Любопытный Лисёнок

Сидишь себе на подоконнике, болтаешь ногами, а в лапах целых две книги. Косые лучи уходящего дня играют на твоём лице и превращают рыжие волосы в искрящийся светоч, а ты полностью сосредоточен, и сжимаешь во рту кончик карандаша. Эх, совсем тебя загоняли перед этими экзаменами. Вон, даже похудел. Поглядываю на тебя, попивая чай, сидя на кухне и не отвлекаю. А сам понимаю, что вот, буквально менее уже как через полтора месяца ты закончишь учёбу. Наверное — пора. И не осознанно оглаживаю укусы в виде кольца на своем пальце. Отставляю кружку, подхватываю уже подросшего Тара в виде 3-х летнего ребенка и говорю, что отнесу его к Диаре, что б ты мог как следует подготовится к завтрашней проверочной, и целую тебя в шею. Ты угукаешь, так и не выпустив карандаша изо рта и я захожу в круг перемещения. В особняке А’каров сегодня было на удивление даже тихо. И встретил меня сам старший вампир, сообщив, что Диа вместе с мелким в саду. — Так вот почему тут ни какого погрома, — усмехаюсь я и иду вслед за отцом Дара в сад, так и держа малыша на руках. — Нечего, отец, скоро тут будет целых два погрома! — жизнерадостно сообщает мне Тар, кожа которого начала сереть, оповещая о полуформе и желании вынуть крылья. И Тарлис тычет пальцем в белый комок не пойми чего, врезающийся на огромной скорости в окно. — Смягчение! — колдую я, и стекло вместе с рамой принимают мягкую, но упругую структуру, от чего белый шарик отлетает прочь и Диара наконец его ловит. — Пусти, я хочу полетать с Эми, — просит Тар и я разжимаю руки. А белый перьевой шарик в руках Диары заинтересованно дергается и из его недр показывается малиновая голова с розово-фиалковыми глазюками. А затем комок и вовсе раскручивается, и я вижу мальчишку всего на пол года младше своего сына с ненормально большими белыми крыльями, словно у ангела. Правда я так до конца ещё понять не могу, то ли кости там гибкие или ещё что, от чего он так ловко их сворачивает на манер защиты вокруг себя. А тем временем уже два сорванца ринулись летать на перегонки, а нам с его матерью только и успевай защитные, да смягчающие заклятия верстать. Но вот дети приземлились на нижнюю ветку дерева, перебесившись, и Диара со вздохом спускается к нам, старшим, складывая свои кошенные крылья позади, но не убирая, зная, что эти два сорванца в любой миг могут вновь рвануть в полёт. — Так и не можешь заставить Эми убрать эти крылья? — Он уже может, но не хочет. Вроде у него есть и энергетические, но родные ему нравятся больше, только вот… — Только вот если не научится, то конфуза не оберёмся, — вздыхает А’кар старший. — Лебедь его не признал? — выгибаю бровь, следя за детьми, и понимаю, что ребенок Диары летает отвратно все ещё. Больше пружиня от поверхностей, нежели летая по нормальному. — Не признал, — вздыхает А’кар. — Сказал, что ожидал большего. А ещё, что с его взрослением мы намучимся. — И? — А что «и»? Да прав он. Я посмотрел на получившееся слияние генов, и откровенно теперь боюсь его полового созревания. В общем, не лучший наш эксперимент. Вот думаю, может его в побочную ветвь записать и сослать куда, но Диа против, ведь он её первенец. Так что, видимо мучится придётся самому. — Тогда больше не поднимаю тему, — киваю я. — Я могу Тара оставить вам на недельку или даже две? И ещё, возможно мне понадобится Ваша помощь. — Вы опять с Ари во что-то вляпались? — удивляется старший вамп. — Не совсем. В этом году заканчивается его учеба и я… — А, таки хочешь предложение ему сделать? Ну хорошо, я помогу с церемонией, можешь на меня положится. Если нужно, могу и обручальные браслеты самые красивые приобрести. Мне ж не жалко. — Благодарю. Но с браслетами, я сам. Точнее, я знаю, кого попросить. — А, старого пройдоху… Ну да, он их заколдует точно лучше всяких ювелиров. Но тогда сообщи какие даты и где хочешь провести свадьбу и я всё решу. А если подключу к этому Лауру… — Да, я как раз к ним сейчас и собирался. Они пока не знают и… — Да всё они знают. Мне она уже как пол года мозг выносит, что б я держал пару мест забронированных для такого события. Вроде как, её твой Лис и попросил. — Вот же сговорщики! — Но как понимаешь, я конечно пару мест придержал, но без твоего слова ни о чём точном ни с кем не договаривался. Так что? — Тогда на середину лета. Такое место, чтоб и тепло было, но и не жарко, желательно с садом и фонтаном. Гостей будет не много. — Понял. Есть у меня несколько на примете. И пока ты не убежал, ты же общаешься с Эллой? — Да, конечно. С Сомброй разумеется тоже. Я собирался и сестёр — кошек пригласить. А что такое? — Элле высылай приглашение с плюс один. Похоже, с сыном Лебедя у них завертелось всё серьёзно. Не знаю как, но Лебедь прознал про вашего Тара. Я конечно заявил ему, что наш род за твоего котёнка горой встанет, если он вдруг что надумал, но он лишь попросил родословную, заявив, что на Тарлиса видов ближайшие лет двадцать точно не имеет. А вот как скрестились генотипы, ему интересно. — Так ты ему дал кровь Тара? — смотрю из-под лобия, но не рычу лишь благодаря уважению и вечному этому: «не рычи на старших, котейка». — Дал. Так было лучше. Он изучил и не поверил. Но всё же, заполучив кровь Эллы, теперь питает большие надежды. — Значит и их союз не за горами? — Да, все верно. Так что мой тебе совет — зови и самого Лебедя. А ещё, это отличный повод пошить свадебные наряды в его мастерской. Элла сейчас только там и одевается. Так что, не упусти такую возможность. — Благодарю за ценные сведенья, — и я делаю легкий поклон, поскольку эта информация была невероятно ценной и предостерегающей. А пока обхожу дом, идя к гостевому кольцу перемещения, связываюсь мысленно с Лаурой и Кэтэрсом. Но вот, пара шагов и я уже выхожу у поместья Дарков в саду. Лаура меня уже поджидает, а следом за мной из кольца появляется и старый кот в длиной серой мантии с капюшоном, обрушивая свою лапень мне на плечо. — Ну, коли ты нас вместе позвал, котейка, то тут либо вообще конец света, либо ты надумал предложение своей рыжей пассии делать, — смеётся старый кот. — Только продумай все как следует, а не с бухты-барахты на обрыве в шторм руку с сердце предлагай, — чихвостит Кэтэрса Лаура, подходит и обнимает, целуя в щёку. Спустя неделю обручальные браслеты были готовы и я наконец сделал тебе предложение. — Ну как всё прошло? — спрашивает Кэтэрс, сидя у себя в мастерской, а Лаура попивает кофе, рядом в удобном кресле. — В целом, я сделал всё, как ты, ба, мне и советовала, с пикником. Правда не удержался и раздвинул ему сперва лапы, а потом уже сделал предложение. — Ну что за несносный мальчишка! — хмыкает Лаура, а сама улыбается в кружку. — Ну и правильно сделал! Так и надо! Он хоть податливым после этого был, — напротив поддерживает меня Кэтэрс. — Но одного понять не могу, в кого у тебя такая фантазия! Это ж надо было додуматься совместить охоту на чешую и любовный пикник! — Зато Ари понравилось, — улыбаюсь я. — А сам Арису что ответил тебе. — Эммм… что-то типа ну наконец-то, а то я думал до седин ждать придётся, — смущаюсь я, отводя взгляд, на что Кэтэрс громко смеётся, за что получает подзатыльник от жены. — Ну коли всё прошло удачно, то давайте выберем где проводить свадьбу, — говорит Лаура, извлекая из кармана конверт с шестью фотокарточками. — Вот что подобрал А’кар за выделенный срок. Вот эти два места слишком близко к Столице, и не смотря на то что они очень красивые, я б их сразу отмела. Вот эти два находятся рядом с Лэн-си на побережье. Хорошие поместья, но боюсь, что ты, что все А’кары, там спечёмся. А вот это в лесу недалеко от рощи нимф, а это тоже на побережье, но северней. Есть прекрасный сад с фонтаном, озера рядом и красивый пляж. Отличное место и для церемонии и для отдыха на лето. И Тару будет где порезвится. — Э, Лау, так какой тут выбор, если ты за нас уже всё решила? — усмехается Кэтэрс. — Мне твои рассуждения ясны. И на первый взгляд этот замок и впрямь больше всего подходит. Но взгляни ещё раз на карту. Вот это поместье и впрямь находится рядом с Лэн-си и там мне будет действительно днём дурно. Но вот это… — И я тычу кончиком какого-то инструмента Старика в карту, что раскручена на его столе. — Оно находится в бухте, а за ним высокая гора. И судя по розе ветров, тут будет даже прохладней. Да и морской залив красивый. — А про залив это ты о себе печёшься или родственничка так одного задобрить хочешь? — хмыкает Лаура. — В первую очередь о себе и Ари. Ему очень нравятся морские бухты. Но да, думаю Сэнги тоже это оценит. Но ему там быть всего дня три, а мне остаток лета. Так что… — Точно, Лау, это же ты явно про августовские шторма позабыла. — Да, старый кот, ты прав. Если выбирать меж открытым побережьем и бухтой, то это место и впрямь лучше, — все же признает Лаура. — Вот и хорошо. Передавай А’кару, что мы определились, — кивает Кэтэрс и я вместе с ним.

***

Наконец экзамены позади, ты думаешь выдохнуть с облегчением, но не тут то было. Я обо всем заранее договорился с Эллой и после обеда она прислала тебе зов, а ещё через пару часов похитила тебя в кафе, а затем в пошивочную мастерскую Лебедя. Меня же утащил Дар, которому старшие поручили отвечать за стол на свадьбе. — Только чур мы с тобой сегодня не пьём, а лишь едим! Нам предстоит обойти более 10 заведений и выбрать повара. — Дар, зачем так сложно? — дивлюсь я. — Нельзя что ли проверенного взять какого-нибудь? — Они все инкубы и служат напрямую нашей семье. Но мне нужно твоё мнение. — О Великие демоны похоти и разврата, ты меня откормить решил? — вздыхаю, не понимая на кой столько сложностей ради свадьбы, на которой будет точно менее 30 гостей. Но Дариус был не умолим. — У меня же церемония лишь для своих. А не королевский банкет. В целом, две недели минули в выборе всего для подготовки свадьбы. У тебя у первого чуть не сдали нервы, а затем и у меня, после чего Лаура сообщила нам, коли так пойдет, то для свадьбы она выберет всё самолично. И мы без раздумий согласились, выдыхая с облегчением, ведь предпочли провести свободное время в Лэн-си с Таром на отдыхе, пока жара не явила свои объятия.

***

Но вот настал этот день. Из приглашённых- кошки, А’кары, Лебедь и его сын, Кэтэрс, Сэнги и даже Янкхель, Хайтек с женой, Артур, Айзек и Фобос. Все сборы окончены, одной рукой обнимаю тебя, как обычно прячущегося под моей мантией, а второй — удерживаю сидящего на плече Тара. Перемещаемся мы за день до церемонии в выбранное мною место и нас встречает цветущий сад, пронзительное голубое небо, морской ветер и захватывающий головокружительный вид вниз, на бирюзовое море. Позади раздается оклик и мы поворачиваемся к заранее прибывшему Дару, стоящему на фоне высокого белого замка с разноцветными крышами и с витражами в окнах. Замечаю, что на шпилях в центре развиваются флаги королевства, А’каров и мой, а по бокам флаг с гербом Лебедя и Янкхеля. Похоже, это мера призвана отпугнуть непрошеных гостей. — Ого! Какое красивое место! — восхищаешься ты и выскакиваешь из-под мантии, убегая вперёд, всё осматривать, а вслед за тобой уже, вытянув крылья, летит Тар. Хочу вас остановить, но Дарович меня перехватывает, забирая вещи и помогая. — Там за поворотом притаилась Элла. Она замок и покажет. Так что твой ненаглядный не заплутает и со скалы не упадёт. — Умеешь же ты успокоить, — фыркаю я, но иду относить вещи в выбранную для нас комнату на эту ночь. Она не самая большая, но я планировал в дальнейшем отдать её до конца лета Тару. В НАШУ же комнату я пущу тебя только вечером после церемонии. А то ещё там всё разнесёшь, знаю ж я тебя и твоё ураганное любопытство. — А Элла его точно удержит? — всё равно переживаю я за красоту, что закончил только вчера в тайне от тебя наводить в наших будущих хоромах на этот свадебный отпуск. — Не удержит она, так дети отвлекут, — и из кольца перемещения выходит Сомбра, а малышка Нэс прыгает мне в объятья, легко отпружинив от белого камня дорожки. Приходится всю поклажу сбагрить на Дара и ловить проказницу. Нэсбра радостно открывает рот, но мать закрывает ей его ладонью прежде чем она успевает издать хоть один звук. — Как мы учили приветствие? Малышка кивает и крепче вцепляется в мои плечи. — Здравствуй дядя Даркнес! Очень рада тебя видеть! Можно я у тебя погощу с месяц! Ну пожалуйста! Я хочу полетать с паааа… С парированием в паре с Таром! — поправляется малышка. Я же готов на месте провалится, видя в это время за плечом Сомбры её мужа. Раздражённого мужа. О-о-очень раздражённого мужа! Кошка скрывала правду как могла, но как рассказала Элла, Нэс, добрая душа, по дури выкинула трюк, а я своим поведением дал финальную дробь, сам того и не понимая. А дело было вот в чём со слов Эллы, которые она мне прислала вчера вечером в виде мысленного послания: «Если муж Сомбры легко поверил в то, что, Лаура и впрямь дальняя родственница, нас, кошек, и понял почему девочку постоянно к ней отправляют; то вот в то что ты, Дарк, их родня, верил от чего-то с трудом, видя ваше смущение друг перед другом. Но потом узрев тебя в виде большого лысого кота, играющего с Таром и Нэс на газоне у Лауры, решил что вы и впрямь родня и очевидно у вас просто когда-то давно был роман по молодости. Всю красивую сказку испортила Нэс, психовавшая от жары и на эмоциях заявившая, что он не её отец и никогда им не станет, ведь не понимает, как ей плохо в такую погоду. И тогда у мужа Сомбры вновь зародились сомнения. Когда же во время подготовки свадьбы на той неделе он напросился вместе со мной и Сомброй заглянуть в Лэнд-Си, что бы сделать последние примерки платья Ари, то был немного обескуражен и кажется в его мозгу окончательно сложился пазл. Я и Сомбра, никогда не жаловавшиеся на жару, весело скакали по дому с Ари, выбирая оду из двух вуалей. В то время, как ты, Дарк, лежал пластом в тени утёса на пляже и то и дело ходил в воду остужаться. Рядом, но благо чуть бодрее, перемещался Тарлис. Ари скинул вещи, а затем выскочил из домика на площадку и с чем-то обратился к тебе, в ответ ты огрызнулся, что на солнце не попрёшься и зарядил каким-то заклятием по песку, так и не поднявшись к нам на утёс. Я понимаю, что ты не мог знать, но Нэс на днях поступила один в один, знатно нас ошарашив и напугав словесной магией. Поэтому завтра постарайся быть сдержанней. Ну и малышке мы попробуем втолковать, сам понимаешь что». Беру себя в лапы и киваю мужу Сомбры в приветствие как ни в чём не бывало. Кажется, он едва себя сдерживает, что б не надавать мне по лицу кулаками или не зарядить парочкой рун, да хоть начертанных в воздухе, прямо в сокровенное место промеж ног. Но ситуацию спасает Диара, буквально выпихивая его из круга телепортации и всучивая в руки большой пушистый белый шар, из которого стеснительно таращатся два розовых глаза. — Уж проверьте, Сэр, не вам тут краснеть и злится. И в конкурсе на самую неловкую ситуацию на этой церемонии приз уже забрала я, — посмеивается сестра Дара, а круг перемещения загорается вновь и из него степенно выходит Лебедь с младшим наследником семейства. Лебедь оглядывается, выставляет серебряной тростью сына из круга и перемещается куда-то вновь. Его же сын заливается пунцовым цветом, да так, что его белоснежные волосы розовеют, и отводит прочь взгляд от Диары и ребёнка, быстро отыскивая в поле зрения Эллу и убегая к ней. — Пожалуй, вы правы. Приз ваш, — остывает муж Сомбры и, вздохнув, идёт дальше за женой, отдав Эми матери, склонив голову под весом тяжелейших моральных рогов. — И мой вам совет, как от одного из устроителей этой свадьбы: если вы что-то испортите, то… — суккуб не завершает фразы, но коронованного рогами и без того пробирает дрожь, ведь он проследил за взглядом, что указывал на высоко реющие гербы над шпилями. А я вздохнул было спокойно и отправился в замок, усадив Нэс на плечо, но мою голову решили использовать как гнездо под белый перьевой объект и с этим пришлось смериться под смех двух мамаш. Про себя я подумал, благо ещё Тар сверху не уселся. Весь день прошёл в суматохе, доготовках и знакомствах гостей друг с другом. Почти под вечер рядом с бухтой в море бросил якорь не большой корабль с золотыми парусами и уже запомнившимся мне гербом. Это прибыли Янкхель и Сэнги. А ещё позже, почти в сумерки, на поляну за замком опустился воздушный шар Артура. Ещё на подлёте, завидев шар, Лаура очень переживала, что бы он не опустился на поляну перед берегом, где завтра и должна проходить церемония, и ничего б тем самым не испортил из декораций. Но всё обошлось. Дариус вовремя взлетел в небо и передал слова своей родственницы в очень смягчённой форме что будет, если шар окажется не там. Понятливый барс сразу же смекнул ситуацию и сменил место посадки. Таким образом удалось избежать конфуза. А уже во тьме, последним прибыл Кэтэрс. Он планировал на неприметное появление, но не учёл, что круг телепортации так ярко светится. Да и двух резвых котят он так же не взял в расчёт, которые играли неподалёку и тут же кинулись на «чужака». А потом как давай голосить на всю округу, что явился старый кот. — Да какой я вам старый! — фыркал Кэтэрс, таща двух брыкающихся сорванцов в полуформе за шкирники в замок, под звонкий смех Лауры, Сомбры, Эллы и мой. Но вот и наконец наступил день свадьбы! И я увидел что всё это время мне шили! Да, это беспорно был для меня тот ещё сюрприз. Если же тёмно-лазурные штаны и белую рубашку из мерцающей лунной ткани я видел и до этого, то как будет выглядеть свадебная мантия и из чего, я даже и близко не знал. Мне попросту завязывали глаза, когда шли примерки. Дар твердил, что это подарок и до последнего потому это будет сюрприз. Вот теперь же я стою и рассматриваю небывалую красоту, чуть ли не открыв рот. Возможно впервые вижу такую ткань и даже не могу предположить что это. Сперва показалось, что мантия снаружи состоит из сотен голубых, синих и лазурных чешуек. Но подойдя ближе, я понял что это не так. Это всего лишь гладкие и скользкие нити бликовали на свету и во тьме. Провожу по ткани, переворачивая внутренней стороной, изучая необычный пошив. А изнутри ткань белая на свету и золотая в тени, и так же переливается, как и внешняя сторона. Нет привычного ворота. Спереди мантия на груди скрепляется золотой цепочкой в начале и в конце фланкируясь очень красивыми, мягкими перьями синего цвета. — Что это? — спрашиваю у Дара. А он смеётся, дескать ты еще платья Ари не видел, и подаёт мне высокие синие сапоги из мягкой кожи. Сразу видно, специально под меня заказывал, такие как люблю. — А цвет такой весь голубо-лазурный, потому что Лисёнок так выбрал? — Да. Его любимый. Но ты это и так знаешь. А золотой… — От традиционного Тартарианского свадебного наряда, — говорит Сомбра и открывает ларец, извлекая оттуда золотой обруч, в центре которого красуется овальный большой топаз ярко голубого цвета. — Эта церемониальная феронье́рка — мой тебе подарок. Она принадлежала моему отцу. Нэс она не положена, но ты потом сможешь её передать Тарлису. Собери волосы наверх, — просит старшая кошка и магией это делаю. А она пропускает всю мою шевелюру в обруч и удобнее закрепляет на лбу, самолично спуская волосы и начиная их расчёсывать и часть из них собирая, закрепляя на затылке. Дар подходит ко мне спереди, пока я не шевелюсь и Сомбра заканчивает с прической, берёт меня за подбородок и шепчет заклятие, а потом целует. — И что это было? — приподнимаю бровь, а Сомбра уже говорит поднять руки и накидывает на меня мантию. И я поворачиваюсь к зеркалу. — Ого! Смотрю, а за камнем в фероньерке теперь высятся два пера, наложенных друг на друга. Длинное тёмно-лазурное, а перед ним покороче — ярко-голубое. А мои волосы из обычных черных приобрели тёмно-лазурный оттенок. А на мантию, точнее на её удлинённые концы спереди, золотом пролились традиционные узоры звёздных цветков. — Цвет продержится покуда не снимешь головной убор, — поясняет Сомбра. — Конечно пришлось немного поколдовать, ведь до этого в нём был рубин и волосы он красил в красный, но… — Но на что не пойдёшь, что бы порадовать твоего Лисёныша, — заканчивает за ней Дар и усмехается. — А у Ари тоже волосы будут цветные? — изумляюсь я. — Нет. У него и так перебор цвета в платье, — смеётся Сомбра. Мы его на силу еле отговорили с сестрой. — Ага. Его отговорили, а отдуваться мне, — копирую Ари и смеюсь. — Не бурчи. Ты так писанный красавчик, — усмехается Дар. — Да и быть со скучным цветом волос, да в мантии из ледяного шёлкопряда — деньги по ветру! А я давлюсь воздухом, наконец поняв во что меня нарядили. — Но ведь… — Эта мантия стоит как 1/10 МагИна. Да. Так что не угробь её. Да расслабься! Дарк, ну права слова, я ж шучу! А то ты аж побелел. — То есть тут не редчайшая нить? — Редчайшая. Но и рун вшито не меренно. Так что не угробишь, даже если все вокруг взорвётся и полыхнёт. Ещё и сам не пострадаешь. Ну а про цену я малость преувеличил, — говорит Дар. — Да. Кэтэрс самолично руны вплетал, — подтверждает Сомбра. — Вот даже не знаю, радоваться или пугаться. А кошка смеётся. — Я тебе после церемонии по секрету расскажу из чего у Ари платье. Или Элла скажет. Вот хихикать будешь. Но поверь, весь моральный и коммерческий бюджет был почти слит на его юбку. И пока я не начал задавать вопросов, Дариус протягивает ларец с новыми синими перчатками. — Это не шелкопряд ледяной конечно же, но Старый кот обещал что на внешний вид будет не отличить. А так это кожа василиска. Да, нечета твоим нынешним перчаткам, но ради церемонии потерпишь. Арису Стою, уже облачившись в платье своей мечты. Блестящий переливчатый карсет из той же ткани что и твоя церемониальная мантия, и пышная юбка состоящая из множества цветных перьев. Элла закончила с лёгким макияжем на моей мордашке и помогла закрепить облегчённую тиару с топазом (да, её сделали специально в пару к твоей) и тремя перьями на голове. И без разницы как её там правильно называли на фе… фиг выговоришь! Поэтому все смерились и при мне стали её называть тиарой. А я вспоминаю, как первый раз оказался в мастерской Лебедя вместе с младшей кошкой. — Ари, во что тебя рядит то будем? — спросила Элла, отводя меня в укромный утолок и усаживая на большой сундук, всучивая чашку с травяным чаем. — Эээм… Не знаю. Но во что-то очень красивое! — Ну ты и смешной! Ари, я не про то спрашиваю. Вот, смотри, — и она раскрывает перд моей моськой книгу с нарядами. — Это традиционные Тартарианские свадебные костюмы. Невеста в длинном прямом платье, а вот такого чудного покроя мантия у мужа. — Мантия красивая! Не обычная! — загораются тут же у меня глаза. — Но вот её цвет… Фе, не люблю красный. Ассоциируется у меня с огнём. Я вроде его уже не боюсь, но всё равно неприятно. А вот золотая подкладка мне нравится. А платье невесты ну ФИ. — А ты хочешь быть в мантие или платье? — задаёт каверзный вопрос Элла. — Конечно в платье, но не таком скучном. Хочу что б на меня все смотрели восхищёнными взглядами! И я люблю голубой цвет! Во! Прям как это перо! — и подхватываю с пола маленькое лазурное пёрышко, которое частично синее, частично голубое и частично зелёное, словно его кто-то искуственно покрасил. — Красивое. — Тогда выходит ты будешь полностью в женском наряде? — Ниии! Тиару хочу! И фату хочу! — Тиару? — Ну ту штуку на голову с камешком, которая жениху положена. — Ну ты и жадина. — Ну о что? Нельзя? — Ну, наверное можно. Ты всё же мальчик, а значит фероньерку запрещать тебе никто не будет. — Я им запрещу! Это моя свадьба! Тиару хочу! И вообще, Даркуша сказал, что в отношение нарядов готов мне довериться в этот раз. А то это обычно он меня одевает. А тут я его! — и весело смеюсь. — Но ты не подумай! Я его красиво хочу разрядить! И началось! Мы долго перебирали разные ткани, фасоны, но мне ничего не нравилось. Точнее, нравилось многое, но не было чего-то такого, что б я сказал прям Ах! Да-да, прям с большой буквы Ах. Под конец дня я умаялся, устал и стал раздражительным настолько, что с обиды пнул сундук, на котором днём сидел, и он перевернулся, открывшись. А на меня вылетело несметное количество перьев. Большая часть была цветная, самых разных оттенков, но малая — белая. И они были такими же мягкими и нежными, как и то, что я подобрал ранее с пола. И тут меня озарило. — Хочу юбку из этих перьев! — громко сказал я. Почему-то после этого в мастерской стало очень тихо, а Элла рассмеялась. — Это будет очень дорогое удовольствие, Арису. — Да ну вас! — и я поник, прижав уши, готовый уже заплакать. Но Элла меня обняла и заверила, что это всё же возможно и я засиял. С низом платья было решено, из чего сделать тебе основу костюма — тоже. Я просто притащил на следующий день в мастерскую самую дорогую из твоих рубашек и ткнул пальцем, сказав: «вот, только белую с голубым отливом. А то чёрные надоели». И вот спустя пять дней были сняты мерки и с меня и тебя, а я всё не мог выбрать ткань для корсета и твоей мантии. Уже даже думал ткнуть в первую попавшуюся и не мучиться, но мои метания пресёк Дар. Он разложил передо мной несколько кусочков голубой, искрящейся ткани, но мне не нравилась то текстура, то её жёсткость. И я уже был готов разрыдаться. Да, нервы трещали по швам. А ещё сервизы, стол, цветы! Голова шла кругом. В итоге Дариус затащил мою тушку к себе на колени, вытащил свой платок и успокаивал меня, истеричного. Я пожаловался и проплакался, и смял золото-белый платок. И когда успокоился, понял, что это та самая ткань, которую хочу. — Дар, а из этой нити можно сделать лазурную мантию и мне корсет? Дарович поперхнулся, Элла осела на пол, прям без стула, просто рядом. У Дара очевидно пошёл мыслительный процесс и подсчёт. — Можно. Но тогда надо сократить расходы на украшения. — И тартарианский кот с этими украшениями! Я такое платье и мантию хочу! Сдались мне эти украшения! Да, сказал я тогда. Но когда увидел счет за эту ткань, мне чуть не поплохело. Хотя! А что, свадьба раз в жизни! Могу позволить! Хотя, в данном случае может позволить кредит А’каров. Хе-хе. Дверь в примерочную тихо открывается и без зазрения совести заходит Дарович, держа в руке красивую, довольно большую коробку, повязанную лентой и с биркой, которую я сразу же узнаю. Такой же знак был на одном из столичных магазинов с самой дорогой обувью. Уж я то помню, ту красоту на витрине с кучей магических камней на которую я пускал слюни. И да, я желал именно камни, а не эти неустойчивые странные агрегаты на ноги с непомерно большими каблуками! Но кажется Дар понял не правильно мои желания. И я уже морально приготовился к тому, что увижу в коробке. — Платье тебе пошили лучшие портные Лебедя, браслеты свадебные от Дарков, магический самоцвет в головном уборе от Дракона, а вот этот свадебный веер и туфли от нас, А’каров, — и Дарович открывает коробку. Выхватываю веер и рассматриваю его. А он в мелких камушках и блестит! — Такой красивый! — выпаливаю на радостях, а затем вновь перевожу взгляд в коробку и меняюсь в лице. Готов поклясться, но у меня кажется даже бровь задёргалась. Я конечно представлял, но… Но размер шпилек меня поразил! — Я же грохнусь! — выпаливаю на одном дыхание нервно. — В объятья Дарка, — подтверждает Дариус, кивая и ни чуть не отрицая сие моего вероятного действия. Вот же хладнокровное кровососущее! — Мандрагоры с две! В торт! — не задумываясь выпаливаю я и смотрю на загнувшегося Дара и Диару со смеха и немного тушуюсь. — Вы чего это ржёте?! Да не буду я падать! Пошутил! И иду босиком, подхватив платье по краям, к столу, на котором лежит мой блокнотик, да и твой за компанию, и начинаю их листать. Спустя пару минут нахожу искомое и требую что бы мне дали чем начертить руну на обороте подъёма каждой туфельки. Не найдя ничего другого под рукой — Элла протягивает карандаш, которым до этого мне и подводила глаза. Делаю пару движений и руна готова. Проговариваю заклятие на активацию и осторожно влезаю в туфли, всё же немного побаиваясь. Но всё отлично и я устойчиво себя в них чувствую. Иду вновь к зеркалу, оглядываю себя и так до конца и не верю, что этот день наступил. А от туда на меня таращится счастливая мордаха. Чуть встряхиваюсь, беру себя в руки и вот уже выхожу из примерочной комнаты, прямиком попадая в руки Айзека, который меня всё это время ждал, что бы сопроводить и уже законно отдать тебе. Даркнес Вижу, как открылись ажурные двери замка и из них степенно выходишь ты. Айзек ведёт тебя под руку, но ты и сам шагаешь более чем уверенно. На лице счастливая улыбка, фату и перья на уборе треплет лёгкий ветерок, самоцветы (на тех самых туфлях, которыми пугал меня Дар) переливаются и сияют в унисон к кристаллу в фероньерке. Смотрю завороженно, аж дыхание перехватывает. Какой же ты у меня красивый! Слышу кхеканье и тихое: — Слюнки подбери, котейка! — говорит Кэтэрс, ухмыляясь по доброму. Он в длинной обрядной синей рясе с капюшоном, что скрывает лик. Стоит у алтаря и держит книгу клятв, на которой возлежат две тонкие ленты из блестящего белого металла. Выдыхаю и пытаюсь взять себя в лапы, а сам по дурацки улыбаюсь. Похоже, этой свадьбы так ждал с нетерпением долго не только ты. И понимание этого факта ошарашивает и я чуть не хихикаю, но сдерживаюсь. Вот же я дурак, мог ведь сделать тебе предложение и на пару лет раньше. С ума сойти можно, мы ведь столько правил и моралей с тобой попрали, но почему-то лишь именно идея дать тебе спокойно доучится осталась незыблемой. Ну и ладно! Зато этот день настал. Нечего жалеть о том что не произошло. Лучше отдамся моменту. Айзек подводит тебя к алтарю и передаёт твою изящную лапку мне. Принимаю и её и тебя с благодарностью, кивая. И мы поворачиваемся к Кэтэрсу. На фоне всё это время звучала какая-то мелодичная музыка, но я её толком и не слушал, будучи заворожённым тобой и в своих мыслях. Но вот Кэтэрс начал церемонию. Я внимательно выслушал текст клятв и повторил, а ты кажется от счастья чуть и вовсе не позабыл сказать слова вслух, но вовремя поправился. Наши руки поднялись вверх, браслеты соприкоснулись в сияющих лучах солнца, металлические полосы плавно взлетели и обвились вокруг наших запястей. Но вот последние слова клятвы прозвучали и полосы стали завершающим узором на наших свадебных браслетах, превращаясь в короткие цепочки с кольцами на безымянных пальцах. Теперь я всегда точно буду знать жив ли ты и что с тобой. А если пожелаешь — то и где ты сам. И эта магия так же будет работать и в обратную сторону. Да, в этом отношение наши метки даже надёжней, но браслеты это всё же в первую очередь символ, а не волшебный артефакт. Хотя зная Старого Кота, он по любому вплёл в них не одно заклинание. Так что надо будет после как следует его расспросить. Одно лишь знаю точно, по моей просьбе эти кольца с цепочками он колдовал так, что б они могли превращаться в лезвие для защиты или просто в декор на браслете и не мешать. Твои глаза сияют, опускаем руки, а ты сам, не дождавшись нужных слов из уст Кэтэрса, сдёргиваешь вуаль и буквально прыгаешь ко мне в объятия, целуя и закрепляя клятву. Подхватываю тебя, держу крепко, целую и сам, но не с животной привычной мне страстью, а какой-то иной. Радость, счастье, забота и толика победы. Кружу тебя в объятиях, а ты вверх выбрасываешь букет цветов и смеёшься, запуская в него руной. — Пусть кому суждено, того осчастливит! — выкрикиваешь церемониальное заклинание и букет делает пируэт и летит точно в руки к Элле. Вокруг звучат поздравления, радостные крики и пожелания, а я вижу лишь одного тебя! Лишь твою довольную моську и сияющте глазюки. Дар тянет нас, прося повернуться и делает магией цветные рисунки в заранее подготовленной книге. И вот мы то у алтаря, то у обрыва, то в цветах, то среди моей родни, то с друзьями, то с Таром. Голова идёт кругом от этой кутерьмы. Лебедь просит сделать и с ним фотокарточку и зовёт нас к фонтану, который украшает его подарок — ледяной лебедь с раскрытыми крыльями. Из каждого переливающегося розово- голубого пера вырывается струя воды и сияет миллионом капель на солнце, словно россыпь драгоценностей. Ну да, а что ожидать то от него ещё? Дорого-богато, красиво и недолговечно, но вдохновляюще и со смыслом. Тяну тебя уверенно и нас запечатлевают со столь роскошной экспозицией. Вода попадает на твою моську и ты смеёшься. Я пугаюсь за косметику, но там оказывается в уголке, за ушком, притаилась хитрая маленькая руна, а потому ничего и не смоется. Выдыхаю с облегчением, узнав об этом мысленно от Эллы. — А теперь прошу молодожёнов разрезать торт! — приглашает всех А’кар старший и мы торжественно шествуем к трёхъярусному произведению искусства, что он поименовал тортом. Выпускаю твою руку, тянусь за ножом, но слышу: ааа! Поворачиваюсь и понимаю, что ты запнулся и всё же упал в торт, слыша твои мысли: «Вашу ж магию! Во я сглупил! На лицо защиту от воды и смытия наложил, а про руну на туфлях забыл!» — Дурацкие туфли! Ну я же предупреждал! — расстраивается моя драгоценность хвостатая, но я тебя подхватываю заклятием и очищаю столь красивое платье, а потом и вовсе беру на руки, слизывая специально оставленные мною капли крема на такой чудесной моське. — Но зато торт мы разрезали эффектно! Да, моя сладость? — и наконечником хвоста отрезаю кусочек от уцелевшей части торта и подаю тебе. А ты видишь посмеивающиеся по доброму лица гостей и тоже улыбаешься. Лаура тыкает локтем Кэтэрса и тихо шепчет ему на ухо. — А это у нашего семейства что ли традиция такая, падать в свадебный торт? — Нет, дорогая, это у ВАШЕГО семейства такая традиция наряжать не в жизни не ходивших на шпильках невест в этот пыточный агрегат, — насмехается Кэтэрс.