Реквием падающей звезды

      Он тонул. Тонул в синих глазах Фишера, что так походили на море. Дыхание сбивалось, и воздух не поступал в лёгкие, он задыхался. Задыхался от красоты одноклассника, от его доброты. Рядом с Салом его сердце отбивало ритм дождя и порой парень не контролировал себя. Он хотел помочь ему. Хотел защитить ото всех проблем, но что делать, если Трэвис сам является проблемой? Говорят, что когда падает звезда, нужно загадать желание. Мол, оно исполнится. Но разве это правильно? Вместо звезды — всего лишь метеоры, летящие из космического пространства. Столкнувшись с воздушной оболочкой метеор раскаляется и, полностью сгорев, гаснет. Зачем тогда нужно загадывать желание на космический «камень», что уничтожается, не долетев до Земли?

***

Был день. Конец весны. На улице было тепло, солнце светило на безоблачном небе, согревая землю. На улице играли счастливые дети: они что-то кричали друг-другу и широко улыбались. В школьном коридоре было почти пусто. Сал, Ларри и Эшли стояли около шкафчиков, переговариваясь о новом фильме, который им нужно будет обязательно посмотреть всем вместе у Джонсона в подвале на выходных. Эшли дала обещание, что найдёт диск, и уже хотела уйти, но развернувшись, почему-то остановилась. Ларри посмотрел в ту сторону, куда уставилась девушка и недовольно цокнул языком. К ним приближался Трэвис. Блондин остановился подле компании друзей и как-то странно взглянул на Фишера. — Снова обсуждаете здесь свои пидорские штуковины, да? — съязвил блондин, стараясь не смотреть на Сала. — Тебя это не должно волновать. — как можно спокойнее ответила Эшли, глубоко вздохнув. Она ненавидит Трэвиса. Он постоянно обзывает их компанию, а порой и бьёт Салли. Из-за этого его репутация в глазах и Эшли, и Ларри опустилась донельзя. Им плевать, что Фишер говорит, мол, вероятно, у Трэвиса что-то случилось в семье или что-то такое, ведь Фелпс как-никак ведёт себя как полный мудак. Блондин хмыкнул, гордо подняв голову и открыл свой шкафчик. Достав нужный учебник, он ещё раз взглянул на их компанию — в частности на Фишера — и удалился. Ребята смотрели ему в след, и когда подросток скрылся за углом, они устало вздохнули. — Он сегодня тише, чем обычно... — протянул Джонсон, поправляя волосы назад. — Думаешь, у него что-то произошло? — Сал посмотрел на шатена. Вмешалась Эшли: — Боже, Сал! Да забей на него! — девушка улыбнулась, открыла свой шкафчик и стала искать нужный учебник. — Тебя серьезно не должны заботить его проблемы. Вспомни, сколько дерьма он сделал нам. Сал молчал. Он вновь посмотрел куда-то вглубь школьного коридора. Было интересно узнать, что случилось у Трэвиса, ведь его поведение знатно изменилось. — Твоя доброта погубит тебя. — Ларри пощёлкал пальцами перед другом и тот быстро заморгал. — Надеюсь, ты не думаешь, как бы поговорить с Фелпсом, чтобы мы не узнали. — Если и поговорю, то скажу вам. — улыбнулся Фишер.       Отец Трэвиса всегда говорил сыну, что люди грешны. Наши желания, мечты и связи. Бог видит всё: каждую твою ошибку, каждый шаг. И когда ты думаешь, что наконец остался один, ты забываешь о Всевышнем. Он наблюдает. Сделал что-то плохое и сожалеешь — покайся. Расскажи обо всём Господу Богу. Трэвис сидел на скамейке около школы, о чем-то задумавшись. Прошло несколько уроков после разговора с компанией Сала, и подросток ощущал себя ужасно. Ему было стыдно за оскорбления в сторону компании. Блондин хотел извиниться перед ребятами, но собственная гордость не позволяла ему сделать это. Сал вышел сюда же, дабы подышать свежим воздухом. Остался последний урок — физическая культура, на который идти не так уж и хотелось. Кто вообще ходит на этот урок, особенно когда он стоит последним? Фишер сразу заметил сидящего в тени дерева Трэвиса и сглотнул, предчувствуя новые издевательства. Но обидных шуток не последовало, наоборот, Фелпс даже не заметил протезника. Сал медленно подошёл к нему. — О чем думаешь? — спокойно спросил Фишер, отчего Фелпс вздрогнул. Блондин резко взглянул на подростка, затем снова отвёл взгляд. — Не твоё собачье дело. — наконец произнёс он. — Ну а если серьёзно? — спросил Сал, не решаясь присесть на скамейку рядом с задирой. — Ты сегодня сам не свой. Трэвис усмехнулся. На небе до сих пор не было облаков и солнце светило ярко. Птицы на дереве, под которым и сидел Фелпс, защебетали. — Ты слишком добр ко мне после всего, чего я наговорил тебе. — блондин подозрительно прищурился. — Я всегда могу выслушать и... Но Сал не договорил, Трэвис опередил его: — И разболтать своим друзьям! Как-будто я не знаю вас. — Ты действительно не знаешь нас. — устало протянул Салли, и вздохнув, посмотрел на небо. — Ларри и Эшли - хорошие люди, они всегда помогут. Трэвис посмотрел на Фишера. Даже сейчас, находясь в тени, подросток будто ярко светился. Трэвис, хоть и не видел, но был уверен, что Сал сейчас улыбается. — И что с того? — протянул Фелпс, пряча взгляд вниз, на траву. Фишер наконец сел рядом на скамейку, Трэвис удивлённо посмотрел на него. — Просто знай, что я готов поддержать даже тебя. — он поправил хвостик, что почти распался. Фелпс молчал. Может ли он доверять ему? Может ли рассказать то, что гложет его душу? Трэвис так много плохого сделал для Фишера..! Он вздохнул, нервно улыбнувшись. — Сегодня приезжает мой отец. — тихо произнёс блондин. — Неделю он был в другом городе на церковной службе, а теперь возвращается. — Так что в этом плохого? — Сал понимал, что они не друзья, но он хотел узнать Трэвиса. Подросток хотел понять его поведение. Фелпс замешкался, прежде чем дать ответ. Он знал, что Фишер не должен узнать правду. — Ничего. Просто я волнуюсь. — соврал он и посмотрел на время. — Я пойду. И, кстати, чтобы этот разговор остался между нами. Сал кивнул и проводил Трэвиса взглядом.       Никто никогда не должен узнать, что происходит дома у Трэвиса. Никто не должен узнать, как отец каждый вечер заставляет их с матерью молиться несколько часов подряд, как кричит, что Бог видит всё. Никто не должен узнать, что у Трэвиса в голове. А сам подросток не должен давать волю неправильным эмоциям и чувствам.