За рамки, или Новое пророчество

«Мы в родовом зале», – проступила надпись на монетке Гермионы, «На нас напал учитель, но мы в порядке» – на галлеоне Драко. Ответ отправили без промедления: «Оставайтесь на месте, ждите нас, мы уже идем за вами». Малфой стремительно повернулся, открыл дверь в комнату сестры и спросил без предисловий: – Я смогу аппарировать сюда Скорпиуса и Розу? – В дом. Там тебя встретит Фос, – не задавая лишних вопросов, ответила Нарцисса. Драко повернулся к Поттеру и супруге. – Я за детьми и назад! – Я с тобой, – вцепилась в него Гермиона. – Зачем? – Хочу убедиться, что с ними все хорошо, и что ты не предпримешь ничего необдуманного! Не спорь. Малфой решил не тратить времени на пререкания и сжал руку Гермионы, та повернулась к Поттеру, бросила «мы скоро» и исчезла вместе с Драко в аппарационной воронке, и уже оказавшись возле родового зала мэнора, осознала, что оставила Гарри почти наедине с бывшей любовницей. Впрочем, зацикливаться на этой мысли не стала, сейчас она могла думать только о детях. Гермиона осмотрелась. Почему-то они с Драко оказались вне зала. – Внутрь не можешь аппарировать даже ты? – спросила с удивлением. – Сейчас зал прячет членов рода, он меня не впустил. Инстинктивное действие со стороны мэнора, – объяснил Малфой, и Гермиона осознала, что все-таки недооценивает возможности родовой магии, и что эта магия пугает – жутко жить в почти одушевленном доме. Дверь отворилась, и в проеме показалась морщинистая мордашка Листена. – Лорд, леди, – домовик с достоинством поклонился, пропуская хозяев. Эльф родового зала даже в патовой ситуации не терял лица. – Папа, кре… мама, – к ним уже бежал Скорпиус, и Роза бросилась вслед за братом. Оба ребенка повисли у Гермионы на шее, она едва устояла. Драко перехватил сына, Рози же прижалась к матери, буквально вжимаясь в нее, оплетая руками и ногами. Пружина, затянувшаяся у Гермионы внутри в тот момент, когда на аппарат пришло сообщение от неизвестного, со свистом лопнула. Едва увидев строчку на магофоне, ведьма вспомнила свой сон, и только Мерлин знает, чего ей стоило не сорваться! Даже сейчас, когда Роза находилась в ее объятиях, надежно спрятанная от всех и вся в родовом зале поместья Малфоев, от этого воспоминания пробирало. Гермиону стала бить крупная дрожь, она попыталась максимально отстраниться от дочери, чтобы не перепугать, но Роза, едва ощутив, что мама отодвигается, с удвоенной силой вцепилась в нее. Пока женская половина семейства безуспешно боролась с последствиями эмоционального потрясения, Скорпиус немного истерично, но бодро рассказывал Драко о том, что произошло. После истории с Розой он начал присматриваться ко всем людям, которые появлялись в поле зрения. И вот Брэгшот сегодня ему показался странным, и этот факт вместе с наставлениями, полученными несколько дней назад, заставил его внимательно наблюдать. Почему не поделился подозрениями со старшими? Как и в прошлый раз, когда с Розой творились странности, боялся показаться мнительным. Гермиона автоматически отметила, что мальчик слишком уж не уверен в себе, и с этим стоит поработать раньше, чем комплекс закрепится, и стала слушать дальше, крепко прижимая дочь. Когда учитель, глядя ничего не выражающими глазами, наставил на них палочку, Скорп среагировал молниеносно, уклонился, сбил с ног Розу и щелкнул пальцами, вызывая домовика. Брэгшот пытался ухватить Розу за ногу, но Конни что-то сделал, и учитель отлетел в угол помещения. Гермионе показалось, что с плеч сняли десятитонную глыбу, она себе уже напридумывала проникновение в мэнор целого отряда бывших пожирателей с продажными невыразимцами или вейл с гоблинами на кентаврах, а тут всего лишь Империус на учителе. Она усмехнулась – Мерлин и основатели, как может поменяться восприятие понятия «всего лишь» за пару дней! Выдохнув с облегчением, ведьма тут же нанесла первый удар по неуверенности мальчика: – Скорпиус, ты молодец, если бы не твоя наблюдательность и реакция, могло произойти непоправимое! Следующая мысль заставила ее снова похолодеть. – А Джеймс с Алом? Где они? Они были с вами? – спросила, превозмогая панику. – Нет, – покачал головой Скорп, – они вроде бы собирались что-то искать в гроте у озера, почему-то они считают, что мы прячем там яйца драконов. Драко сориентировался в считанные секунды и вызвал эльфов. – Перки, найди юных Поттеров и доставь к залу. Конни! – Второй домовик почтительно склонил голову. – Свяжи Брэгшота и… – Малфой на секунду задумался, – оставь в игровой. Да. В шкафу в игровой. – Уже сделано, – отрапортовал эльф. – Драко подожди! – Гермиона сжала руку мужа. – проверь, нет ли на детях Империуса. Он кивнул и молча сделал то, о чем она просила, аккуратно потянувшись сначала к разуму Скорпиуса, затем к разуму Рози. – Ты забываешь, что они под усиленной родовой защитой. – Но щит мы так и не поставили. И будто ты сам не забыл об этом, когда мы получили сообщения. Драко передернул плечами, что можно было трактовать и как согласие с сентенцией Гермионы, и как нежелание вспоминать о происшествии. От полноценного ответа его избавил домовик, своевременно аппарировавший неподалеку, крепко держа за руки отпрысков Поттера. Малфой молча подошел к детям, мимолетно заглянул в сознание каждого и резюмировал с облегчением: – Чисто! Лорд Малфой понимал, что держится на остатках адреналина в крови и вот-вот впадет в прострацию. Он уже чувствовал подползающее оцепенение. Гермионе предлагать зелья не стал, она приняла их достаточно за этот бесконечный день, но себе позволил порцию допинга – несколько капель Умиротворяющего бальзама и Эликсир концентрации. – Побудь тут с детьми, я поднимусь наверх и допрошу Брэгшота, – распорядился уже в обычной своей манере. Гермиона, не выпуская из рук дочку, вцепилась в рукав мантии Драко. Она не знала, как поступить – о том, чтоб оставить своего Лисенка в таком состоянии речи не шло, но и отпускать Малфоя к человеку, который скорее всего находится под мощным Империусом, было страшно. Если бы только Гарри был тут! Перед ними с поклоном возник Листен. – Прошу простить меня, – начал он церемонно, – но эльф в услужении перенес в преддверие зала мистера Поттера. Он… эмоционально нестабилен, кричит и требует вас. Было бы лучше, встретить его не здесь. Гермиона взяла Драко за руку и потянула за собой, ее глаза расширились, когда она увидела Гарри. Казалось, еще чуть-чуть и его хватит апоплексический удар – сосуды вздулись как канаты, в глазах плескалось безумие. – Мы аппарировали с Кикимером, Нарциссой и Корой, но замок их не пустил. – Ну конечно не пустил, идиот, – рассвирепел Малфой, – я же говорил, что мэнор закрыт! – Где они? Их развоплотило? – кажется их недавний ужас был ничем по сравнению с тем, что сейчас испытывал Гарри. – Нет, придурок, если на них не было маяков, просто выбросило за пределы действия охранных чар. Сейчас найдем. Он закрыл глаза и прислушался к себе, щелкнул пальцами, вызывая очередного эльфа и приказал: – Забираешь леди Цисси от охотничьего домика и перемещаешь ее с ребенком в крайний коттедж. Домовик молча кивнул и исчез. – Драко, ты уверен? – осторожно спросила Гермиона. – Ты хотел проверить дом, прежде, чем кто-то туда отправится. – Уверен, – сказал он, – закрой глаза. Попробуй почувствовать мэнор. Леди Малфой послушно опустила веки и ощутила магию сродни той, что окутала ее, когда Драко надел кольцо на ее палец. Даже усилий прикладывать не пришлось, просто открыла сознание и… увидела, где находится каждый из десятка домовиков, тронула купол мощной защиты над всей территорией и щупальце чар, протянувшееся через пространство в еще одно надежно защищенное помещение. – Аппарируй туда с детьми. Мы с Поттером присоединимся, как только разберемся с Брэгшотом, – Малфой повернулся к помянутому. – Поттер, идешь со мной. – Я там была всего несколько раз и давно, – попыталась возмутиться Гермиона самодурством мужа. – Почувствуй дом и аппарируй, ты сможешь! – не терпящим возражений тоном сказал Драко и передал жене руку Скорпиуса. – Не делай глупостей, – Гермиона пронзительно посмотрела на него. – Не собираюсь, – нарочито беззаботно улыбнулся супруг, с брезгливостью положил руку на плечо Гарри, и оба с хлопком исчезли. Гермиона не стала терять времени, подозвала к себе младших Поттеров и Скорпа, попросила держаться за нее и спустя мгновение оказалась в Суиндоне. Комнаты в доме были огромными под стать мэнору, причем, размер не был скорректирован заклинанием расширения пространства – кроме охранных чар, магии в доме не чувствовалось. Гермиона, усадив мальчиков в гостиной, но не спуская с рук дочь, прошлась по всем помещениям – гостиная и кухня на цокольном этаже, кабинет (собственно, единственное место, в котором Гермиона бывала тут раньше) и спальня на первом, и четыре спальни на втором, плюс санузлы. Экскурсию себе она устроила не из праздного любопытства. Следовало убедиться, что в доме безопасно. Дети сидели в гостиной тихо как мышки, даже не переговариваясь. В повисшей тишине треск аппарации прозвучал раскатом грома. В комнате возник домовик, крепко держащий за локоть Нарциссу, на руках у которой рыдала Корнелия. Сейчас, когда тело девочки не скрывало одеяло, ее облик откровенно пугал: ноги, почти лишенные мышц, казались безобразно худыми, а голова на тонкой шейке еще более непропорциональной относительно туловища. – Почему она плачет? С ней что-то случилось? Ей больно? Ей нельзя нервничать! – Гермиона, усадив Розу возле Скорпиуса, бросилась к новоприбывшим. Нарцисса выглядела потерянной, она будто съежилась, уменьшилась в размерах. Не снежная королева, которая встретила их пару часов назад, а обыкновенная немолодая женщина, согнувшаяся под грузом навалившегося. У Гермионы не было настроя анализировать причины метаморфоз Нарциссы и сочувствия она, пожалуй, не испытывала. Препарировать свою иррациональную неприязнь к свекрови ведьма не стала – какая разница в чем причина: обида за Гарри и Драко, что-то вроде ревности жены к матери мужа или совсем иное. Насущная проблема – Корнелия, которая рыдала на руках у своей матери. Она пыталась говорить, но сквозь рыдания и икоту слов было не разобрать. Гермиона удивилась, почему она не пытается передать посыл ментально, но тут же поняла, что истерика попросту не дает сконцентрироваться. – Ш-ш-ш, – она потрепала ребенка по голове. Под мишурой из тайны и невероятной магической мощи пряталась обычная маленькая девочка. Подошла Роза и с интересом посмотрела на странного ребенка и женщину. Скорп остался сидеть там, куда его посадила Гермиона, и сверлил Нарциссу взглядом. – Что с ней такое? – поинтересовалась Рози. Гермиона улыбнулась – в этом вся ее дочь, ни кто такая, ни откуда взялась, главное, что с ней. – Сейчас будем разбираться, – мягко ответила дочери и повернулась к свекрови. Ситуация не располагала к расшаркиваниям. Отложив знакомство Нарциссы с детьми на потом, спросила: – Что произошло? Та тоже не стала тянуть книззла за хвост. – Сработали сигнальные чары, мистер Поттер вызвал эльфа и подхватил нас. Нас с Корнелией выбросило за пределы защиты Малфой-мэнора, там подобрал домовик и перенес сюда. Все. – Вы не знаете кто... Нарцисса поджала губы и закачала головой. – Что так расстроило Кору? Взгляд всегда идеально сдержанной леди забегал, Гермиона уже видела подобное во время прошлого разговора и заподозрила неладное. Нарцисса словно искала приемлемый ответ, но не находила его. – Камилла! – прорыдала в это время Корнелия. – Кто это? – Гермиона пристально посмотрела на Нарциссу и та… отвернулась. – Игрушка, – ответила неохотно. – Я не помню игрушек в комнате Корнелии, но давайте пошлем эльфа, если это так важно, домовик проскочит, кто бы не напал на ваш дом. – В этот дом может аппарировать Фос и личные домовики на зов хозяев, больше никто. – Так почему бы не отправить Фос? В комнате появились Малфой и Поттер, избавив Нарциссу от необходимости отвечать. Малфой казался очень рассерженным, он резко повернулся к сыну. – Скорп, – начал он не предвещающим ничего хорошего тоном, – напомни мне, что говорила... мама, когда рассказывала вам с Розой про магофоны. – Держать при себе, – проговорил мальчик, запинаясь. – Тогда почему, – голос отца почти сорвался на крик, но усилием воли он сдержался. Несколько раз вдохнул и выдохнул и продолжил спокойно, – тогда почему ваши аппараты остались в комнате? Ответила Роза: – Не ругайте его, пожалуйста. Просто Альбус и Джеймс сказали, что эти... коробочки излучают такое, что размягчает мозги, и мы… решили, что на столе они будут будто бы и близко, и не смогут нам навредить. Драко повернулся к девочке, но в этот момент встрял старший из присутствующих в комнате Поттеров. – Наверное Джеймс что-то такое услышал, когда к нам заходила Луна, а я возмущался своим… аппаратом, – он повернулся к сыну, – Джеймс, она это сказала несерьезно, а ты среди детей самый взрослый. Как ты мог поверить в такую глупость?! – Мы что действительно, будем сейчас выяснять это? Вышло и вышло. Всё! – Гермиона увидела воочию, как формируется комплекс у Скорпиуса. – Если бы не Скорп, неизвестно вообще... – Еще несколько слов, и я закрою тему, – перебил ее Драко и обвел детей взглядом. – Я просто хочу, чтоб все присутствующие здесь поняли, что в нынешней ситуации наши распоряжения не обговариваются! Сказано держать аппарат под рукой – держишь! Гермиона успела проглотить реплику о том, что он сам недавно оставил свой магофон дома и не ему пенять этим детей, но осознала, что прозвучит это не педагогично. – Распоряжения не самое подходящее слово, – поморщилась она. – Но ситуация такова, да вы в общем-то уже поняли, – остановила взгляд сначала на Скорпе, который старался унять обиду, на бледной Розе, затем на Але и Джеймсе, заглядывая на мгновение в лицо каждому, – что рекомендации взрослых сейчас должны восприниматься вами всеми как приказы начальства аврорами. Из-за того, что ваши магофоны попали в чужие руки, могло произойти непоправимое, хорошо хоть монетки остались на месте. – Из-за того, что ваша мама не послушалась, она сейчас в больнице святого Мунго, – резко сообщил Гарри Алу и Джеймсу. Гермиона с ужасом посмотрела на друга. Зачем он рассказал о таком детям?! Но оба мальчика, как ни странно, присмирели, и ни единого вопроса не задали. – С ней все будет хорошо, – на всякий случай добавила она. Во время всего этого диалога Корнелия продолжала тихонько всхлипывать и икать, а Нарцисса – прижимать дочь к себе. Драко и Гарри наконец обратили внимание на это, и вопросительно посмотрели на Гермиону, та пожала плечами и сказала: – Пока не выяснила. – Ты мне нужна, – взял ее Драко за руку, – Брэгшот не отвечает на вопросы, что бы мы ни предпринимали, – замолчал виновато, и Гермиона поняла, что не хочет знать о методах, которые муж и друг применяли. – Империус мощный, сам не сниму, необходима подстраховка. Пусть Брэгшот поспит несколько часов, когда немного восстановится, попробуем еще раз. Она кивнула и уточнила на всякий случай: – Брэгшот не причинит себе вреда? – Я оставил его связанным, за ним присматривают два эльфа и Астория с портрета, если что-то случится, кто-то из них даст знать. Кора уже не рыдала, просто с равными промежутками резко втягивала носом воздух, Нарцисса поглаживала ее левой рукой, а правой теребила шаль. Гермиона наколдовала чашку с водой и вложила в руку Коры, под шипение Драко о том, что можно было взять на кухне стакан и налить воды из бутылки, и что не стоит в этом доме колдовать без крайней необходимости, ибо полетит хрупкая магловская техника. Сделав несколько глотков, Корнелия наконец выдавила: – Камилла – сестра. – Она тебе как сестра? – спросила Гермиона тоном, каким разговаривают с малышами, и наклонилась к девочке поближе. Корнелия глубоко выдохнула и сообщила ментально. «Камилла – моя сестра-близнец, она сквиб, мама подумала, что ЭТИ примут ее за меня, но увидят, что в ней нет магии и поймут, что пророчество врет. Мама себя успокаивает, что Милу не тронут, но ее могут убить. Просто так». Полученная информация никак не желала укладываться у Гермионы в голове. По всему выходило, что Нарцисса решила пожертвовать одной дочерью, чтобы спасти вторую. Умирающую... «Ты сможешь спасти только одну» – она отогнала от себя воспоминание о сне и тупо уставилась в стену. Нет, неужели это не бред больного разума? Неужели мать может оказаться способной на такое? – Нарцисса, это правда? Вы оставили там дочь? Живого маленького ребенка наедине с неизвестной опасностью? – голос Гермионы ввинтился в пространство огромной гостиной.