Возвращение

На следующее утро братья поехали в централ. Еще в поезде, Эдвард смотрел в окно и думал, что надо сходить к Мустангу и поговорить. Брату было как-то тревожно на душе. Он углубился в это чувство и его смысл, что даже не почувствовал, как старший брат его взял за руки. — Альфонс, всё будет хорошо, — с такой же милой улыбкой произнёс Эдвард. Ал же ничего не ответил, только мягко улыбнулся и поднес руки брата к своему лицу. — Они у тебя такие мягкие и нежные, братик. Эд смотрел на Ала и почему-то вспомнил, как он его потерял уже однажды, и решил навсегда, что больше такого никогда не повторит. Конечная станция. На станции было много людей и военных. Видимо, это связано с восстановлением Ишвара. Ведь, началась там гражданская борьба. Чтобы не потеряться, братья взялись за руки. Отдел почты находился не очень далеко. 20 минут и письмо отправлено. Пока братья были в централе, то решили пойти в штаб. В штабе почти ничего не изменилось. Братьев встретили люди из команды Мустанга. Немного поболтав с ребятами, Эдвард пошёл в сторону кабинета Мустанга. — Братик, ты куда?- беспокойно спросил Ал. — Проведую этого идиота. Не волнуйся, мы не уничтожим штаб ещё раз. После этой фразы, Эдвард вспомнил, что не может больше использовать алхимию, значит, Рой Мустанг может его с лёгкостью убить. Хорошее настроение и улыбка улетели прочь. Младшего брата уже успели озадачить разговорами, поэтому Эд мог спокойно идти дальше. Вот и дверь Мустанга. Элрик как обычно вышибает дверь ногой так, что она вбилась в стену, а потом захлопнулась с громким треском. Стальной равнодушно, но с частичкой азарта и радости в глазах, смотрит на своего начальника и плюхается на диван. — Эдвард Элрик, какого черта ты здесь делаешь? — строго и с небольшой радостью спросил Рой Мустанг. — И я вас рад видеть, полковник, — с привычной ухмылкой ответил Эд,— честно говоря, я пришёл проведать вас. — Во-первых, я не полковник, а уже Генерал-майор. А во-вторых, какого черта ты не в форме и не по уставу обращаешься? — Да мне всё равно. Ну как у вас тут дела? Вижу, что вы почти восстановили штаб после битвы с "Отцом" — Да, только документы никак не восстановить уже. После небольшой паузы, Мустанг продолжил. — Эдвард, почему ты решил уйти со службы? — Я обменял свои врата алхимии на тело и душу Ала, и больше не могу её использовать, — Эдвард посмотрел на свои руки, — это очень странно жить без алхимии. Я просто бесполезен, плюс, я добился своей цели - вернул тело Альфонсу, и зачем мне теперь находиться здесь? Теперь Альфонс хочет вернуть мне ногу, я волнуюсь за него, правда. Весь тот путь, который мы прошли, был опасный, но мы были вместе, и я мог его защитить. А сейчас, что я могу? Мустанг с удивлением и жалостью смотрел на Элрика. Впервые он видит его таким беспомощным и искренним. Желание обнять его, прижать к себе и защитить возгоралось всё сильнее. — Извините, полковник, что вам тут сырость развожу, — вытирая слезы со своего лица, — я пожалуй пойду. — Постой, Эдвард, — приказным тоном остановил его Рой. Полковник встал изо стола, подошёл к Эду и крепко обнял его. Стальной сначала пытался выбраться, но ему становилось легче, когда Рой его обнимал. Не удержавшись, Эдвард обнял Мустанга в ответ и тихо заплакал. — Ты не лишний, ты не бесполезный. Эдвард, я понимаю, что у тебя есть основания так говорить, но подумай о брате. Если ты сейчас опустишь руки, то неизвестно, что с ним будет. Ты должен его защищать любыми силами, ты же его старший брат. И в штабе все тебе рады, я не позволю тебе уйти. Не позволю, слышишь? — в голосе Роя слышались волнение и забота. После этих слов, у Элрика уже не было слез от тоски, а глаза горели решимостью и благодарностью. После этого, Эдвард уже не мог его называть "идиотом" и т.д Что-то возгорелось внутри него, это чувство он не мог описать.