Две дороги

      Спустя два дня отряд из семи человек и полуэльфа выехал по направлению к южной границе Авенхарма. Впереди ехали воины Ордена Возмездия. Возглавлял их капитан Дарен, серьёзный мужчина средних лет с густыми чёрными усами и всегда чуть прищуренными глазами. Следом за ними пристроился молчаливый маг земли. Его укутанная в тёмный плащ фигура мерно покачивалась перед Абигель, не вызывая никакого желания завести разговор. Рядом ехал Элронд, а сзади, постоянно отставая и громко жалуясь на жизнь, тащился господин Горан.       Пока не покинули пределы Авенхарма, путники ночевали в придорожных трактирах, так как их было достаточно вдоль дороги. Капитан Давен, сам выбирал, в котором из них останавливаться. Абигель замечала, как он о чём-то беседовал с хозяевами или с кем-то из работников трактиров, время от времени делая пометки на листке пергамента, который постоянно таскал с собой в кожаном чехле за пазухой. Обычно он надолго не задерживался и быстро возвращался за общий стол.       Но чем ближе они подъезжали к границе, тем реже встречались поселения и трактиры, и несколько раз им пришлось заночевать у дороги к большому неудовольствию господина Горана и к радости Абигель. Ей нравилось вечером сидеть у костра, любуясь игрой пламени.       — Я давно хотела побывать в подземном городе гномов, — мечтательно сказала Абигель, перебирая струны лютни.       — Даже не надейся, — покачал головой Давен, — гномы очень неохотно пускают посторонних в свои города.       — Жаль, – опечалилась Абигель, и лютня под её пальцами зазвучала грустно и тоскливо, но спустя несколько минут мелодия вновь изменилась и, набрав темп, зазвучала словно весенняя капель, — но зато пустыню я точно увижу. Хоть самый её краешек! — радостно заявила Абигель, упрямо тряхнув гривой каштановых волос.       — Главное не наткнуться на обитателей пустыни. Там есть довольно опасные хищники, но самые грозные это сами зандирийцы. ***       Достигнув границы, отряд пару дней двигался вдоль неё на восток. Затем, покинув Авенхарм, за несколько часов быстрой скачки они пересекли окраины враждебного Эстеля: им повезло проскочить незамеченными, и на десятый день пути они оказались на территории гномов, где наняли двух проводников, согласившихся проводить их в нейтральные земли. Это были типичные представители гномьего народа – невысокие и крепкие, с длинными окладистыми бородами, конец которых они засовывали за пояс. За спиной у обоих торчали здоровые боевые топоры, что говорило о их принадлежности к касте воинов. Но, как и любой уважающий себя гном, эти воины отчаянно торговались, вытребовав с Давена вдвое больше, чем он изначально собирался заплатить.       — Вы настоящие грабители, — вздохнул капитан, высыпая на стол горсть монет.       — Мы хорошие воины и ценим свои услуги, — важно заявил один из них, сгребая деньги в кожаный мешочек, — вам просто повезло, что сейчас мы свободны.       Давен по дороге пытался расспросить их о обстановке на границе, о том тревожат ли их зандирийцы, но гномы отвечали неохотно и вскоре Давен отстал от них.       До цели их путешествия было около двух с половиной недель пути вдоль границы, но гномы предлагали провести их короткой дорогой под горами, обещая вывести к нужному месту за пять дней. Господин Горан в начале воодушевившись этой идеей и первым принявшим это предложение, сразу сник, когда узнал, что лошадей придётся оставить и идти пешком.       — А это обязательно? — спрашивал он, всё ещё надеясь на что-то.       — Лошади не пройдут нашими путями, — терпеливо отвечали ему гномы, и в конце–концов Горану пришлось смириться с мыслью о том, что ему придётся идти пешком. Но это отнюдь не улучшило его настроения. Он постоянно придирался к окружающим, и если люди терпеливо сносили его замечания, то гномам всё труднее было сдерживаться и на третий день, доведя их до выхода на поверхность, вместо того, чтобы и дальше сопровождать их, гномы заявили, что подождут их возвращения здесь, а на замечание о том, что договаривались иначе, главный из них, тяжело вздохнув вернул им часть задатка, что было крайне нехарактерно для гнома и заявил, что нервы им дороже денег.       — На жаре мы чувствуем себя не очень хорошо и бываем вспыльчивы, и поэтому путешествие по соседству с таким господином, — и гном красноречиво покосился на Горана, — может закончиться очень печально для него. Думаю, вам будет безопаснее проделать оставшийся путь самим. К тому же тут осталось всего-то пара дней дороги. Идите вдоль скал и не собьётесь. А мы встретим вас здесь и проведём обратно, как и обещали.       Таким образом путники оказались предоставлены сами себе на нейтральной территории между государством гномов и Зандиррой. Все были злы на Горана за это, хорошо ещё что Элронд оказался знаком с местностью и, возглавив отряд, повёл его к цели. И вот уже второй день они шли параллельно горам, стараясь не приближаться к ним ближе ста шагов, чтобы не нарваться на горных троллей, полуразумное племя, обитающее в горах, но и стараясь не удаляться от них, чтобы случайно не пересечь границу Зандиры, откуда веяло раскалённым жаром пустыни. ***       Абигель вздохнула, вновь подумав о том, как хорошо сейчас на берегу моря, где тёплый ветерок ласкает волосы, а морские брызги остужают разгорячённое лицо. Она посмотрела по сторонам, возвращаясь к действительности: за натянутым пологом грозно ревел ветер, но внутри было тихо и спокойно, под потолком в центре пещеры горел магический огонёк довольно хорошо освещая пещеру.       — Абигель, сыграй-ка нам, — попросил Элронд, заметив, что девушка очнулась от раздумий, — что-нибудь успокаивающее.       Абигель улыбнулась ему и, усевшись поудобнее, пристроила лютню на коленях. Тонкие пальцы коснулись струн и полилась мелодия, услышанная девушкой в каком-то рыбацком посёлке. Звук то усиливался, то затихал словно волны накатываясь на слушателей и навевая на них сон. Когда музыка стихла, большая часть отряда дремала, лишь Торс, которого Давен оставил на страже, чтобы не уснуть решил более внимательно изучить пещеру. На полу ничего интересного, кроме похрапывающих тел, не обнаружилось, и Торс пошёл вдоль стен, внимательно осматривая их, но и там был всё тот-же серый камень без всяких намёков на золотоносную жилу или самоцветы. Грустно вздохнув, Торс шагнул к самой дальней от входа и почти не освещённой стене и вдруг что-то привлекло его внимание.       — Эй, посмотрите-ка, что я нашёл! — раздался его радостный крик, вырвавший из дремоты, почти заснувшую Абигель.       — Да чтоб тебя, Торс! — недовольно рыкнул Давен, подскакивая и протирая сонные глаза, — ты чего разорался, идиот?       Оказалось, что в дальнем углу есть неширокий ход.       — А вдруг он ведёт в другую пещеру, где спрятаны сокровища?! — захлёбываясь от восторга, тараторил Торс, — давайте я полезу и посмотрю!       — А может там змеюка какая гнездо себе свила, — быстро охладил его пыл Давен, — или вообще этот ход никуда не ведёт и заканчивается тупиком.       — Позвольте мне взглянуть, — подошёл к ним Ивар и создав ещё один магический огонёк, послал его в отверстие. Огонёк неспешно поплыл вперед, освещая прямой, довольно узкий проход, действительно ведущий в другую пещеру.       — Вот видите! Я же говорил вам! — потирая от нетерпения руки, повторял Торс, — надо обязательно глянуть что там такое. Можно, капитан? — и он уставился умоляющим взглядом на Давена, — я быстро.       — Ничего не получится, — усмехнулся Давен.       — Но почему? — удивился Торс.       — Ты слишком здоровый для этого лаза, — ответила вместо Давена Абигель, в глазах которой уже загорелся огонёк азарта и, пристроившись рядом с Торсом, с интересом стала вглядываться в глубину каменного тоннеля.       — Эх, об этом я и не подумал, – расстроено бросил Торс, присмотревшись к размерам хода, и разочарованно махнул рукой, — так и не узнаем, что там скрыто.       Тем временем потянулись и остальные.       — Торс прав, я тоже думаю, что нам всё-таки стоит проверить эту пещеру, — сказал, подходя, Элронд. В его руке вновь была свёрнутая карта.       Все взоры тут же обратились на него.       — Но ведь вы говорили, что нам ещё идти более двух часов? — уточнил Давен.       — Дело в том, что на таких картах часто места обозначены не совсем точно, — полуэльф растянул свиток, показывая всем что он имеет в виду, — видите, карта набросана лишь очень схематически, а этот большой знак на ней, означающий нашу цель, охватывает довольно большую территорию. И вполне возможно, что пещера в которой мы сейчас находимся тоже находится в зоне охвата.       — Пустите меня, да пропустите же, — взволнованно протолкался к самому ходу Горан, оттеснив Абигель и Ивара, — вы действительно считаете, что в той пещерке может покоится великий поэт? — пропыхтел он, заглядывая в освещённый проход.       — Пока не проверим – не узнаем, — пожал плечами Элронд.       — Да, но кто же полезет туда? — вопросительно посмотрел на Давена Горан.       — Давен быстро оглядев всех присутствующих, несколько дольше задержал свой взгляд на довольно худощавом эльфе и невысокой фигуристой Абигель, но покачав головой, нахмурился и твёрдо произнёс:       — Из тех, кто способен это сделать, никто не пролезет в лаз.       —Ну может господин Ивар сможет как-то расширить его? — Горан перевёл взгляд на мага.       Горан отступил, пропуская мага к отверстию, и Ивар, нагнувшись долго изучал его. Затем маг прошёлся по всей пещере, внимательно осматривая стены и потолок и, вернувшись к терпеливо ожидающим его спутникам, пожал плечами:       — Я могу конечно попробовать, но есть риск, что я могу спровоцировать обвал: это место довольно старое, ветер и песок источили эти скалы.       — Нам нужно послать кого-то за гномами, — принял решение Давен, — они точно смогут добраться до пещеры.       — И заграбастать то, что найдут там, — категорически отмёл предложение Горан.       — Если найдут, — тихо заметил Давен, на что Горан облил его гневным взглядом и открыл рот, собираясь напомнить кто является главой экспедиции.       — Постойте! — возмутилась молчавшая до этого Абигель, — а меня вы значит в расчет совсем не берёте?       Давен покосился на неё и покачал головой:       — Вы женщина.       — И что из этого? — вскипела Абигель, — это не значит, что я беспомощна и ничего не умею! Я пролезу в ту пещеру, – решительно заявила она, и отодвинув растерявшегося Торса, вновь подошла к отверстию.       — Абигель, — окликнул её Элронд, — а может я попробую?       — Нет, — возразила Абигель, — ты крупнее и тяжелее меня и если всё-таки застрянешь, то и вытаскивать тебя будет вдвойне труднее.       Она вновь шагнула к ходу, но дорогу ей преградил Давен.       — Абигель, я не могу вам этого позволить. Мы должны охранять всех членов экспедиции. И если с вами там что-либо случится…       — Да что со мной может случиться? — удивилась Абигель, которой, как и Торсу, не терпелось изучить ту пещеру, — мастер Ивар, — она обернулась к магу, — вы чувствуете там какую-либо опасность?       — Нет, — чуть помедлив ответил маг, — я не чувствую там никого живого. Немного повышен магический фон, но возможно там просто слишком близко к поверхности проходят энергетические потоки. Точнее я сказать не могу.       — Не важно, главное нет непосредственной опасности, — уверенно заявила Абигель и, чувствуя, как по телу растекается привычное возбуждение, а сердце ускоряет свой темп, наклонилась к отверстию.       — Но Абигель, — предпринял последнюю попытку остановить её Торс, — неужели тебе не страшно?       — Нет, – широко улыбнулась девушка, — на самый крайний случай у меня есть вот это, — и Абигель, приподняв край юбки, достала из сапога острый кинжал и, покрутив им перед носом изумлённого парня, сунула обратно в ножны закреплённые на голени, — так что не переживай за меня, мальчик.       Торс захлебнулся возмущением, а Абигель, больше не отвлекаясь на окружающих, ещё раз внимательно рассмотрела ход, по которому ей предстояло проползти и, подозвав Элронда, попросила:       — Пожалуйста постой здесь и присмотри, чтобы никто не пялился на меня пока я буду пробираться до пещеры.       С этими словами она повязала на голову платок, чтобы волосы не мешались ей и, осторожно втиснувшись в лаз, поползла вперёд на четвереньках. Несмотря на то, что она была мельче мужчин и уже в плечах, аппетитные бёдра, обычно привлекающие к себе голодные мужские взгляды, в этот раз стали ей помехой: в некоторых местах приходилось протискиваться боком, а в одном она едва не застряла.       Наконец ход вывел в другую пещеру, поменьше первой. Девушка зажгла свечу, позаимствованную у Горана, который прихватил с собой несколько штук, собираясь делать по ночам путевые заметки, и осмотрелась: огонёк свечи высветил низкие каменные своды, нависающие над её головой. Невольно поёжившись от неприятного ощущения, которое вызывало замкнутое пространство, Абигель посмотрела вниз и с ужасом обнаружила у стены пещеры, буквально в паре метров от себя человеческие останки. От неожиданности она вскрикнула и чуть не выронила свечу. Подождав, пока утихнет бешено бьющееся сердце, она подошла поближе и принялась осматривать находку. К её удивлению тело не разложилось, а как будто высохло, тонкая, словно пергамент, кожа обтягивала череп, глубоко запавшие глаза были закрыты, но Абигель казалось, что ещё миг и глаза распахнуться и сердито уставятся на непрошенную гостью, посмевшую потревожить покой. Черты лица подсказали её, что тело принадлежало мужчине, а по остаткам истлевшей одежды она поняла, что носивший её был не местный. Неизвестно отчего он умер, возможно это просто такой же бедняга, застигнутый песчаной бурей и умерший от жажды или какая-то болезнь подкосила его.       Магический огонёк мигнул и угас, в пещере освещаемой теперь лишь дрожащим пламенем свечи стало сразу темнее, по углам заметались тени, а лицо покойного, прежде спокойное и умиротворённое, приобрело зловещее выражение. Скорее всего это была лишь игра света и тени, но по спине Абигель пробежал холодный озноб, и девушка медленно попятилась в сторону выхода: никаких вещей, которые могли бы быть интересны её спутникам она не увидела и не собиралась больше ни одной лишней секунды задерживаться в этом месте.       Да, она сама настаивала на том, чтобы её пустили в эту пещеру: но упрямство и природное любопытство часто заставляло Абигель делать вещи, о которых она потом жалела, и сколько бы Абигель не твердила себе вляпываясь в очередную историю, что это в последний раз, когда она позволила азарту увлечь себя, но снова и снова, как только впереди появлялось что-то интересное, она как гончая устремлялась туда. Не раз она думала, что если бы она так не любила музыку, то подалась бы, как Вилс в наёмники, или стала бы как Рой — моряком, только бы иметь возможность путешествовать по всему свету. «Но вот только никого убивать я не хочу, а выдержать месяцы в море, даже ради того, чтобы увидеть чужие земля я тоже вряд ли смогу — тут же возражала Абигель самой себе с усмешкой, — так что единственный вариант у меня бы был стать бродягой».       — Ну что там, Абигель? Есть что-нибудь интересное? — раздался полный нетерпения голос Торса с той стороны лаза.       — Тут останки мужчины! — пригнувшись прокричала Абигель в отверстие, — но никаких вещей возле него нет. Я возвращаюсь.       С той стороны раздался какой-то шорох и суета, как будто кто-то поспешно проталкивался поближе к отверстию. И вскоре, подтверждая догадку Абигель, взволнованный голос Горана прокричал:       — Постой, Абигель. Осмотри его внимательнее!       — Да тут только обрывки одежды! — скривившись, выкрикнула в ответ девушка, — не думаете же вы, что я буду обыскивать труп?       — А вдруг это он, Алезар Лучезарный? — чуть не плача воскликнул Горан, — ну Абигель, девочка моя, прошу тебя не ради себя, а ради истории — осмотри его ещё раз.       — Хорошо! — выкрикнула в ответ Абигель, не скрывая своего недовольства, и вновь обернулась к своему молчаливому соседу.       — Ты слышал? — спросила она у него, — если ты и правда Алезар, то должен оценить такую преданность. Этот человек ради тебя проделал долгий путь, а ему с таким-то пузом тяжело это далось. Так что… самое время открыть все свои тайны — более надежных рук, чем руки Горана ты для этого не найдёшь. — С этими словами она совсем близко поднесла свечу к самому телу и пронесла над ним, ещё раз внимательно осматривая: притрагиваться к нему она не собиралась.       — Как я и думала — ничего, — разочаровано пробормотала она и, отворачиваясь, резко повела рукой назад. Лёгкий ли ветерок от её движения был причиной или дело было в чём-то другом, но ткань которой были накрыты руки покойника поползла в сторону, распадаясь на куски. И девушка краем глаза уловила какой-то отблеск.       Моргнув, она медленно повернулась к телу. Нагнувшись пониже, Абигель увидела тонкую золотую цепочку, опутывающую свиток, который сжимали руки мертвеца. Она поспешно пристроила свечу на полу и осторожно, стараясь не тревожить останки, достала свиток. В середине цепочки она увидела круглую эмблему: то ли медальон, то ли печать. Желая получше разглядеть её, Абигель поднесла её к свече совсем близко и язычок пламени лизнул эмблему: она вспыхнула синим пламенем и осыпалась пеплом на землю, а на её месте оказался крупный бриллиант в форме капли, цвет причудливо отражался в его гранях. Абигель, охнув от неожиданности, аккуратно распутала свиток и уже собиралась его раскрыть, затаив от волнения дыхание, как земля у неё под ногами вспучилась и стала расти, принимая человекообразную форму.       — Ничего себе…, — только и смогла вымолвить Абигель, остолбенев от ужаса.       Каменная элементаль, достигнув потолка, перестала расти и, вскинув огромные кулаки, медленно двинулась на неё. Всё её тело состояло из острых граней и углов. Нависнув над девушкой, она опустила вниз голову, уставившись на неё багрово мерцающими, словно угли, провалами глаз. Придя в себя, Абигель, даже не пытаясь достать бесполезный в этой ситуации кинжал, попятилась к проходу. Элементаль, не спеша двинулась за ней, задевая стены и свод потолка. Камни с шумом посыпались вниз, не причиняя магическому созданию никакого вреда.       — Абигель! Абигель! — послышались крики из второй пещеры, что там у тебя происходит?! Что это за шум?       — Свиток… элементаль, — всё что сумела выдавить сжавшаяся в комок у самого выхода девушка: в голове билась мысль, что проскользнуть в проход она уже не успеет       На её счастье маг земли быстро сориентировался:       — Кидай нам свиток, — заорал он, — элементаль охраняет именно его.       И в последний момент, когда элементаль практически приблизилась к ней, Абигель отчаянно размахнувшись швырнула свиток в проход. Ивар, оттеснив Горана, быстро произнёс заклинание левитации, и свиток упавший совсем недалеко от входа в лаз, дрогнув, поднялся в воздух и поплыл по проходу к магу. Элементаль на мгновение замерла, а затем, недовольно пророкотав что-то, ринулась следом. Она неумолимо втискивалась в проход, разрушая его, и следом за ней камни тут же осыпались, закрывая его навсегда.       Абигель с облегчённым вздохом сползла по стенке. «Больше никогда… никогда не буду совать свой нос куда не следует! — в очередной раз поклялась она себе, — как только мы отсюда выберемся…» — и тут она резко выпрямилась, широко распахнув глаза, в которых заплескался ужас: словно удар по голове её оглушило осознание того, что она оказалась замурованной в этой пещерке вместе с трупом.       Вскрикнув, девушка кинулась к бывшему проходу и принялась разбирать его, вытаскивая камни. В этот момент пещера содрогнулась, прокатился гул, потом глухой удар и всё смолкло. «Наверно, Ивару удалось уничтожить элементаль, — пришла в её голову мысль, а за ней следующая, немного успокоившая Абигель, — он же маг земли и наверняка у него есть заклинания, позволяющие вызволить меня из этого плена. А даже если и нет, то они не бросят меня здесь. Элронд так точно ни за что не оставит».       Немного успокоенная этой мыслью, Абигель перестала разбирать завал и прислушалась: сначала с той стороны была полная тишина, затем раздался какой-то шорох, в котором Абигель с радостью опознала звук вынимаемых камней. Она улыбнулась и с новыми силами принялась за завал. Она трудилась, не обращая внимания на сломанные ногти, сорванную кожу и кровоточащие ладони. Звуки с той стороны завала были всё ближе и ближе, и Абигель уже предвкушала как отдаст Горану найденный ею амулет Алезара Лучезарного, а что это именно он, Абигель уже не сомневалась, как вдруг с той стороны послышался какой-то шум, крики, звон оружия и полный боли крик. Девушка застыла, не смея пошевелиться. Последовал глухой взрыв, сотрясший пещеру и вызвавший новую осыпь камней в проходе и отрезавший от неё все звуки с той стороны.       — О нет! — в отчаянии прошептала Абигель, уставившись на засыпанный проход — всё надо было начинать по новой. Ей хотелось опуститься на землю и зарыдать, но она, сжав зубы, вновь принялась за работу. Тревожные мысли толклись в её голове, предполагая один вариант страшнее другого. Она потеряла счёт времени и остановилась лишь окончательно, выбившись из сил. От каменной пыли пересохло в горле и ужасно хотелось пить, но вся вода осталась в большой пещере, вместе с остальными вещами. Содранные руки болели и кровоточили, нещадно ломила спина. Но, немного отдохнув, Абигель вновь заставила себя подняться и принялась за завал: свеча уже догорала и мысль, что она вот-вот останется в полной темноте, замурованная с мертвецом подгоняла её не хуже кнута.       С той стороны было тихо, и надежда на то, что с её товарищами всё в порядке с каждой минутой таяла, но вдруг она вновь услышала скрежет вынимаемых камней и, собрав все силы, ускорилась. Ещё целый час она расчищала проход, в который влезла уже полностью и, пятясь, вынимала по несколько камней. Нырнув в лаз в очередной раз, она вынула камень и, потянувшись за следующим, схватила чью-то руку. Взвизгнув от неожиданности, она разжала пальцы, но рука, сжавшись вокруг её запястья, потянула девушку на себя. Протолкнув несколько камней мимо себя, Абигель отчаянно рванулась вперёд и, вылетев как пробка из бутылки, вместе со своим спасителем рухнула на пол.