Hellgate:Texas

Кассий почти не помнил того, что было потом. Путь до заброшенного форта Эмблин-Мур, жизнь в течение нескольких дней под охраной солдат и мага, который защитил крепость своими заклятиями. Восстановление малого портала, через который Мэнли ушел, а потом вернулся в сопровождение могучего седовласого Рыцаря в доспехах Ангела-Сокрушителя. Кассий был представлен ему и преклонил колено, находясь в полном смятении. Брат Стумп внимательно выслушал его версию развития событий и перевел взгляд на Джеральда, с которым они, видимо, были давно знакомы. Тот кивнул, подтверждая слова Кассия. – Что ж, это серьезное обвинение, достаточно серьезное, но в то же время, если вы оба правы, то это может значить нечто, что сломает саму основу нового мира, – задумчиво произнес старый Ангел. – Но сдается мне, что есть что-то ещё. Зачем Верховному Сенешалю Ордена жизнь жалкого Рыцаря? Он ведь не мог помнить тебя с тех пор, как ты был ребенком. Одно звено в цепи событий отсутствует. Что ещё ты не рассказал мне, брат Колхаун? Кассий стиснул зубы с такой силой, что заболела голова. Его затрясло при мысли о том, что Джеральд узнает о цене его поступления в Орден, и о Балоре. Он бросил полный смятения взгляд на любовника, затем на Стумпа, который терпеливо ждал. – Что бы ни случилось, брату Стумпу ты можешь полностью доверять, как и мне, – Джеральд сжал его плечо, глядя в глаза, – и ты можешь не страшиться того, что он узнает о… нас. Легкая улыбка тронула его красивые губы. Кассий с удивлением заметил такую же улыбку на устах Ангела. – Мой молочный брат Фелим – возлюбленный брата Стумпа, – понизив голос, произнес Морис. Кассий с трудом заставил себя поднять голову. В конце концов, это была не его вина, что они с Балором подверглись насилию. И он говорил себе это, пока рассказывал о тяжкой цене своего поступления в Орден. И видел нахмуренные брови и сурово поджатые губы Стумпа и молнии в глазах Мориса. – Тебе не в чем винить себя, – сказал Джеральд, стиснув его плечо, – и ты зря боялся рассказать мне. Этот… выродок. Зеб, ты можешь что-то сделать? – Это будет сложно, если только у вас с собой нет останков, что вы видели в Доме Тысячи Комнат, – вздохнул Стумп, – без них доказать что-то будет почти нереально. Но с ними, и с вашими свидетельствами… Джеральд с улыбкой сунул руку за пазуху и достал платок, аккуратно развернув его. Стумп поднял брови, осторожно приняв добычу. Кассий смотрел на них во все глаза. – Оставайтесь здесь и не высовывайтесь, – сказал Стумп, заворачивая платок, – Морис, за этого мальчика головой отвечаешь мне. Он вышел. Кассий устало прислонился лбом к плечу Джеральда. Тот положил руку ему на затылок. И вдруг стало спокойно, тепло. Кассий обнял того, кто пока ещё не был для него всем миром, но обещал им стать. В объятиях Мориса ему не страшен был Ад, потому что Рай был внутри него самого, и Раем был сам Джеральд. Он поднял голову и улыбнулся, пока ещё неумело, неловко. И получил ответную улыбку, ту, что была ему дороже спасения души. Диас и Ран появились спустя несколько дней после того, как Кассий и Морис вернулись в форт Индж. Потрепанные, изможденные, но живые, они прибыли вместе с отрядом, который послал на их поиски Сэм Мэнли. Их с великой осторожностью перевели в закрытую секцию и приставили охрану. От них стали известны события, окончательно обелившие Кассия от несовершенного им убийства. Диас со спасенной девушкой направился было в форт, но на старой дороге их атаковали двое, одетые в черные доспехи без меток. Диас получил легкое ранение, но набросился на убийц с такой яростью, что застал их врасплох. На трупе одного из них он обнаружил диск с заданием от Высокого Лорда – уничтожить двух предателей, переметнувшихся на сторону демонов. Припрятав диск, Диас вскочил в седло своего жеребчика и повернул его к заброшенному старому пуэбло, куда демоны почему-то практически не совались. Там он нашел приют и спасение для него и Ран, которая была не в себе. Лишь спустя время она очнулась настолько, чтобы сообщить ему шокирующую весть – летунов, напавших на неё, призвал никто иной, как Высокий Лорд, и он же убил злосчастного тамплиера, которому она должна была передать диск. Страшась появиться в форте и попасть под удар, они оставались в пуэбло, где их отыскал отряд, посланный Мэнли. При виде этих двоих, старающихся держаться рядышком, Кассий невольно усмехнулся. Похоже, отвага, преданность и любовь Диаса не остались без ответа. Спустя несколько дней Кассий получил лиловый жетон с повесткой в Высокий Суд. Морис, остававшийся с ним по приказу Стумпа, вздохнул с видимым облегчением. – Ну, хоть сегодня все станет известно. Все лучше, чем сидеть на пороховой бочке и ждать. Кассий молча кивнул. Его вдруг окутало волной ледяного страха. Что, если это будет судилище над ним? Что, если проклятый Лорелл сумел отвести от себя подозрения? Словно прочитав его мысли, Джеральд обнял его и положил ладонь на щеку, повернув к себе. – Что бы ни случилось, как бы ни кончился этот суд, я тебя не оставлю, – спокойно произнес он. В Зале было светло, горело множество свечей. Кассий молча прошел за перегородку, где их с Морисом уже ждал Сэм Мэнли. Над многоярусной трибуной, где обычно располагались Высшие Братья и почетные Рыцари, появилось пламя. Кассий взглянул и судорожно впился пальцами в руку Мориса – высокая фигура медленно вышла словно из самой стены. Седая грива, серые безжалостные глаза, изящные очертания тела. Лорелл почти не изменился с тех пор, как Кассий и Балор «удостоились» чести увидеть его. – Заседание Высокого Суда объявляю открытым, – холодный голос заполнил, казалось, каждый уголок Зала, – Мира вам, братья, и Силы духа. – Во имя Жизни! – эхом откликнулись все до единого Рыцари, кроме Кассия и Мориса. Словно в тяжелом непробудном сне Кассий видел вышедшего на трибуну Великого Инквизитора, исполнявшего обязанности Судьи. Он не слышал слов, которые говорил Судье подошедший Ангел Стумп. Лицо Инквизитора оставалось бесстрастным. Затем он что-то ответил, сделав жест в сторону ограды, за которой сидели Кассий и Джеральд. Рука Мориса стиснула пальцы. Кассий нервно облизал губы. Джеральд потянул его к выходу, и Кассий подчинился, чувствуя, что вот-вот упадет в обморок от шока. В приделе их ждал один из отряда Мэнли, приставленный для защиты. Юноша отвел обоих мужчин в небольшую келью, где они смогли присесть. – Значит, судить будут меня, – прошептал он онемевшими от шока губами, – Морис, как думаешь, меня приговорят к Сошествию? – Нет! – голос Джеральда был тверд. – Тогда уж нас обоих. Я тебя не оставлю. Кассий слабо улыбнулся. – В Аду для нас сюрпризов не будет, – пробормотал он, склоняя голову на плечо Джеральду. Минуты растягивались в часы. Затем какой-то шум донесся из Зала, а потом дверь кельи распахнулась и на пороге возникла тонкая фигура юноши – защитника. – Идемте, братья, – мягко произнес он, – вас ждут в Зале Суда. Кассий бросил взгляд на Мориса, который был бледен не менее, чем сам он. Затем они вышли и последовали за своим провожатым. Ангел Стумп ждал их у входа в зал. Он ободряюще улыбнулся и кивнул уже не на перегородку, а на маленькую кафедру в центре зала, где обычно допрашивались свидетели. Кассий бросил взгляд на возвышение, где было место Сенешаля. Оно пустовало! – Капитан Кассий Колхаун! – усиленный эхом голос разнесся по залу. – Говорите, Совет Братьев слушает вас! – Я не… я не знаю, что говорить, – Кассий поежился, с трудом поднявшись на кафедру, – брат Стумп, я… – Расскажи нам, брат Колхаун, что ты видел двенадцатого сентября Нулевого года. Что ты видел в тот день, когда Ожог опалил Землю? Морис ободряюще улыбнулся и едва заметно кивнул. Приободрившись, Кассий заговорил. Он старался припомнить детали и говорил медленно. И когда он описал первую встречу с Лореллом, которого не тронул Безголовый Всадник, по рядам Рыцарей прошел гневный рев. Подождав, пока утихнет шум, Ангел Стумп вынул из нагрудного ковчежца, вмурованного в его боевые доспехи, платок и развернул его. – Взгляните, братья! Помимо того, что вы услышали здесь, помимо показаний, что предоставили вам Мигуэль Диас и Исидора Коварубио де лос Льянос, вот последнее и самое откровенное доказательство измены и подлости того, кто был Великим Сенешалем Ордена! По моему приказу несколько независимых магов в лабораториях сотворили обличие обладателя этих костей. Все эти изображения представляли лорда Лорелла. Так же рядом с костями был найден его браслет, в котором находилась частица великой святыни – осколыша от Копья Судьбы. Именно по этой причине за столько времени в самом Аду демоны не сумели приблизиться к этим костям. Принимаете ли вы доказательства того, что именно Сенешаль Лорелл был тем, кто открыл Врата Ада для орд его обитателей? – Принимаем! – единым вздохом откликнулся зал. Кассий покачнулся, и ему пришлось ухватиться за руку Мориса, чтобы не упасть. Он видел, как улыбается ему Стумп, и слышал тихий голос Мориса, говоривший, что все закончилось. Ему казалось, что он спит и видит сладостный сон, где он не враг и не предатель, и где ему не надо смотреть через плечо. Но это был не сон, и он понял это, когда Морис обнял его и вывел из Зала, а в крошечной келье в приделе притянул к себе и поцеловал. Они возвращались домой, окрыленные новостями, полученными от Ангела Стумпа. Его маги были уверены, что используя кровь и плоть Лорелла, они смогут остановить нашествие демонических орд и запереть Врата Ада навсегда. За свою душу и душу Мориса Кассий не боялся больше. Их личный Ад, наконец, закончился. Впереди ждала новая жизнь.