Хоровод осенних сказок

В одном королевстве... Да что там в одном. Это были пять королевств, но таких маленьких, что все географы принимали их за одно. А правили пятью королевствами пять принцесс. Каждая была умницей, красавицей, умела петь и цитировала на досуге Байрона. А ещё каждая хотела объединения пяти королевств в одно большое, чтобы быть там единственной принцессой. И однажды принцессам это надоело. Они собрали консилиум и стали решать, что дальше делать. - Я предлагаю отдать королевство мне, - заговорила первая, поглаживая ручного дракона в наморднике. - Ни в коем случае! - воскликнула вторая, прижимая к себе охотничьего пса. - Королевство должна получить я! Я умнее, и лучше помню "Шильонского узника"! (романтическая поэма Дж.Байрона - прим.авт.) - А я красивее! - закричала первая. Дракон вздрогнул. - Нет, ты вообще похожа на картофелину! - закричала вторая. Пёс соскочил с колен хозяйки. А первая залепила второй пощёчину. Та повторила. Больше они в спор не ввязывались - были заняты дракой. Третья похихикала и заговорила тоже. - Королевство получаю я, как самая ловкая. Я умею садиться на шпагат! - и потрепала по шее своего пони. - Эй, умерь пыл! - взбунтовалась четвёртая, гладя пушистого кота. - Я тут самая добрая! - Ты?! Ты добрая? - пони испугался и отошёл от третьей. - Да ты не даёшь выходных слугам! - Да они бездельники! - кот спрятался за псом, четвёртая вскочила. - Зачем мне с ними носиться?! А ты вообще глупая - как и все спортсмены! Бам! Третья прыгнула на четвёртую. Та завизжала и укусила её. Началась драка. А пятая принцесса ничего не кричала. И не доказывала. Она просто пила чай. И сова с её плеча никуда не улетала. - Девочки, - сказала принцесса мягко, - а давайте народ спросим. Нам только на троне сидеть, а им ещё в стране жить. Опять же, политика... Спорщицы поднялись с пола, кивнули, злые и побитые. Вышли пять принцесс на балкон. Пятая заговорила: - Дорогой вы наш народ пяти королевств! Мы, наконец, решились на объединение. Вы вольны выбрать себе принцессу сами. - Я – самая красивая, - шагнула вперёд первая. - Я – самая умная, - вышла вторая. - Я – самая ловкая! – уселась на перила третья. - Я – самая добрая, - фальшиво улыбнулась четвёртая. - А вы что скажете, принцесса? – спросил народ пятую. Та пожала плечами. - Я-то? Я не знаю. Наверное, самая скучная. Не крашусь, логарифмы плохо помню, на шпагат не сажусь и золото в окна кареты не рассыпаю. Просто читаю книги. А вообще – это вам решать, наш народ, какая я… Внезапно раздался голос ребёнка: - Мама, мама, смотри – настоящая принцесса! - Их же там целых пять, - рассмеялась мать. - Нет же, мама, посмотри – одна! С совой! А другие – не принцессы! Народ загалдел. Кто-то соглашался с ребёнком, кто-то – нет. Пятая молчала, не зная, что тут можно сказать. А вот остальные не молчали. - Я буду проводить конкурсы красоты! - Я буду устраивать вечера поэзии Байрона! - Я проведу олимпиаду! - А я буду раздавать золото, а работать вы будете вдвое больше! Тут народ замолчал. А потом зааплодировал. И выбрал королевой принцессу, которая пообещала им золото. Три другие стали её заместительницами. А пятая, настоящая, забрала с собой дракона, пса, кота и пони, посадила себе на плечо свою сову, и отправилась по свету, рассказывать детям сказки. Она приходила в города, деревни и сёла, садилась под старое дерево и начинала своё повествование. Она говорила о добром и вечном – дружбе, любви и чести. Дети сидели вокруг и слушали, а животные позволяли им гладить себя. Так и жила принцесса. Спустя год в королевстве четвёртой, теперь уже единственной принцессы, начались бунты. Плохо правила она, не следила за народом. - И почему мы не выбрали тогда настоящую?.. – жаловались они друг другу на забастовках. Говорили при встречах. Думали даже во сне. Хотели её вернуть. Даже посылали за ней послов. Но было уже поздно. Принцесса встретила доброго менестреля, что пел детям колыбельные по вечерам под окнами, и они бродили теперь по свету вместе. И королевство ей было не нужно. Да ещё и с неблагодарными жителями. Со временем люд свыкся. Перестал бушевать. Тихо ненавидел королеву – принцесса выросла. И звал её неприятными словами. А пятая принцесса тоже выросла. Но такие принцессы не становятся королевами – тяжёлые короны из золота не для их чистых и светлых голов. Принцесса стала просто женой менестреля. И просто мамой. Она до самой-самой старости сидела под деревьями и рассказывала сказки детям – своим и чужим. И соседи оставляли с ней ребят без страха – с ней детям не грозила беда. А принцесса не брала платы. Лишь просила иногда яблочко или лукошко земляники. Старая бывшая принцесса и три её помощницы доживали век вчетвером, злые и ехидные. Добрая сказочница по утрам пекла блины пожилому менестрелю и рисовала с внуками веточкой на песчаной дорожке. И кто из них настоящая королева, все пять понимали без слов.