Трепет сердца

      Очередной красивый домик. Рядом с дверью никого не было, так что пришлось звонить в домофон. Набрав номер квартиры моего лучшего друга, я впервые за все эти несколько лет услышала его голос, понимая, что он находится в нескольких метрах от меня, а не по телефону из Анцио в Лос-Анджелес:       — Это ты? — довольно странный вопрос. Не думаю, что кто-то ответил бы, что это не он.       — Наверное, это тот, кого ты ждёшь, — ответила я, поднимая правый уголок рта и бровь.       — Лузер года, добро пожаловать в мои хоромы! — после этих слов раздался звук, сообщающий о том, что дверца открыта и можно пройти вовнутрь.       Я положила ладонь на ручку дверцы и с усилием потянула её на себя. Преодолев не такое уж и сложное препятствие на пути к Гаррету, я сразу же столкнулась с другим препятствием — лестница. Благо, паренёк живёт не так далеко, чтобы я поднималась долго и мучительно.       Однако, внутри всё выглядело и правда как хоромы: синего нежного оттенка стены, контрастирующие с ними белые перила лесенок, тёмные и светлые плитки на полу с разнообразными рисунками, и, конечно же, забавно постриженные в шарик растения на окнах. Представляю, сколько стоит квартира в такой неимоверной роскоши… Хотя, для Адама деньги никогда не были помехой. Угадайте, кто у него всё время занимал.       Наконец я насладилась всем этим ярким видом американского подъезда и продвинулась дальше, минуя короткое расстояние коридорчика до ступеней, а затем — и сами ступеньки. Дойдя до нужной двери с указанным в переписке номером, я с опаской постучала в неё, боясь, что парень ради шутки назвал номер соседней квартиры, или в целом другого дома. Но нет, это определённо было его жилище, потому что спустя несколько секунд по ту сторону так называемой преграды послышались женский визг и слоновий бег.       Сердце от волнения ёкнуло, ведь мы не виделись так давно. Не представляю, как он выглядит в реальной жизни, по прошествии такого большого количества времени… И вот, дверь медленно открылась.       Передо мной стоял, облокотившись о косяк, симпатичный парень, на несколько сантиметров выше моего роста, со слегка накачанным телосложением, одетым в фиолетовый блестящий халат, строя похотливую рожицу.       — Привет, детка, — сексуально поздоровался 21-летний Адам Гаррет, неторопливо пройдясь рукой от своей шеи и опускаясь дальше.       — Что… — не успела договорить я, делая максимально непонимающее всего происходящего выражение лица, как Адам закрыл мне рот, положив указательный палец на мои губы.       — Тш, молчи. Мне нравится, когда девушки выполняют мои прихоти молча.       Я лишь продолжила стоять, никак не меняя ситуацию и не продвигая её дальше, дожидаясь, пока это сделает шутник.       — А вообще, я никого не вызывал. Так что ты можешь возвращаться к своему сутенёру, малышка, — и закрыл дверь.       Ждать долго последующих действий не пришлось, ибо Гаррет вновь открыл дверь, спустя какое-то время, искренне радуясь, что было заметно по его широкой улыбке.       — Да ладно, я шучу, — снова заговорил он, держась за ручку дверцы и отходя немного влево, таким образом приглашая и давая мне возможность пройти в квартиру. — Проходи.       Я неловко улыбнулась, давая этим выражением лица понять парню, что он полный придурок, а значит он совершенно не изменился. Это хорошо, потому что мне не придётся привыкать к какому-то новому характеру, в отличие от того случая, который касается Фелисы Амати. Но забудем уже о ней и будем наслаждаться тем, что происходит сейчас.       Дверь сзади захлопнулась. Я обернулась и посмотрела на Адама. Он точно так же смотрел на меня. Секунда, и я кричу имя напротив стоящего, с распростёртыми объятиями и вприпрыжку приближаясь к пареньку, как, в свою очередь, поступил и он. Мы крепко обняли друг друга, да так, что парень поднял меня на несколько сантиметров от пола, при этом обернувшись вокруг своей оси. Мой звонкий хохот разлился по квартире, отражаясь от стен.       Гаррет наконец опустил меня на пол и схватил за плечи, широко и сумасшедше растягивая улыбку чуть ли не до ушей.       — Я так рад, что мы встретились!       — Это на тебя не похоже, — я сделала шуточно подозрительное выражение лица, еле заметно приблизившись к другу.       — Верно. Просто я решил сделать вид, будто я изменился. Но это не так, — Адам убрал ладони от меня и пожал плечами, пряча яркую улыбочку.       — Я знала! — и легко, по-дружески, коснулась кулаком пожимающейся части тела напротив стоящего. — Ладно, достаточно милостей. Покажи мне свою квартиру в подробностях.       — И правда, хватит милостей. Пришло время сказать тебе правду. Ты выглядишь как проститутка с трассы с этой дрянью на лице.       — Ты так выглядишь всю свою жизнь, так что молчал бы уж.       — Справедливо, — подросток закрыл глаза и приподнял брови, таким выражением лица подтверждая словечко, выданное им.       И наконец мы прошлись дальше, закончив здороваться, ссориться, играться, и тому подобное.       Квартира была просто великолепна! Из коридора сразу был виден зал с диваном нежно-жёлтого цвета. Пол покрыт чёрным кафелем, резким волнистым переходом переходящий в бежевый. В зале вместо кафеля покрытие было изменено на паркет, с таким же резким, но округлённым переходом. Стены белые, с некоторыми прояснениями бледно-коричневого кирпича. Двери везде одинаковые: коричневые, с матовыми маленькими стёклышками.       Проходя по этим явно не дешёвым хоромам, я и не заметила, как разинула рот от восхищения. Обратить на это внимание меня заставил рядом идущий шутник, который прикрыл уста своей ладонью. Я недовольно посмотрела на парня, прищурив глаза, но затем расслабилась и посмеялась.       В самом конце жилища, слева, находилась кухня, которая начиналась так же резко, как и зал — без дверей. Но кухня была куда темнее основной комнатки. Слева стоял кухонный белый гарнитур. Посередине расположился коричневый столик, за которым находились белые кожаные стулья с высокими спинками. Стены — белые, пол — чёрно-белый и вновь кафельный. Будет удивительно, если в ванной будет иметься ковёр.       Адам прошёл в комнату, слегка касаясь моего плеча, так как я закрыла весь проход в столовую. После этого я всё-таки решила пройти дальше, чтобы не мешаться под ногами, и присесть за столик, положив на него руки крест-накрест.       — Как бы нагло не звучал этот вопрос, — начала я, наблюдая за Гарретом, который стоял у холодильника и рассматривал содержимое, — но что у тебя есть покушать?       — Сыр, — парень достал продукт и с ухмылкой продемонстрировал его мне, покрутив рукой.       — Неужели это всё? — я приподняла правую бровь от удивления. Ну не может же он питаться одним сыром!       — Конечно. Вся моя пища на целый год, — говоря это, подросток положил сыр на стол и начал вытаскивать из холодильника разнообразные салаты в контейнерах, видимо, купленных в магазине.       Дальше последовали котлеты различных форм, и, судя по всему, различных вкусов. Затем что-то схожее с пюре и прочая еда, на которую я уже не стала обращать внимание, неприлично и без спроса приближая котлеты и некоторые контейнеры к себе. Подняв взгляд на Адама, я остановилась, увидев его удивление и еле заметное презрение, и отодвинула всё обратно.       Парень с таким же выражением лица закрыл дверцу холодильника и присел рядом со мной. Увидев кивок, я восприняла это как разрешение взять пищу и в конце концов окончательно придвинула её к себе.       Я вновь подняла взгляд на Адама и удивлённо подняла брови, таким образом задавая вопрос — действительно можно ли поесть, но для убеждения пришлось заговорить:       — Я возьму? — и указала пальцем на контейнер с предположительно калифорнийским салатом, но тут точно были креветки.       — Да ладно! Как будто ты когда-то спрашивала разрешение, — Гаррет махнул рукой и отвернулся к окну, затем снова посмотрел на меня.       — Значит, можно, — и после этих слов я принялась открывать крышку пластиковой коробочки. В нос мгновенно ударил запах содержимого. Судя по всему, в духоте салат потерял свою изначальную яркость и привлекательность, но спустя долгое время без еды, для меня это было неважно. — Можно…вилку? — неуверенно спросила я, чувствуя себя так, будто значительно наглею и в целом нахожусь в доме у незнакомого человека.       — Конечно, — ответил парень и встал изо стола, откусывая и оставляя в зажатых пальцах сочную котлетку овальной формы. Парень пошарил по ящикам, после чего бросил на стол серебряную кухонную утварь, отвлекая меня от рассмотрения еды.

***

      Набитый живот не даёт телу полной свободы действий, поэтому я просто лежу, облокотившись о рядом сидящего подростка, который в свою очередь приобнимает меня за плечо. Кромешную тьму комнаты рассеивает лишь свет телевизора. От такой контрастирующей световой обстановки непроизвольно тянет в сон…       По телику начинается что-то приближённое к моей памяти, что стало мне понятно по знакомым лицам в кадре. Спустя какой-то маленький промежуток времени до меня всё-таки дошло, что это за сериал. «Энди Мэк» — произведение, принёсшее Эшеру наибольшую популярность. В этот момент моих размышлений об этом парне именно он и появился на экране. На этот раз и подтекста на улыбку не имелось. Так называемый Джона Бэк был огорчён уходом Энди из спортивной команды по фрисби. Я настолько редко смотрела этот сериал, что даже непривычно видеть Энджела таким. Он отлично играет свою роль, если быть честной.       — А знаешь… — еле слышно начала я, думая рассказать другу о своих новых удачных знакомствах, устремив глупый взгляд в экран.       — М? — грудь парня на миг поднялась и тут же опустилась. Судя по резкому и неожиданному ответу, Адам уже видел десятый сон, но я его отвлекла от прекрасного процесса расслабления и полного слияния со своими фантазиями.       — Ты слушаешь меня? — нахмурив брови, я оттолкнулась от тела Гаррета и просто уселась рядом, плечом касаясь его плеча.       — О-ой, — громко, с утомлением протянул подросток и подтянулся до хруста в спине и, возможно, руках.       По такому поведению, или даже жесту, я поняла, что Гаррет достаточно ободрился и готов слушать мои «занимательные» истории.       — Да, я слушаю, — наконец удобно расположился лучший друг и положил руки на спинку дивана.       — Я хотела сказать, что знакома с этим парнем, — довольно просто я сообщила об этой новости, мельком указав на плазменный экран, где показался совершенно другой актёр, якобы влюблённый в Джону. — Да не с этим! — я резко повернула голову к телевизору и раздражённо махнула рукой. Когда в кадре показался Энджел, я восторженно и неожиданно для рядом сидящего дёрнула конечностью, что Адам аж содрогнулся, после чего засмеялся, трясясь от хохота. — Вот он! — выкрикнула я, ещё упорнее пытаясь коснуться пальцем экрана, из-за чего тут же съехала с мебели и упала в ноги парню. Тот усмехнулся и уже позволил себе представить себя королём, а меня его поданной, так что я по возможности быстро поднялась с колен и уселась на место. — С ним я знакома, — предельно спокойно повторила я, запустив пальцы в волосы и облокотившись этой рукой о спинку дивана.       — Эта ситуация получилась настолько тупой, что я даже почти поверил тебе, — наконец заговорил Гаррет, до этого закрыв рот на крепкий и прочный замок, наблюдая за моим каламбуром. — Ведь ты так яро пыталась впихнуть мне свои фантазии.       — Ты мне не веришь? — я медленно повернула голову в сторону хозяина квартиры, строя огорчённую гримасу и стараясь сосредоточиться на карих глазах лучшего друга, таким образом пытаясь донести до него, что я говорю абсолютную правду. И зачем я вообще пытаюсь что-то доказать, если наоборот стараюсь как можно скорее забыть об этом знакомстве?..       — Нет, — передразнил меня с огорчённостью подросток.       — Твои проблемы, — на удивление быстро отступила я, ослабив брови и поворачиваясь в сторону телевизора.       — Ладно. Давай представим, что это правда… — Гаррет коснулся моей спины пальцами лежащей на задней части дивана руки. — И на время окунёмся в твои мечты.       Эта фраза сильно ударила по моим нервам, но я решила воздержаться и вспомнить про то, что мой характер по природной натуре спокойный, а значит следует охладить агрессивный внутренний пыл и умиротворённо доказать Адаму правдивость моей новости. Раз уж начала, то стоит продолжить.       Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, после чего встала с кровати и направилась к выключателю. Над подростком загорелся синий, тёмный, толком ничего не меняющий свет. Пока я приближалась к Адаму, тот выключил телевизор и еле заметно отодвинулся, добавляя мне больше места на жёлтой мягкой мебели. Прыгнув на диван, я расположилась в комфортной позе, и принялась искать фото Эшера с ныне потерянной серьгой в Инстаграме. Не обнаружив его, я тыкнула по треугольничку в правом верхнем углу смартфона, обозначающий значок сообщений. Благо, диалог я сохранила, а значит могла с гордостью похвастаться им рядом сидящему.       Величественно подняв голову, я всучила Адаму телефон, на экране которого красовалась моя переписка с известной и молодой телевизионной личностью.       Парень быстро пробежался глазами по тексту и для убедительности просмотрел профиль собеседника. Галочка рядом с ником подтвердила подлинность аккаунта актёра. Как же мне ему доказать то, что мы виделись с Энджелом в Беверли-центре?..       — Скажу тебе больше, — в полуголосе произнесла я, заглядывая в экран через друга, дыша ему на плечо. — Я виделась с ним в реальной жизни.       — Судя по его фотографиям, он устраивал концерт на каком-то фестивале, который, кстати, прошёл недавно. Так что неудивительно, что ты с ним виделась.       — Нет, я… — поток слов прервался. Стоит ли ему говорить о краже? Всё-таки, тринадцать лет дружбы дают однозначный ответ. Рассказать.       Я отпрянула от Адама и выхватила у него свой гаджет, закрыв все приложения и заблокировав телефон. Подняв взгляд на хозяина хором, я решилась рассказать о какой серёжке идёт речь и каким образом она оказалась у Энджела.       — Знаешь, что это была за серьга? — обратилась я к подростку, пытаясь смотреть куда угодно, только не на лучшего друга. Не знаю почему, но мне крайне волнительно устанавливать с кем-либо зрительный контакт, даже с самым близким человеком.       — Его подарок тебе? — съязвил Гаррет, издеваясь над моими подозрительными удачами.       — Я своровала её, — в лоб. Не будем долго тянуть с этим.       Глаза Адама загорелись, а рот широко и восторженно открылся. Сейчас он был похож на ленивца по имени Блиц из мультфильма «Зверополис».       — Маленькая криминальщица, — коварно, но при этом с глупым выражением лица сказал Адам.       — Кто бы говорил! — я толкнула парня в плечо. — Сам небось наворовал всё здесь!       — Не надо меня клеветать, — Гаррет приподнял брови и обвёл невидимую дугу указательным пальцем.       — Если честно, вся эта ситуация далеко не смешная. И я не могу рассказать Эшеру об этих серьгах, не могу сказать, почему ему надо от них избавиться. Меня попросту могут посадить, или выписать огромный штраф, даже если я верну это чёртово золото! А знаешь, что могут сделать с Эшером, когда узнают, что он хранит краденное? Его уволят, он больше не сможет участвовать в передачах из-за своей плохой репутации!       Подросток заметил излишнюю истерику с моей стороны, чрезмерное волнение, поэтому придвинулся ближе и слегка обнял меня, еле касаясь тела.       — Да всё нормально будет, успокойся! — Адам неуверенно улыбнулся и отпрянул от меня, пристально наблюдая за моими эмоциями.       — Спасибо за поддержку, но будем реалистами, хорошо?       — Ладно уж. Кстати, а как у вас сейчас дела обстоят? Вы встречаетесь? — парень ухмыльнулся, вновь облокачиваясь о спинку дивана.       — Не-ет, — нудно протянула я, нахмурив брови. — Он мне не нравится. А ещё мне кажется, что он что-то ко мне испытывает, как бы надменно это не звучало. Просто… Энджел мог бы спокойно передать мне серьгу через какого-нибудь другого человека и в итоге забыть обо мне. Но он пришёл лично и задерживал меня, прося о совместном чаепитии и лучшем знакомстве между друг другом.       — Это не значит, что он к тебе что-то испытывает. Но вероятно, ему от тебя что-то нужно.       — Это мне от него что-то нужно, а точнее — серьги.       — Если для тебя это является такой неимоверной проблемой, давай я их заберу?       Этот вопрос заставил меня задуматься, что происходит крайне редко. Действительно, почему бы Адаму не сходить к нему на встречу и не забрать краденное золото?       — А ты прав. Ты парень, тебе будет проще. Флиртовать с тобой он точно не будет. Хотя я его плохо знаю, чтобы так уверенно говорить об этом… — я хихикнула, после чего смешок подхватил и парень. — А если быть ещё более честной, то мне нравится Уайатт.       — Ещё одна суперзвезда? — Гаррет издевательски поднял правую бровь.       Я неловко и быстро закивала, смущающе улыбаясь. Напротив сидящий тяжело вздохнул.       Взяв телефон с мягкой белой подушки, я разблокировала гаджет и принялась искать профиль Уайа в Инстаграме. Найдя нужное, я протянула смартфон другу. На экране предстал кучерявый серьёзный парень в чёрной шляпке и такого же цвета футболке.       — Это же Стэнли Урис! Тебе нравится еврей? — Адам прищурил глаза и оскалил зубы, сексуально подняв правый уголок рта.       — Да, — с каменным выражением лица согласилась я, неожиданно выхватив телефон из ладони друга. Слово «еврей» в данном контексте прозвучало как оскорбление Олеффа.       — Ты и с ним знакома, я так понимаю?       — К счастью, да. Но он, в отличие от Эша, так яро не жаждет нашей встречи. По-моему, — я с несчастным взглядом подняла голову на хозяина квартиры и на время замолчала, — я ему не нравлюсь.       — А мне больше нравится Эшер, — подросток ещё сильнее опёрся о свою руку, удивлённо поднимая брови и расслабляя веки, поджав губы.       — Вот сам с ним и встречайся! — несовместимость наших вкусов вывела меня из себя, из-за чего я резко подорвалась с дивана и помчалась в соседнюю комнату, громко хлопнув дверью. Как оказалось позже, это была спальня.       — Да я же пошутил! — Адам тяжёлым шагом последовал за мной, но, вероятно, столкнулся с деревянной твёрдой поверхностью, отделяющей его от меня.       Я резко открыла дверцу и безэмоционально посмотрела в глаза Гаррета.       — Ну ладно, — по-простому ответила я и вновь уединилась в личном пространстве.       — Так мне идти к нему или как? — послышалось по ту сторону «преграды».       От подобного вопроса я разразилась хохотом, что, думаю, услышал и лучший друг. Но спустя время я успокоилась и увалилась на мягкую постель, устремив взгляд на балкон напротив меня, ограждённый прозрачными дверями, которые были обрамлены в лакированный деревянный каркас, а над этими дверками расположились римские жалюзи-шторы. За окном красовался привлекательный дом с закрытым балконом, на котором стояло кресло, накрытое пушистым одеялом; рядом расположился кофейный столик белого цвета. Разглядеть всё это было не так уж и сложно, так как рядом со всей этой мебелью стоял светильник, излучающий слабое сияние. И вдруг фонарик погас.       Я опустила глаза на экран телефона, на котором спустя несколько секунд заиграла моя любимая песня. Неизвестный номер, но не тот, что отобразился тогда, на съёмочной площадке. Может, это София Лиллис?.. Сейчас и проверим.       — Добрый вечер, Элма, — с приподнятым настроением поздоровалась девушка.       — Приве-ет, — устало, но с таким же настроем протянула я в ответ, переворачиваясь на левый бок и, подняв руку, выключила свет над кроватью. Комната потемнела и освещалась только светом, исходящим от уличных фонарей.       — Устроилась куда-нибудь?       — Да, конечно. Я вспомнила про своего друга и напросилась к нему… — неловкий смешок.       — Вот и хорошо. Главное, что не на улице. Кстати, мы завтра собираемся идти в кафе. Не хочешь присоединиться?       — Не хочет! — донеслось до моего уха где-то вдалеке от Софи. Судя по такому агрессивному ответу за меня, я предположила, что это Финн, ибо из всей компании только он заметно испытывает ко мне ненависть или что-то в этом духе.       На какой-то короткий срок я не участвовала в разговоре, пока Лиллис и Вулфард решали проблемы между собой, в которых девушка защищала меня, говоря, что я теперь их новый друг и я не заслужила таких грубых слов в свой адрес, а парень наоборот — унижал и оскорблял, обосновывая всё тем, что итак слишком много так называемых друзей пытаются втиснуться в их маленькую компанию, тем самым нарушая уютную атмосферу между актёрами.       И вот наконец ссора прекратилась, что можно было понять по тому, как Финн громко хлопнул дверью, а София наконец осталась одна, так как никаких посторонних шумов до телефона больше не доносилось.       — Извини его, — заговорила рыженькая девчушка. Удивительно, но при каждом её слове перед глазами предстаёт чёткий образ её лица, что с моей памятью довольно странно, ведь мелкие детали запоминаются очень сложно, и прежде чем я без предоставления фото смогу нарисовать человека, мне придётся посмотреть на него раз двадцать, а то и больше.       — Ничего страшного. Я его понимаю, — при каждом разговоре с такими миловидными людьми как Софи, я пытаюсь сохранять дружелюбие и добродушие, отражая эти черты на моей улыбке: конкретно заметной или еле видимой. Сейчас же я улыбнулась кое-как, практически выдавливая из себя, так как медленно, но верно меня клонило в сон. — Я знаю, что этого парня частенько достают девушки с улицы, так что неудивительно, что он на меня так реагирует. Наверное, если бы я была мужского пола, отношение было бы чуточку иное.       — Возможно. Но всё же… — София многозначительно замолчала, возможно, таким образом напоминая мне о вопросе, заданном минутами ранее, перед этой самой ссорой милых актёров.       — Я не знаю. Мне правда жутко неловко. Я всего лишь девушка с улицы, которая из-за неинтеллигентного мужчины обронила портфель и выронила все свои вещи, в том числе и тот портрет, способствующий нашей встрече. Началось бы наше общение при отсутствии портрета Уайатта? — да, вновь сердце затрепетало от произношения его имени. И так каждый раз. Я так скоро инфаркт заработаю.       — Наверное… — Лиллис определённо не закончила предложение словом «нет». Я слишком хорошо знаю людей, чтобы самой не продумать подобную фразу далее.       — Мне в любом случае нечего делать, — без какого-либо энтузиазма и рвения на эту встречу в кафе сказала я, отрывая катышки от одеяла и выбрасывая их за предел кровати, куда-то на светлый паркетный пол. — Так что говори мне адрес. Скорее всего, я приду.       — Оу… Ладно, — София немного неуверенно назвала адрес Беверли Центра. Что ж, там мне уже удавалось побыть, а значит дорогу легко найду. Надеюсь, в этот раз меня не найдёт продавец краденного золота...       — Хорошо. Я запомню. Думаю, мне пора идти спать, впрочем, как и тебе. Ты ведь в отеле живёшь, верно?       — Да, конечно. Со всей компанией парней.       — Если кто ещё не спит, то пожелай им спокойной ночи от меня. А тебе приятных снов. Увидимся завтра, — наверное, последняя фраза была лишней, так как на сто процентов я не могу быть уверена, приду я или нет, но всё же надежду я уже подала, можно сказать даже, утвердила свой приход.       — И тебе, — Софи резко и коротко дыхнула в микрофон гаджета, что свидетельствовало о её усмешке.       Медленно убрав телефон от уха, я отключила вызов и положила телефон рядом с собой на подушку. Никогда прежде не клала его так близко, но теперь буду. По крайней мере, пока проживаю у Адама Гаррета.       Кстати, о нём. Интересно, он уже спит? Если да, то мне следует тише выходить из комнаты и чистить зубы.       С такими мыслями я поднялась с кровати и еле-еле открыла дверь, пытаясь не выдать себя скрипом. Как оказалось, зал и кухня пусты, в туалете никаких посторонних звуков нет. Значит, мой лучший друг уже в комнате. Не уверена, что он спит, но меня он точно не услышит.       Прошло несколько минут, которые я смогла потратить на ночные процедуры, питьё воды, и переодевание в более просторную и комфортную для сна одежду.       И вот я уже лежу на кровати, утопая в сбитых от перьев подушках, укрываясь белым одеяльцем. Здесь намного лучше, чем в квартире у Фелисы. Намного лучше…