My Dear Director

I wish, I was strong enough, To lift not one but both us, Мне хочется быть такой сильной, чтобы помочь не кому-то одному, но нам обоим, Some day I will be strong enough, To lift not one but both of us Когда-нибудь я стану достаточно сильной, чтобы помочь не кому-то одному, но нам обоим.

***

Эвелин опустила взгляд на ехидную улыбку Лэнс. Ей же ведь не показалось это? Сара только что открыто намекнула на то, чтобы… — Ты серьезно? — спросила она, Сара, видимо, не собиралась садиться назад на своё место. На коленях Шарп было удобнее. Будет неловко, если она сейчас скажет, что просто пошутила. — А ты? — Что я? Разговор начал заходить в тупик. Сара не знала, что сказать ей дальше и что вообще сделать. Если она сейчас отступит, то остаток полета пройдет в неловком молчании, а заходить дальше она боится. Что, если сама Эвелин не хочет, чтобы Лэнс так делала? Черт. Черт. Черт. Шарп видела замешательство девушки. Она положила руки на её плечи, медленно ведя их за затылок и притягивая блондинку к себе. Эвелин была в миллиметре от её губ, ожидая, когда Сара сама сделает первый шаг. Ава явно дала понять, что она не против. Сара вцепилась руками в её подлокотник, когда самолет качнуло. Шарп всё ещё держала девушку близко к себе, чувствуя это напряжение. Она прикоснулась губами к губам Лэнс, ощущая этот вкус вишневого сока, что выпила пятнадцать минут назад. Она делала это слишком неуверенно. Блондинка слишком тесно прижимается к Эвелин, заставляя её голову упереться в спинку кресла, руки Шарп спускались ниже, останавливаясь возле лопаток, выводя некие узоры. Сара переложила руку на её щеку, отстраняясь. — Я не знаю, пара мы теперь или нет, — начала Директор, — но меня тянет к тебе, поэтому… если ты не хочешь быть со мной то… — Я хочу, — сказала Сара. — Я хочу, и я чертовски рада, что ты попала именно туда, где мы познакомились. Это был странный день, и я даже хотела поменяться, ведь не думала, что тебе будет по душе моя забота как врача, и в последний момент передумала. — она покачала головой, — что-то заставило меня передумать. — Рада, что ты не сделала этого, — Эвелин не успела заметить, как Сара снова поцеловала её, но уже настойчивее. — Заходим в Округ Колумбии. — послышался голос пилота. Как же всё не вовремя. — Вот ты почти и в Вашингтоне. — Круто. Всегда ходила сфотографироваться рядом с Белым Домом, — улыбнулась Лэнс, перелезая на своё место. Она надеется, что молчания не будет. — Мы будем проезжать мимо. Я живу недалеко, поэтому каждый раз мне приходится его видеть. — Ты сказала это так, будто тебе это надоедает. — заметила Сара. Эвелин достала свой багаж с верхней полки, это была обычная перевозная сумка, в которой были её пару вещей, которые она не достала ещё с прошлого перелета с Кайей. — Не надоедает, просто со временем уже всё перестает удивлять. Сара нахмурилась. — Хочешь сказать, что через год или два я надоем тебе? Эвелин подумала, что Сара теперь будет жить с ней. Ей будет нужна работа. И… она только что сказала, что может надоесть ей? Да, такое может быть, но эта мысль пугала Шарп. Со временем она привыкла к многим вещам, которые в дальнейшем могли её просто раздражать. — Ни за что, — сомнительно ответила она. Эвелин действительно не знает этого.

***

Сара успела сделать слишком много фотографий, когда они проезжали мимо Белого Дома. Это, видимо, на самом деле удивило её. Белый Дом был большой американской достопримечательностью, из-за которой люди приезжали в Вашингтон. — Мне уже приходилось там отчитываться о работе ФБР, было волнительно… — сказала Шарп. — Ты ещё и была внутри? — Сара повернулась к ней, закидывая ногу на ногу, — ах да, ты же ещё и с Президентом знакома. Шарп посмеялась. Они уже почти подъезжали к её квартире. — Слушай, а раз мы теперь пара, значит… мы будем спать вместе? — неуверенно спросила Лэнс. От этой мысли становилось так тепло. — Если ты хочешь, то можешь пока спать в другой, — предложила Эвелин. Всё развивалось как-то слишком быстро, это немного пугало её. Ещё 24 часа назад она и подумать не могла, что они даже начнут говорить об этом. Подумать только. Они встретились только потому, что Шарп пыталась поймать людей, которые разваливают её страну. Они встретились из-за теракта. И почему-то Эвелин не жалеет, что не предотвратила его…

***

У Авы была средняя трехкомнатная квартира, недалеко от Белого Дома, но далековато от работы. Она была светлой, но из-за вечно пасмурной погоды, казалось немного мрачноватой. Была занята и обставлена только та комната, в которой жила сама Эвелин. Остальные две просто стояли пустовали. Они чем-то напомнили Лэнс реанимацию, ведь только там всё белое, белый потолок, стены, пол. В первой всё было намного лучше: диван, стол, телевизор, односпальная кровать, но также белые стены, которые не придавали никакого настроения. Интересно, а самой Эвелин нравилось здесь, или она просто чаще проводила время на работе, поэтому не замечала всю эту тусклую обстановку? Или может быть наоборот, ей нравится такое? — Ужасно для человека, который любит яркие тона, не так ли? — Эвелин села на диван, наблюдая за заинтересованной девушкой. Почему-то она представляла квартиру Лэнс в разных ярких цветах, как и сама Сара. — Ну чуть-чуть, — блондинка села вслед за Шарп. Она устала после шестичасового перелета. Наконец-то всё хорошо. Сара здесь, с ней больше ничего не случится. Террористы, которые планировали теракт в Нью-Йорке — пойманы. Осталось поймать их главного, и всё буде ещё лучше. Раздался звонок, наверняка это был Гэри. — Слушаю, — да, это был он. Он был одним из тех, кто мог звонить ей на личный телефон, а не на рабочий. — Директор Шарп, у меня хорошие новости. Хорошие новости — всегда чудесно. — Рэйну удалось внедриться в их банду. Ваш план сработал.

***

— У меня есть идея получше, — сказала Эвелин. — Мы предупредим всех абонентов в Нью-Йорке, что в девять вечера на главном экране Эмпайр-Стейт-Билдинг в течении пяти секунд появится видеозапись Рэйна, который будет «угрожать» американцам. Мы попросим никого не снимать, чтобы не создавать мировую панику. Снимать будет только наш агент, а для остальных поставим полицию, которая будет контролировать всё это. И если получится, то эти террористы сами отыщут Рэйна и предложат ему вступить.

***

— Я знала, что получится. — Вы нужны нам в штаб-квартире завтра с утра. — Хорошо, я поняла. Эвелин положила телефон на стол, довольно улыбаясь и направляясь к дивану, где сидела Сара. — Хорошие новости? — она подхватила её настроение, вставая и протягивая Шарп руки. — Прекрасные, — она притянула Сару ближе, оказываясь в сантиметре от её губ. Теперь они не в самолете. Она поцеловала её, толкая назад к дивану, оказываясь сверху. Руки держали Лэнс за щеки, не давая отстранится. Сара впутывает пальцы в её золотые волосы, не касаясь того ранения. Она чувствует напор Шарп, но не старается остановить её, ей нравилась Эвелин, которая брала всё в свои руки. Она чувствовала её на своих коленях, и черт, она уже давно хочет снять с неё этот черный деловой костюм. Сара грубо разрывает пуговицы, отчего получает недовольный взгляд Директора. Её пальцы массируют плечи Эвелин, а губы прижимаются к пульсирующей венке не шее. Она слышит шумный выдох, после чего чувствует пальцы на своей коже. — Не так быстро, — шепчет Лэнс, — у нас много времени. — Ты нужна мне, Сара, — говорит Шарп, после чего Лэнс отстраняется, заглядывая в её глаза. — Я что-то не то сказала? Мимолетная улыбка появляется на её лице после тех слов. Было ли это своеобразном признанием? Сара часто цепляла кого-нибудь в клубах Тампы, действуя порой грубо, порой быстро. Но с Эвелин ей хочется поступить по-другому. Хочется вернуть ей то, что та давала ей на протяжении всего времени, начиная с самой первой встречи. У неё даже нет желания шлепнуть её, как она часто любила делать. Эвелин заслуживала настоящей любви, которую Сара надеется, она сможет подарить ей. — Почему ты остановилась? — спросила Ава. Эти слова вернули Лэнс к реальности. — Прости. Она стянула с Шарп белую блузку, кладя руки на её бедра и резко встав, заставляя обхватить её поясницу. Блондинка слышит тихое «черт», когда она кладет её на кровать, что стояла чуть дальше дивана. У неё вообще-то какая-то странная обстановка в квартире. Она не отпускает Аву, пристраиваясь сверху. Её ноги плотно обхватывали Лэнс, пока губы изучали ключицы. Эвелин выгибалась навстречу умелым действиям блондинки. — Сара… — она откидывает голову, когда её губы вернулись к шее. — Да, Директор Шарп? — ухмыльнулась она. От этого «Директор Шарп» стало ещё жарче, а ладони, что двигались по её животу не приносили облегчения. Эвелин застонала, когда Лэнс развела её ноги и надавила бедрами чуть посильнее. Наконец-то её ладони проникли под ткань брюк, отчего Шарп нервно дернулась. Саре нравилось то, как она действовала на Аву. Ей нравилось слышать её тихие, а порой громкие стоны и то, как её ногти царапают кожу спины. Шарп не выдержала и закрыла глаза, выгибаясь в умелых ладонях, Сара спускалась ниже, стараясь отыскать ладонь Эвелин. Ей безумно хотелось взять её за руку. Дыхания Директора было частым и сбивчивым, её грудь высоко вздымалась, она старалась расставить ноги как можно шире, когда почувствовала прикосновения Лэнс к внутренней стороне бедра. Эвелин задыхалась, чувствуя в себе длинные пальцы, погружающиеся с невероятной быстротой всё глубже и глубже.

***

Шарп проснулась глубокой ночью, чтобы попить воды. Она невольно улыбается, вспоминая события прошлого дня и ночи. Запутанные волосы Сары лежали на подушке и немного на её лице. Она тихо сопела. Эвелин взяла телефон, который засветился, она успела ответить раньше, прежде чем заиграла мелодия. — Чего тебе посреди ночи, Гэри? — недовольно спросила она. — Мы поймали главного террориста, Директор.