Последняя роль

Том бережно прижимал к груди свёрток с купленными книгами. Кэтрин шла рядом, изо всех сил стараясь не показывать свою жалость к ребёнку. Она решила купить Тому одежду и другие нужные вещи в Лондоне, чтобы в дороге ему было во что одеться. Не сказать, что они зашли в самые дорогие магазины, но купленная одежда и обувь были новые и качественные. Вспоминать взгляд мальчика в тот момент, когда он примерял одежду, не хочется. То неверие и робость… А с какой жадностью он ел шоколад! Кэтрин не делала замечаний, прекрасно понимая, что мальчик впервые ест сладость, и для него это как сбывшаяся мечта. Но много она не дала, сказав, что от непривычки ему может стать плохо. Том хоть и старался выглядеть так, как будто ему все равно, но разочарование чувствовалось. Поэтому, Кэтрин решила отвлечь его игрушками. От них ему плохо не станет точно. Но Том её несказанно удивил. Вместо игрушек он попросил купить книги. Очень робко и смущённо, но попросил! Кэт была так рада его просьбе, что была готова купить весь книжный магазин. Но она сдержалась и предложила мальчику самому выбрать книги, которые он хочет прочесть. Том долго ходил между стеллажами, читал названия книг и аккуратно водил пальцем по корешкам. Кэтрин в это время присматривалась к зарубежной литературе. Она искала определённые книги — «Война и Мир», которые так и не смогла осилить в прошлом. Вообще, русская классика давалась ей с трудом, хотя и пользовалась определённой популярностью в театре. Но сейчас под рукой нет телефона с интернетом, нет работы и кучи друзей, которые развлекали бы её в свободное время. Да и она уже прочитала всю домашнюю библиотеку, так что решила попробовать. Консультант принёс ей искомые книги. Они были довольно дорогие — тринадцать фунтов и сорок семь пенсов. Том вернулся с пятью книгами. Дюма, Марк Твен, Жюль Верн — отличный выбор для ребёнка его возраста. Кэтрин улыбнулась смущенному мальчику и расплатилась. — Пойдём, оставим вещи в отеле, а потом купим билеты, — Кэтрин села в арендованную на весь день машину и помогла взобраться Тому. — А сколько мы будем в пути? — Если повезёт, то часа два, а если нет, то три. Но с учётом выбранных тобой книг дорога покажется тебе даже короткой, — усмехнулась женщина. Том кивнул и поправил шляпу. Кэтрин очень надеялась, что мальчик не подумает, что она пытается купить его расположение одеждой и книгами. Ему уже семь, и он очень смышлёный, так что просто войти к нему в доверие не получится. Но женщина очень надеялась, что они хотя бы подружатся. — А там есть школа? — заинтересованно спросил Том. — Есть, начальная. Там ты будешь учиться, а после продолжишь обучение в Райдол Пенрос, в частной школе. — Но там дорого, наверное, — сконфуженно произнёс мальчик. Кэтрин нахмурилась. — Том, дорогой, деньги не должны тебя волновать, это моя забота, — Кэт положила руку на плечо ребёнка. — Я — твоя бабушка и обязана дать тебе хорошее образование, чтобы в будущем ты мог обеспечить себя, — Том посмотрел в глаза женщине и кивнул. — Но хочу, чтобы ты знал: если ты не будешь стараться, не будешь учиться, то ни о какой школе речи быть не может, — строго произнесла Кэтрин. — Твоя обязанность учиться, а моя — оплатить твоё обучение и жизненные расходы, ясно? — Да, мэм. Я буду стараться, обещаю, — широко улыбнулся Том. Кэтрин не смогла удержаться и обняла мальчика. Он впервые так искренне и уверенно улыбнулся. Том сначала замер в её объятьях, а потом мягко высвободился. Выглядел он очень смущенным. — Извини, — произнесла Кэт, — но я очень рада, что ты не отталкиваешь меня. Том кивнул.

***

На этот раз путь занял день, потому что Кэтрин решила, что им с Томом нужно прогуляться по Махинллету, где как раз проходила ярмарка. Там Кэтрин прикупила несколько вещичек для себя и сладостей для Тома. Они перекусили в пабе и переночевали в отеле. На следующий день продолжили путь. Тому это маленькое путешествие понравилось. Виды из окна были прекрасные — лето в этом году выдалось отличным, а Уэльс находится на берегу моря, так что гор тут много. Но больше всего ему понравилось, что Кэтрин читала ему вслух, и они обсуждали прочитанное. А ещё он был в восторге от вагон-ресторана. Там было много людей и вкусностей. Иногда к ним присоединялись совершенно незнакомые люди, и Кэтрин беседовала с ними, как со старыми знакомыми. Для Тома это было все в новинку, так что он молча слушал и отвечал на те редкие вопросы, которые ему задавали. Кэт мальчика не останавливала, а наоборот, пыталась его разговорить. К концу пути Том вёл себя намного раскованней с Кэтрин. Задавал больше вопросов, разрешал дотрагиваться до себя, рассказывал о своих силах, но никогда не говорил ничего о своём детстве в приюте. И Кэт эту тему тоже не затрагивала.

***

Дом Тому понравился. А особенно он был рад своей комнате. Люси помогла ему разложить купленные вещи по местам, а Сара накормила вкусным обедом. Обе девушки были проинформированы о приезде Тома, так что лишних вопросов не задавали. Поначалу мальчик стеснялся ребят, которые каждую неделю приходили к Кэтрин почитать книги и попить чаю с печеньями, которые сами и приносили. Но любовь к книгам победила, и он быстро влился в компанию. Уже через несколько дней он сам приносил по утрам яйца домой и помогал кормить кур, начал гулять по деревне с другими детьми, ловил вместе с ребятами рыбу, а во время ужина рассказывал о том, как прошёл его день. По просьбе Кэтрин, Том свою силу никому не показывал и говорил о ней только с Кэт и то тогда, когда они были дома одни. Кэт записала мальчика в школу. Вечерами она учила его писать и считать. Пусть Том и умел читать, но писать прописью и чернилами он не мог. Кэтрин сама была в каллиграфии не мастер, но почерк у неё был неплохим. В который раз она поблагодарила свою бабушку за это! Учился Том охотно, усваивал все на удивление быстро. Поэтому Кэтрин решила позаниматься с ним французским. Его она знала прекрасно — мать была француженкой, да и в школе они проходили этот язык. Книги она заказала почтой. Уже к концу лета они с Томом прошли все времена, артикли и правильное построение предложений. Том запоминал все быстро, но произношение давалось ему труднее из-за того, что некоторых звуков, привычных англичанам, во французском не было. Поэтому он сидел вечерами в гостиной и читал вслух простенькие тексты, которые писала Кэтрин, а она поправляла его, если мальчик допускал ошибку. К концу лета они поехали в Махинллет за покупками к школе. Том за пару месяцев окреп и вырос, так что одежда ему стала мала. Купив все необходимое, они гуляли по вечернему городу, обсуждая день. Кэтрин захотела мороженого, так что повела мальчика в кафе. — Что ты закажешь? — спросила Кэтрин, изучая меню. — Я возьму мороженое с джемом и рисовый пудинг. Том молчал с минуту, а потом отвёл взгляд в сторону и слегка смутившись, сказал: — Я тоже, бабушка. У Кэт перехватило дыхание. Он назвал её бабушкой! Спустя всего два с половиной месяца! Она совладала с собой секунду спустя и широко улыбнувшись, кивнула. Когда принесли заказ, Том уже не смущался. Кэт с легкой улыбкой ела свою порцию мороженого и думала, что все-таки она не совершила ошибку, когда начала поиски мальчика. Нет, это было самое правильное её действие за всю жизнь.

***

Школа Тому нравилась. Ему нравилось все, в чем он был лучшим. Вот рыбалку мальчик терпеть не мог и вовсе не потому, что ни разу не поймал рыбу, а потому, что считал глупой тратой времени. Не проще ли помочь с домашним заданием по математике Биллу в обмен на четыре фунта рыбы? Так и время сэкономить можно, и потренироваться в математике. Слушая ответ на вопрос «Почему ты делаешь домашнюю работу Билла?», Кэтрин выдохнула и покачала головой. — Я могу обменять три ведра козьего молока на десять фунтов рыбы, — устало сказала Кэт. — Так что делать чужую домашнюю работу не нужно, делай свою. — Бабушка, у меня все сделано! Я лучший в классе! — Том, у тебя куча работы! У тебя французский есть, есть книги, которые надо прочесть. Если ты хочешь поступить в среднюю школу, то должен зубрить и зубрить, не поднимая головы! Зачем тебе эта рыба? Том опустил голову и тихо произнёс: — Я проспорил… Кэтрин удивленно посмотрела на внука. — А зачем ты вообще спорил? — Я не смог отжаться сто раз, но Билл тоже не смог. Он поставил условие, что я буду делать ему математику месяц, а я — что он выловит мне семьдесят фунтов рыбы за этот же срок. Мы оба проиграли, но спор есть спор, — упрямо сказал мальчик. — Ты сама всегда говоришь, что обещания нужно сдерживать. Кэтрин откинулась на спинку кресла. — Воспитала на свою голову! — фыркнула женщина. — То есть, ты уже двадцать дней делаешь мальчику, который на год старше тебя, математику? — Том кивнул. — Но ты же ещё не проходил эти темы! — Я сам разобрал их. В школьной библиотеке есть пара книжек для учителей. Я их прочитал, там все легко. — Легко… — сконфуженно повторила она. — Знаешь, ты прав: обещания надо выполнять. Ты решай, а я пойду рыбные котлетки поем. Я уже устала удивляться. По крайней мере за три года должна была привыкнуть. Том улыбнулся и обнял бабушку. Кэтрин погладила его по голове и поцеловала в щеку. — Бабуль, ты — лучшая! — Даже не сомневаюсь в этом. — А можно я Киру домой позову? — Том Марволо Мракс! Никаких змей в моем доме! Мальчик разочаровано вздохнул и кивнул: — Но попытаться стоило… Кэтрин покачала головой. Уже два месяца Том пытается принести в дом змею. И где только нашёл? Кэтрин даже слушать не стала о ней ничего, когда увидела эту огромную, в ярд длиной тёмно-оливковую шипящую тварь — чуть сознание не потеряла. Том тогда истерику закатил! Даже шторы поджег и книги заставил полетать по комнате. Кэтрин тогда действительно испугалась его силы. Да и он сам, видимо, тоже, раз уж сразу успокоился. Было решено, что змея охотится на мышей, а скот и кур не трогает. Но в дом не заходит. Том согласился, но попытки уговорить не оставляет. Пришлось для кур отдельную зону огородить, а то, видите ли, змея их боится! Кэтрин после этого часто заставала внука за тренировками в магии. Однажды он даже умудрился поднять шкаф, но, наверное, потерял контроль, и предмет мебели так грохнул, что весь дом подпрыгнул. Тогда было введено ещё одно правило — не поднимать ничего магией, если не можешь поднять предмет руками. Том согласился. Больше шкафы и кровати не летали.

***

Начальную школу Том закончил на отлично. В это время Кэтрин задумывалась о покупке небольшого домика в каком-нибудь городе поближе к Лондону и вела активные переписки со старыми знакомыми и друзьями Мэри. За эти четыре года её уже навестили младшие братья, она сама с Томом нанесла много визитов друзьям Мэри. Война была уже на носу, и многое стало дорожать. Заработные платы снизились, все силы страна перенесла на подготовку к войне. Многие уезжали из страны, в спешке продавая дома за гроши. Именно это и ждала Кэтрин. У неё были на примете несколько коттеджей на окраине Лондона, которые продавались в три раза дешевле. Сейчас, когда даже в деревне продукты подорожали, у Кэтрин доход поднялся. Она почти ничего не покупала, за исключением муки, сахара и соли, а хозяйство за пять лет расширила, купив прилежащие к её дому территории. Теперь у неё самая настоящая ферма. Даже есть контракты на поставку молока, яиц и мяса в города. В огороде есть все, что можно посадить, погреба полны консервированных продуктов, мешков с мукой, рисом, солью, сахаром и другими крупами. Она зарабатывала прилично, чтобы полностью оплатить обучение Тома, даже не прибегая к деньгам Мэри. Но их нужно куда-то деть, пока возможно. И недвижимость — лучшее вложение. И антиквариат. Так что дом пополнялся картинами, вазами, посудой, старинной мебелью, которые за бесценок продавали на аукционах разорившиеся бизнесмены. На неделе она собиралась посетить Махинллету, чтобы купить небольшую однокомнатную квартиру за триста сорок фунтов. Учитывая, что квартира находится в одном из самых престижных районов, в будущем можно будет сдать её за тридцать фунтов в месяц. Через год окупится точно. Но те коттеджи в Лондоне стоят по три-четыре тысячи. Вполне нормальная сумма, но Кэтрин тянула с решением. Конечно, дома разбомбят, но участки были большие и очень удобно расположены. Всего в пятнадцати милях от центра города. Квартиры в центре она даже не рассматривала. Ей они не нравились. Не было в них тех удобств двадцать первого века, а стоили они дорого. Можно было бы прикупить что-нибудь и сдать в аренду, но после бомбежек нужен ремонт, а точнее придётся просто построить новый дом. Но территория все равно осталась бы в её владениях, а это в будущем, после войны, будет просто прекрасно. — Никогда не думала, что быть состоятельной так утомительно, — вымученно проговорила Кэтрин. Том оторвался от еды и закатил глаза. — Бабушка, купи и квартиру, и дом. У тебя же есть деньги. Это будет самое правильное решение, — уверенно сказал подросток и вернулся к пирогу. — Если что, ты всегда сможешь сдать их в аренду. — Не знаю, дорогой, не знаю, — покачала головой в ответ женщина. — С ними столько мороки, нужно ещё думать о твоём обучении. Это тоже деньги. — Колледж ещё не скоро, я только начальную школу закончил. Да и с учётом ситуации в стране, думаешь, об этом вообще стоит задумываться? — мальчик опустил глаза на недоеденный пирог и начал ковыряться в нем ножом. Было видно, что этот вопрос мучает его давно. Кэтрин взяла его за руку. Он сразу же сжал её пальцы. — Том, это все вряд ли долго продлится. Война быстро истощает страны. А сейчас, в наше время, особенно, — подросток заинтересованно посмотрел на Кэт. — Военная техника. Производство всех этих танков, самолётов, бомб и тому подобное — требует огромных денег и людского труда. Ни одна страна не сможет протянуть больше шести-семи лет в войне в наше время. — Но ведь тут проблема не в деньгах, не так ли? — нахмурившись, Кэтрин попросила продолжить мысль. — Я имею в виду, что за свою страну многие будут работать и бесплатно. Но нехватка еды и отдыха быстро истощает людей, поэтому они будут чаще умирать или станут недееспособны через некоторое время. А значит, и рабочих рук будет мало. Кэтрин улыбнулась внуку. — Ты абсолютно прав. Это главная проблема. Том хотел спросить что-то, но в столовую зашла Сара. — Леди Мэри, там пришел какой-то странный мужчина, говорит, что из какой-то школы. Очень просит с вами и с Томом поговорить. Кэтрин и Том переглянулись. — Я ни в какую школу ничего не писал, — поспешно сказал Том. — Я переписывалась, но никто не уведомлял меня, что придёт в гости, — Кэтрин перевела взгляд на ожидающую ответа Сару. — Сопроводи его сюда, пожалуйста. И принеси посуды на еще одного человека. Девушка кивнула и ушла. Через минуту вернулась в сопровождении мужчины. Высокий, рыжеволосый и рыжебородый, голубоглазый. Ну довольно приятный мужчина сорока с хвостиком лет. Кэтрин встала, а следом, убрав с колен салфетку, встал и Том. — Добрый день, моё имя Мэри Бошам-Реддл, — поприветствовала она незваного гостя. — Чем обязана визиту, мистер… — Альбус Дамблдор, мэм, — он протянул Кэтрин конверт. — Я профессор школы чародейства и колдовства Хогвартс, пришёл сообщить, что мистер Том Мракс принят в неё, — он выжидающе посмотрел на Кэт. Кэтрин, услышав его слова, ощутила дежавю. Она явно слышала где-то это имя и название школы. И очевидно, это было в прошлом. Оставив размышления на потом, женщина взяла в руки конверт и пригласила Альбуса к столу. Сара принесла приборы для гостя. А потом ушла. Было время кормить коз, так что Кэтрин не переживала, что она подслушает, а Люси недавно родила и уволилась. Когда гость сел и с позволения хозяйки дома налил себе чай, Кэтрин передала письмо ничего не понимающему Тому. — Оно на твоё имя, — пояснила свои действия женщина, а потом обратилась к спокойно жующему пирог Альбусу: — Не могли бы вы поподробнее описать цель своего визита? Гость кивнул. Прожевав кусок и отпив чаю, мужчина начал рассказ: — Том — волшебник. Наверное, вы замечали некоторые странности, которые происходили с ним? — заинтересованно спросил мистер Дамблдор. — Ну шкафы и книги пару раз летали, — кивнула Кэтрин, уже понимая что к чему. — Да, оно самое! Так вот, таких как Том — много по всему миру. Мы — волшебники, — Альбус улыбнулся Тому, который с интересом слушал мужчину. — В семнадцатом веке обстоятельства вынудили магов спрятаться от мира магглов — то есть не волшебников. Таким образом появился мир магов и мир людей. У магов есть свой правительственный орган, своя школа и многое другое. Школа была основана много веков назад, поступают туда с одиннадцати лет все волшебники. — А каким образом этих волшебников находят? — поинтересовался Том. — Точно сказать не могу, — покачал головой мужчина. — Их имена и адрес проживания появляются в особой книге Хогвартса. Тем, чьи родители волшебники и у кого есть опекун, знакомый с волшебным миром, — письма отправляются совой, а к магглорожденным приходят профессора школы и объясняют что к чему. — И что же в этой школе преподают? — Волшебные дисциплины, магловских наук нет. Например, Зелья, История магии, Трансфигурация… — Трансфигурация? — это слово тоже было знакомо Кэтрин. В голове всплывали мысли про спичку и иголку, крысу и бокал, но ухватиться за мысль она никак не могла. Но это было определённо что-то знакомое. Как будто книга, прочитанная давно, или просмотренный фильм: что-то помнишь, но в основном все забыл. Фильм! Точно! Что-то про Гери или Гарри… — Что-то не так? — спросил Дамблдор, удивлённый такой реакцией. — Я определённо слышала это слово где-то раньше, — включив режим актрисы, сказала Кэтрин. Она все лучше и лучше вспоминала тот фильм, который в две тысячи первом посмотрела вместе с коллегой из театра. Гарри Поттер и какой-то камень. — И там было что-то про движущиеся лестницы, — вспомнив одну из самых потрясающих вещей в фильме, сказала она неуверенно и задумчиво. Альбус улыбнулся и кивнул: — Вы, очевидно, стали свидетельницей разговора двух волшебников. В замке действительно есть движущиеся лестницы. Кэтрин постепенно вспоминала сюжет фильма и пояснения коллеги, который прочитал несколько книг из серии. И картина в целом ей не нравилась. Какая-то война, тёмный лорд… Тёмный Лорд! Кэтрин перевела шокированный взгляд на беседующего с Альбусом внука. Том Марволо Реддл. Перед глазами стояла картина, как коллега написал это имя на листке бумаги, а потом внизу, используя все буквы из первоначального имени её внука, аккуратным почерком вывел «Лорд Воладемморт», рассказывая биографию этого персонажа. Очень многое она не помнила, но то, что он развязал Гражданскую войну в магической Великобритании — помнила отлично. Кэтрин сделала глоток остывшего чая и положила руки на колени, скрывая нервную дрожь. Ей нужно было быстрее спровадить из дома незваного гостя и поговорить с Томом. В эту школу она его не пустит даже под прицелом револьвера. — И сколько стоит обучение? — Обучение бесплатное, но все к школе вы должны купить сами, в письме список предоставлен. Но учтите, что там то, что обязательно иметь, так что тёплую одежду и обувь тоже возьмите, а также средства личной гигиены. — А есть ли другие школы? — почувствовав, что руки перестали трястись, Кэтрин взяла в руки чашку чая. — В Великобритании — нет, но в других странах есть. Самое ближайшее к нам — Шармбатон, находится на юге Франции, — Дамблдор выжидающе на неё посмотрел. — И есть ли отличия в программе? Том заинтересованно посмотрел на Альбуса. — Есть, но незначительные, — кивнул мужчина. — Там несколько программ — основная, которая почти идентична хогвартсовской семикурсовой, и укорочённая, по которой, в основном, учатся магглорожденные, которым магическое образование не нужно, а нужно уметь контролировать свою силу. На этот раз заинтересовалась Кэтрин. Это было весьма кстати. — Можно поподробнее? Том молча смотрел на Кэтрин, явно не одобряя её интерес. — Обучение длится четыре года, даются укорочённые курсы Трансфигурации и Заклинаний, но курс Зелий полный, истории магии нет, но есть начальный уровень Тёмных искусств и несколько факультативов, которые можно посещать бесплатно, — Альбус положил себе ещё один кусок пирога и подлил чаю, бросив туда четыре ложки сахара. — Очень вкусный пирог! — Да, Сара замечательно готовит, — улыбнулась Кэт. — А там обучение тоже бесплатное? — Да, и туда довольно часто приезжают известные маги и проводят лекции. Все-таки Франция — материк, и именно поэтому там несколько программ. Туда поступают не только французы, но и дети из других стран, и среди них магглорожденных намного больше. Примерно в десять раз, поэтому и решили ввести вторую программу. Хогвартсу же это не выгодно, — покачал головой мужчина. — Соотношение магглорожденных и ребят, знакомых с магическим миром примерно один к семи, так что сами понимаете — тратить деньги на найм преподавателей и писать учебники для пяти-семи человек на курс бессмысленно. Кэтрин кивнула, отлично понимая это. Она перевела взгляд на молчаливо слушающего разговор внука. — Что ты думаешь? — Я хочу в эту школу, — с вызовом сказал мальчик. — Я и не собираюсь препятствовать этому, но подумай хорошо. Здесь, в этом мире, я могу помочь тебе с трудоустройством, подсказать что-то, познакомить с интересными людьми. А там, в мире магов, ты будешь совершенно один, — Кэтрин внимательно посмотрела на внука. — Готов ли ты к этому? Там никто за тебя не заступится, никто в дальнейшем не устроит тебя на работу. Кем ты будешь, потеряв семь лет, но с дипломом этой школы? — Другие же как-то живут с дипломом этой школы, — обиженно сказал Том. — А я чем хуже? — Ты из мира обычных людей, дорогой, а они в своём мире. Ну закончишь ты полный курс, а кем потом пойдёшь работать? Том ничего не ответил. Через минуту молчания заговорил Альбус. — После школ можно продолжить образование, но это уже платно. Став мастером в любой дисциплине — можно неплохо зарабатывать, но обучение очень долгое и работать в это время нельзя. На Острове мастеров довольно мало, так что, если стать артефактором или мастером Зелий, то заработок будет очень хороший, — говорил Мистер Дамблдор, а Кэтрин молила всех богов, чтобы он заткнулся. — Кроме этого, можно пойти на доктора. Очень почётная профессия, которая и оплачивается неплохо. Можно пойти в школу авроров — аналог полиции — но там опасно, так что не советую. Но все упирается в деньги. Во время обучения подрабатывать нереально — нагрузка очень большая. По лицу Тома было понятно, что он уже все решил. Да и не удивительно. Мальчик обожал свои способности и считал себя особенным. А тут целый другой мир. Волшебный мир! Кэтрин поняла, что проиграла. Но в Хогвартс внука не отпустит. Ни за что. — Хорошо, Том. Какую школу ты выбираешь? — Кэтрин решила проверить внука. Что он выберет? — Мне бы хотелось сравнить эти школы, прежде чем выбрать, — улыбнулся мальчик. — Нет, выбирай сейчас. Либо ты выбираешь, либо это делаю я, — спокойно сказала Кэтрин, хотя одобрила ход мыслей мальчика. Том нахмурился. Дамблдор тоже заинтересовался. Молчание длилось минут пять. За это время Альбус съел ещё один кусок пирога. Кэтрин даже захотела ему рецепт написать, уж с очень большим аппетитом он ел этот пирог с малиной. — Шармбатон, — произнёс, наконец, Том. Дамблдор улыбнулся, но кивнул. — Я пусть и люблю Хогвартс, но ваш выбор одобряю, молодой человек. Я свяжусь с коллегой из школы и попрошу зачислить вас. К вам придёт представитель школы и все объяснит, а так же поможет купить все для школы, — положив себе последний кусок пирога, Альбус посмотрел на удивленную такой помощью хозяйку дома. — А можно мне рецепт? Уж очень вкусно! Кэтрин кивнула машинально, а когда до неё дошёл смысл — глупо хихикнула. — Учитывая, как вы нам помогли, я поделюсь не только рецептом этого пирога, но и моего любимого бисквитного торта. Поверьте, он намного вкуснее! — Ну тогда поторопитесь, пожалуйста, — улыбнулся Альбус, — я очень хочу его попробовать. Кэтрин отправила Тома за писчими принадлежностями. Оставшись с гостем наедине, она задала мучающий её вопрос: — Как я поняла, магглорожденные в Великобритании имеют несколько ущемлённые права? — Вы верно подметили, в Великобритании чистота крови имеет значение, но талант намного важнее, — уверенно сказал Дамблдор. — И деньги, разумеется, тоже. Судя по тому, что я услышал, вы не сомневайтесь, что Том справится с обучением, не так ли? — Он очень умён, — кивнула Кэтрин. — Можно подробнее о чистоте крови? — Ну тут просто: ребёнок двух волшебников — чистокровный. Есть много старинных семей, которые специально сохраняют чистоту крови. Но они ничем не отличаются от других магов, разве что у некоторых этих семей есть хорошие библиотеки и обширные связи. Далее идут полукровки — дети волшебника и человека или волшебного существа. И маглорожденные — дети, рождённые двумя обычными людьми. — Спасибо за информацию. Вы очень нам помогли, мистер Дамблдор. — Пустяки, мэм. Мне не сложно связаться с другом. А насчёт чистоты крови — не переживайте, на континенте на это не сильно обращают внимание в отличие от англичан. Том принёс бумагу и карандаш. Кэтрин быстро написала рецепты. Дамблдор поблагодарил за угощения и исчез, едва ступил за порог. А Кэтрин решила, что ей пора поговорить с внуком. Он уже достаточно взрослый, чтобы узнать историю своего рождения.