Я нахожу себя в твоих глазах

Вот уже пару месяцев Е Сю чувствует, как спину обжигает чей-то пристальный взгляд — впивается колючими иголками в затылок, когда он сидит за компьютером; каленым железом вгрызается между лопаток, когда Е Сю курит у входа; а когда Е Сю поднимается по лестнице, жадно оглаживает поясницу, но отчего-то боится спуститься еще ниже. Наблюдатель не хочет сорваться раньше времени? Е Сю строит странные догадки, сплетает из оборванных фактов нестройные, хрупкие теории, старается высмотреть в толпе неожиданного сталкера, а не добившись результата — пытается игнорировать. Но все равно жжется, жжется, жжется — Е Сю закусывает губу и прислоняется лбом к запотевшему стеклу душевой кабинки. Фантомное ощущение преследует его даже во снах, однако в миг пробуждения он все забывает. В памяти остаются лишь горячие сильные руки на бедрах и хриплый шепот где-то у ключицы. Е Сю сглатывает неожиданно горькую и вязкую слюну и выключает воду. Огонь чужого взгляда вместе с капельками стекает по спине, огибает ягодицы и медленно-медленно срывается вниз, к ногам. Полотенце висит справа, на расстоянии вытянутой руки. Там, где Е Сю оставил его девять с половиной минут назад. И как только полотенце оказывается на бедрах, прикрывая тело хоть немного, по затылку проходится легкий порыв теплого воздуха. Требовательное, полное гнева “покажись!” застревает в глотке, когда чья-то рука настойчиво-нежно зажимает рот. — Ты такой красивый, когда злишься, — в мягком шепоте звучат знакомые нотки, и на миг Е Сю кажется, что за его спиной стоит Е Цю, подстроивший эту злую шутку. — Тебе нужно чаще проявлять эмоции, мой прекрасный холодный Бог. Но нет, это не Е Цю. В голосе брата должна звучать насмешка и презрение, а не обожествление. Вторая рука ложится на бедро, чуть сжимая, и Е Сю узнает это прикосновение. Тот, кто преследует его во снах, сейчас стоит всего в нескольких сантиметрах позади. Е Сю чувствует горячее дыхание на своей шее и не может удержать дрожь — тело само по себе откликается на знакомые ощущения — и это дрожь желания, а не страха. — Кто ты? — тихо спрашивает Е Сю, одновременно желая и не желая обернуться. — Ты не помнишь? — в голосе звучит удивление. — Ах, кажется, я слышал о чем-то таком. Человек, покидая наш мир, забывает все произошедшее, иначе может сойти с ума. — Кто ты? — чуть громче повторяет вопрос Е Сю. Его мозг переполнен разнообразными домыслами и теориями, но ни одна из мыслей не верна. — Когда-то давно ты называл меня Осенним Листом, — произнесенное вслух имя на миг срывает пелену тумана с разума Е Сю, и он видит — нет, нет, вспоминает — бескрайние просторы чужого мира. Мира, где людям не место, но куда Е Сю все-таки смог попасть. — Как? Почему?.. — Е Сю не успевает договаривать одни вопросы, как в его голове уже появляются другие. Как ты сюда попал? Почему ты здесь, а не в своем мире? Неужели никто не заметил твоих частых отлучек? Е Сю размыкает губы, чтобы спрашивать дальше, но тут замечает, насколько неестественно бледны, почти прозрачны руки Осеннего Листа. Секунда на резкий поворот — Листу проходится сделать шаг назад, чтобы не упасть, — и Е Сю наконец видит вживую того, кто так долго тревожил его сны. Кожа Листа чуть заметно светится — нет, на самом деле свет проходит сквозь него. — Ты все-таки заметил, — на лице Листа грустная, но нежная улыбка. — Да, мое время пришло. Вскоре я навсегда исчезну из твоего мира. Е Сю молчит, потрясенный такой новостью, и судорожно пытается собраться с мыслями. — Я… — Е Сю умолкает на миг, пытаясь решить, что сказать. — Мне жаль. Мне будет тебя не хватать, я не хочу, чтобы ты исчезал, как я буду жить без тебя — слов слишком много. — Ох, мой прекрасный холодный Бог… — потерянно выдыхает Лист и робко касается губ Е Сю кончиками пальцев. — Мне тоже не хочется с тобой расставаться. Поддавшись неосознанному порыву, Е Сю целует пальцы Листа и отстраняется. Он не хочет затягивать прощание. Некоторых событий нельзя избежать, как бы ни старался. Лист бросает на Е Сю последний взгляд и слабо улыбается. — Прощай, мой прекрасный холодный Бог. В последний миг губы Е Сю едва заметно вздрагивают, будто он пытался сказать что-то напоследок, но тишину нарушает лишь упавшая на пол капля воды.

***

Вечерний выпуск игровых новостей. — Прошло почти двадцать лет с тех пор, как был запущен первый сервер Славы. С тех пор произошло немало всего — хорошего и плохого, веселого и грустного, ожидаемого и неожиданного. И вот настал час последнего прощания. Прощания со Славой. Сегодня, ровно в полночь по общекитайскому времени, будет отключен последний сервер. А мне остается лишь процитировать фразу, которую профессиональные игроки говорят перед расставанием: I’ll see you on stage. Миллионы игроков по всему миру в этот миг повторяют за ведущим: — I’ll see you on stage.