Чонгук, кто же ты для меня?

      Альфа, или омега? Красивый, умный и с одурманивающим голову запахом. Нет, такого не может быть в жизни. Он должен быть только умным, или только красивым, или, на самый крайний случай — вкусно пахнущий. А таким, как этот замечательный, немного агрессивный, почти никому неизвестный альфа, встречаются очень редко. Его изумрудные глаза так и просят обратить на них внимание. Пшеничные, как заходящее солнышко, волосы — погладить, а прекрасная смуглая кожа умоляет оставлять влажные поцелуи. Полностью хочется отдаться, хотя и нельзя, ведь у Хосока есть Чонгук. Но омежка, всё так же, продолжал всматриваться в эти изумрудные глаза, впервые, так залюбовавшись кем-то. Маленькое сердечко начинало биться всё чаще, а ладошки приобрели влажность и прохладность. — Гук, я люблю тебя… Ты для меня самый нежный и прекрасный человек, — прошептал Хосок, снова сжав бедро парня.       Ему так хотелось, чтобы это был Чонгук. Ему так понравилось этот неприветливый взгляд, теплые руки, приятный запах неизвестного, что хочется быть с ним рядом. — Малыш, ты действительно влюблен в такого эгоистичного человека, как Чон Чонгук? — тихо произнес пшеничноволосый, выворачивая руль в правую сторону. — Да, возможно, он хороший. Но у него много недостатков. Например то, что этот человек не сдерживает свои обещания. А, иногда, случается такое, что он забывает имя собеседника… — Перестаньте говорить о нем в таком тоне. И, я сам знаю, какой Гук на самом деле… — Малыш, хватит пиздеть всякие глупости, ведь он не такой, каким кажется на первый взгляд. — Тогда какой Чонгук? Вы, разве, знаете его, так же хорошо, как он сам себя? — выкрикнул Хосок, сжав руки в кулачки. — Я не позволю, чтобы о нём говорили такие вещи.       Изумрудноглазый, припарковав автомобиль, перевел взгляд с дороги на злого омегу, довольно улыбнулся и нажал на замечательную кнопочку, которая отвечала за блокировку дверей. Заметив в глазах омеги беспокойство, он в голос рассмеялся, а затем приблизил своё лицо к младшему и тихо выдохнул. Пшеничноволосый легонько коснулся лба Хо подушечками пальцев и еле слышно сообщил две грустных новости, от чего омежка еще больше испугался, но старался не показывать страх. — А ты знаешь, что Тэхён уехал за границу? — издевательски произнёс незнакомец, облизывая свои искусанные губы. — Он даже с тобой не попрощался. Этот козёл, даже банального слова «прощай» не сказал. А ты продолжаешь твердить, что они добрые и милые? Разве, это правда? Зачем ты себя обманываешь? Зачем говоришь, что любишь их, если ни разу с ними не встречался? Глупый. Какой глупый, маленький ребенок. Мне жалко тебя. — Не нужно так. Ведь Гук, мне об этом говорил, — перебивая монолог, произнес Хосок, упираясь ладошками в грудь пшеничноволосого. — А-а-а, — протянул парень, подмигивая. — Значит минус один. Да, ты Тэхёну нужен, как собаке пятая нога. — А зачем собаке пятая нога? Вы тю-тю, дядя? — прошептал Хо. — Вот именно, что незачем. И это ты — тю-тю, фить-фить… — Блять, вы заебали уже! — Оу, ты материшься? Да ещё и злиться умеешь? Да ты крут, чел, — продолжал издеваться незнакомец, всё больше напирая на Хосока, но тот старался противостоять ему. — Я догадываюсь, почему Тэ так поступил, — прошипел Хосок, сдерживая свои эмоции. — А вам, видимо, не судьба догадаться. И, вообще, если на то пошло, то это его право говорить мне, или — нет. — О, детка, хамить может, — укусив Чона за нижнюю губу, прошептал изумрудноглазый. — Ты говоришь о правах? Мне кажется, что твои слова, напоминают лепет невинного школьника, а действия — неуравновешенного человека, а точнее сказать, сумасшедшего. Ты даже не представляешь, в какое дерьмо вляпался из-за своей любви, малыш.       Омежка не хотел верить, но он, все же, тихо вздохнул, а затем оттолкнул от себя незнакомца. Пшеничноволосый отстранился и потянул Хосока на себя. Усадил его себе на колени и провел пальчиками по внутренней стороне бедра. — Ты ведь хочешь набраться опыта перед тем, как прыгнуть в постель к Чонгуку? Тебе ведь нужно показать, что ты самый прекрасный из всех тех омег, которые были у него до тебя. И, между прочим, в койке твоего горячо любимого Гука были даже альфы, которые обожают, когда их ебут в зад.       Хосок нервно засмеялся и снова не хотел верить этому человеку. Он оттолкнул парня, стараясь выбраться из машины, но пшеничноволосый снова прижал Хо к себе, сжимая уже пах. Младший простонал и недовольно прорычал. — Перестаньте, пожалуйста, — прошептал он, убирая руки парня со своего интимного места. — Я лучше сам узнаю о Чонгуке, но вам верить не буду. — Ты, действительно, хочешь его увидеть? А может не стоит? Может ты останешься со мной? Я ведь лучше, чем этот засранец. — Отпустите меня! И да, я действительно хочу к своему котёнку! — Котёнку? — брезгливо повторил пшеничноволосый, глядя в глаза Хосока. — Как скажешь. Только потом не говори, что я не предупреждал тебя.       Хосок испугался, что такие прикосновения смогут причинить ещё большую душевную боль, а поцелуи этого человека, заставят почувствовать себя легкодоступным. Но слава всем святым, незнакомец дотянулся до кнопки блокировки, нажал на неё и помог Хо выбраться из салона автомобиля.        Когда, через мгновение, Хосок почувствовал, что его ноги соприкасаются с плоской поверхностью, а глаза привыкнув к полумраку, замечают знакомый силуэт, он помчался на всех парах к нему.