Глава 14, Новые лица
14 мая 2018 г., 22:06
Глава 14, Новые лица
Усаги направлялась к своему кабинету, стараясь подавить зевоту. Она корила себя за то, что засиделась вчера с Минако и позволила себе слабость выпить вина посреди рабочей недели. Но мысль о том, что они прекрасно провели время, вызывала улыбку. Усаги заметила впереди силуэт и инстинктивно замедлила шаг. Возле двери в ее кабинет стояла незнакомая женщина с ярко-красными волосами, достигающими поясницы. Заметив Усаги, женщина широко улыбнулась. — Здравствуй, милая, — ее низкий голос звучал приятно. Усаги на секунду опешила от такой фамильярности. — Мы знакомы? — спросила она, поневоле опустив взгляд на глубокое декольте черного платья, демонстрирующее пышный бюст женщины. — Пока нет. Меня зовут Каоринайт, а ты Усаги, я сразу узнала тебя, именно так тебя и описывал Мамору, — она дружески коснулась плеча Усаги. — Думаю, мы сработаемся. — Для начала мне бы хотелось узнать все ваши навыки… — Да брось! — Каори махнула рукой и браслеты на запястье издали звон. — Во-первых: я не такая уж и старая, чтобы мне выкать. А во-вторых: я первоклассный бухгалтер, ты вообразить себе не можешь, какие махинации я прикрывала. Так что, милая, не будь глупышкой. Усаги внимательно посмотрела на ее лицо. Сквозь внушительный слой макияжа просматривались паутинки морщинок. А в темно-карих глазах сиял хитрый огонек и мудрость, накопленная годами. — Хорошо, так как других претендентов на должность нет, ты принята, — Усаги улыбнулась. — Я позову Диамонда, он введет тебя в курс дела. У нас тут кое-что случилось… — Поджог, — сказала Каоринайт. Поймав удивленный взгляд Усаги, она продолжила: — В Вайт Стоуне все всегда всё знают. Ты должна была уже привыкнуть. Так, но сейчас не об этом. Этого белобрысого засранца не зови, я сама разберусь. Мимет еще работает здесь? — Да, она должна подойти скоро. Ты всех здесь знаешь? — Милая, — Каори тепло улыбнулась. — Я была внештатным бухгалтером Эммы. Мы проворачивали одно дельце. Так что мне пришлось изрядно попотеть на лесопилке. Я знаю всех работников лучше, чем ты думаешь. Особенно этого заносчивого Диамонда. Не понимаю, почему ты до сих пор не уволила его. — Мне не за что его увольнять, он выполняет большую часть работы, всегда помогает мне… Без него я бы не справилась. Каоринайт громко вздохнула. А Усаги задумалась, насколько хорошо она знает Диамонда и может ли ему доверять. Пока что он был единственным на лесопилке, кто всё это время поддерживал ее и помогал. И Прайнс не дал ни единого повода сомневаться в нем. Поэтому Усаги быстро отмела подобные мысли в сторону. Наверняка, Каори просто по личным причинам недолюбливает Диамонда. Позади раздался стук каблуков. Мимет чуть ли не бежала по коридору к Каори и Усаги, на ходу поправляя большие тяжелые очки, которые то и дело съезжали с тонкой переносицы. — Каоринайт! — на лице секретарши появилась счастливая улыбка. — Не верю своим глазам! Ты вернулась! — Иди сюда, малышка, — Каори сжала в объятиях Мимет, словно они были матерью и дочкой. Усаги с легкой грустью наблюдала за ними, думая о том, что у нее никогда не было подобных отношений ни с кем. Почувствовав себя лишней, она тактично извинилась и направилась в свой кабинет.***
Прошло почти два часа, в течении которых Усаги ломала голову над ситуацией на лесопилке и ее решением, но постоянно отвлекалась на мысли о предстоящем походе в магазин одежды с Минако. Ей искренне хотелось, чтобы подруга преобразилась. Усаги смяла листы с записями и швырнула в урну. Сейчас она не могла придумать ничего дельного и решила все-таки сделать перерыв. Она подняла трубку телефона и набрала внутренний номер, чтобы вызвать Кунсайта на разговор. Через некоторое время в кабинет раздался стук. — Заходите, — сказала Усаги. Кунсайт прошел внутрь и сел напротив, скрестив руки на груди. Усаги быстрым взглядом оглядела работника. Его длинные волосы были собраны в неряшливый низкий хвост. Усаги отметила, что даже в простом синем рабочем комбинезоне мужчина выглядит привлекательно. И совсем неудивительно, что Минако влюбилась в Кунсайта. Всплывшие картины горьких рыданий Минако заставили Усаги сменить настрой по отношению к Кунсайту. Она непроизвольно насупила брови и начала говорить. — Как тебе не стыдно? Ты взрослый серьезный мужчина, а опустился до оскорблений. Что тебе сделала Минако? Зачем ты так грубо себя ведешь с ней? Молча выслушав Усаги, Кунсайт чуть наклонился вперед. — И что же сказала тебе Леди Неаккуратность? — с легкой ухмылкой спросил он. — Она рассказала мне, как ты оскорбил ее внешний вид. Ты не имеешь права так с ней обращаться. Высмеивать девушку только потому что она тебе не нравится, низко! — Ее так задели мои слова? — чуть тише спросил Кунсайт, опустив глаза. — Да. Минако долго плакала, — голос Усаги смягчился, когда она заметила, что Кунсайт сожалеет. — Не знаю, зачем ты это делаешь, но она не заслужила такого отношения. Все вокруг считают, что можно издеваться над ней, но никто не знает ее, как я. Минако очень добрая и хорошая. И ранимая. Она никому не желает зла. — Я знаю, какая она, — после недолгой паузы произнес Кунсайт. — Я бы не цеплялся к ней, если… — мужчина замялся и резко замолк. — Если бы что? — Неважно. Забудь. Усаги подалась вперед. — Кун, тебе она нравится? Я права? — с надеждой спросила она. — Я не собираюсь с тобой это обсуждать, — отрезал Кунсайт, резко поменявшись в лице. — Усаги, не лезь мне в душу, окей? — Но… — Никаких “но”. Минако нужен принц, который станет для нее опорой, будет терпеть ее слезы и сопли. Я на эту роль не гожусь. Да и не стал бы я с ней, — Кунсайт махнул рукой и спешно вышел из кабинета. Усаги удовлетворенно улыбнулась. Его слова ни капли не задели ее, наоборот, бурная реакция мужчины говорила о многом. Значит, Кунсайта останавливает только то, что он считает, что не подходит Минако. Но ведь тогда они могут долго ходить вокруг да около, так и не решаясь на отношения. У Усаги появилась идея, как ускорить процесс. Но сейчас ей нужно сосредоточиться на работе.***
Каоринайт и Усаги провели целый рабочий день вместе, изучали документы, разрабатывали план действий и просто общались. Женщина успела расположить к себе недоверчивую Усаги теплым почти материнским отношением к ней. Каоринайт оказалась мудрой и рассудительной, и хотела искренне помочь решить проблемы на лесопилке, но тень сомнений не давала покоя Усаги. Ведь именно Мамору порекомендовал Каоринайт, а он для нее все еще “темная лошадка” и его намерения неясны. Есть ли вероятность, что он по доброте душевной решил помочь чужому для него человеку? Усаги не знала и боялась подвоха. — Каори, — оторвав взгляд от документов, обратилась Усаги. — А что именно ты делала для Пейтс? — Ничего особенного. Обыкновенные махинации с отчетами, — спокойно сказала бухгалтер. — Ты хорошо знала Джонатана и Эмму? — Скажем так, я была в курсе многих их тайн. А что? — Каори, я просто хочу знать, почему они выбрали меня. Почему именно мне завещали лесопилку. У меня был только один вариант - Пейтс мои родители… Но… Все вокруг твердят, что у них никогда не было детей. Каоринайт бросила странный взгляд на Усаги и снова уткнулась в документы. — Не было, — тихо сказала она. — Ты что-то знаешь? — с надеждой спросила Усаги, наклонившись к Каоринайт. — Милая, скажи, если ты узнаешь, что ты их дочь, это что-то изменит? — Да. Расскажи всё, что знаешь! — потребовала Усаги. — Расскажи мне всё о Пейтс. Я имею право знать, — добавила она тише. Каоринайт, тяжело вздохнув, откинулась на спинку стула. Не сводя с Усаги взгляда, она начала говорить. — Ладно. Тридцать с лишним лет назад Вайт Стоун был не таким, как сейчас. Здесь царил хаос: безработица, пьянство и нищета. Но вскоре приехали Пейтс. Они были жесткими и беспрекословными, их ненавидели, желали от них избавиться, но всего за пару лет именно они подняли Вайт Стоун и обеспечили жителей рабочими местами. Они стали спасителями этого города. Стук в дверь заставил Каоринайт прервать рассказ. Она посмотрела на Усаги и вскинула брови. — Неподходящее место для подобных разговоров, всем срочно нужна ты, — ухмыльнулась она. — Продолжим в другой раз. — Обязательно, я должна знать всё, — проговорила Усаги, ей не терпелось узнать хоть что-то о жизни настолько таинственной для нее семьи Пейтс. Все всегда избегали разговоров о них и только Каоринайт согласилась приоткрыть завесу тайн. Усаги не могла упустить такую возможность. Стук повторился и Усаги раздраженно сказала: — Войдите! Дверь с легким скрипом открылась и в кабинет вошел шериф, остановившись посередине. Увидев его, Усаги растерялась и непроизвольно залилась легким румянцем. — Сейя! Душка! — Каоринайт встала, раскинула руки в стороны и заключила в свои объятия Сейю. Усаги не смогла сдержать усмешку. — Душка? — тихо повторила она. После недолгого колебания Сейя обнял ее в ответ, осторожно положив ладони на спину Каоринайт. Усаги с интересом наблюдала за ними. Сейя бросил растерянный взгляд на Усаги и смущенно улыбнулся. Вероятно, ему было не по себе проявлять свои эмоции на людях, ломая образ строгого шерифа. — Какой же ты вымахал! — с восхищением сказала Каоринайт, погладив Сейю по плечам. — А глаза всё такие же, как и десять лет назад. Красавец. Надеюсь, ты женился? — Нет, — тихо произнес Сейя, явно чувствуя себя неуютно. — Почему? Только не говори, что до сих пор не можешь забыть Оливию! Усаги ощутила неприятный укол ревности и отвела взгляд в сторону, уже не слушая разговор Сейи и Каоринайт. Она сама не понимала, почему ее волнует личная жизнь шерифа. Но Усаги не могла совладать с неприятным чувством, возникающим при одной только мысли, что Сейя кого-то любил. — Усаги? Голос Сейи вернул ее в реальность. — Я просто задумалась, — Усаги устало потерла переносицу. — Извини, что ты хотел? — Каори, оставишь нас наедине? — тактично попросил шериф. Когда она вышла, Сейя сел на стул и посмотрел на Усаги. Он рассказал ей о зацепке в деле о поджоге и возможной причастности Рей. — Усаги, ты знаешь с кем могла встречаться Хино? — У меня даже догадок нет… Но зачем Рей пакостить на лесопилке? Какой смысл? — Месть. Отвергнутые женщины порой способны на очень низкие поступки. — Не все такие, — недовольно пробормотала Усаги. — Ты права, — Сейя по-доброму усмехнулся. — Но по долгу службы я должен, в первую очередь, видеть в людях плохую сторону и их пороки. — Да? — Усаги вопросительно вскинула одну бровь. — А что ты видишь во мне? Сейя несколько мгновений очарованно смотрел на Усаги. Затем улыбнувшись, помотал головой. — Пусть это останется тайной, — тихо сказал он. — Просто ты не такой уж и хороший шериф, — с сарказмом произнесла Усаги. — Я тоже так думаю, — с наигранной серьезностью согласился Сейя. — И именно поэтому мне нужна твоя помощь. Ты можешь поговорить с Рей и аккуратно выяснить с кем у нее были отношения? — Ты шутишь? — Усаги удивленно посмотрела на шерифа. — Нет, я серьезно. Их роман был тайным. На лесопилке якобы никто ничего не знает, а Рей вряд ли откроется мне, а вот тебе, — уголки его губ приподнялись в хитрой улыбке, — уверен, выложит всю подноготную. — Да ты издеваешься. — Значит, по рукам? — Сейя протянул раскрытую ладонь. Усаги громко вздохнула, но руку все же пожала.***
Минако уже стояла возле небольшого магазинчика со стеклянной витриной и ждала Усаги. Она то любовалась яркими платьями на манекенах и представляла, как бы они сидели на ней, то смотрела на часы. Казалось, Усаги никогда не научиться приходить вовремя. А Минако уже не терпелось увидеть себя в новом образе. Она твердо решила изменить свою жизнь, и только Усаги сможет ей в этом помочь. Остальные никогда не видели в ней личность. Минако знала, что часто выглядит нелепо и ведет себя не всегда рассудительно, но никому не признавалась в этом. С самого детства, после смерти отца Минако, мама окружила ее губительной гиперопекой, решая все за нее и чересчур волнуясь за ее жизнь. Она редко отпускала ее куда-то одну, будучи уверенной, что ее несмышленая дочь обязательно попадет в неприятности. В какой-то степени, для мамы Минако было тяжело смириться, что дочь может ее покинуть и она пыталась всеми силами держать ее рядом с собой. Только вот Минако всегда находила проблемы лишь из-за излишнего любопытства, присущему ей с детства. Но девушка настолько привыкла быть такой, какой ее считают, что и сама поверила, что ни на что не годится. Она попросту смирилась с ролью глупой девчушки. Но теперь всё по-другому. Для Минако наступил новый этап ее жизни, который она упорно откладывала, боясь перемен. — Готова? — позади раздался бодрый голос Усаги. На лице Минако засияла улыбка. Она развернулась и решительно сказала: — Готова.
