3
17 марта 2018 г., 22:23
Тормунд не останавливал его. Но хотел бы. Джон Сноу превращал лицо мерзкого поганца в кусок мяса, методично работая кулаками и не жалея сил.
Тормунд смотрел.
У Джона на лице столько ненависти, злобы. Но горя больше. Поэтому Тормунд и не останавливал его. На руках у Джона недавно умер маленький Старк, его названный брат, а после на его глазах гибли его люди. Измолотить в мясо человека, виноватого в этом — в самый раз. Тормунд бы помог, если бы Джон попросил. Одичалые не пытают людей, но это не человек, а кусок дерьма.
Джон остановился.
Тормунд поднял взгляд на высокую девушку, поцелованную огнём сестру Джона. Сноу думает, будто она этого не хочет видеть. Добрый мальчишка. И глупый. Потом эта же сестра прикончит этого сумасшедшего. Более изощренным методом, нежели выбрал Джон. Обиды женщины не прощают.
Но Тормунд ей почти что благодарен: Джон все же взял себя в руки.
— У тебя доброе сердце, Джон Сноу. Добрее, чем у многих из людей, — говорит ему Тормунд, когда Джон проходит мимо.
Тот оборачивается и смотрит. Как всегда устало, вопросительно, с усмешкой. Плечи у Джона поникшие.
— Ты говоришь мне это после того, что я сделал с этим? — он дергает плечом в сторону Рамси, которого солдаты тащат куда-то.
— Да.
Джон звеняще смеётся. Тормунд вздрагивает: смех его дребезжит, как сталь. А потом подходит ближе, решительно берет за плечо, осторожно подталкивает вперёд.
— Тебе нужно отдохнуть. Бой выигран, пока ты не нужен здесь.
— Отдохнуть, — эхом отзывается Джон, а затем вдруг резко останавливается. — Мой брат. Где мой брат?
Тормунд крепче стискивает чужое плечо. Джон почти что рвётся на поле недавнего боя.
— Я послал своих за его телом. Позже вы его достойно захороните в вашем подвале, — Тормунд встряхнул Джона.
— В крипте.
— В крипте, — согласился Тормунд, уводя Джона в крепость. — Ты должен отдохнуть, Джон Сноу.