Hellgate:Texas

Прошлое билось в сознании, раздирало сердце и душу в кровавые ошметки. Они шли по дому, который казался бесконечным, и вели с собой лошадей, которых не пожелали оставить. Комната за комнатой, бесконечные анфилады, переплетения, сходящиеся в громадных молельных залах, уставленных свечами. Прошлое возвращалось нежданно, тяжело. Кассий не знал, почему вспомнил об этом именно сейчас, быть может, кровавый отпечаток длани на полу и валяющиеся рядом тонкие белые косточки пробудили его. Когда-то, когда он был ещё почти мальчишкой, едва прошедшим совершеннолетие, у него была связь с Балором, молодым и красивым парнем из форта Эстрадо, где он проходил обучение. Их, тайком встретившихся в одной из монашеских келий, обнаружил старший их группы и послал доклад вышестоящему начальству. Им обоим пришлось отдаться Верховному Сенешалю Лореллу, чтобы тот не изгнал их из Ордена и позволил продолжать обучение. Вскоре после завершения учения Балор погиб. Кассий подозревал, что неслучайно. Сейчас же он в молчании стоял, рассматривая на полустертой пентаграмме кровавый отпечаток ладони, косточки от двух пальцев и сломанный железный браслет. Он слишком хорошо помнил след словно бы от ожога на запястье. И слишком хорошо помнил красивое безжалостное лицо с серыми, как осеннее небо глазами, почему-то знакомое до дрожи. И лишенную мизинца и безымянного пальца руку с чудовищным шрамом на изящном запястье в волосах Балора. Лорелл был предельно краток и жесток, он изнасиловал обоих юношей на глазах друг у друга и предупредил, что остальное зависит лишь от их молчания, поскольку власти Сенешаля достало бы, чтобы стереть их в порошок. Кассий помнил, как поддерживал Балора, и как тот потом остервенело терся мочалкой в душе, смывая прикосновения насильника. Сам он пытался понять, почему лицо Верховного Сенешаля было ему так знакомо, но не смог. Прикосновение к плечу и голос Джеральда вырвали его из вороха тяжелых воспоминаний. – Просто кое-что знакомое, – сказал он, кивнув на обломок и отпечаток, – видел уже подобное. Но не могу поверить этому. Просто не могу. – Чему? Что ты видел? – Джеральд подошел, положив руки ему на плечи. Кассий сунул руку в карман куртки, нащупав золотой рельефный кругляш. Глупец! Забыть о заказе, который получила Ран, потерять тучу времени! Он вынул жетон с заказом и принялся рассматривать, пользуясь затишьем и тем, что находились они в защищенном от демонов месте. Джеральд присоединился к нему, всматриваясь в переливы линий. – Смотри-ка, – удивленно произнес Мустангер, – заказ от нового Высокого Лорда. Того, что пришел на место погибшего Массимо. Я слышал, что он ставленник Сенешаля Лорелла. Что там? Кассий коснулся рифленой кромки, активируя жетон. Мгновением позже уменьшенная копия Высокого Лорда возникла над золотым кругом. – Исидора Коварубио де лос Льянос, – голос мужчины был тихим, но отчетливым, – это твое задание. Исполни его, и твоя сестра будет освобождена от повинности в лупанаре, и сможет забрать своих детей. Ты должна выйти из форта любой ценой и добраться до Ущелья Тьмы. Там тебя будет ждать человек Ордена, которому ты отдашь жетон с заказом. Это все, что от тебя требуется. Сим закрепляю за тобой это задание. Мира тебе и Силы твоей душе. – Тот труп у Врат Ада, – Кассий провел ладонью по лбу, – но зачем? Что за глупость? – Глупость, либо ловушка, – Джеральд сощурился, всматриваясь в мерцающую фигурку, – но вот кому? Что такого ты сделал, Каш? Сдается мне, что все это было по твою душу. – Что-то вертится в голове, – Кассий поморщился, – не могу вспомнить. Ладно, пойдем, может, по дороге что-то всплывет. Джеральд склонился, подобрав обломок и косточки пальцев, завернул их в свой шейный платок и сунул в нагрудный кармашек куртки. Спустя долгое время в одной из небольших комнат Джеральд разрешил сделать привал. Они доели остатки галет и выпили по глотку воды из фляжки, а так же смочили водой морды лошадям. Это оказалось кстати, потому что после того, как они покинули Дом, почти сразу на них напали. Умелый мечник, Джеральд прикрывал Кассия, пока тот перезаряжал быстро опустевшие пистолеты. Они двигались, стараясь использовать лошадей как укрытие, потому что по непонятым причинам к настоящим коням твари подобраться не могли. Здесь древние легенды оказались правы. Портал сверкал, переливаясь бело-синими потоками, вихрящимися по часовой стрелке. Они едва успели пройти и провести лошадей, как над головами засвистели пули. Крапчатая Джеральда вскрикнула почти по-человечески и встала на дыбы, приняв в себя не меньше десятка пуль. Кассий успел обхватить Мустангера и покатился по обгорелой земле, стараясь укрыться за каменной грядой по левую сторону портала. Он слышал удивленные вскрики и приказ прекратить огонь, и видел бледное лицо Джеральда с глубокой царапиной на щеке. – Вы люди?! – Люди! – ответил Джеральд, не проявляя никакого желания покинуть укрытие. – Почему вы стреляли в нас? Высокая фигура отделилась от группы стрелков, опустив дуло своего тяжелого дробовика к земле. – Морис? – в голосе слышалось глубокое изумление. – Морис Джеральд? – И тебе мир, Сэм Мэнли! – ответствовал Джеральд, положив руку на плечо Кассию и удерживая рядом с собой. – Что происходит? С каких пор я стал врагом Рыцарей? – Не ты, – тот, кого звали Сэм Мэнли, стянул с головы шлем, открыв усталое лицо воина с умными темными глазами, – Кассий Колхаун. Он убил двух членов своего отряда и бежал через Завесу. Мы нашли тело брата Виганда разорванным и растерзанным, и нашли коня с разорванным горлом. По приказу Высокого Лорда Бейна нам было приказано уничтожить убийцу. – Кого он убил? – Джеральд поднялся, глядя на стрелка. – Если ты о Диасе и Ран, то свидетельствую, что Колхаун спас их. Вместе с ним я отражал нападение гарпий, давая Диасу увезти ведьму. И я видел мертвое тело тамплиера у Врат. Это и был брат Виганд? – Диас? Ран? – казалось, Мэнли поражен до глубины души. – Они живы? Их никто с тех пор не видел. Их не было в форте, когда моя группа покинула его. Мы были уверены в их гибели. На месте разрушенной церкви недалеко от реки они сделали привал. В уцелевшем каким-то чудом подсобном домишке собрался маленький совет, состоявший только из Джеральда и Мэнли. Кассий ушел в развалины церкви, притянутый смутными воспоминаниями, и желая немного успокоиться. Его знобило от ярости и отчаяния, он не мог доказать пока своей непричастности к исчезновению Диаса и Ран. И ещё его не оставляла тревога за Ран. Черт с ним, с Диасом, но эта женщина была слишком хороша, чтобы умереть. Кассий шел по останкам церкви, стараясь не ступать по раскиданным тут и там, побелевшим от времени костям. Снова нахлынули странные, словно не ему принадлежащие воспоминания. …Он вместе с дядей и Лу, и с маленьким Генри на руках сидит, слушая воскресную проповедь. Пастор Григс говорит о грехах, о всепрощении Господа, о любви и доверии. Кассий скептически хмыкает. Любовь и доверие… их не существует. Есть лишь расчет, и сила воли. Выжить, во что бы то ни стало, даже если придется пойти против себя, своих желаний. Он крепче прижимает к себе Генри и смотрит на крошку Луизу, разряженную в кружева и с прелестными золотыми локонами, обрамляющими личико. Любимица отца, его радость. Кассий надеется, что этой малышке не придется познать того, что познал он – унижения, жестокости, бессилия перед лицом сильнейшего. …Удар. Стены нет. И монстр на черном жеребце мечется, рассекая людей пополам. И он, Кассий, бежит, держа в одной руке Генри, а в другой визжащую от ужаса Лу. Дядюшка Вудли, разрезанный пополам черным мечом всадника, двумя половинками, оседает на пол. Кассий слышит истошный визг Лу и улыбается одними уголками губ. Теперь-то уж никто не будет истязать его, никто не поднимет на него руку, не высечет до потери сознания за пустяшные провинности. Он бежит, волоча за собой Лу, ещё не чувствуя ничего кроме оглушающего чувства свободы. Но во дворе их ждет ужас на черном дьявольском жеребце. И он понимает, что погибнуть придется, скорее всего, им всем… Кассий опустился на колено, коснувшись земли, пропитанной кровью первых жертв. Было что-то ещё, что он должен был вспомнить. Он чувствовал это. Он знал это где-то внутри. Как знал, что ответ лежит тут, в безумии прошлого. – Каш? – чуть охрипший голос Джеральда настиг, выдирая из прошлого. – Ты почему так далеко отошел от солдат? Тебе нельзя! – Я вспомнил… кое-что, – Кассий медленно повернул голову, – нечто очень… Джеральд опустился на колено, взяв частицу земли и коснувшись ею сердца. – Когда-то здесь была убита моя мать, – устало произнес он, – но мне удалось спасти нескольких детей. А потом один из них спас меня и моего молочного брата Фелима. – Рыжего мальчишку, – кивнул Кассий, ещё не до конца осознавая, что перед ним тот, кому они с Генри и Лу обязаны жизнью, – и его брата. – Что? – Джеральд стиснул его плечи своими железными пальцами, заставив коротко охнуть от боли. – Так это был ты! Эти глаза! Боже, за что ты отнял мой разум? Я должен был вспомнить! – Да… пусти... больно! – Прости, – Джеральд разжал пальцы и неожиданно подался вперед, обняв его, – о, Каш! Вот почему у меня все это время было такое странное ощущение! Словно мы уже встречались раньше. Я уж думал, что помешался. Он отстранился и неожиданно нахмурил брови. – Так ты помнишь того человека, живого, что проехал мимо. И Всадники не тронули его! Кассий кивнул. В памяти снова возникло резкое, красивое лицо с большими серыми глазами, под откинутым плащом на луке седла тонкая рука без двух пальцев, наспех перевязанная окровавленной тряпицей. – Это был Сенешаль Ордена, – пробормотал он, все ещё не в силах поверить в то, что вспомнил, – то-есть, потом он стал Сенешалем. Боже правый, почему? Зачем? – Пойдем, – Джеральд положил руку ему на плечо, – Сэм должен увидеть заказ для Ран своими глазами. И думаю, следует рассказать ему о том, что ты… что мы оба помним.