Сосед сверху

Почему-то я не была удивлена, не обнаружив с утра Олега. Так и должно быть. Сейчас бы опять началось промывание мозгов, а мне просто нужно было отдохнуть от всего навалившегося. Первым делом я закинула все возможные номера в черный список, чтобы ко мне точно никто не лез. Удалила все приложения, с помощью которых меня бы могли достать, вышла из учетной записи Вконтакте, чтобы не было лишнего соблазна. Нужно привести в порядок квартиру, а потом и себя. К счастью, на кухне ничего убирать не пришлось. Лера действительно постаралась. Лера… Я подошла к родительской спальне и толкнула дверь. В комнате прибрано, кровать идеально застелена. Как будто и не было ничего. Будто мне это приснилось. Наверное, так даже лучше. Прикрыв за собой дверь, я пошла прибираться в единственной замусоренной комнате — зале. На какой-то час я отвлеклась от всех назойливых мыслей и просто механически делала свою работу. Когда вся квартира была вычищена, я залезла в пенную ванну горячей воды и легла. Что я чувствую? Это определенно не ревность. Даже злости нет. Будто глубоко на подсознательном уровне я понимала, что рано или поздно это должно было произойти. Вот только почему именно Лера?.. Она моя подруга, лучшая подруга. Мы знаем друг о друге такое, что даже Шерлок Холмс не взялся бы распутывать наши убийства. Впрочем, ладно Лера. Можно предположить, что ей воспользовались, как (оказывается!) мной когда-то. Но Иван!.. Зачем столько сил и времени тратить на меня, добиваться, а зачем поступить вот так вот. Ведь я почти успокоилась, почти поверила в его чувства. Думала, он изменился. Но нет. Каким был бабником — таким и остался. Обидно. Да. Вот оно. Обида — вот что я чувствую. Мои ожидания не оправдались, моя дружба, считай, развалена, со мной обращались как с глупой девочкой. Чертовы братья! Вот зачем они появились на моем жизненном пути? Что они привнесли в ее, кроме боли, раздражения, злости и обиды? «Наслаждение» … пронеслось где-то глубине моего сознания. И поспорить было сложно. Допустим тот первый раз… Я совсем не помню его. Только фрагментарно. Теперь я узнала, что это была групповушка. Неприятно, что это сделали без моего согласия, но приятно все то, что я помню. И сейчас… Этот спонтанный секс с Олегом… Мне казалось, что я иногда отключалась от удовольствия. Как у его получается… делать так хорошо? Олег. Черт возьми, что мне с ним делать? На Ивана уже насрать. Хочет прыгать по постелям — пусть прыгает. Мне такое не нужно. А Олег? У его есть девушка, с которой не все так хорошо и прозрачно. Он согласился участвовать в … новогодней ночи, чего я не ожидала. Да, я плохо знаю Олега, но меня необъяснимо тенет к нему. Это загадка, ответ на которую хочется найти немедленно. Но когда ты приближается к ответу, оказывается, что это была лишь очередная подсказка. И надо продолжать распутывать огромный клубок тайн. Зная себя, могу предположить, что обижаться на Олега я долго не смогу. Даже несмотря на то, что он сделал вместе со своим братом. Это как любимая ореховая шоколадка, в середине которой один гнилой орешек. Ты прожевываешь его, и тебе хочется скорее заесть эту горечь. Ты кусаешь снова и снова, и постепенно горечь уходит, уступая нежному шоколадному вкусу. Так и с Олегом. Со временем этот странный эпизод забудется, но забыть Олега я точно не смогу. Хотя бы потому, что он прав. Между нами что-то есть. Нас тянет, будто магнитом друг другу. И в то же время, мы можем спокойно не видеться некоторое время без эмоционального ущерба. Я бы не назвала это таким громким словом, как «любовь». Это, скорее, притяжение, которое нарастает с каждой встречей и выплескивается в особые чувства, пока неподвластные разъяснению. Ладно. Хрен с этими братьями. Нужно поговорить с Лерой и все выяснить. Мальчики мальчиками, а дружба важнее. Я вылезла из ванны и набрала номер подруги. Никто не брал трубку. Плюнув на всех, я залезла под одеяло и открыла очередной роман. Пошли они все… Первый учебный день после каникул. Школьники сонными вереницами тянуться в свои классы. Я не исключение. Какой идиот поставил первым уроком математику? Глаза не отрываются, а нас просят что-то решать. Прозвенел звонок. Место рядом пустовало. Что за хрень? Ладно, не выходить на связь неделю. Зная Леру, она запросто могла укатить к бабушке. Но сейчас то урок. Может, она опаздывает?.. Нет. Она тупо не пришла. Идя домой, я размышляла, что могло произойти. Может, она меня боится? Или ей стыдно? Это же не повод пропускать школу. К тому же я ей звонила. Специально ее номер вынесла из черного листа, чтобы она могла со мной могла связаться. Но никаких звонок не было. А сейчас еще и в школу не пришла. Нужно зайти к ней в гости. Пока кто-то выходил, я проскочила в подъезд. Поднялась на 12 этаж и прислушалась. Может, никого дома нет? Я позвонила и отступила в сторону. Мало ли она увидит меня в глазок и не захочет открывать? Но ничего не происходило. Перемнувшись с ноги на ногу, я было направилась к лифту, как услышала щелкающий замок. — Марго? Я обернулась. На пороге стоял Иван. — Проходи, — сказал парень, опускаю голову вниз. Нерешительным шагом я направилась в квартиру. — Она в своей комнате. — Что-то случилось? — Ей плохо. Температура и тошнота. — Как долго? — Я бы сказал периодически. До этого только температура то поднималась, то опускалась. Ей выписали таблетки, вроде помогало. А сейчас вот лежит, есть ничего не хочет. Открыв деревянную дверь, я оказалась в комнате. Лера лежала под двумя одеялами. Бледная, с впалыми щеками и безжизненными глазами. — Привет, — выдохнула я, присаживаясь рядом. — Привет, — одними губами произнесла девушка и повернула голову к стенке. — Врача вызывали? — Несколько раз. Говорит, простуда такая. — А родители? — Они в командировке. Бабушку решила не трогать, лишний раз не волновать. — Мне бы позвонила. Или хотя бы ответила… — Я не могу, — в глазах Леры стояли слезы. — я не специально. — Я знаю. — Ничего ты не знаешь. Я люблю его. А ты его постоянно отталкивала. Лоб покрылся холодным потом. Вот это заявление. — Но я же… — Слушай! — Лера села, — Я бы хотела извиниться за то, что произошло между мной и Иваном. Но не могу. Потому что это должно было произойти. Мы часто переписывались, иногда виделись друг с другом. Я его очень хорошо понимаю. Был случай, когда мы могли бы поцеловаться, но не стали этого делать. Понимаешь? Но потом я посмотрела, как тебе нужен Иван. А точнее, не нужен. Ты в рот Олегу смотришь, а Ивана на коротком поводке держись. Это у тебя как запасной аэродром. — Да я… — А я давала ему внимание и заботу. Ты знаешь какой он ранимый человек? После каждой вашей встречи он приходил ко мне и рассказывал, как он тянется к тебе, а ты его постоянно отталкиваешь… — Лер, я правильно поняла: ты сейчас о Иване? — А о ком еще? Ты просто его совсем не знаешь. А я знаю. Отдай его мне. — Лер, он тебя обманывает. Поверь, это абсолютно другой человек. — Он предупреждал, что ты так будешь говорить. — Ты веришь тому, кого знаешь от силы месяцев 5 или мне, подруге детства? — Я не знаю. Я запуталась. — Конечно, запуталась. Ты просто не понимаешь, какой он. — Мы проводим вместе достаточно времени, чтобы я знала его. — О, нет. Ты и половины не знаешь. Хочешь, расскажу тебе что было в новогоднюю ночь? Тут дверь в комнату открывается и появляется Иван с подносом в руках. — Вот, я тут суп приготовил. Может, хотя бы ты, Марго, заставишь ее покушать. — Ставь, — просила я через плечо. — Тебе, может, тоже налить? — Нет, спасибо. — Может чаю? — Может ты дашь нам поговорить? Парень недовольно выдохнул и закрыл за собой дверь. — Мне тебя из ложки покормить или сама справишься? — кивнула я на тарелку. — Сама. Но я немного. Живот сводит. — И давно у вас…дружба? — Где-то месяц. — Классненько… — прошептала я, глядя в окно. — Так ты отдашь его мне? — Он что, книга, чтобы тебе отдавать? А вообще, хочешь мучиться — мучайся. Мне такие отношения не нужны. Но еще раз повторяю, он не тот, за кого себя выдает. Взять хотя бы то, что он бабник. — С тех пор, как он с тобой, она налево пошел только со мной. И то. Он застал меня тогда уставшую. Я бы, может, и сопротивлялась, да только сил не было. Я сама этого хотела. А как отказаться от того, что идет к тебе прямо в руки? — Ох, Лерка… — Не охай. — Я, кстати, спросить хотела. Давно ты молочные супы ешь? — намекнула я на содержимое тарелки. — Помню, ты молоко не любила. — Да вот на днях так захотелось молока. Я сама испугалась. Я ж ненавижу, точнее, ненавидела его до чертиков. А сейчас вот. Вроде ничего. — Лера, а с циклом у тебя все в порядке? — Ты это о чем? — Задержек нет? Девушка рассмеялась. — Успокойся ты. Я просто начала пить молоко. В этом нет ничего криминального. А по поводу задержек ты сама знаешь: у меня ж проблемы по женской части, задержка для меня не новость. Вроде как должно было начаться недели две назад, но моему организму насрать, мне, значит, тоже. Не волнуйся. — Я все же куплю тебе тест. — Делай что хочешь, — улыбнулась Лера. — Так что, мир? — Мир, мир. Я завтра приду, жди. — Ага. Но я полностью уверена, что ты на тесте ничего интересного не обнаружишь. — Как знать. Ивану пока ничего не говори. — Я и не собиралась. — Ну вот и хорошо. Давай занесу тарелку и пойду домой. Нужно домашку делать. — Много задали? — Пока нет. Но уже на среду поставили проверочную. — Жесть. Лучше отлежусь до пятницы, — сказала Лера, потягивая мне пустую тарелку. — Лежи-лежи. Все, я пошла, — бросила я, закрывая за собой дверь и направляясь на кухню. Ну и где этот актер погорелого театра?