Бескрылые

Тэхен выглядит сосредоточенным, пока листает один из журналов Лю Фэня, промаркированный под номером четыре, параллельно слушая доклад Юнги о вчерашних событиях. Между бровей залегла морщинка, губы плотно сжаты — от недавней расслабленности не осталось и следа. — Ты сам уже пытался прочесть, что здесь? Юнги качает головой: — Не представилось возможности. — Ну, даже если бы и пытался, вряд ли бы это помогло, — Тэхен цокает языком и, отложив журнал на лакированную столешницу, тянется к стоящей рядом кружке. Яркий солнечный свет, льющийся из высоких окон кабинета, расчерчивает тенями его лицо, делая правильные черты более резкими. — Если только ты не разбираешься в шифрах, конечно. — Все-таки зашифровано? Черт, я подозревал, но надеялся, что нам повезет, — Юнги трет переносицу. — Будем расшифровывать или сочтем эту зацепку провальной и начнем все сначала? Тэхен скидывает домашние туфли и, забравшись в глубокое кресло с ногами, — так сложно привыкнуть, что оно теперь принадлежит ему, отпивает из глубокой кружки и задумчиво постукивает по керамическому боку. — Как сам думаешь, имя покупателя выведет нас на убийцу? Вряд ли он использовал настоящее имя или кличку. — Зависит от того, кто именно покупал, к тому же, всегда можно прибегнуть к посреднику. Я бы сказал, шансы примерно двадцать на восемьдесят при оптимистичном прогнозе. — Хм. Я был готов попробовать при пятнадцати, — Тэхен делает большой глоток. — В таком случае, попробуем расшифровать эти загадочные письмена. Но на это уйдет время, а я не собираюсь просто сидеть и ждать, пока убийца моего брата разгуливает по улицам безнаказанным. — Есть план, босс? — Юнги чуть подается корпусом вперед, готовый слушать и слушаться. — Зайдем с другой стороны, со стороны личности киллера. Отсеем очевидное: это явно был профессиональный снайпер высокого класса — попасть в шею движущейся мишени при наличии препятствий дорогого стоит, поэтому дилетантов, наемников с иной специализацией и новичков без имени не берем. Таких профи в нашем мире вряд ли наберется больше пары десятков. А тех, кто использует нужную нам винтовку, еще меньше. Тэхен поджимает пальцы на ногах, и Юнги отмечает про себя, что уютная домашняя одежда, слегка растрепанные волосы и забавная детская поза в контрастном сочетании с глубоким кожаным креслом и строгой обстановкой кабинета придают его облику некоторую хрупкость, но вместе с тем не заставляют выглядеть неуместно или смешно. Тэхен смотрится точно на своем месте, будто бы сидел за этим столом всегда, вот так вот попивая кофе из огромной кружки с нагло ухмыляющимся розовым зайцем и поглаживая старый дедовский «кольт». — Составь список всех подходящих под описание наемных убийц, — продолжает он. — Начни с тех, кто не связан с каким-либо кланом и находится в свободном плаванье. После проверь, кто из них все еще в строю, и выясни, кто был в стране в день убийства и где засветился. Так мы максимально сузим круг поиска. Если у всех будет алиби, расширим регион до всей Азии. — Понял. — Работенка не из простых, но ты справишься. Деньги, людские ресурсы — в твоем распоряжении, только действуй максимально тихо. Не хочу, чтобы кто-то знал, что мы ведем расследование, даже из наших. Особенно, из наших. — Подозреваешь, что это мог быть кто-то из своих? Тэхен пожимает плечами: — Не мне тебе объяснять, как некоторые любят всадить в спину нож. Я попрошу тебя так же проверить всех членов «Бэкхо Па» на неприязнь лично к Тэун-хену и на явные и неявные связи с другими семьями или кем-то, кому мог перейти дорогу хен. Услуги киллера стоят недешево, поэтому вряд ли рядовая шестерка могла себе такое позволить, но порой люди умудряются доставать желаемое практически из воздуха, поэтому я не удивлюсь ничему. Юнги прикусывает изнутри щеку: чувство вины из-за вчерашнего начинает глодать его с утроенной силой. Самое мерзкое в том, что оправдаться ему совершенно нечем — он снова упал, снова позволил омежьей сути взять верх, хотя обещал себе прежде «в последний раз», — но не так страшна суть, как то, какого альфу она подпустила к себе. Снова. Чон Чонгук — не мальчик с соседнего двора и не шестерка уличной банды, он — глава «Ханчоль Ен Па», клана, занимающего третье место среди пятерки сильнейших кланов Кореи, и вряд ли что-то в этом мире может скомпрометировать Юнги перед Тэхеном сильнее, чем связь с ним. Он мог изредка позволить себе эту тянущую ко дну слабость прежде, при жизни Тэуна, но лишь потому, что тот знал. Юнги рассказал ему сразу, как только вновь встретил Чонгука; Тэун знал все, что происходило между ними — и все, что было в прошлом — и позволял, не только не выкинув Юнги вон, но и продолжая доверять ему свою жизнь. Но Тэхен… Тэхен — совсем другое дело. — И еще у меня к тебе будет долгий разговор, хен, — Юнги ничем не выдает охватившего его смятения. — Ты был очень близок к Тэун-хену и наверняка многое знаешь, так что мне и Джуни-хену потребуется твоя помощь. У нас довольно много вопросов. Да. Тэхен ничего не знает, и утаить от него подобную информацию — хуже, чем предать. Юнги даже думать боится о том, что будет, если тот узнает и узнает не от него. Поэтому он должен рассказать ему сам. Пока у него еще есть такой шанс. — Сделаю все от меня зависящее, Тэ. Он должен рассказать. — К слову, по поводу ножей… — начинает он. — Да? — Есть кое-что, что я… — Юнги осекается, резко обернувшись на короткий стук и следующий сразу за ним звук открывшейся двери. — Тэ, прости, что без церемоний, это срочно, — Намджун врывается в кабинет подобно урагану, держа в руке телефон. Как всегда одет с иголочки, но на лице застыло мрачное выражение, и вряд ли он несет на крыле хорошие вести. Намджун замечает Юнги, и на секунду его глаза за стеклами брендовых очков расширяются от удивления, смешанного с чем-то, чего тот не может опознать. — Прости, хен, не заметил тебя сразу, — он закрывает за собой дверь и широким шагом пересекает кабинет, останавливаясь рядом. — Не знал, что ты вернулся. Давно? — Буквально только что. — Его пытались убить, Джуни-хен, — говорит Тэхен. — Группа китайцев устроила засаду вчера ночью в месте, где хен встречался с одним торговцем оружием. Наемники, судя по всему. — Засада? Что за… — Намджун чертыхается. — Что за торговец оружием? — У нас была наводка, но она не оправдала ожиданий, — Юнги засовывает руки в карманы толстовки. — Я бы так не сказал, — возражает Тэхен. — Если тебя пытались убрать, значит, мы напали на след. Лю Фэнь точно знал что-то, что могло нам помочь. — Вот только он мертв и уже ничего не расскажет. И все упирается в сомнительные зашифрованные писульки, в которых может ничего и не быть. — Хен, — весомо роняет Тэхен, и Юнги кажется, что сейчас он скажет нечто вроде «не истери», но тот произносит: — Мы уже обсудили это, — тоном, обрубающим все возражения на корню. Юнги послушно склоняет голову. — Что за зашифрованные писульки? — подает голос Намджун, переводя с одного на другого заинтересованный взгляд. — Покойный торгаш оставил нам наследство — журналы, где он вел учет продаж. Только те зашифрованы, так что пока мы топчемся на месте. — Я могу заняться этим, — без раздумий заявляет Намджун. — Я хорошо владею китайским и интересовался криптологией, думаю, смогу подобрать нужный ключ. — Ты уверен, хен? — Тэхен приподнимает бровь. — У тебя и без того много работы. Мы можем нанять профессионала со стороны, это не проблема. Тот лишь усмехается, отмахнувшись: — Будет, чем заняться одинокими вечерами. Лицо Тэхена светлеет. — Тогда я полагаюсь на тебя, — он кивает в знак благодарности. — Спасибо, хен. Не знаю, что бы я без тебя делал. — Жил бы и страдал. Не благодари, я всегда рад помочь тебе, ТэТэ, — Намджун тепло улыбается, демонстрируя милейшие ямочки на щеках, и его взгляд искрится нежностью и заботой, но после свет гаснет, и альфа вновь становится серьезен. — Мне чертовски хочется услышать твою историю во всех подробностях, хен, но сейчас, увы, не время. У нас проблемы. Тэхен сразу же меняется в лице и опускает на пол ноги. Его пальцы замирают на рукояти кольта. — Какого рода? — Мне позвонил Чан Джинхо, а тому — господин Ли, владелец «Утренней звезды». «Драконы» отбили на Мендоне четыре ресторанчика, которые мы крышевали. Юнги замирает, не веря своим ушам. «Драконы» сделали что? Их кланам нечего делить, какого хрена происходит? Чонгук что, сошел с ума? Когда он вообще успел это провернуть, если до утра был в Кванджу, а сейчас, если верить его словам ночью, уже должен сидеть в Японии. — Что, блядь? — Тэхен не кричит, но его голос звучит много ниже обычного, и Юнги ощущает усилившееся давление чужой ауры. — Четыре наших ресторана перешли к «Ханчоль Ен Па». — Это точно были они? Намджун утвердительно кивает. — Со слов Джинхо владелец сказал, что на руке у каждого был вытатуирован дракон. Ошибки быть не может, это точно они. — Что с нашими, кто-нибудь пострадал? — Ничего особо серьезного, в основном, ушибы и ссадины. «Драконы» заявились толпой и со стволами. Бросаться с ножами и битами было бы глупо. Тэхен прикрывает глаза и делает несколько глубоких вдохов и выдохов. — Расскажи все по порядку. — Пару часов назад к господину Ли и к остальным пришел Ким Сокджин, предложил перейти под крыло «Ханчоль Ен Па», мол, они снизят им налог на крышу до восьми процентов. — Меньше, чем у нас? Что за бред, — Тэхен хмурится. — Они согласились? — Нет, — Намджун качает головой. — Но тогда Ким сказал своим достать стволы и попросил подумать еще раз. — Ким Сокджин… Я помню его, он был на похоронах. Смазливый уебок, — Тэхен задумчиво стучит себя по губам. — Почему правая рука босса занимается такой мелочью, как крыша, хотелось бы мне знать? — Не имею понятия, но что я знаю точно, Тэ, так это то, что мы сейчас в затруднительном положении. Если мы решим вернуть себе территорию, то начнется война, «драконы» явно настроены серьезно. Если отплатим той же монетой и захватим что-то, принадлежащее им, опять же начнется война. А если… — А если мы спустим им это с рук, то нас сочтут трусами и слабаками, — заканчивает за него Тэхен. — Черт подери, что за ебучее дерьмо. — Мы не готовы к войне, Тэ, тем более, к войне с «Ханчоль Ен Па». Их больше, у них лучше вооружение, они просто размажут нас. — Ты предлагаешь мне отступить? Позволить этому ублюдку Чону и всем остальным насмехаться над нами? Сделать «Бэкхо Па» посмешищем? — А у нас есть блядский выбор? — Намджун говорит отрывисто и резко. — Подумай сам: ты готов потерять весь клан в угоду своей гордости? — Он прав, Тэ, — соглашается с ним Юнги. — Мы не выстоим против них. Не сейчас. Тэхен поднимается с кресла. — Намджун-хен, достань мне номер господина Ли из «Утренней звезды». Хочу переговорить с ним. — Зачем? Взгляд Тэхена темнеет, и Юнги почти ждет услышать: «С каких пор я должен отчитываться перед тобой?», но тот лишь произносит: — Сейчас, хен. И Намджун больше не спрашивает. Кивнув, что-то быстро печатает и уже через полминуты отправляет ему сообщение с номером. — Спасибо, — Тэхен берет в руки свой и отходит в сторону окна. — А теперь можете заняться своими делами. Я позову вас, — он отворачивается, давая понять, что разговор окончен, и прикладывает телефон к уху. Намджун явно хочет что-то сказать, но резко передумывает. Сгребает со стола журналы Лю Фэня и идет к выходу. Юнги следует его примеру. Уже у двери он слышит тэхеново: — Здравствуйте, Ли-сонсенним, это Ви. Помните меня? Юнги плотно прикрывает за собой дверь.

***

Тэхену требуется около сорока минут. Все это время Юнги, разумеется, ждет в коридоре, не смея отойти и размышляя над тем, как лучше преподнести ему информацию о том, что буквально сегодня ночью он трахнулся с человеком, который несколько часов спустя наложил лапы на территорию «Бэкхо Па». Юнги надеется, что не он послужил причиной этому решению, но как ни крути, больше причин связываться с «тиграми» у Чонгука нет. Дерьмо. — Заходи. Джуни-хен сейчас подойдет. Юнги отмечает, что Тэхен выглядит спокойнее, чем прежде, и это означает одно: он уже принял решение и с курса не сдвинется даже под страхом смерти. — Я обдумал ситуацию, проанализировал прибыль, которую мы получали с крышевания этих ресторанов ежемесячно, и подсчитал убытки, — начинает говорить он, когда Намджун присоединяется к ним. — Места прибыльные, так что сумма выходит немаленькая. С нашими нынешними доходами придется побатрачить, чтобы покрыть убытки и выйти в плюс. — Война с «Ханчоль Ен Па» разорит нас еще больше, — вставляет свои сто вон Намджун. — Верно, — соглашается Тэхен, — поэтому если Чон Чонгук хочет себе эти рестораны, пусть подавится ими, развязывать войну мы не станем. Юнги выдыхает с облегчением и замечает, как Намджун тихонько делает то же самое. Импульсивность Тэхена мешается с расчетливостью, и он искренне рад тому, что последняя сегодня одержала верх. Развязывать сейчас войну с Чонгуком — все равно, что добровольно сесть на электрический стул: больно, а главное, смертельно. Они не готовы, совершенно не готовы. — Честно говоря, этого уебка я с удовольствием бы выпотрошил, — Юнги позволяет себе короткую усмешку, — но ты прав, хен, я не собираюсь терять клан только из-за своей гордости. То, что произошло, унизительно, — Тэхен стискивает зубы, — но наша главная задача сейчас — сосредоточиться на новых источниках дохода. То, что мы обсуждали вчера, Джуни-хен, остается в силе, движемся выбранным курсом. — Значит, ты решил оставить все, как есть? — уточняет тот. — Этого я не говорил, — Тэхен изгибает губы в улыбке. — Я не спущу ему это с рук. Никто не имеет права отбирать то, что принадлежит мне, и остаться при этом безнаказанным. Чон Чонгук заплатит мне по счету сполна. — Но ты же только что сказал… — Я не собираюсь нарываться на явный конфликт, но подлить немного дегтя в его бочки с медом мне по силам, — он делает небольшую паузу. — Я уже связался кое с кем, завтра у меня встреча с господином У Чжисоком из отдела потребительского надзора и еще с парой человек. Помнится мне, основной доход «Ханчоль Ен Па» идет с баров и ночных клубов? Юнги округляет глаза. — Ты что, хочешь натравить на Чон Чонгука потребнадзор? — Намджун тоже выглядит ошарашенным. — Ты же понимаешь, что в этом нет никакого смысла? Даже если у них действительно есть нарушения, никто не прикроет его гадюшники, там же все проплачено! — Поэтому я и встречаюсь завтра с этими людьми. Обычно пары жалоб достаточно для проверки, мне нужно лишь, чтобы делу дали ход, а не прикрыли как обычно, и совсем немного его затянули… ну, скажем, пару недель, в идеале месяц. Потом пусть делают, что хотят. — Хочешь заставить его понервничать? — Око за око. Помимо того, что клуб приносит легальный доход, основная прибыль идет с нелегальщины — борделя, торговли наркотой и, черт его знает, чего еще. Даже если его прикроют всего на день, убытки будут колоссальными, — Тэхен смотрит решительно. — Я думал над этим поступком и пришел к выводу, что война не была его целью. Почему именно четыре ресторана, у нас же их куда больше в том районе? Скорее, это походит на укол, чтобы проверить нашу реакцию. Если так, то пусть наслаждается ощущением своей победы. Пока что. — Ты сумасшедший. Мы потеряем кучу бабок вдовесок к убыткам с ресторанов. — Мы вернем каждую потраченную нами вону. «Бэкхо Па» вновь вернется в пятерку сильнейших, как это было при моем отце, и поднимется еще выше, — Тэхен подходит ближе и, положив руку на плечо Намджуна, смотрит ему в глаза. — Я обещаю тебе, Ким Намджун. Ты веришь мне? Тот накрывает ладонь Тэхена своей и слегка сжимает. — Верю.