Отражение души

Когда карета лорда Самвера подъехала к поместью, был уже поздний вечер, а на улице по-прежнему лил дождь, который с каждой минутой лишь усиливался, превращаясь в беспощадный ливень с мелким градом. Все проезжие дороги и аккуратные каменные дорожки поместья были затоплены. Колёса кареты разрезали воду, как нож масло, разбрызгивая водопад брызг в разные стороны. Лошади, — прекрасные черные скакуны с магической родословной, — сейчас все были мокрыми. Их блестящая грива, запутавшись в клочки из-за дождя, теперь свисала как испорченная солома. Хвост нервно поддергивался. И все чаще и чаще можно было увидеть, как лошади трясут головой и недовольно фыркают, пытаясь не допустить попадания дождевой воды в глаза. Кучер гнал лошадей. Иногда применяя хлыст. Он торопился. Ему не хотелось полностью промокнуть и заболеть. Ветер усиливался, ухудшая и так не лучшую видимость. Перед глазами стояла серая стена из воды. Кучер, хоть родился и вырос в крестьянской семье, но никогда не был суеверным человеком. Однако сейчас, он был готов поклясться магией, что все происходящее — это знак с выше. У мужчины было неприятное предчувствие. Поэтому когда впереди показались ворота графского поместья, он вздохнул с облегчением. Карета проехала по широкой вымощенной дорожке прямо к главному входу, на крыльце которого гостей уже ожидал хозяин дома и его верный дворецкий. Карета плавно затормозила и тихо, без встряски, остановилась. Молодой слуга, что занимал место рядом с пожилым кучером, быстро соскочил на землю, прихватив с собой зонтик для своего господина, и элегантно открыл дверь кареты, протянув вперед руку, помогая лорду выйти из нее. Лорд Самвер неторопливо выбрался из своей кареты и прошел ко входу, а его слуга, как тень, шел позади, придерживая над головой лорда зонтик, защищающий того от дождя. Когда лорд поднялся по ступенькам на крыльцо, граф Рейзен приветственно кивнул головой другу и попросил того следовать за собой. Дворецкий графа, поклонившись, открыл дверь и подождал, пока граф и его гость не зайдут внутрь, прежде чем зайти самому и закрыть дверь. Огромная прихожая, в центре которой находилась широкая мраморная лестница, увитая декоративной резьбой и лепниной, а также с обеих сторон украшенная небольшими, но довольно внушительными статуями львов, встретила гостей приглушенным светом и исключительной тишиной. Дворецкий проворно подошёл к гостю и помог тому снять свой летний плащ. Все это он проделал безмолвно и очень быстро. Избавившись от верхней одежды, лорд поправил манжеты своей белой рубашки и посмотрел на графа Рейзена, который улыбнулся и прервал воцарившуюся тишину: — Добро пожаловать в мой дом, дорогой друг! Я рад, что ты нашел время приехать ко мне в гости. Чувствуй себя здесь, как дома. — Взаимно, друг мой, взаимно, — лорд Самвер крепко обнял своего старого друга и похлопал по спине правой рукой. — Как ты добрался? Удачно? Никаких происшествий по дороге не произошло? — поинтересовался граф Рейзен. И это была не просто вежливость хозяина дома, а настоящее беспокойство. — За исключением того, что в дороге начался ливень, из-за которого пришлось задержаться в пути, дорога прошла хорошо. Можно даже сказать, отлично, — положив свою руку на левое плечо графа, ответил лорд Самвер. — Что ж, это прекрасно. Думаю, ты устал с дороги. Я покажу тебе твои покои. Ты как раз сможешь переодеться в сухую одежду и немного передохнешь перед ужином, — лорд Самвер хотел было возразить, но его нагло прервал граф Рейзен. — Возражения не принимаются. Ужин обязателен. Мы ждали только тебя. К тому же во время ужина я смогу познакомить тебя со своим сыном. Только будь с ним помягче. Рафаэль весь день сильно нервничал, ожидая твоего приезда. — Хорошо-­хорошо, — остановил поток слов друга лорд Самвер. — Я все понял. Буду сама вежливость и очарование. — Эй, я же серьезно! — возмутился граф. — Не смейся! — Извини, не смог удержаться. Просто, каждый раз, когда ты начинаешь говорить о Рафаэле, тебя невозможно остановить. Ты становишься другим человеком. — Я просто очень его люблю. — Я знаю. Ты хороший отец. — Думаешь? — Да. В отличие от тебя, я бы не смог сделать тоже, что и ты. В подобной ситуации, я поступил бы иначе. — Я ни о чём не жалею. — Хорошо. Это очень хорошо. Но порой подобная ноша может быть слишком тяжела. Иногда стоит раслабиться. — Говорит мне тот, кто после смерти своего мужа почти полвека не занимался сексом. Ты еще не забыл как это делается? — усмехнулся граф Рейзен. — А ты что же, сомневаешься? — поиграл бровями в ответ лорд Самвер. После чего оба друга весело рассмеялись. — Да уж, мы с тобой и правда давно не виделись. Я даже ­как-то подзабыл то, как с тобой бывает весело. Любишь ты превращать серьезный разговор в шутку, — покачал головой граф Рейзен. — И это мне говорит «мистер прямолинейность», которого невозможно смутить? — поддел друга лорд. — Ну вот, ты опять начинаешь! — Молчу-молчу, — приподняв в примирительном жесте руки, весело, певуче растягивая слова, ответил лорд Самвер. — И что же с тобой делать? — задал риторический вопрос граф, на что его друг лишь беззаботно пожал плечами. Они поднялись по лестнице на второй этаж. Лорд Самвер с любопытством осматривал всё вокруг, подмечая, даже малейшие детали украшений и планировки поместья. — Какой красивый дом! — восхитился лорд. Его глаза сверкали. Лорд Самвер был ценителем красоты и искусства в любых его проявлениях. И его мнение имело огромный вес в высшем обществе. — Это поместье — подарок, дарованный императором за успешно подписанный мирный договор, — граф некоторое время молчал, а потом добавил: — Это поместье было создано самыми лучшими мастерами своего дела. Хотя, думаю, это и так очевидно. Стоит лишь взглянуть на него хоть раз. — Это точно. Приятно осознавать, что твой труд ценят. Посол — может и почетная должность, но также и смертельно опасная. Отправляясь в другие страны на переговоры, нужно всегда помнить, что домой ты можешь и не вернуться. Рад, что ты больше не занимаешь эту должность. — Спасибо, за твое понимание. Мало кто, действительно, понимает всю сложность и бремя, которые приходится нести на себе будучи послом империи. Знаешь, сейчас я радуюсь тому, что три года назад, когда всё это случилось, я не отказался от новой должности. Пускай теперь мне и приходится выполнять в основном грязную работу, но я чувтвую себя живым и свободным, как никогда раньше, — откровенно поделился своими чувствами граф Рейзен. — Это чудесно. Я давно не видел тебя таким окрылённым. А вот сейчас, увидев тебя, мне вспомнилась наша первая встреча, когда ты был молодым юношей, который ­только-­только поступил на службу в армию. До сих пор помню тот огонь, что горел в твоих глазах, — лорд Самвер ностальгически улыбнулся, предаваясь давно прошедшим воспоминаниям. — Кстати, ты так и не сказал какую должность теперь занимаешь при дворе? — Его Величество сделал меня главой «Тайного Отдела», — гораздо тише, ответил граф Рейзен. — Ого! — лорд Самвер присвистнул от удивления, распахнув свои глаза. — Так ты теперь, получается, второй человек в империи. Повезло! Тебе очень крупно повезло! — Ну, это с какой стороны посмотреть, — неуверенно протянул граф Рейзен. — Раньше я ­как-то не задумывался о том, что у любой процветающей империи есть и другая, темная сторона, а не только то, что мы видим. — Это естественно. Не бывает света без тени. И ты прекрасно это знаешь, мой друг. — Все знают. Однако, пока лично не столкнёшься с этим, ты будет прикладывать все свои силы, чтобы не замечать очевидного. Знаешь, иногда меня пугают секреты, что хранят древние семьи и рода. С каждым разом, узнавая новые тайны, я чувствую себя так, словно меня облили помоями. Они как грязь пристают ко мне. И единственный способ очиститься — устранить их. Когда я вижу их кровь, в душе появляется ощущение того, что вся грязь исчезла. Как же порой хочется просто поговорить. Излить свои переживания любому. Но… — Но ты никогда никому не расскажешь, — понимающе кивнул лорд Самвер, — Его Величество сделал правильный выбор, выбрав именно тебя. — По-началу так думал лишь он, — вспомнив забавный момент, весело усмехнулся граф Рейзен, — знал бы ты, как не довольны моим назначением были все министры. Особенно премьер-­министр. Какие только гадости этот старик не устраивал. Как вспомню, так с трудом удается сдержать смех. Меня давно никто так не веселил, — улыбка графа стала шире. — Тебе, похоже, было весело! Давно я ­что-то не появлялся при дворе. Может, стоит ­как-нибудь зайти на огонёк? — Лучше не стоит. Сейчас при дворе очень нестабильная обстановка, — предостерёг своего друга граф Рейзен. — Всё так серьёзно? — нахмурился лорд Самвер. — Более чем, — кивнул головой граф. — Сейчас при дворе существует хрупкий нейтралитет. Хотя, если честно, это лишь видимость. Почти половина чиновников в совете поддерживает политику министра Аделио фон-ди Валерфайма, который работает на империю Лайон. От активных действий их сдерживает лишь мощь нынешнего приемьер-­министра. Однако он уже очень стар. И сможет занимать свой пост, в лучшем случае, еще лет пять-шесть. Сейчас никто не сможет предсказать, что случится, когда он покинет свой пост. Скорее всего, произойдет переворот с целью захватить власть. У Его Величества низкие шансы в этом противостоянии. На остальных министров, хоть они и поддерживают нейтралитет, положиться нельзя. Я уверен, они в любом случае останутся в стороне. Единственный, кто мог бы им сейчас противостоять — это генерал-­главнокомандующий Арен ди Вальфрайм. Но он принц-­заложник. И хотя он и входит в совет, никто не позволит ему занимать там высокое место. Разумеется, эту проблему можно решить с помощью брака, только вот… Его Величество никогда не даст на это своего согласия. — Надо же! Как всё запущено! Я такого никак не ожидал! — лорд Самвер аж присвистнул от удивления. — Точное определение. — подтвердил граф, — И если в такое время при дворе появится фигура, такого масштаба, как ты… кто знает, что случится? —  Никто. Что ж, я прислушаюсь к твоим словам, мой друг. Спасибо, за предупреждение, — — искренне поблагодарил лорд Самвер. — Не за что, — отмахнулся от благодарности граф и, остановившись возле очередной двери, потянулся к ручке. Легкий щелчок. И дверь в гостевую спальню открыта. — Мы пришли, — известил граф своего гостя, — в общем, ты тут располагайся. Твои вещи уже принесли. Если ­что-нибудь понадобится позвони в колокольчик, слуги сразу придут. Ну в ­общем-то это всё. Я, пожалуй, пойду. Ужин будет через час. Не опаздывай, — подмигнув своему старому другу, граф Рейзен покинул комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Лорд Самвер огляделся и остался доволен. Граф Рейзен, будучи его другом, хорошо знал его вкусы. И комнату для него он выбрал, придерживаясь их. Лорду Самверу нравились темные тона, в особенности черный. Он любил строгость, красоту и ­какое-то таинственное и немного угнетающее величие. В свое время он полностью перестроил свой родовой особняк. Превратив, красивое светлое поместье в темную непреступную крепость, которая больше напоминала дворец ­какого-­нибудь лорда-­вампира. Все его поместье являлось олицетворением смеси классического и готического стилей. Не хватало только чудовищ из сказок. Покои, в которых он сейчас находился, полностью соответствовали его вкусу. Стены спальни были разрисованы таинственными узорами черно-­серебристых оттенков, пол покрывал паркет. На растоянии пары метров от огромного окна, сейчас полностью закрытого портьерами ярко-насыщенного бордового цвета, стояла широкая кровать с балдахином, по бокам которой распологались фигурки страшных демонов с крыльями. Вся мебель — комод, шкаф, пара стульев, прикроватная тумбочка, пара декоративных кресел, с подушками из бархата, и журнальный столик, — были сделаны из редчайшего материала не только в империи Альзас, но и во всём мире — чёрного кедра. Пара старых золотых подсвечников украшала комод, над которым висело зеркало, в золотой оправе. На прикроватной тумбочке стояла настольная лампа овальной формы, украшенная резьбой в виде змея, а над кроватью висела пара ночников, в форме летучих мышей. Но, пожалуй, самой яркой частью интерьера комнаты были огромные часы с маятником, которые издавали звон, напоминающий звон колокола, каждый час. Лорд Самвер ещё раз осмотрел свои покои, после чего подошёл к чемодану, что сейчас стоял рядом с кроватью, в котором лежали его вещи. Открыв его, он стал доставать свои вещи и складывать их в шкаф. Лорд Самвер не любил, когда к его одежде прикасаются другие, поэтому он всегда складывал и разбирал свои вещи сам. Ему это даже, в ­какой-то мере, нравилось. Повесив в шкаф, последнюю рубашку, он закрыл чемодан, убрав его в нижний ящик комода, и посмотрел на часы. До ужина было ещё сорок минут. Времени было достаточно. Поэтому, недолго думая, лорд Самвер решил принять ванну. Рядом с входом в спальню находилась неприметная дверца, ведущая в туалетную комнату, где также была и ванная, по размеру напоминающая небольшой бассейн, с душем. Там же, на вешалках, висела парочка больших махровых полотенец и настенные полочки, полностью заставленные различными маслами, шампунями и гелями для тела. Лорд Самвер выбрал несколько масел с приятным древесным ароматом и вылил их на дно ванны, после чего включил воду. Резкий поток воды заставил масла смешаться, превратив их в густую пену, а древесный аромат усилиться. Когда мужчина погрузился в теплую воду, все его ноющие после долгой поездке в карете мышцы ­наконец-то расслабились. Альфа откинул свою голову на бортик ванной и прикрыл глаза, наслаждаясь приятным моментом. Лорд Самвер очень редко когда позволял себе так расслабляться. Главной причиной было то, что он практически никогда не чувствовал себя в безопасности, ожидая внезапного удара каждую минуту. Последний раз, когда он мог не беспокоиться о своей жизни, был в далёком прошлом. Он тогда был пятнадцатилетним подростком, а во главе их семьи стоял ещё его дед. Он хорошо помнил его слова о том, что титул лорда — это самое тяжёлое бремя. Это вершина, состоящая и горы трупов твоих собственных врагов и врагов императорского дома и бесконечных рек, состоящих из крови всех тех кого ты убил. Самвер не любил своего дедушку-­альфу, но это не мешало юному лорду испытывать восхищение к нему как к великому человеку. А его дедушка действительно был велик. Прекрасный воин, политик, сильный маг, примерный муж и хороший отец. Он воевал на передовой, учавствуя в пяти значимых вой­нах своей эпохи, и до конца своей жизни защищал границы империи Альзас. В свободное же время он писал книги по боевой магии, став первооткрывателем большинства огненных заклинаний, как боевых так и нейтральных, и вспомогательных. Именно он впервые применил такой термин, как «вспомогательная магия», что открыла новый путь в развитии современных магов. В роду лорда Самвера ди Аллер Кросса было много выдающихся людей и его дедушка был одним из них. В отличие от него сам Самвер, как и его отец, ничем особо не выделялись. Да, Самвер был довольно неплохим политиком, также как и все представители их рода, у него был большой магический потенциал, но в истории их семьи были родственники, что превосходили его в этом, он воевал… Ну, это не редкое достижение в их семье. За предалами своего дома он мог быть редким гением, но в своём родном доме он становился самым обычным человеком, который никак не повлиял на историю своей семьи. В молодости, когда Самвер ­только-­только получил титул лорда, его одолевала злость и приступы гнева из-за своей обычности, а сейчас, спустя три тысячелетия он понимал всю тяжесть носимого им титула. Порой, поздними вечерами, сидя у растопленного камина, он тяжело вздыхал, вспоминая свою юношескую недальновидность и вспыльчивость в паре с горячностью, а затем выпивал половину бутылки виски. Иногда ему хотелось вернуться в те времена, когда не нужно было ни о чём думать, а можно было просто наслаждаться жизнью на полную катушку. Его высокое положение душило его. Теперь он понимал, что он не из тех людей что рождены для власти. Хотя он уже привык к такой жизни и не представлял чем бы он мог заниматься не будь он лордом. Но всё же, порой ему хотелось испытать свободу и лёгкость. Ту, что доступна птицам, парящим высоко в небе или же рыбам, что плавают в морской глубине. Вот и этот брак, пусть он и согласился на него сам, был подобен цепям, что окутывают всё его тело и душу и не дают спокойно вздохнуть полной грудью, уменьшая и без того ограниченую свободу. Лорд тяжело вздохнул. Он не хотел об этом думать. Он вообще не хотел ни о чём думать. Но он был взрослым человеком и понимал, что есть такое слово как «хочу» и такое слово как «надо». И сейчас он должен был собраться и прийти на ужин, потому что так надо. Он ещё раз вздохнул и приоткрыл глаза. Вода уже остыла, чему альфа очень удивился, ведь он так расслабился, что даже не заметил этого. Быстро выйдя из воды, он наспех вытерся полотенцем и прошёл в спальню, где на кровати лежало нижнее бельё, которое он второпях надел. Пригладив свои волосы, что после принятия ванны торчали в разные стороны, он стал выбирать одежду на сегодняшний ужин. После раздумий он выбрал свободную белую рубашку с длинным рукавом, обтягивающие черные классические брюки и кожаные туфли, а завершали его образ дорогие наручные часы. Несколько раз оглядев своё отражения в зеркале, лорд Самвер кивнул и с довольной улыбкой покинул свою спальню, направляясь в столовую.

***

В столовой его уже ждали граф Рейзен и его сын Рафаэль. Лорд Самвер не сразу посмотрел на них. В начале он окинул взглядом светлый зал, в центре которого стоял небольшой овальный стол, накрытый белоснежной скатертью с кружевами, на которой сейчас лежали столовые приборы из фарфора и серебра, а в середине стояли золотые подсвечники. У широких окон занимали своё место большие декоративные вазы, с изображениями мифических существ, а также горшочки с декоративными деревьями, похожими на туи. Мягкий свет, падающий с потолка, где находилась прекрасная круглая люстра из хрусталя, дарил этому светлому залу ­какой-то особенный тёплый уют. Только после того, как он осмотрел столовую, лорд Самвер перевёл свой взгляд на своего друга. Граф Рейзен выглядел очень хорошо. Даже в свободной, немного домашней, одежде он не утратил своей внушительной ауры и харизмы. Свободная рубашка тёмно-­синего цвета, не застегнутая на верхние пуговицы, открывала вид на его мускулистую грудь и шею, а закатанные выше локтей рукава открывали вид на красивые руки, принадлежащие обученному бойцу. Свободные брюки серого цвета, на поясе которых висела пара цепей, были заужены к низу. На ногах у него были мягкие туфли на высокой подошве, похожие на обувь мастеров боевых искусств из древнего Китая. Короткие волосы были тщательно расчёсаны и уложены в прическу, которая немного закрывала левую сторону лица графа. Мужчина выглядел как юноша-­бунтарь, но при этом он не утратил своей аристократичности и хищной грации. Наоборот, его смелый наряд лишь ещё больше подчеркнул эти черты. Лорд Самвер не мог не улыбнуться. Его друг, граф Рейзен, всегда был таким. Человеком, что больше всего на свете ценит свободу. Он никогда не загонял себя в ­какие-то рамки, даже следуя дворцовым правилам, придерживаясь этикета, исполняя полученные приказы он всегда оставался свободным, никогда не теряя своей индивидуальности. Этим он так сильно отличался от всех остальных представителей высшего света, которые ради своей карьеры, денег и лучшего будущего, забывали себя настоящих, ломая свой характер и переделывая его под общие стандарты. Граф Рейзен был живым, ярким и ослепительным, словно обжигающее солнце в яркий день или же холодная в своей равнодушной красоте луна, что озаряет своим светом тёмную ночь, затмевающая своим сиянием сияние бесчисленного количества звёзд на небосводе. Лорд Самвер немного завидовал своему другу. Он не мог также, как и граф Рейзен, искренне улыбаться, даже зная всю тёмную сторону жизни, и не мог смеяться, потому что груз на его плечах был слишком тяжёл. Или быть может, он сам делает этот груз ещё тяжелее? Лорд Самвер не смог бы ответить на этот вопрос. Однако, единственное, что он знал и в чём ни секунды не сомневался — это то, что его друг, граф Рейзен, был рождён для политики. И говоря это, он подразумевал все те тайны, сокрытые от глаз других людей. Граф Рейзен был истинным серым кардиналом. Он прекрасно знал свои силы и возможности(а их у него было ого-го сколько!!!), но при этом он никогда не переходил той незримой границы, которая отделяет тебя от верноподданного до предателя. Он умел вовремя склонить свою голову и при необходимости признать свои ошибки, что было под силу сделать далеко не каждому. Например, лорд Самвер никогда бы не смог склонить свою голову и признать правоту чужого мнения если сам думает по-другому. Он не был таким же гибким, временами скользким словно змей, как граф Рейзен. Лорд Самвер же предпочитал высказывать своё мнение прямо, без всяких словесных кружев и искуссных словесных оборотов. Для человека его статуса это не было ­чем-то плохим, но вот будь он министром при дворе у него была бы куча врагов из-за этого. Он был прямым человеком, а если ему ­кто-то не нравился, то он просто избавлялся от этого человека. Однако о том, что это его рук дело, становилось известно каждому. В отличие же от лорда Самвера граф Рейзен предпочитал действовать более тонко. Он не видел ничего плохого в лицемерии, поэтому мог легко улыбаться человеку, обсуждать с ним планы на завтра, а с наступлением темноты отдать приказ о его устранении. Он умел обстрагироваться от всего плохого и, возвращаясь домой к своим детям, становился примерным отцом и просто человеком с отличным чувством юмора. Казалось, что к нему просто не липнет никакая грязь. И это заставляло лорда Самвера искренне им восхищаться. Стоило лишь лорду Самверу перевести свой взгляд со своего друга на его сына, как он застыл, словно громом поражённый. А он действительно был поражён. Рафаэль ди Крос Инвидия являлся омегой неземной красоты. Так что реакция лорда Самвера была вполне естественна. Рафаэль всегда был очень красив, но сегодня он выглядел как никогда очаровательно. Его длинные черные волосы, частично собранные в хвост на затылке, сегодня слегка завивались, изумрудная туника с рядом серебристый пуговиц, обтягивала его стройную фигуру, что делало омегу ещё более хрупким и очаровательным. Чёрные узкие брюки, больше напоминающие обтягивающие легинсы, собрались в складки в самом низу. А на ногах омеги были изумрудные туфли-­балетки с мягким помпоном. Весь его вид говорил о хрупкости, нежности и очаровании. Только вот лорд Самвер не купился на его внешний вид. Глаза Рафаэля выдавали его. В них отражался арктический холод и равнодушие. Этот взгляд заставлял заикаться и вспоминать все совершённые в своей жизни ошибки. Однако не это привело лорда Самвера в такой шок и смятение, а внешность самого Рафаэля. Омега, как две капли воды был похож на человека, которого он очень хорошо знал. И альфа, надеялся, что их внешняя схожесть лишь совпадение. Но он понимал, что такого просто не может быть, а это значило лишь одно — Рафаэль ди Крос Инвидия, его будущий муж, скорее всего, происходил из старшей ветви императоркого рода и был родственником первому лорду Джорджу ди Аллер Сирияс-­Фейнэру. И альфа молился всем известным богам, чтобы это предположение было ошибочным. Ведь если это окажется правдой, то в их браке главным будет не он, а Рафаэль, как представитель старшей ветви рода, а это значит — что лорд Самвер потеряет свой титул лорда. Но его дальнейшие размышления на эту тему прервал объект его размышлений. Рафаэль, с грацией хищника подошёл к нему и протянул правую руку. И в этом жесте можно было увидеть властность и надменность. Он словно делал всем одолжение, присутствуя здесь. Лорд Самвер был очарован. Он взял маленькую ладошку в руку и поцеловал её тыльную сторону, при этом он не сводил своего взгляда с лица Рафаэля. А Рафаэль наблюдал за его действиями, как хищник наблюдает за своей жертвой. Стоит сделать лишь одно неверное движение — и ты труп. — Мне очень приятно познакомиться с Вами, лорд Самвер, — послышались звонкие переливы мягкого голоса, похожего на трель соловья. — Это взаимно, господин Рафаэль, — растянул губы в улыбке лорд Самвер. — Мы с вами скоро поженимся, так что предлагаю забыть о формальностях. Зовите меня по имени. Что скажете? — игриво, наклонив в бок голову, спросил Рафаэль. — Думаю, это прекрасная идея. Тогда и Вы окажите мне любезность и тоже зовите меня по имени, Рафаэль. Надеюсь, я не поставил Вас в неловкое положение? — Что вы… Это поможет нам узнать друг друга получше, — улыбнулся Рафаэль. — Скажите, Вам понравились ваши покои? Их выбирал лично я. — О, да! Всё было так как мне нравится! Как Вы узнали? — поинтересовался лорд. Ему действительно было интересно. — Интуиция? — то ли ответ, то ли вопрос. Омега легко отклонился от ответа. — Кхм-кхм, — послышалось покашливание со стороны графа Рейзена. — Извините, что перерываю ваши заигрывания друг с другом, но ужин остывает. — Отец прав, — согласился со словами графа Рафаэль, — прошу к столу. — Только после Вас! — подмигнул своему жениху лорд Самвер. Рафаэль покраснел. Все собравшиеся расселись по своим местам и принялись трапездничать. И никто из них не заметил, как в углу зала блестнули багровые глаза демона.