Полезен для жизни.

       — Я не могу, понимаете?! НЕ МОГУ! — мечется и кричит «о свэгер всея Бантан» Мин Шуга, с макушкой цвета неба и слезами на глазах. Да, у Юнги случаются частые истерики, а после, долговременные депрессии. Слишком частые, что привело к беспокойству среди мемберов. Поначалу, этому не предавали значения, Хоуп всегда ходил и орал над ухом о радужной жизни, Намджун каждый божий день жрал мозги, но в попытках помочь, нагружал еще более тяжелыми мыслями о последствиях, Мелкий лишь доёбывлся, думая, что щекоча и дергая за волосы, итак беспокоящегося за свою лысеющую голову Юнги, делает его веселее, Чимин, единственное, что умел, так это обнять нежно и пообещать счастливое будущее, а на деле… Джин вечно таскал еду, чем тоже не особо помогал. И только Тэхён уже шестой месяц ломал голову, каким же способом помочь Юнги, какой нужен подход? Поговорить — не подходит, попытаться успокоить — не подходит, заставить смеяться — не подходит, а если пригрозить чем, так Юнги просто нахуй пошлет и дело с концом.        Однажды, у Тэхёна получилось успокоить Юнги на целый месяц. Этот месяц для Юнги был просто райский. Нет, он был раздражен, но чтоб прям до срыва голоса, красных глаз и разодранных костяшек, нет, не было такого. Тогда, Юнги просто выбешивал его новенький МЯТНЫЙ цвет волос. Юнги настолько все бесило, что он был готов уйти из «Big Hit» и подать на Бан-PD в суд за ущерб его волосам. Но Тэхён, как маленький щеночек приехал к директору и, чуть ли не на коленях, умолял (о чем Юнги, естественно, не знает) директора покрасить его в зеленый. Ему нужно было показать Юнги, что он не один. Банально? Нет. Гениально.        И вот, в комнату, где сидит а-ля злобный Папоротник, забегает Тэхён. Тэхён с улыбкой до ушей и зелеными перьями. Ладно бы, просто зашел, показал, ушел. Так этот человечек стал вытворять эгьё, со словами: — Я теперь похож на Хёна, я теперь такой же крутой, как Хён. А у Юнги сердце падает в пятки, вся злоба улетучивается, на губах непроизвольная улыбка, которую он даже не чувствует, и руки так и тянутся прикоснуться к волосам младшего, погладить по голове и улыбнуться еще шире, все также не осознавая наличие улыбки на лице. — Хён, тебе нравится? Ну нравится же! Юнги и отвечать не хочет, естественно ему нравится, он опять перестает чувствовать одиночество благодаря Тэхёну.

***

       В голове не стихает голос совести, а на заднем плане, словно на перемотке крик Юнги «Я НЕ МОГУ, ПОНИМАЕТЕ, НЕ МОГУ». Тэхёна всего трясет, в этот раз все слишком сложно. В этот раз Юнги злится не на цвет волос, не на неспособность выучить хореографию и не на слишком пестрый костюм. Сейчас Юнги злится на себя. Юнги пожирает себя. Социофобия. Ему реально сложно контактировать с людьми, а сейчас его заставляют выйти на улицу и просто подружиться с левым человеком. Просто Юнги наняли психолога, считая, что он способен раскрыть его душу, наивно полагаясь, что он достоит того, что Юнги распустит бутон своего разума перед ним. Вот только никто не учел того, что даже Чимину сделать этого не удалось. Никто не понимал Юнги, невзирая на то, что Юнги был проще всех, просто дотронуться до его души никто не мог. А у Тэхёна это получалось. Раз за разом все лучше и лучше. И сейчас, когда Тэхён направляется в спальню к Юнги, отбрасывая вообще все мысли, он решает для себя, что, либо он помогает ему жить, либо меркнет темным пламенем вместе с Юнги. До момента, когда Тэхён врезался носом в дверь, у него был какой-то план, он думал над тем, что же сказать и с чего начать, но когда его нос окатила легкая боль, от столкновения с дверью, из его головы вытекли все мысли и слова. Вместе с шагами за дверью, его сердце начинало биться громче, а увидев растрепанного Юнги, на лице которого и не намека на сон, он и вовсе забыл, что такое дышать. Забыл, потому что понимает, что хочет сделать, потому что понимает, на что идет, но вот не со злым Юнги. Его, как минимум, нужно успокоить. — Юнги-хён, мне очень скучно. Я знаю, не лучшее время, но я очень прошу, побудь со мной… Т-ты мне нуж..ен — еле выдавливает Тэхён, видя перемены на лице. Он ожидал хлопок дверью, пощечину, но никак не смягчение взгляда, расслабления бровей и одобрительный жест рукой, приглашающий в комнату. Тэхён немного жмется возле двери, но спустя пару миллисекунд проходит, сразу же садясь на кровать. Самое трудное выполнено. Он в комнате. Дело за малым. Нуу, почти… — Мне не нравится настолько напряженная обстановка — низким голосом произносит старший и садится напротив своего, пока еще, донсена. Ему слишком плохо, он закрылся в себе, замкнулся, что Тэхён понимает с первого слога, сказанного Юнги. Назад пути нет. Сегодня он будет с Юнги всю ночь, и, если первый согласится, то останется у него на очень долгое и неопределенное время. — Карты. На раздевание. — Идет. — не может не проявить инициативу Тэхён, отчетливо понимая, что сам не готов начать, а Юнги будто читает Тэхёна и жалится над ним, понимая, как тяжело первому с осознанием неизбежного, такого запретного и долгое время желанного.