Сборник историй с Томасом

Оранжевый. Цвет неба на восходе. Его цвета, переливами, отблесками дают понять о том, что день начинается, даря новый шанс на еще не свершенные дела. Это цвет надежды, цвет веселья и энергии. Он сочетает в себе многие качества, даря спокойствие и силу. Я люблю стоять рано утром на балконе. Многоэтажка, в которой я поселилась, имела прекрасный вид с высоты. А моменты, когда утренний Лондон окрашивается в первые лучи на восходе, просто незабываем. Где-то внизу все ещё плывёт предрассветный туман, а в вышине, будя город, поднимается солнце. В этот момент кажется, что мир замирает на секунду, даря возможность пробудиться, прийти в себя после длинной ночи. Я люблю этот город. Туманный Альбион подарил мне надежду и не отнял её, позволив сохранить и унести с собой. Я многого добилась, жила не в роскоши, но в достатке и никому не мешала. А это главное. Сейчас, снова стоя на балконе 13-го этажа, я поймала себя на мысли, что сегодня меня это явление не трогает. Тяжело вздохнув, я вернулась в свою комнату и стала собираться, понимая, что дела никто не отменял... Уже вечером, после тяжёлого дня, я ввалилась в собственную квартиру, вся в слезах и быстрым шагом направилась в ванную. Скорее. Быстрее под душ. Смыть с себя весь этот негатив, воспоминания, которые ещё долго будут меня преследовать. Я больше так не могу... Стоя под холодными струями воды, я пыталась прийти в себя, но не могла. Сегодня, вновь, вот уже на протяжении месяца, ко мне приставал один человек. Работник в той же самой конторе, что и я, возомнив себя донжуаном, доставал меня дни на пролёт. Мне сочувствовали все, весь женский коллектив, даже босс, но никто не мог помочь. Этот человек... Сложно сказать, что вообще могло его остановить. А сегодня... Сегодня он попытался затащить меня в кладовку, дождавшись, пока в офисе я останусь одна. Слов нет, чтобы описать, каким можно быть идиотом. Но сегодня он получил своё, возможно детей у него больше не будет... С каменным лицом, после работы я зашла к шефу, запросив отпуск на месяц, что не делала никогда. Понимая меня, как женщина женщину, она отпустила, пожелав отдохнуть. И только на улице, оказавшись почти у самого подъезда, дав волю эмоциям, я позволила слезам взять надо мной верх. Зачем я сегодня пошла на работу? Почему не сослалась на болезнь? Знала же, что что-то случиться... Я вышла, закутавшись в полотенце. Надо успокоиться. Надо. Иначе ночь истерики мне обеспечена. Я вошла на кухню, с целью открыть давно подаренную бутылку коньяка. Уже достав его, открыть я не успела. Помешал звонок в дверь. Хм? Я медленно, быстро вытирая вновь проступившие слёзы, вышла в коридор и посмотрела в глазок. Сосед с низу, к которому я когда-то случайно залетела на балкон, решив спуститься, как дура, по верёвке вниз, когда сломался дверной замок у входной двери. Что ему надо? Я открыла дверь, встретив удивлённый взгляд. Упс... Я резко закрыла дверь, вдруг вспомнив, что все ещё в одном полотенце. Быстро накинув на себя свободные домашние бриджи и майку, я вновь открыла, не сомневаясь, что он все ещё там. И не прогадала. Стоял, весело улыбался, но было видно, что он тоже смущён. - Я видел, что вы плакали. И вот... - он достал из-за спины кулёк с шоколадным печеньем и коробку рассыпного чая. Чуть улыбнувшись, я пропустила его в квартиру. Видимо смотрел в окно, когда я шла домой. Мужчина тем временем прошёл на кухню и скептически покачал головой, заметив бутылку. - Не лучшее средство, чтобы успокаивать нервы. - он обернулся, ставя принесённое рядом, а бутылку под стол. - Что случилось? Я не знаю, что меня прорвало в тот вечер. Может в этом виноват чай, который он принёс, а может и сам неожиданный посетитель. Но в этот вечер я рассказала ему все, что наболело за этот месяц. Не думаю, что стоило, но он сам этого добивался, а скрывать я больше не могла. Надо отдать ему должное. Слушал он внимательно, не перебивал и лишь временами хмурился. А после дал простой совет — не мучатся и искать другую работу, а если он вновь заявится, то звать его, моего надёжного соседа. Не знаю, чем закончился этот вечер, но я проснулась на кровати, заботливо укрытая его спортивной курткой. Самого посетителя и след простыл. С тех пор он регулярно захаживал, мы стали больше общаться, нашлись общие интересы, да и отпуск вовсе не мешал это делать. Я заметила, что привязалась к обаятельному соседу, ожидая каждой встречи с нетерпением. Но однажды вечером пришёл Он. Этот идиот каким-то образом прознал мой адрес и решил наведаться на ночь глядя, с расчётом того, что я буду одна. И не прогадал. Что сподвигло меня открыть дверь в тот вечер, не посмотрев в глазок? Думаю, что собственная дурость. Всё, что я успела, так закричать, пока он не закрыл мне рот ладонью и не в тащил во внутрь квартиры. Не сказать, что этот человек не был приятен в общении или просто был уродлив. Просто слишком дотошный, не любящий, когда ему отказывают, он привык любыми способами добиваться своей цели. Этот случай не исключение. Спасло меня в тот вечер только чудо. Чудо по имени Томас Хиддлстон, именуемый так же моим соседом. Как узнал, одному Богу известно. Но в какой-то момент с меня, придавленной передушенной одеколоном тушкой, сняли этого человека. Я быстро села, зажав рот руками, чтобы не заорать. Такого злого Тома я не видела никогда. Удар за ударом, казалось, он убьет его. Я не знаю что было, когда он выволок его из моей комнаты. Слышала только, как хлопнула входная дверь. Я вся сжалась в комок, пытаясь успокоить удушающие слёзы. Очнулась лишь в тот момент, когда моих плеч коснулись горячие руки, а я была прижата к не менее горячему телу. Я слышала, как быстро бьётся его сердце, чувствовала его сильные объятья, успокаивалась. Поцелуи. Какой-то шёпот. Он быстро нашёл мои губы, впившись в них жадным поцелуем, будто он был последним. Я тихо выдохнула, прижимаясь крепче. Тепло, хорошо, спокойно...