Отражение души

NC-17
В процессе
405
1
Possum бета
Фэндом:
Размер:
планируется Макси, написано 249 страниц, 112 131 слово, 26 частей
Описание:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
405 Нравится 125 Отзывы 245 В сборник

17 глава

Настройки
— Натаниэль, ты в порядке? — со скрытым беспокойство в голосе спросил самый молодой из братьев. Орханиэль был самым младшим из них троих. Он отличался от своих старших братьев не только яркой внешностью, но и озорным или, лучше сказать, детским характером. Он любил играть, шутить и подшучивать над другими. Его проделки никогда не были злыми, ведь он знал меру, скорее они нужны были только для того, чтобы вызвать у других смех. Из-за своего детского характера у него, как и у детей, которые ещё не знают что хорошо, а что плохо и чаще всего прислушиваются к своему внутреннему голосу, была поразительно развита интуиция. И хотя он не особо хорошо разбирался в тонкостях человеческих эмоций и чувств, он хорошо чувствовал когда ­что-то происходит. И сейчас, он был абсолютно уверен в своей правоте, с его старшим братом, Натаниэлем, ­что-то происходило. Странности в его поведении начались после призыва в этот мир и заключения контракта с Рафаэлем. Нет, не только Натаниэль изменился после контракта, но и он со старшим братом Эрниэлем. Вот только, если Эрниэль стал немного мягче и чаще улыбался, а Орханиэль изводил и подшучивал над прислугой в доме, то вот Натаниэль практически всё своё время старался проводить с их господином. По-началу братья не обратили на это особого внимания. Рафаэль был красивым омегой, а Натаниэль был демоном специализирующимся на соблазнении, но вот когда интерес брата к их господину со временем не уменьшился, а лишь возрос Орханиэль впервые забеспокоился. Его интуиция кричала раненым зверем, вот только непонятно предупреждала она об опасности или о ­чём-то другом было не ясно. Но угрозы для жизни брата он не ощущал, поэтому задвинул крики своей интуиции глубоко в подсознание и постарался забыть об этом. И у него даже получилось сделать это. Вот только теперь на странное влечение Натаниэля к Рафаэлю обратил уже внимание старший брат Эрниэль. В отличие от молодого Орханиэля у него было больше жизненного опыта, так что он сразу заметил то, что Натаниэль испытывает к Рафаэлю не просто сексуальное влечение, нет, у него были искренние чувства к этому прекрасному омеге. Он мог без сомнений утверждать, что Натаниэль влюбился. Но это было так странно. Невозможно. Говорят, демоны не могут любить(это наглая ложь!!!) и, хотя правду знают лишь они сами, любовь демона была ­чем-то нереальным. Однако демоны знали — единственный кого они будут по-настоящему любить, является их парой. Найти свою пару было с одной стороны великим благословением, а с другой стороны страшным проклятием. Понятие пары у демонов было схоже с понятием истинности у людей. Вот только, если истинный — это наиболее подходящий для продолжения рода человек, без присутствия в твоей жизни которого ты спокойно сможешь жить и дальше, то вот пара демона — это якорь магии, души, без которого демон не может жить. Стоит только демону встретить свою пару и он никогда не сможет от неё отказаться. И для того чтобы быть вместе со своей парой, демон может пойти на всё что угодно: от лёгкого шантажа, до насилия и убийства. И Эрниэль был уверен — Натаниэль встретил свою пару. Своими догадками он поделился с Орханиэлем. Тот услышав об этом искренне порадовался за брата. Н­аконец-то, хоть один из них нашел своё счастье. Демоны очень редко встречали свою пару. Казалось, сама мать-природа создавала трудности демонам в нахождении их второй половинки. Иначе, как можно объяснить то, что парой демона мог стать только человек, эльф, оборотень, наг, и другие представители волшебных народов… Но никогда парой демона не мог стать другой демон. Демоны практически всю свою бесконечную жизнь проживали в Инферно или по-другому в Аду, тогда как их пара могла жить только в мире магии среди людей или же магических рас. Но, пожалуй, самое главное — это то, что демоны могли покинуть пределы своего мира только если их призывали для заключения контракта. А такое, надо сказать, случалось крайне редко. Так что большинство демонов просто мирились со своим одиночеством, ведь так было гораздо проще жить дальше, а другие, в тайне ото всех, продолжали мечтать о несбыточном. В этом плане Натаниэлю очень повезло. Его контрактор также был и его парой. А контракт на крови, с вхождением в род Рафаэля, лишь ещё больше укрепил связь между ними. Следующий этап, после нахождения своей пары, был для демона наиболее трудным и опасным, ведь ему нужно было привлечь внимание своей половинки. И сделать это было необходимо аккуратно, чтобы не оттолкнуть от себя свою пару. Среди демонов ходили истории о том, что случалось если демон, по той или иной причине, не смог привлечь свою пару и получал на признание отказ. Самым частым явлением было лёгкое безумие, со временем переростающее в сумасшествие. И черезмерная жестокость демона в таких случаях была самым меньшим из всех зол. Вот только для пары демона это был самый настоящий ад, от которого не было спасения. Всю свою извращённую любовь отверженный демон выплёскивал на пару, что посмела отказаться от него. Чаще всего омегу похищали и запирали в подвалах древнего замка, приковывая цепями, дабы ограничить все его передвижения. О том, что происходило дальше, рассказывать нет смысла. Любовь демона приобретала насильственный характер. И немногие, или лучше сказать практически никто, из пленников не смог прожить дольше пары месяцев. Демоны медленно и жестоко убивали своих партнёров, а через неделю после их смерти умерали сами, следуя за своей второй половинкой в другой мир. В такие моменты можно было только позавидовать истинности у людей, когда природные инстинкты сами подталкивают тебя к тому единственном. Но такая проблема не была препятствием для демона вроде Натаниэля, особенно, учитывая прошлое их господина. И в этом братья смогли убедиться довольно скоро. Надо признать, и Эрниэль, и Орханиэль восхищались выдержкой и силой воли Рафаэля. И­м-то было прекрасно известно насколько сильны чары привлечения внимания у демонов, в особенности у их брата Натаниэля, у которого эти чары были в несколько десятков раз сильнее чем у любого другого демона. Однако Рафаэль никак не реагировал на них. Он относился к их брату с настороженностью, хотя и не прогонял от себя, но и не давал приблизиться слишком близко. Он словно возвел стену между ними. И Натаниэль, даже сам того не осознавая, стал использовать свои чары-соблазнения на полную мощность. Но даже так, он не смог преодолеть эту стену. Демону пришлось набраться терпения. Его омега, казалось, боялся принять себя таким какой он есть. Рафаэль был одновременно цельным, — человеком со своими твёрдыми убеждениями и взглядом на жизнь, — и в тоже время полностью разбитым, сломанным. В нём боролись две противоположности — серьёзность и собранность с детской непосредственностью и искренней наивностью. Натаниэль сразу заметил эти метания и сомнения столь прекрасной души. И тогда в его голове созрел план, который он и привел в действие. На протяжении целого месяца, он был постоянно рядом, показывал незримую поддержку, давал советы и ненавязчиво помогал избавиться от сомнений, зародившихся в душе его пары. Он даже не заметил в какой момент стена между ними рухнула, когда Рафаэль перестал вздрагивать при каждом его прикосновении, когда он сам потянулся за поцелуем. Всё происходящее напоминало сказку. И Эрниэль с Орханиэлем наблюдали со всем этим со стороны, в душе желая им обоим счастья. Только всё резко изменилось, когда они узнали новость о том, что у Рафаэля уже есть жених. И если волнение Рафаэля было вполне понятно, то вот абсолютное спокойствие со стороны их брата сильно напрягало. Такое спокойствие было не свой­ственно демонам. А уж, если речь идёт об их паре… Орханиэль не понимал, что происходит и из-за этого нервничал ещё больше. Он молчал, не хотел вмешиваться. Но когда прошла неделя, а ничего не изменилось, он не выдержал и прямо задал своему брату давно мучивший его вопрос. Но в ответ он получил не понимающий взгляд: — Что ты имеешь ввиду? — Натаниэль оставался таким же спокойным, как скала. — Я обо всей ситуации в целом. Что происходит между тобой и Рафаэлем? Неужели, ты всё так и оставишь? Прошла уже неделя после того как приехал этот лорд Самвер. Всё свободное время теперь Рафаэль проводит именно с ним. Ты не боишься, что он полюбит своего жениха?! Если такое случится, что ты будешь делать?! — но ответом ему послужило лишь молчание. — Брат, скажи хоть ­что-нибудь! Я же волнуюсь! Улыбка Натаниэля была неожиданной: — Спасибо за беспокойство, — он погладил своего младшего брата по голове. — Но тебе не стоит волноваться. У меня всё под контролем. — Но, — Орханиэль хотел было ­что-то сказать, однако его перебили. — А насчёт того, что Рафаэль может влюбиться… Я очень в этом сомневаюсь! — усмехнулся демон, — Внимание моего омеги очень трудно привлечь, а уж вызвать интерес и подавно. А всё что происходит сейчас, лишь дань гостеприимства. Ничто не помешает мне. — Старший брат, у тебя уже есть план? — полюбопытствовал Орханиэль. — А как ты думаешь? — на этот ответ Орханиэль лишь понимающе улыбнулся. У его старших братьев всегда всё под контролем. О них не стоит волноваться. Это всегда вызывало искреннее уважение и восхищение. И Эрниэль, и Натаниэль всегда знали чего хотят и как этого добиться.

***

Этот день, как и предыдущий, был пасмурным, но не дождливым, к искренней радости лорда Самвера, который от всей души ненавидел дождь. Дождь всегда смывал всё наносное, принося с собой свежесть и чистоту. И лорду Самверу это не нравилось. Сегодня он пригласил своего жениха на прогулку. Нравился ли ему Рафаэль? Это трудный вопрос, на который он не мог дать точного ответа. Но в одном он был уверен — омега был ему интересен. И если с начала его привлекла лишь внешняя схожесть омеги с тем человеком, то теперь его интересовал сам Рафаэль, как приятный собеседник и надежный спутник. Он до сих пор не может забыть их встречу на следующий день после его приезда в поместье графа. В тот день лорд Самвер проспал до обеда. Такого с ним никогда не происходило, разве что в раннем детстве. Слуги не стали его будить, посчитав, что гостю стоит как следует отдохнуть. И надо признать, что лорд Самвер действительно чувствовал себя отдохнувшим. Он уже давно так не высыпался. Выполнив все утренние процедуры, он переоделся и спустился вниз. Там, кроме него самого, никого не было. Граф Рейзен был занят, разбитая документы в своём кабинете. А где был Рафаэль, мужчина не стал уточнять. Слуги быстро накрыли на стол и альфа приступил к завтраку. Яичница с беконом была невероятно вкусной. И лорд Самвер в очередной раз убедился, что для своего самого младшего сына граф Рейзен выбирал всё самое лучшее. Удивительно как он только не разбаловал его. Мысли лорда Самвера плавно перетекли на Рафаэля. Лорд Самвер не хотел признаваться, но его жених его заинтересовал. И дело было вовсе не в его внешности, как бы альфа не пытался себя переубедить в обратном. Однако и сказать, что именно заинтересовало его в этом хрупком юноше он не мог. Знал бы он, как сильно он ошибался в тот момент, считая Рафаэля ди Крос Инвидия обычным омегой, то хорошенько бы продумал своё поведение и отношение к нему. Но увы… Тогда он этого не знал. Что, впоследствии, и стало его самой главной ошибкой. День был солнечным и от нечего делать, после завтрака, лорд Самвер решил прогуляться в саду. Именно там он встретил его. Рафаэль сидел в беседке, обвитой со всех сторон алыми розами, и читал книгу. Мужчина не видел его лица, из-за чего ему казалось, что он совершает ­что-то абсолютно недопустимое для аристократа. Омега же был так увлечения книгой, что не замечал ничего вокруг. Сегодня Рафаэль был с распущенными волосами, которые волнами опускались на его плечи и спину. Лёгкий ветерок играл с шелковистыми прядями его волос, заставляя их падать на расскрытые станицы книги. Но омеге это не мешало. Он каждый раз элегантно заправлял выбившуюся прядь волос за ушко и продолжал чтение. Лорд Самвер же чувствовал, что увидел то, что не должен был. Ч­то-то тайное, личное, запретное для всех. Он боялся обозначить своё присутствие. Тогда бы царившая вокруг атмосфера сразу бы исчезла. Он спрятался за ближайшим кустом и наблюдал. Это было так не аристократично, но альфа и сам не мог объяснить подобную реакцию на происходящее. Вокруг Рафаэля царила аура спокойствия, гармонии и уюта, которые не хотелось прерывать. Но то ли взгляд лорда был слишком настойчивым, то ли причина была в ­чём-то другом, однако Рафаэль повернулся в его сторону и посмотрел прямо в его глаза. Лорд Самвер не покраснел, как мальчишка, которого поймали на месте преступления, только благодаря своему воспитанию и выдержке. Но под взглядом своего жениха он чувствовал себя неуютно, как подросток, совершивший глупость. Рафаэль не сводил с него пристального взгляда. Такое внимание к своей персоне очень импонировало лорду, он старался не показывать этого. Надменно вздёрнув подбородок, он в плотную подошёл к омеге. Рафаэль на это никак не отреагировал, снова уткнувшись в книгу. Мужчина, не ожидая приглашения сел напротив. Такая бесцеремонность не понравилась омеге. Но Рафаэль этого никак не выдал, только недовольно поджал губы. Ему не нравилась такая компания. Он хотел просто почитать в тишине. Но лорд Самвер, похоже, не собирался никуда уходить. Между ними повисло странное молчание, затянувшееся на некоторое время. Лорд Самвер не знал как себя вести. И тоже молчал. — Вы хорошо отдохнули? — видимо устав от всей этой ситуации, спросил Рафаэль. Однако сделал это он так, словно оказал огромное одолжение своему собеседнику. Это сильно покоробило альфу. Лорд Самвер и хотел бы высказать всё, что он думает об этом наглом мальчишке, да не мог. Он был в гостях и воспитание не позволило так сделать. — Всё хорошо. Я неплохо выспался сегодня. — натянуто улыбнулся лорд Самвер. — Вот как, — только и услышал он в ответ. И снова наступила тишина. — Рафаэль, расскажите мне о себе, — попросил альфа, желая продолжить беседу. — Зачем? — Рафаэль и вправду не видел в этом необходимости. — Ну, как же? Мы ведь скоро поженимся. Станем одной семьёй. Нам стоит узнать друг друга, — вдохновенно вещал лорд Самвер. — Всё, что мне нужно о Вас знать, я уже давно знаю. Так что, я не вижу в продолжении этого разговора никакого смысла. — Но как же… Ты не можешь знать всего… — растерялся от такого ответа лорд Самвер. Не этого он ждал. Определенно не этого. — Почему же? — выгнув правую бровь, с усмешкой спросил Рафаэль. — Вы родились 12 числа пятого осеннего месяца 81 659 года по новому звездному календарю в семье лордов ди Аллер Кросс. Ваш отец Адам ди Аллер Кросс, тогда ещё был наследником, так как лордом был его отец — лорд Эдман, приходившийся вам дедушкой. Ваш отец, будучи единственным наследником в семье, обязан был вступить в брак с омегой из знатного рода по договору. Что он, собственно, и сделал. Вашим папой был третий сын тогдашнего князя ди Волькус Харкиуса. Его звали Кериан. Брак ваших родителей не был счастливым, однако и особенно сильных скандалов в семье не было. Через пять лет у пары появился ребёнок, которым и были вы. — рассказал на одном дыхании Рафаэль. А лорд Самвер сидел с открытым ртом и не мог поверить в услышанное. Но это были лишь цветочки из всего того, что знал о нём его будущий супруг. — Вы росли очень одарённым ребёнком. Ваш отец гордился вами, а папа не обращал внимания. Именно тогда, отец и стал для вас неоспоримым авторитетом и примером для подражания. Тогда же в вас и зародилась ненависть к своему папе. Эти изменения никто не заметил, кроме вашего дедушки. Он усилил над вами контроль и стал сам обучать вас некоторым дисциплинам, надеясь предотвратить худшее. В пять лет проявилась ваша жестокая натура. Тогда вы собственными руками зарезали маленького белоснежного котёнка, который случайно забрёл в сад. Прознав об этом случае, лорд Эдман решил принять необходимые меры, но ему помешал ваш отец, лишившись при этом своего титула наследника. Вы затаили злобу на своего дедушку и стали ждать подходящего момента, который наступил через несколько лет. Когда вам исполнилось одиннадцать вы всей семьей отправились на пикник, где во время верховной езды лошадь лорда Эдмана испугалась громкого шума и взбесилась. Лорд Эдман не сумел удержаться в седле и сломал себе шею. Всё было подстоено настолько идеально, что никто не усомнился в том, что это происшествие было несчастным случаем. После этого лордом стал ваш отец. Вы отправились на обучение в «Четвёртую боевую академию магии», которую и закончили с отличием. Закончив обучение, вы вернулись домой. Пять лет всё было хорошо. Но потом вы стали свидетелем оглушительной ссоры ваших родителей. Полностью уверенный в правоте своего отца, вы решили ему помочь избавиться от проблемы и тайком подлили яд в графин с водой вашему папе. Смерть его была быстрой и очень мучительной. Однако лорд Адам не обрадовался смерти своего мужа и втайне провёл расследование, которое практически привело его к вам. Вам нужно было любыми способами избежать обвинения в убийстве. Для этого вы наняли ассасина, который убил вашего отца, когда тот возвращался в поместье после поездки в столицу. Таким образом вы и стали лордом, а также единственным представителем своего рода. Должен признаться, что я восхищён вашим умом и изворотливостью, а в особенности тем как ловко вы всё провернули. Однако на этом история лорда Самвера не закончилась, а только началась. Вы поступили на службу в императорскую армию и дослужились до звания главнокомандующего. Приняли участие в восьми вой­нах с разными королевствами и империями одержали бесчисленное множество побед. Также вы были главным участником одной из самых продолжительных вой­н, которая длилась почти целый век, где вы впервые и познакомились с молодым графом Рейзеном, моим отцом. Так и зародилась ваша дружба. — остановил свой рассказ Рафаэль. — Откуда Вам всё это известно? — сиплым голосом спросил лорд Самвер. Таких подробностей о своей жизни он никак не ожидал. Рафаэль на его вопрос лишь закатил глаза. Всё это, он бы не смог узнать без помощи своих фамильяров, хотя большее количество информации он раздобыл без их помощи. Но когда у тебя есть возможности и сила — грех ими не воспользоваться. А Рафаэль всегда предпочитал знать о своем собеседнике или деловом партнёре абсолютно всё. Это была привычка, выработанная годами жизни. У омеги всегда был второй план действий и план для отступления. И самое главное — ему было плевать каким именно способом он добъётся своей цели. Он не гнушался никаких способов. И шантаж считал одним из самых безобидных. Кстати, сбор информации о лорде Самвере помог Рафаэлю понять сильные и слабые стороны своих фамильяров. Практически все демоны считались универсалами, хотя и у них были сильные и слабые стороны. Взять к примеру Эрниэля, на первый взгляд он кажеться холодным и отчуждённым. Он напоминает собой профессионального киллера, который убивает свою жертву неожиданно, скрываясь в тени, ожидая подходящего момента. Но в действительности он предпочитал действовать открыто, сражаясь в открытом бою или принимая вызов на дуэли. Однако его скрытность сделала его превосходный шпионом и добытчиком секретной информаци. А вот Орханиэль был его полной противоположностью. Весёлый, открытый, разговорчивый. И никому бы даже в голову не пришло то, что всех троих братьев он самый жестокий и безжалостный. Он был ярким примером того, как обманчива порой бывает внешность. Что же насчёт Натаниэля…? То он вообще был особым случаем. В общем добыча этой информации помогла сблизиться друг с другом и понять чужие характеры. С этим особых проблем не было. Рафаэль был профессионалом и умел работать и находить общий язык с разными людьми. Проблема возникла когда он прочитал досье на своего будущего мужа. И если по-началу он боялся сравнения с первым мужем, то изучив всю жизнь лорда Самвера его стало беспокоить совсем другое. И первый разговор наедине лишь укрепил его опасения по поводу того, что именно из себя представляет лорд Самвер. — Чему Вы так удивлены? — искренне заинтересовался Рафаэль. Но его слова казались лорду Самверу жестокой насмешкой. — Не ожидали, что я смогу так много о Вас разузнать? Не надо возмущаться, — остановил желающий вырваться поток слов лорда Самвера, резко подняв правую руку, Рафаэль. — Мой отец не имеет к этому никакого отношения. — Тогда… Как Вы узнали? — лорд Самвер не сомневался в том, что его собеседник говорит правду. — Вы меня явно недооцениваете, — тихо рассмеялся Рафаэль. — Неужели, Вы думали, что я смог пережить столько покушений на мою жизнь только благодаря удаче? Не заставляйте меня думать, что я ошибся в Вас и Вы такой же как и все остальные. — А Вы не так просты, как кажется, — губы лорда расплылись в хищном оскале. — Но позвольте спросить, зачем Вы мне всё это рассказали? — Не хочу, чтобы между нами возникло недопонимание. — Ооо… И в чём же оно состоит? — Наш брак. В первую очередь нужен именно мне, а не Вам. Три года назад Вы согласились на это, только по просьбе моего отца. Однако из-за определенных обстоятельств, у Вас было достаточно времени, чтобы всё обдумать. Вы, наверняка, хотите рассторгнуть нашу помолвку. — Вы очень проницательны, Рафаэль, — восхищенно вздохнул лорд Самвер. — Благодарю за похвалу. — Но что Вы будете делать, если я и вправду откажусь от этого брака? — лорд Самвер входил в охотничный азарт от этого разговора. — Ха-ха… Уверен, Вы не будете столь глупы. Поверьте, у меня есть много способов заставить вас сделать то, что нужно мне. Но я сильно сомневаюсь, что они придутся вам по вкусу, — лукаво улыбнулся Рафаэль, а в его глазах плясали черти. — Надеюсь, мы друг друга понимаем? — Разумеется. Мне даже стало интересно. Буду с нетерпением ожидать дня нашей свадьбы. И на этом их разговор в тот день закончился. Однако лорд Самвер так и не смог его забыть. Рафаэль смог ­что-то затронуть в его душе, привлечь внимание. Из-за возникшего интереса теперь уже лорд Самвер сам искал с ним встречи. Он подкарауливал его в самых неожиданных местах. Впервые, за последние пол века, лорд Самвер почувствовал себя живым. Они с Рафаэлем гуляли в саду, читали книги в библиотеке, устраивали боевые спарринги на мечах в боевом зале, ходили на концерты и оперы в театр, а также, как и все влюблённые парочки, ужинали в ресторане в окружении романтических свеч и цветов. Лорд Самвер словно снова стал молодым юношей, что впервые пригласил понравившегося омегу на свидание. Он улыбался, краснел и смеялся. Сегодня же альфа пригласил своего жениха на конную прогулку. Рафаэль умел ездить на лошади, но не очень уверенно держался в седле. И лорд Самвер предложил свою помощь в обучении. Прекрасная пара вороных коней, по-началу шла бодрым шагом, постепенно ускоряясь и переходя в галоп. Ветер дул в лицо, заставляя прикрывать глаза и развивая в разные стороны волосы всадников. Пару окутывало ощущение свободы и полёта. Они остановились на небольшой зелёной полянке, усеянной полевыми цветами, недалеко от озера, где обитали золотые рыбки, похожие на карпов. Рафаэль учащенно дышал, после прекрасной поездки. Его волосы выбились из прически, но это его несколько не портило, лишь делало ещё более очаровательным. Лорд Самвер не мог отвести от него взгляд. Он, как зачарованный, опустился перед Рафаэлем на колени и, достав шкатулку оббитую бархатом, протянул её омеге, делая предложение руки и сердца. В шкатулке лежали родовые украшения семьи, которые обычно дарили будущему мужу перед свадьбой. В них входили — обручальное кольцо с изумрудом, медальон с гербом рода и браслет из драгоценных камней и жемчуга. Эти украшения были древними артефактами. И о их свой­ствах мало что было известно. Поэтому когда Рафаэль принял дары и примерил кольцо на безымянный палец, свечение охватившее все три артефактами стало неожиданностью не только для омеги, но и для лорда Самвера. И если у Рафаэля оно вызвало восторг и восхищение, то у лорда Самвера беспокойство из-за неизвестности. И только перед самой своей смертью лорд Самвер поймёт, что это свечение было знаком начала его мучительного падения, которое и привело его к смерти. А решение пойти против Рафаэля лишь ещё быстрее подтолкнуло его к концу. Но стоя в этот момент в центре цветочной поляны и смотря на искреннюю улыбку Рафаэля, чью фигуру освешали пробившиеся из-за туч первые лучи солнца, лорд Самвер даже не предполагал, что совсем скоро его захватит чувство собственной жадности, которое станет причиной проведения смертельного ритуала над своим женихом. И уж тем более он не думал, что этот улыбающийся в лучах солнечного света юноша, что с таким счастьем в данный момент смотрел на него, станет его палачом.
405 Нравится 125 Отзывы 245 В сборник
Отзывы (8)