Когда солнце взойдет на севере

«Не смотри в глаза, — повторял про себя Эли, стоя в конце вереницы чиссов, выстроившихся на пограничный досмотр. — Не смотри им в глаза». Его очередь подошла так стремительно, что он даже не заметил, как впереди не осталось никого, кроме двух высоких солдат в темно-серой форме. Эли рискнул осмотреться, наткнулся на ледяной, враждебный взгляд алых глаз и тут же уставился в металлический настил крейсера Ар'алани. — Адмирал? — они говорили на чеуне, но Эли их понимал: много месяцев в гиперпространстве наедине с обучающими материалами не прошли даром. — Что это такое? — Его зовут Эли Ванто, и он находится под моим личным протекторатом, — раздался из-за спины Эли властный голос, и Ар'алани шагнула вперед, цокнув по настилу каблуком белоснежного сапога. Она в упор посмотрела сначала на одного солдата, потом на другого. — Вы проведете стандартную процедуру досмотра, но не более. Остальное будут решать Правящие семьи. Не нужно было поднимать голову, чтобы почувствовать, как солдат слева прожег его взглядом, полным холодного отвращения. Эли неуютно поежился. Насколько же спокойные и скрытные чиссы не любят чужаков, если столь открыто выражают сейчас свое недовольство... Так чувствовал себя Траун, когда только прибыл в Империю? — Хорошо, — наконец сказал правый. Процедура досмотра ничем не отличалась от имперской. Сканирование икс-лучами самого Эли и его немногочисленных вещей, затем тщательное изучение временного документа, который Ар'алани лично выдала ему по пути на Ксиллу. Очень тщательное. Тщательное настолько, что под конец сердце Эли стучало где-то под подбородком: он уже уверился, что его не пропустят. — Проходите, — проронил солдат справа, и Эли прошел на борт шаттла, боясь сделать лишний вдох. Остальные желавшие спуститься на столичную планету уже сидели друг напротив друга на двух длинных рядах сидений, пристегнувшись ремнями безопасности. Эли не очень грациозно шлепнулся на свободное место и только потом додумался глянуть на соседа. Тот ответил коротким, едва заметным кивком, и ему стало чуть-чуть легче. С другого боку опустилась сама адмирал, вынудив Эли опять неуютно заерзать. Что он должен делать? Пересесть на другое место? Предложить ей свое? Или... — Ванто, перестаньте беспокоиться. Пограничные шаттлы чиссов не признают разницы в званиях, потому что перед лицом закона все равны. — Так точно, адмирал. Эли испытал постыдное желание уткнуться лицом в ладони и не слышать ничего про чисское общество еще столько же, сколько он добирался до Неизведанных регионов. В своем дневнике Траун рассказывал многое и многое просил сначала осмыслить, а затем двигаться дальше. Эли осмыслял настолько многое, что сумел прочесть и послушать дневник лишь один раз. Сейчас он страшно, катастрофически жалел о том, что не вызубрил все про этикет и традиции, пока было время. Возможно, это спасало бы его сейчас, и он не выглядел бы в глазах чиссов полным идиотом. И как только Траун умудрялся выглядеть невозмутимым даже в таких ситуациях? Каждый раз, когда Эли думал о том, что придется предстать перед Правящими семьями, в нем просыпался маленький мальчик с Лисатры и начинал плакать от страха. Но тот офицер, которого воспитывал в нем Траун, продолжал молча идти вперед. Шаттл наконец дрогнул, загудел и, судя по всему, отстыковался от крейсера. Эли украдкой обвел взглядом помещение. Ничего необычного: серые стены из того же металла, что и крейсер, стандартные швы в местах стыковки панелей, черные сиденья из местного варианта пластали, отсутствие иллюминаторов. Чиссы вокруг негромко переговаривались между собой. Сначала Эли попытался улавливать отдельные слова, но такой говор вполголоса создавал лишь общий шум и разобрать хоть что-то не представлялось возможным. Тогда он переключил свое внимание обратно на корабль, рассматривая более гладкие и ровные, чем в Империи, швы. На крейсере Ар'алани он сидел в отведенной ему каюте, ел там же и читал предоставленную ему литературу, которую, благодаря Трауну, практически полностью понимал. Порой сравнивал свое положение с положением пленного. Примерно раз в два дня к нему заходила адмирал Ар'алани поговорить. По большей части — о Трауне. По меньшей — о нем самом и об Империи. Об Империи Эли всегда отвечал умеренно-туманно, но Ар'алани делала вид, будто не замечала. О Трауне же успел рассказать очень многое, и каждый раз, когда заходила речь об очередной его победе, Эли казалось, что он видит в глазах чисс гордость. Рядом с ним Ар'алани вдруг отстегнула ремни безопасности и поднялась на ноги. Эли чуть было не вскочил вслед за ней, но остался на месте, потому что остальные чиссы спокойно продолжали сидеть и переговариваться. Однако адмирал посмотрела на него в упор, а потом негромко произнесла на Общем: — Следуйте за мной. Был бы это кто другой, Эли бы подумал, что его сейчас выкинут в шлюз, но за адмиралом он пошел охотно. Ар'алани вышла через раскрывшуюся дверь, пересекла квадратное помещение, на переборках которого были закреплены личные вещи пассажиров, и приложила руку к панели на двери напротив. По ту сторону не раздалось ни звука, но панель пошла рябью, и на ней появилось лицо другого чисса. — Ч'абкесит?* * Адмирал? — Ч'а ксарсикан'т карт хсиса ра ва ч'иткасн то тусби*, — произнесла Ар'алани. * Я была бы вам благодарна, если бы вы открыли дверь. Эли внимательно следил за лицом на видеофоне, но никаких понятных ему эмоций распознать не сумел. Чисс сделал короткий жест. Такой же Траун показывал в своем дневнике. Вот только что он означает, Эли вспомнить не смог. Двери разъехались в стороны. Эли вошел следом за адмиралом и пораженно замер, устремив взгляд сквозь прозрачный лобовой иллюминатор. Он видел Ксиллу с орбиты, но вдалеке, и не успел толком ее разглядеть. А сейчас она предстала перед ним — занимающая всю нижнюю половину обзора, хрустально-прозрачная, марьяж белого и голубого. Эли подумал сначала, что это облака, пока не понял, что они не двигаются. Траун оставил достаточно записей о столице Доминиона, чтобы можно было понять, что это снег и лед. — Вео карт ксеи с рксин’о к’ир ксеа с?* — холодно спросил пилот. — Та хср’а на карт ксеа с. Та ч’урки тир.** * Что здесь делает этот иномирец? ** Ему не положено тут находиться. Пусть выйдет. — Тир ч’а басеб вео та ч’урчи к’ир*, — мягко сказала Ар'алани. — Ч’а тсан’а ттан’о ксарт’ун’бас сир ч’ео тсусара, ва виз нан’эи ч’ат кан’а сесвио’а**. * Позвольте, я сама решу этот вопрос. ** Я беру на себя все возможные последствия, так что вам не о чем волноваться. Чисс одарил ее долгим нечитаемым взглядом, но в итоге отвернулся обратно к приборной панели. — Он бы хотел, чтобы вы это увидели, — на Общем произнесла Ар'алани. Эли вздрогнул от неожиданности. И одновременно понял, что она права. Тогда он еще внимательнее всмотрелся в открывшуюся ему картину, старательно вспоминая все то, чему учил его Траун. «Планета многое говорит о своих обитателях, коммандер Ванто. Поймите ее, и вы на шаг приблизитесь к пониманию ее народа». Эли понимал. Понимал, насколько трудно выживать в таких условиях и насколько чиссы должны быть развиты и едины, чтобы продолжать здесь существовать. Траун как-то говорил о том, что цивилизация зарождается лишь там, где есть нужда. В плодородной земле, в пище, в воде, в безопасности — в чем угодно из базовых потребностей. И чем сильнее нужда, тем крепче стоит на ногах цивилизация. Эли смотрел и видел, почему эта цивилизация была крепка. — Вы первый иноземец за много тысячелетий, кому позволено сюда спуститься, — негромко сказала Ар'алани. — Тысячелетий? — от изумления Эли даже отвлекся от вида за иллюминатором, но тут же наткнулся на строгий взгляд Ар'алани и прикусил язык. — Простите, адмирал. — Ваше удивление мне понятно, — сказала та. — Но я хочу, чтобы вы понимали, какое исключение сделано ради вас. И насколько вы должны быть благодарны. На мгновение Эли растерялся, но сумел найтись и низко наклонил голову. — Я очень благодарен вам, адмирал. — А, не мне. — Что-то промелькнуло на лице Ар'алани. Эли показалось, что она поморщилась. — Я не желаю от вас благодарностей, я еще ничего для вас не сделала. Свою благодарность вам придется выражать Правящим семьям. Они будут желать ее слышать. Очень сильно. Пилот отвернулся от приближающейся планеты и бросил на них короткий взгляд. На этот раз Эли был уверен, что там скрывалось подозрение. — Не обращайте внимания, им не нужно слышать наш разговор, — сказала Ар'алани. — Они выполняют свой долг. Эли склонил голову, выражая свое понимание, и вновь вернул внимание ледяной планете. Траун многое рассказывал об обществе, иерархии, культуре и истории, о материалах, из которых строились дома и корабли, но он ни разу не описывал в подробностях подземные чисские города. Шаттл вошел в атмосферу на дневной стороне планеты. Призрачно-голубая равнина искрилась под светом холодного белого солнца, а Эли смотрел на приближающуюся поверхность и думал о том, сколько протянет в таких условиях. И протянет ли хоть сколько-нибудь. Аристокра Правящих семей более чем способны приговорить его к смерти, если он сделает что-то не так и пустит план Трауна и Ар'алани по космическим ветрам. От мыслей его отвлекла вспышка впереди. Эли сфокусировался на том, что увидел сквозь панель переднего вида, и вдруг моргнул, не поверив своим глазам. Но глаза не лгали. Шаттл опускался отнюдь не на замерзшую пустую землю. Из глубокого ущелья в леднике тянулись в небо высокие, словно высеченные из хрусталя башни. Эли задержал дыхание, разглядывая сверкающий под светом солнца город. Стоял как громом пораженный. В какой-то момент шаттл совсем некстати выровнял полет, и хрустальные шпили скрылись под его брюхом, но оцепенение все никак не спадало —Эли был не в силах полностью принять увиденное. Когда он наконец опомнился, то с трудом повернул голову к Ар'алани. Та бесстрастно смотрела на него. — Это Ксаплар. Столица Ксиллы, — тихо произнесла адмирал. — Возрожденная колыбель нашей цивилизации. Эли сглотнул по пересохшему горлу. — Я понял, почему Траун никогда не рассказывал мне о нем. Он слишком прекрасен. Его невозможно было бы описать даже Трауну. Ар'алани приподняла уголок губ в очень знакомо-человеческой улыбке. В ней Эли увидел печаль. — Эта красота стоит на крови, — обронила она. — Но сейчас мы не будем говорить об этом. Добро пожаловать на Ксиллу, Эли Ванто.