Божьи коровки молчат

      Адриан глубоко вздохнул, мысленно досчитал до десяти и занес палец над дверным звонком — вчера он пообещал зайти за Маринетт. Она предупредила, что из-за сломавшейся печи сегодня пекарня будет закрыта, а значит, чтобы попасть внутрь, ему нужно было нажать на эту чертову кнопку.       Вот только сделать это означало встретиться с ее родителями, а к такому Адриан пока готов не был. Он даже поймал себя на мысли превратиться в Нуара и пробраться в комнату Принцессы через окно, чтобы не попадаться месье Дюпену и мадам Чен на глаза, но… Плагг в кармане чихнул, и, вздрогнув от неожиданности, Адриан случайно нажал на звонок.       Это был последний раз, когда он покупал своему квами сырное мороженое.       Надежда на то, что звонок не услышали, испарилась, когда через стекло стало видно, как мадам Чен, обогнув прилавок, подошла к двери. Последнее время Адриан был здесь частым гостем, родители Маринетт хорошо к нему относились и всегда тепло встречали, но сегодня ему впервые предстояло встретиться с ними в качестве парня их дочери, и это заставляло его паниковать. Черт возьми, вдруг он сделает что-то не так? Вдруг им не понравится его поведение и ему запретят встречаться с Маринетт? Вдруг сейчас мадам Чен вместо того, чтобы открыть ему дверь, демонстративно закроет ставни?       Худшего не произошло — дверь открылась и мадам Чен, тепло улыбнувшись, впустила его внутрь.       — Маринетт опять проспала, — сказала она, не обратив внимания на то, как дрогнул голос гостя во время приветствия. — Тебе придется подождать ее наверху.       — Я сам пришел немного раньше, чем договаривались, — почесав затылок, ответил Адриан. — Мадам Чен, — он набрал воздуха в грудь, — я бы хотел поговорить с вами и месье Дюпеном.       Сабина понимающе кивнула (Адриану даже показалось, будто она ожидала чего-то подобного) и проводила его наверх, где месье Дюпен был занят взбиванием яиц для омлета.       — О, Адриан, доброе утро, — Том, забывшись, взмахнул венчиком в знак приветствия, отчего разбрызгал содержимое миски по кухонному столу. Он неловко улыбнулся схватившейся за тряпку жене и продолжил: — Будешь завтракать с Маринетт?       — Доброе утро. Нет, спасибо, я только недавно поел, — ответил Адриан, поймав себя на мысли, что Принцесса во многом похожа на отца. Он невольно улыбнулся, но вспомнив о том, ради чего пришел пораньше, вмиг вернул лицу серьезное выражение.       Инициировать разговор было намного легче, чем его начать, но отступать было поздно и, собравшись с духом, Адриан обратился к родителям любимой:       — Месье Дюпен, мадам Чен, — сказал он, неловко переступив с ноги на ногу, — я бы хотел попросить у вас разрешения встречаться с Маринетт.       — А разве она не согласилась быть твоей девушкой еще вчера? — хитро прищурилась Сабина, а Том, по всей видимости не знавший об этом, чуть не выронил миску из рук. — В любом случае мы не возражаем, да и разрешения обычно спрашивают на… м-м… следующей стадии, — улыбнулась она прежде, чем ее муж успел вставить хоть слово. — Мы рады, что у вас все хорошо, не так ли, любимый?       Если Том и хотел возразить, сославшись на то, что его двадцатилетняя дочурка еще слишком мала, чтобы встречаться с парнем, то сейчас лишь пробурчал что-то неразборчивое и попросил позаботиться о Маринетт.       Вот только это было не все, о чем хотел поговорить с ними Адриан.       Рена вчера сказала, что родители Маринетт знают все о случившемся. Знают, что она была Ледибаг и при каких обстоятельствах потеряла голос. А значит, имеют полное право винить его в том, что их дочь больше не говорит.       И скрывать это от них Адриан не мог. Он уже мысленно смирился с тем, что приветливой улыбкой его в этом доме больше не встретят, но был готов любым способом доказать им, что сделает все ради их дочери.       — Я Кот Нуар, — опустив голову, признался он.       И вместо упреков услышал в ответ искреннее спасибо за то, что всегда защищал Маринетт и не дал ей погибнуть в тот день.       

***

      Когда Маринетт спустилась вниз, Адриан увлеченно общался о чем-то с ее родителями. О чем шла речь, она поняла, когда увидела это «что-то» на столе, за обе щеки уплетающее сырный круассан.       Одарив Адриана взглядом «Какого-черта-раскрылся-и-не-предупредил» и получив в ответ «Я-тоже-люблю-тебя» из двух зеленющих глаз, она смущенно потупилась, кивнула черному квами в знак приветствия и принялась за омлет.       Она не ожидала, что Адриан и ее родители так быстро найдут общий язык. Нет, естественно, это было прекрасно и замечательно, Маринетт была очень этому рада, но… черт возьми, кажется, она начинала ревновать. Вот только кого и к кому, разобраться не могла. То ли родителей к своему второй день как парню, то ли Адриана к своим родителям, то ли всех вместе к малышу квами. Сабина и Том с таким интересом наблюдали за тем, как он поглощает один круассан за другим, что, казалось, даже не обращали внимания на присутствие родной дочери! Ну, разве что мама вместо случайно взятой ложки подала ей вилку, а папа передал кетчуп. Даже по голове не погладили, как это обычно бывает!       — Ему волю дай — целый грузовик съест, — заметил Адриан, когда котенок, передохнув пару секунд, принялся за седьмой по счету круассан.       — Могу два, если они будут с камамбером, — облизнувшись, сказал тот. — Хотя фета тоже хорош.       — Ну, два грузовика не обещаю, но еще поднос испечем, как только печь починят, — пообещал Том, подкручивая усы.       — К слову о печи, — спохватилась Сабина, посмотрев на часы. — Ремонтник скоро подойти должен. Мы пойдем вниз, а вы, — она подмигнула дочери, — пока не скучайте.       — Будут они скучать, как же, — прокомментировал квами вслед уходящим. — Обнялись — и уже счастливы по самые уши, — буркнул он, когда дверь за Сабиной и Томом закрылась. Адриан, в этот момент протянувший руку, чтобы обнять свою Принцессу, смущенно покраснев, застыл на месте. Впрочем, и Маринетт зарделась не меньше.       — Прости, он всегда такой, — неловко усмехнулся Адриан и, к превеликому сожалению Маринетт, спрятал руку в карман.       — Не «он», а «Плагг», — покончив с круассаном, исправил квами. — Нас так и не представили друг другу, — добавил он, протянув Маринетт лапку в знак приветствия, которую та пожала двумя пальцами. — Хотя вообще-то мы с вами уже знакомы, мадемуазель.       Маринетт вопросительно изогнула бровь.       Адриан, догадавшись, о чем пойдет речь дальше, попытался поймать Плагга, чтобы не дать ему договорить. Но тот, выскользнув из рук, облетел вокруг хозяина и, зависнув над его головой, театрально поклонился в воздухе.       — В интернете я обитаю под ником Luke.       

***

      Адриан открыл было рот, чтобы зачитать целый список оправданий, начиная с того, что давным-давно созданную страницу Плагг захватил без разрешения, и заканчивая тем, что сам только недавно узнал об их переписке, но Маринетт это, судя по всему, не волновало. Нет, она, конечно, удивилась, даже вилку из рук выронила, но никаких вопросов непосредственно к Адриану у нее не возникло. Более того, она теперь с нескрываемым интересом слушала Плагга, который, вальяжно расхаживая по столу, делился впечатлениями о последнем альбоме Джаггеда.       Агрест начинал жалеть о том, что решил их познакомить сегодня. Он даже попытался напомнить Маринетт, что им скоро нужно выходить (и что с того, что до места встречи даже медленным шагом идти всего пять минут?), но та лишь отмахнулась и активно закивала в ответ на реплику Плагга.       Мысль трансформироваться в Кота Нуара, чтобы убрать помеху и завладеть всем вниманием Принцессы, казалась ужасно соблазнительной, но остатки совести не позволяли так поступить. Вклиниться в разговор тоже не получалось — он просто не успевал вставить ни слова.       В голове невольно всплыли строки Шекспира: «Берегитесь ревности, синьор. То — чудище с зелеными глазами». Адриан потряс головой, напоминая себе, что Маринетт уже его девушка, что единственная любовь Плагга — это камамбер и что ревновать к друзьям — последнее дело.       Воспользовавшись правом парня, он приобнял Маринетт со спины (та сначала вздрогнула от неожиданности, но потом блаженно расслабилась). Полегчало.       — Вот поэтому-то я и считаю, что самый лучший альбом у Джаггеда — «Сырный», — подвел итог своего монолога Плагг.       — Мне последний с легендами нравится, — Адриан все-таки смог вступить в беседу, и то, как Маринетт поддерживающе кивнула теперь уже ему, заставило улыбнуться. Приятно было осознавать, что и Принцессе больше всего нравится именно этот альбом. — Особенно песня про Атлантиду классная, — сказал он, и Маринетт кивнула еще раз.       Плагг же, фыркнув, закатил глаза.       — В этой песне ни слова правды, — скрестив лапки на груди, заявил он.       — Естественно, Атлантиды же не существовало, — усмехнулся Адриан.       — Существовала, — возразил квами, широко зевнув. — Ее почти случайно уничтожил один из предыдущих Нуаров. Подробности не помню, — добавил он, поймав на себе любопытные взгляды, — я тогда в спячку впал, как Тикки сейчас. Ты ведь не думаешь, — Плагг подмигнул Маринетт, — что ты первая, кто связал душу с квагатамой?       

***

      Хлоя была уверена, что не знакома с таким понятием, как «волнение». Увы, похоже, пришла пора пополнять им ее словарь, потому что сейчас она определенно именно его и испытывала. Ей всего-то и нужно было как обычно в геройском обличии залететь к этому рыжему Куртцбергу, взять его в охапку, по пути объяснить, что от него требуется, и встретиться, наконец, с напарниками без масок.       Она ведь знала, что Натаниэль ее раскрыл, да и за те часы, что она ему позировала, за ним был должок. Может и притвориться ее парнем, не переломится. Все равно Адриан стал ей в последнее время менее интересен, а ждать, когда на горизонте появится кто-нибудь другой, не было времени. Так ведь Рена Руж может решить, что Квин Би есть что скрывать.       Да и вряд ли появится кто-нибудь лучше Натаниэля.       Хлоя помотала головой, чтобы прогнать эту мысль. Что бы ни говорили ей Поллен и Маринетт, она не влюбилась в этого неудачника.       Разве что самую малость. Самую маленькую малость, да у неё к Рене чувств и то больше.       И коленки у нее вовсе не подкашивались, это она после тренировки в спортзале просто устала.       — Хлоя? А ты что тут… делаешь? — И голос ей его не мерещился.       Черт возьми, и вправду не мерещился! Вздрогнув от неожиданности, Хлоя чуть не боднула головой дерево, за которым пряталась, наблюдая за окном Натаниэля, но моментально вернула себе самообладание и с максимально непринужденным видом развернулась к нему.       — Тебя это не касается, — скрестив руки на груди, сказала она.       Натаниэль пожал плечами, поудобнее перехватил пакет с продуктами и неспешно направился в сторону своего подъезда.       — А ну стой, — рявкнула Хлоя, только он прошел пару шагов. — За тобой должок. Пришло время вернуть, или я позвоню папе.       — Я, кажется, не занимал у тебя деньги, — заметил тот, посмотрев на нее из-под челки.       — Ты ведь не думал, что я тебе просто так позировала? — спросила она, гордо задрав голову.       — Мне позировала Квин Би, — улыбнувшись, напомнил Натаниэль. — Ты сейчас немного не в том костюме. Или мы больше не делаем вид, что вы разные люди?       Насупившись, голову Хлоя опустила.       — Меня друзья… не удивляйся, у меня тоже друзья есть… на четверное свидание позвали, — неохотно пробормотала она. — В общем, мне парень нужен.       — Только на свидание? — устав держать пакет, Натаниэль поставил его на землю. — Или на постоянной основе?       Хлоя не сказала в ответ ничего. Но пальцы сами собой сложились так, что показывали вариант «Два».       

***

      На место встречи Адриан и Маринетт пришли первыми. И если сначала он был несколько подавленным из-за того, что Плагг подтвердил, что связь с квагатамой разорвать не удастся, то вскоре ему передалось приподнятое настроение Маринетт. Узнав, что Тикки может проснуться всего через двадцать лет, а не через семьдесят, как говорил мастер Фу, она не переставала улыбаться и даже некоторое время пританцовывала от счастья.       А потом оба внезапно вспомнили, для чего сюда пришли, и обоих охватило волнение. Но если у Адриана это было волнительное предвкушение — он надеялся, что их дружба с напарницами станет только крепче после раскрытия, то Маринетт была охвачена опасениями. Все-таки Камни Чудес героиням раздала именно она и потому боялась, что кто-нибудь может осудить ее выбор. Впрочем, к этому она все же была готова: в том, что поступила правильно, не сомневалась и могла выдать целый список причин, по которым считала Алью и Хлою достойными героинями. Куда больше ее пугало то, что напарники не примут друг друга, что между ними вырастет стена непонимания и обид, что раскрытием разрушится и дружба, и командная работа.       Поэтому она напряглась, когда Адриан воскликнул «Идут!», и расслабилась, когда увидела, что первыми к ним приближаются Лука и Аврора.       

***

      У Маринетт дергался глаз. Нет, она, конечно, понимала, почему Адриан принял Аврору Бореаль за Квин Би — обе были амбициозными блондинками, но, черт возьми, сам он тоже должен был понять, что ошибся, когда на фразу «Замурчательная сегодня погода» та не отреагировала, лишь недоуменно пожала плечами. Но нет. НЕТ. Он просто атаковал ее кошачьими каламбурами, не хватало только закричать «Я — Кот Нуар» (хотя, если бы не было Луки, может, так он и поступил бы), и то, что Маринетт трижды толкнула его локтем в бок и четырежды наступила на ногу, его не останавливало. Увы, высказать все, что думает об интеллектуальных способностях своего парня, она не могла: Аврора три года вела прогноз погоды с сурдопереводом и язык жестов знала отлично.       Положение спас Лука.       Спросил Адриана, не перегрелся ли он, после чего тому все-таки пришлось немного сбавить обороты. Когда же Куфен, посмотрев на часы, заметил, что позвавшая их Алья что-то опаздывает, Адриан вмиг побледнел, осознав свою ошибку. Аврора Бореаль не могла быть Квин Би — они с Лукой были четвертой парой, которую пригласила Рена Руж.       Акума его побери, получалось, Лисой действительно была Алья.       Кажется, расписку Кот Нуар взял не зря.       

***

      Все утро Алья не скрывала ни блеска в глазах, ни воодушевления, отчего Нино даже пошутил, что выглядит она так, будто личности героев Парижа сегодня раскроет. Разумеется, она оправдалась тем, что ее девочка, наконец, нашла себе парня, сердце мамочки лучшей подруги теперь спокойно, но пыл все равно пришлось поумерить.       Не хватало еще самой перед своим парнем спалиться. Нино, между прочим, как-то пообещал, что ради нее самостоятельно вычислит личности героев, лишь бы она мобильный из рук почаще выпускала, так что пусть отрабатывает без подсказок.       А сегодня Алья узнает, как далеко ему придется зайти в этих поисках.       И черт возьми, если бы не пробки на дорогах, она бы еще полчаса назад все узнала! Лучше бы на метро поехали, честное слово.       — О, полосатая, кажись, еще не пришла, — заметила она, увидев возле памятника героям Парижа две пары. Маринетт с ее таинственным парнем стояли спиной. Алья прищурилась, надеясь, что зрение ее обманывает и что видит она не знакомую фигуру, а просто схожую по комплекции.       Увы, надежды не оправдались. Крик «Привет, бро!» оглушил ее левое ухо, а уже через пару секунд она могла лицезреть, как Нино обменивается с Адрианом фирменным дружеским приветствием.       — Боже, Агрест, скажи, что у тебя есть брат-близнец, — тяжело вздохнув, пробормотала она. Даже думать о том, сколько Адриан и Маринетт бегали друг от друга и друг за другом, ей не хотелось. И ведь этот прохвост заставил ее девочку плакать! — И что этот брат-близнец — ты.       — Увы, я единственный ребенок в семье, — почесав затылок, улыбнулся он. — И тебе об этом муркрасно известно.       Отточенными движениями Алья достала из кармана телефон и отправила ему смс о том, что прокрадется к нему ночью и съест расписку. Адриан, прочитав сообщение, сглотнул и для успокоения обнял свою Принцессу.       Нино, Лука и Аврора обменялись ничего не понимающими взглядами. Маринетт, приподнявшись на носочки, погладила Адриана по голове, Алья тихонько усмехнулась в кулак.       А к памятнику героям подошла еще одна пара.       — Адрианчик, отлипни от Маринетт, у нее парень есть, — держа Натаниэля Куртцберга под руку, заявила Хлоя Буржуа. — И учти, он с замашками чокнутого сталкера и удар у него хороший.