс может негативно повлиять на отношения с другими странами. Они могут счесть подобный союз за оскорбление. — Да, да, Ваше Величество, стоит ещё раз все хорошенько обдумать прежде чем соглашаться на подписание мирного договора, — в один голос подхватили все присутствующие министры и чиновники. Они явно не хотели, чтобы мир между империей Альзас и королевством Сайбрамс был заключён. Для большинства из них вой­на была гораздо выгоднее мира. Ведь в военное время они могут с лёгкостью увеличить свое состояние и никто ничего им не скажет, так как никаких законов они своими действиями не нарушали. Как говорится: «Победителей не судят!» Многие министры и их семьи в тайне от императорской семьи занимались производством и продажей оружия. Цена, которого в военное время была гораздо выше чем в любое другое. И они не хотели потерять своего главного покупателя, коим являлось королевство Сайбрамс. Вот почему они были готовы предоставить тысячу и одну причину для того, чтобы император не заключал этот мирный договор. Возможно, будь на месте Родрига ди Аллер Форкус-­Леммианна ­кто-нибудь другой, подобная тактика и сработала бы, но нынешнему императору империи Альзас не было никакого дела до мнения других. Сто пятьдесят лет назад умер предыдущий император империи Альзас и на трон взошел Родриг, на тот момент единственный живой принц-­альфа, в котором текла кровь императора. Тогда молодому императору только исполнилось триста двадцать семь лет. Он был самым молодым императором в истории империи Альзас. И практически все чиновники при дворе не воспринимали его всерьёз, что стало для них роковой ошибкой. Родриг был совсем не похож на своего отца-императора Леонардо ди Аллер Форкус-­Леммианна. Если его отец был тираном и не просто тираном, а самым жестоким из всех живущих, который все получал проливая реками кровь, то Родриг по своей натуре был прожженным интриганом, который постоянно носил маску вежливого и воспитанного юноши. Он так хорошо вжился в свой образ, что никто не заметил его маски. Это позволяло императору Родригу вить веревки практически из всех сановников при дворе. Порой никто даже не понимал, что все их действия и слова были давно просчитаны императором. И сами того не подозревая они говорили то, что нужно не им самим, а императору. Каждым своим словом и действием они помогали императору достичь желаемого результата. Это поистине было мастерство достойное похвалы небес и магии. — Позвольте с Вами не согласиться, — тихий уверенный голос герцога Райвена ди Алеррфайна оборвал окружающий шум, мгновение назад царивший в зале. — Можно подписать этот мирный договор, при этом не обидев ни одно дружеское с нами государство, если добавить в него дополнительное условие. — Что за чушь. Вы хоть понимаете какую ерунду сейчас сказали. Если подписать этот договор начнется вой­на с другими империями и ­какой-то дополнительный пункт в договоре не сможет это предотвратить, — резко высказался министр Аделио фон-ди Валерфайм. — Не нужно так кричать! — спокойно парировал выпад в свою сторону герцог Райвен. — Если Вы думаете, что подобное невозможно — это не значит что все так и есть. В нашем мире существует правила и законы, многие из которых Вам, министр, в силу вашего возраста неизвестны.В конце концов Вы ещё так молоды и много не знаете. Но, думаю, в этот раз можно закрыть глаза на Ваше невежество. — Да, как Вы смеете… — вспылил министр Аделио, но его прервал император. — В словах герцога Райвена есть смысл. Думаю, Нашему Величеству, стоит выслушать Вас. Прошу Вас, — взмахнул рукой император, давая добро. — Что вы, Ваше Величество, этот подданный не заслуживает вашей похвалы. — Вы заслуживаете ее, — уверенно сказал император. — Герцог Райвен гораздо старше всех присутствующих в этом зале. Вы очень долгие годы преданно служили не только мне и моему отцу, но также и моему деду. Вы долгие годы провели при дворе и знаете куда больше чем кто — либо. Для Нас Ваши слова очень важны. Поэтому не нужно опасаться. Вы можете сказать все как есть. — Благодарю Вас, Ваше Величество, — поклонился герцог Райвен. — По моему скромному мнению, будет лучше добавить дополнительный пункт в условия договора. Обязательный брак между принцами, с условием, что принц королевства Сайбрамс вой­дёт в императорский род империи Альзас. — И как это поможет? Это же просто очередной политический брак. Если так сделать, то вой­ны с дружественными странами точно не избежать, — встрял министр Аделио фон-ди Валерфайм. — Все было бы так как Вы сказали, министр, если бы королевство Сайбрамс предлагало бы другие условия мира. Однако, одним из главных условий этого договора является пункт, в котором говорится, что королевство Сайбрамс обязуется больше никогда не переступать границы империи Альзас. — При чем здесь это?! — никак не унимался министр. — На самом деле этот пункт самый важный из всех. Ведь он практически позволяет империи Альзас получить в свои руки все королевство Сайбрамс. Стоит лишь заключить брак между принцами и королевство Сайбрамс станет вассалом империи Альзас. Таким образом давний враг перестанет представлять угрозу. На мой взгляд, это самый оптимальный вариант решения данного вопроса. — Что ж, в этом действительно есть смысл, — сказал император после недолгого молчания. — Завтра я встречусь с послами королевства Сайбрамс. А пока можете разойтись. Император встал со своего места и покинул зал совещаний. *** После того как император покинул зал совещаний, он собирался пройтись по саду, привести свои мысли в порядок и принять единственное верное решение. Но его планы изменил неожиданно появившийся слуга, который с поклоном сообщил о том, что граф Рейзен ди Крос Инвидия ожидает его в изумрудной гостиной. Для императора визит лучшего друга стал приятной неожиданностью. Поэтому он сразу же поспешил на встречу с ним. Однако даже самому себе Родриг никогда бы не признался, что радость при встрече с Рейзеном он испытывает не из-за их крепкой дружбы, а по совершенно другой причине, о которой, он надеялся, никто никогда не узнает, в особенности граф Рейзен. Он почувствовал это влечение ещё при их первой встрече. Тогда, ещё совсем юный принц Родриг, на одном приеме повстречал такого же, как и он сам, молодого юношу, которым оказался будущий граф Рейзен. Неизвестно почему, но тем вечером на приеме только они были столь молодыми, других молодых людей их возраста на празднике не было. Их возраст и послужил началом их дружбе. Им обоим было шестнадцать. Оба были сильными магами, увлекались верховой ездой и литературой, оба в совершенстве владели оружием: принц — копьём, а молодой граф — мечом. И оба ненавидели горький шоколад, но обожали сладкое. Они были словно братья-­близнецы. Даже внешне они были немного похожи. Только принц Родриг был чуть выше ростом и немного шире в плечах. Родриг напоминал ураган. Такой же энергичный, непоседливый, любящий влипать в разные передряги. Рейзен же наоборот был сам мистер точность и пунктуальность. Он старался всегда следовать установленным правилам и практически всегда делал все так как того желали его родители. Из-за этого Рейзен почти всегда говорил только правду(он просто не умел врать), да и причин ­кого-либо обманывать у него не было. А вот принц Родриг научился врать ещё будучи совсем маленьким. С его неуёмным любопытством и «удачей» ему постоянно приходилось придумывать отговорки и отмазки своим очередным приключениям. Таким образом эти двое подружились. И будучи шестнадцатилетним подростком принц Родриг не придал своему только что возникшему влечению никакого внимания, списав все на интерес к ровестнику, ведь во дворце практически не было детей его возраста, а с теми кто был он не общался из-за своего статуса принца. Они продолжали встречаться на разных балах, приемах и праздниках, проводимых как в императорском дворце так и в родовых поместьях аристократов. Часто на таких мероприятиях возникали неожиданные смешные ситуации, создателями которых оказывались принц Родриг и молодой граф Рейзен. Они тянулись друг к другу, но если Рейзен делал это из-за того, что принц стал его первым лучшим другом, то вот Родриг испытывал к Рейзену сексуальный интерес, который с каждой новой встречей становился лишь сильнее. И возможно, ещё немного и он бы сорвался, если бы не внезапно начавшаяся вой­на. Их встречи прекратились, чему принц Родриг был несказанно рад. Однако, он ещё очень долгое время не будет знать о том, что пока он жил спокойной жизнью во дворце, граф Рейзен отправиться на поле боя, где проведет следующие шестьдесят пять лет и станет одним из героев самой крупномасштабной и самой долгой вой­ны между двумя крупнейшими империями — империей Альзас и империей Грайц, — которая вой­дёт в историю. Они вновь встретятся после окончания вой­ны. Но теперь они были другими. Если принц Родриг практически не изменился, может стал чуть спокойнее и теперь в первую очередь думал, а уже потом ­что-то делал, то вот граф Рейзен изменился кардинально. Он стал реже улыбаться, говорил очень сухо, словно очередной доклад для начальства. Помимо этого он стал сильнее, гораздо сильнее многих сильнейших. У него появились инстинкты — смертельные инстинкты. Но, полажалуй, для принца Родрига ни это стало настоящей проблемой, а то что за время вой­ны у Рейзена появились друзья, с которыми он стал ближе чем с ­кем-либо. Они для него стали практически семьёй. После той встречи они отдалились друг от друга, хотя принц Родриг делал все возможное, чтобы быть ближе к объекту своего влечения. Однако его нездоровый интерес к представителю своего пола заметил император. И как отец он не мог позволить этому продолжаться. Он заставил своего сына жениться. Родриг не посмел возразить, ведь в глубине души он сильно боялся своего отца-тирана. Его мужем стал принц из Ледонского княжества, любимый сын тогдашнего князя. Красивый омега с глазами, цвета чая, правильными чертами лица, длинными золотистыми волосами, которые были чуть ниже лопаток. Он выглядел очень хрупким. Имел прекрасное воспитание. Был очень тихим, всегда слушался своего мужа, никогда не перечил ему, но в трудную минуту всегда мог поддержать. Он любил своего мужа, искренне любил, но для Родрига он так и не смог стать особенным человеком. Его мечты о любви распались после первой брачной ночи, когда на следующий день его муж, принц Родриг, пришел в их спальню в обнимку с другим омегой, целуясь с ним, не обращая внимания на младшего мужа, что по-прежнему находился там. С того дня омега ложился в кровать со своим мужем испытывая отвращение, а их близость стала для него пыткой. Он был готов повеситься, когда врач сообщил, что он ждёт ребенка от принца Родрига. Омега был счастлив. Его муж-альфа стал больше времени проводить с ним. Он был таким нежным и внимательным. Впервые он понадеялся, что у них с принцем Родригом может быть счастливая семья. Но как оказалось напрасно. Стоило только альфе узнать, что родилась омега, как все началось по новой. Только вот теперь он приводил своих любовников практически каждый день. Омеге пришлось съехать из их супружеской спальни. И с тех самых пор альфа не прикасался к своему мужу. Ничего не изменилось, даже когда принц Родриг стал императором. Сам же Родриг не замечал ничего вокруг. Он просто пытался унять свое бешеное влечение. Вот почему он почти каждый день искал себе нового любовника. И каждый из них ­чем-то отдаленно напоминал ему Рейзена. Он никак не мог успокоиться. Он жаждал обладать. Но осознать то, что они никогда не смогут быть вместе, он смог лишь тогда, когда узнал что Рейзен женился на Кристофере. Именно тогда он окончательно понял, что Рейзен никогда бы не ответил на его неправильные чувства взаимностью. Они оба были альфами. В этом не было ничего такого. В некоторых странах даже заключались браки между альфами. И Родриг мог бы надавить, заставить, подчинить своей воле, но это было бы принуждением. А он больше всего желал взаимности, которую не мог получить. Он отказался от своих чувств, но каждая встреча с графом Рейзоном была для него самым желанным подарком. Только чтобы иметь возможность видеть его Родриг запер свои чувства глубоко внутри, что позволило ему по-прежнему оставаться лучшим другом своего любимого. Император практически влетел в изумрудную гостиную. Граф Рейзен сидел на диване и спокойно пил чай. Родриг залюбовался открывшемся видом, но быстро отдернул себя. Он не торопясь подошёл и сел напротив своего гостя. — Граф Рейзен, вы не поприветствовали меня, даже не встали со своего места когда я вошёл, — начал император. В его словах заключалась опасная правда. И императору было интересно узнать причину такого неожиданного поведения. — Ваше Величество, похоже, Вы забыли о том, что в прошлый раз дали мне на подобное поведение разрешение, сказав чтоб я чувствовал себя во дворце как у себя дома, — приподнял левую бровь граф. — А раз дело обстоит таким образом, то я не вижу в своем недавнем поведении проблемы. Или же Вы хотите забрать свои слова назад? — Хм… — довольно усмехнулся император Родриг. — Всегда поражался твоему умению говорить правду, ставя при этом своего собеседника в тупик. — Мне очень приятно слышать подобную похвалу от самого императора империи Альзас. — Лучше не начинай, — прервал его Родриг. — Может, уже скажешь зачем ты пришел. — Сразу к делу, да? Что ж я просто пришел сообщить, что вся семья маркиза ди Бартиона была вырезана. — Значит все подтвердилось? — Да. Он был предателем. И готовил переворот. Но также есть вероятность того, что он был просто пешкой и его босс сейчас на свободе, ­где-то прячется. Хотя, думаю, он гораздо ближе чем нам кажется. — Ты подозреваешь министра Аделио фон-ди Валерфайма? — Он первый в моем списке. — Первый, но не единственный? Кто же второй? — полюбопытствовал император. — Эрзен ди Крос Инвидия. — Ха, ты подозреваешь собственного брата? — В твоем недоверии нет ничего смешного, Родриг, — голос графа Рейзена стал на тон ниже. — Я являюсь главой «Тайного отдела». И я никогда ничего не говорю просто так. Да, это правда. Мы с моим братом Эрзеном не ладим. Можно сказать у нас взаимная ненависть. Но только из-за этого я не стал бы обвинять его в измене императорской семьи. — А что насчет Рафаэля? Ты ведь был уверен, что именно Эрзен заказал его у «Черного лотоса» — Замолчи сейчас же! — выкрикнул граф Рейзен. В его глазах плескалась ярость. — Не смей упоминать моего сына. Я уже выяснил кто стоял за тем случаем. Мой брат не имеет к этому никакого отношения. — О, Рейзен, неужели ты до сих пор веришь что он очнётся? — не останавливался император. Родриг ненавидел Рафаэля, ведь ему досталась вся любовь Рейзена после смерти Камиля. — Ха, ха… — но вместо вспышки ярости и гнева, которую ждал император, Рейзен лишь засмеялся. — Ты пытаешься вывести меня из себя. Ты всегда так делаешь, Родриг. Не знаю почему… Но в этот раз ничего не выйдет. Я не похож на тебя. Разница между нами заключается в том, что я искренне любил своего истинного, а не гонялся неизвестно за чем, как ты. — Что ты пытаешься сказать… — недоуменно спросил император. — Ты до сих пор ничего не понял? Мне даже жаль твоего мужа. И как он только тебя терпит? Хотя это не мое дело. Я уже сказал все что хотел. Думаю, теперь мне стоит удалиться, — граф Рейзен отвернулся и направился к выходу. Остановившись возле двери он обернулся и добавил, — вам стоит прислушаться к словам герцога Райвена. Он знает что говорит. — Твои шпионы уже все тебе доложили? — улыбнулся Родриг. — Это моя работа, — так же улыбнулся в ответ граф. — До скорой встречи, Ваше Величество. — До скорой встречи, Рейзен, — прошептал император Родриг, когда граф покинул комнату. *** В кабинете графа Рейзена царил полумрак. На столе стояла пустая бутылка от коньяка. Альфа пытался успокоиться, но не мог. Сегодня днем император сам того не подозревая сильно ранил его. Его слова принесли больше боли чем рана от меча. Граф не хотел признавать того, что в этих словах была доля правды. Что возможно его сын, его маленький Рафаэль, больше никогда не очнется. Он винил в произошедшем себя. Он ведь чувствовал что ­что-то случится. Если бы он выехал раньше, если бы больше интересовался жизнью сына, а не пытался отдалиться от него в попытках защитить от собственного брата, возможно, он смог бы предотвратить случившуюся трагедию. И последние три года каждую ночь в своих снах он не видел бы окровавленное тело Рафаэля, которое он увидел в тот момент, когда они с Рейеком приехали на место нападения. Так кругом были лишь трупы — умерших воинов, что сопровождали Рафаэля и его убийц. Сам Рафаэль лежал немного в отдалении. Его глаза были закрыты. А в протянутой вперёд руке лежал черный лотос. Сколько же радости он испытал в тот момент, когда почувствовал что сердце его сына ещё бьётся и сколько же отчаянья принесли слова врача о том, что его маленький омега, возможно, не придет в сознание уже больше никогда. Какой же гнев и ярость он испытывал в тот момент когда узнал, что с его сыном сотворил сын герцога Кардана ди Лост Карнуэла. И какую же беспомощность ему пришлось принять, узнав о том, что он ничего не может сделать с этим чудовищем. Он мог лишь продолжать надеяться на чудо. Но с каждым днём эта надежда становилась всё меньше. Теперь он, граф Рейзен, приходя домой, каждый вечер напивался, пытаясь забыть о боли, о случившемся три года назад. Но алкоголь мало помогал, хоть и на время позволял забыться. Вот и сейчас он наливал очередной бокал виски, в надежде что этой ночью кровавый образ его сына не побеспокоит его тревожный сон. От всех этих мыслей графа оторвал сигнал хрустального шара. Сообщение было отправлено врачом, что следит за состоянием его сына. Тот был ­чем-то взбудоражен. Граф не вникал в его слова до тех пор пока он не сказал, что Рафаэль пару минут назад очнулся. Эти слова прозвучали набатом в его голове, а из рук выпал стакан с виски, которое разлилось на ковер. Но графу Рейзену было все равно. Он не мог поверить в недавно сказанные лекарем слова. Его сын. Его маленький Рафаэль. Очнулся.