Твой дом - Бруклин

Не то чтобы Ванда была против, но переезжать в середине учебного года в другой город — было не лучшей затеей Стива. Он ссылался на то, что нужно сменить привычный образ жизни, чтобы лучше понять себя, увидеть разные места и встретить новых людей. Страна огромна, а мир еще больше. И познавать его нужно уже сейчас. Конечно, Стив хотел для своей дочки только лучшего, как и любой родитель для своего чада. Окей, как любой любящий родитель. Они переехали в Бруклин две недели назад. Стив здесь родился и вырос, поэтому слова: «Нужно побывать в разных местах» относились только к Ванде. Он хотел, чтобы она увидела, где проходило его детство, а также самый уютный район Нью-Йорка, по его мнению. Тем более, как говорится, каждый родитель должен показать детям свой настоящий дом. А это понятие включает в себя место, где человек провел большое количество времени, и которое стало значимым для него по каким-либо причинам. Ванда не знала, можно ли назвать Вашингтон ее настоящим домом. Все-таки, она там выросла и жила пятнадцать лет, и если судить по логике Стива, то да — это был дом. Но такой привязанности, какую он испытывает к Бруклину, она никогда не чувствовала. Поэтому ей было легко помахать ручкой, развернуться и уехать. «Ужасное место, если ты не хочешь связать свою жизнь с политикой или экономикой. Почему ты туда решил переехать?» — спрашивала Ванда, на что Стив пожимал плечами, а она качала головой. То, что Стив хочет переехать, Ванда знала давно. И она сама этого хотела, правда, но она думала, что это будет соседний район или какой-нибудь маленький городок рядом, но никак не Бруклин. Вы даже не представляете, сколько им пришлось проехать на машине от Вашингтона до Бруклина. Это была самая длинная поездка за всю ее жизнь. Когда они только приехали, Ванда даже не стала рассматривать квартиру, а сразу грохнулась на кровать, зайдя в первую попавшуюся комнату. Стив закатил глаза и спросил: — Ты проспала в мотеле девять часов, тебе этого было недостаточно? Может, хотя бы комнаты посмотришь? — Творческие натуры всегда любят поспать! А рассмотреть я все успею — мне здесь ещё жить. Стив кивнул и ушел. Ванду разбудил звук вибрирующего телефона в ее темных джинсах. Прочитав сообщение, она вышла из комнаты, оказавшись на кухне. Там около плиты стоял отец и что-то внимательно читал на упаковке из-под печенья. Заметив ее, он улыбнулся. — Как спалось? — спросил он, доставая тарелки из черной керамики. — Уже лучше, но кровать слишком жесткая. Как ты на ней будешь спать? Надеюсь, мой матрас помягче? — Тебе я заказал самый мягкий из всех, которые существуют. Она усмехнулась и, пока Стив готовил, быстро осмотрелась. Кухня была соединена со столовой. Если смотреть из прихожей, то в середине комнаты было просторно, справа был большой диван и два кресла пастельного цвета, развёрнутые к плазме и длинному чайному столику. Ближе к кухне стоял стеклянный стол, выбранный Вандой, и четыре стула с мягкой обивкой. Комната Стива, та, где она поспала, находилась слева от прихожей около кухни. Конечно же, сейчас здесь было очень много коробок и мешков, которые нужно разобрать, но вместе они справятся. — Покажешь дом? — С радостью, — произнес Стив, отвлекаясь от готовки завтрака. Ванная была также на первом этаже. На полу была темно-коричневая плитка, а на стенах на несколько тонов светлее. И у них была ванна! Не какая-нибудь душевая кабинка, а целая ванна, на что Ванда не смогла сдержать улыбки. Собственная комната девушки находилась на втором этаже, куда вела красивая лестница из черного металла. В комнате были кровать, шкаф, туалетный столик и все необходимое. А еще море коробок. Из первого чемодана она вытащила несколько вещей и направилась в ванную отмывать себя после поездки. В общем, первые два дня они со Стивом разбирали вещи под песни One Direction и Fifth Harmony. И это оказалось утомительнее, чем вся поездка. Теперь все лежало на своих местах, а грязная одежда впервые отправилась на стирку в новом доме. Оставалось только привыкнуть к новому жилищу. — Тебе точно здесь нравится? — спросил как-то Стив за ужином. Они включили для фона какой-то новостной канал и принялись есть овощное рагу. — Пока меня все устраивает, пап. Милая квартирка, которую мы обустроили вместе, и спокойный район для жилья. Все замечательно. Я думала, что все будет намного хуже. Ну, знаешь, тараканы, крысы или рабочие не до конца все установили. — Я рад, но ты же знаешь, что я не об этом. — Пап, мы говорили на эту тему много раз. Ты знаешь меня, и я рада, что мы уехали из Вашингтона вдвоем. Давай больше не будем поднимать эту тему? — Стив кивнул, а Ванда облегченно вздохнула. Когда Стив невзначай предложил для переезда Бруклин, то подумал, что Ванда сразу же откажется. Он не хотел, чтобы она бросала свой привычный образ жизни: друзей, школу, и что там важно ещё у подростков? Но та с большой охотой согласилась. К сожалению или к радости, характером девушка пошла в отца. Спокойная, но одинокая. После школы она сразу шла домой, делала уроки, смотрела сериалы, слушала музыку и рисовала. Друзей в Вашингтоне она так и не нашла. В школе ей не с кем было общаться, и не было тех, кто разделял бы ее взгляды на жизнь. А когда знаешь кого-то с детства, то подружиться достаточно сложно. После обоснования в квартире, Стив показал ей Бруклинский мост и другие достопримечательности. Все это Ванда зарисовывала в альбоме, а уже дома закончила свои работы. В один такой день, когда Ванда что-то дорисовывала, к ней подошел Стив. — Мы здесь уже две недели — четырнадцать дней, — сказал он, рассматривая плакаты дочери на стене. — Рада, что с математикой у тебя всё хорошо, — усмехнулась девушка. — Ванда, ты же понимаешь, что сейчас весна и ты подросток. — Не волнуйся, я еще не встречала здесь мальчиков, чтобы влюбиться, — уже не скрывая свою улыбку, произнесла девушка, пытаясь отойти от темы. — А в другую школу тебя приняли уже давно, поэтому завтра ты пойдешь на занятия. Из рук Ванды выпал простой карандаш и она распахнула глаза, резко вставая с кровати. — Что ты сказал? — Завтра я отвезу тебя в школу. Поэтому готовь свои школьные принадлежности. — Господи, папа, как ты мог! Нельзя же было так сразу! — Слушай, я понимаю, что тебе тяжело общаться с людьми, но тебе нужно адаптироваться здесь. Завести знакомых… — Ты не понимаешь! — перебила его Ванда, расхаживая по комнате. — Нельзя было предупредить за неделю или хотя бы за несколько дней? — Я долго об этом думал и знал твою реакцию, а тут мне директор позвонила, спрашивая, заселились ли мы и когда нас ожидать. — И ты, естественно, сказал, что мы придем уже завтра, — девушка уже успокоилась и присела на край кровати. Рядом сел Стив и обхватил ее за плечи. — Может, все будет не так плохо? Слышал, там есть художественный кружок. — Конечно же, есть, поэтому мы и выбрали эту школу, — уткнулась Ванда в грудь Стива и закрыла глаза. — Не знаю, справлюсь ли я. — Конечно, справишься, — девушка на него грозно посмотрела. — Ладно, попытаешься справиться. Главное помни, что необязательно находить друзей в школе, есть много разных мест. Библиотеки, парки, музеи… — Я поняла, па. А теперь мне нужно подготовить вещи к завтрашнему дню. Стив кивнул и вышел из комнаты. «Боже, лишь бы все прошло хорошо!» — прошептала девушка и упала на кровать.

***

И вот Ванда сидит в кабинете директора, нервно перебирая книги, выданные ей минутами ранее. Стив внимательно слушает речь женщины, которой было примерно лет сорок пять. У нее была темная кожа чуть светлее, чем странного вида прическа, подчеркивающая, однако, ее строгое лицо. Необыкновенная укладка сразу бросилась Ванде в глаза. Она бы хотела разглядеть ее получше, но ей было и так неловко. От раздумий подростка отвлекла директор, которая встала и пожала руку Стивену. Он что-то сказал, а та кивнула. Ванда бросила умоляющий взгляд на Стива, мол: «Пап, еще не поздно сбежать. Забери меня, пожалуйста». Но тот лишь протянул ей руку, помогая встать. — Тогда позвонишь, как освободишься? — Конечно, — кивнула она и попрощалась с отцом. Директор сказала, что у Ванды сейчас история и что-то про учителя. Но девушка ее не слушала, наблюдая, как из школы уходит ее отец. Проводив Ванду до кабинета, директор негромко постучала в дверь и вошла, приглашая ее за собой. Та сжала руки в кулаки, чтобы унять дрожь, и прошла в класс. Ее представили перед классом. Она готова была разрыдаться от счастья, когда ее не попросили рассказать что-нибудь о себе. Она села за свободную парту и достала нужные вещи. Спустя несколько минут, Ванда решилась поднять свой взгляд, рассматривая учеников. Некоторые сидели в телефонах, другие что-то записывали, и лишь немногие, но и этого было достаточно, украдкой поглядывали на нее, от чего девушка съёжилась. День прошел не так уж и плохо. Кабинеты находились легко, ученики не подходили к ней, а лишь рассматривали и перешептывались. А каждый учитель считал своим долгом поприветствовать новую ученицу. Ванда на это мило улыбалась и кивала головой. На уроках она пару раз написала Стиву, что ненавидит его, на что он посылал ей смайлики с сообщениями, что юной леди нужно учиться в это время, а не зависать в телефоне. И вроде бы все шло более-менее хорошо, пока не настало время ланча. В столовой было шумно, и ее, к счастью, никто не замечал. Взяв поднос, она пристроилась за каким-то парнем. Она уже хотела взять тарелку салата, как рядом раздался голос: — Не советую его брать. Однажды этот салат взял Луи, и больше его никто никогда не видел. Рядом стояла девушка с рыжими волосами до плеч. Она внимательно рассматривала Ванду и протянула руку: — Наташа Барнс, но можешь звать меня просто Нат. — Ванда Максимофф, но мое имя не сокращается, — девушка пожала руку новой знакомой и продвинулась с подносом немного дальше. — Оу, для тебя, наверное, это было странным, но я всегда пожимаю руку друзьям. Можешь радоваться, ты теперь в их числе. Ванда смущенно кивнула и, беря пример с Натальи, взяла клубничный йогурт. Она собиралась пойти дальше за парнем, но женская рука ухватила ее за талию, ведя в другом направлении. Пробираясь через толпу, они вышли на школьную террасу. Барнс швырнула поднос в сторону, на что девушка округлила глаза, но не решилась повторить. Они дошли до стола и сели друг напротив друга. — Ты понравилась мне еще на истории, — сказала Наташа, открывая баночку с йогуртом. — Спасибо, ты тоже ничего, — пробормотала Ванда, на что рыжая громко рассмеялась. — Боже, я не в том смысле, — продолжала хихикать Барнс, а Ванда легонько ударила себя по лбу. — Да ладно тебе, с кем не бывает, я бы была удивлена, если бы я тебе не понравилась. В любом случае, ты хорошая, по тебе это сразу видно. Предлагаю держаться рядом со мной, чтобы не превратиться в одиночку или отшельника. И вообще, тут легко "потеряться". Ванда кивнула, слушая новую знакомую. Та увлекательно рассказывала про школу и про город, не забывая спрашивать саму Ванду о ее жизни. Первым, что заметила Максимофф, была речь девушки, и та это сразу объяснила. Ее мать русская, и несколько лет она прожила с семьей в России. Заметив удивление Ванды, она пояснила: — Не бойся, я не русская шпионка. Что за клише сразу всплывает у всех в голове после того, как узнают это? — Оу, нет, прости, если обидела тебя этим. Просто, я впервые встречаю русских. — Только на половину, отец из Бруклина. Познакомился с матерью, когда его послали в командировку в Россию. Он оказался единственным смельчаком, кто согласился туда поехать. И у него единственного был не сильный акцент, но как говорила мне мама, папа все равно был ужасен. — Веселая у тебя семейка. — Ну, если подразумевать под семейкой только отца, который постоянно ходит, как в тумане, то я бы так не сказала. — Прости, я не знала. Для тебя, наверное, это больная тема. — Пфф, что здесь больного? Она умерла, когда мне было одиннадцать. Да, я поплакала, но жизнь же на этом не заканчивается? Все когда-нибудь будут на том свете, и что с того? Нужно продолжать жить, но не все это понимают. Наталья пожала плечами, доедая ланч. Ванда кивнула, не решаясь спросить. — Ну, говори, я же вижу, ты хочешь что-то сказать. — Под словами, что не все могут жить дальше, ты подразумевала своего отца? — Ага. Не подумай, что он чудик. Просто ему до сих пор плохо. Поэтому я хочу найти ему вторую половинку, — Наташа подняла руки вверх. — Правда достойного человека еще не нашла. Но это дело времени. Ванда кивнула и посмотрела на часы. Скоро начинался урок, но рыжая, видимо, никуда не торопилась. У Ванды с Наташей был еще один совместный урок сегодня, а на других переменах рыжая находила девушку около шкафчиков и постоянно что-то рассказывала. Ученики внимательно на них смотрели, и Ванда поняла, что Наташа здесь была, так скажем, главной звездой. Закончился последний урок, и Ванда стояла около школьной парковки, названивая Стиву. К ней подошла Наталия и села на скамейку. — Пап, я не взяла денег, — нервно произнесла Ванда, рассматривая ботинки. Стив устраивался на работу, пока девушка была в школе, и попал в пробку. В Бруклине. Да, удивительно, где он ее нашел. — Не волнуйся, я подожду. Наталья, все это время сидевшая рядом, резко подскочила и начала жестами спрашивать, что случилось. Она потянулась к телефону и вскоре выхватила его из рук подруги. — Мистер Стивен, я новая подруга Ванды. Я с удовольствием довезу ее до дома. Нет, мне не будет тяжело. У моего отца полно времени, скажите только адрес. Ванда удивленно смотрела на нее, и та протянула ей телефон обратно с гордым видом. — Все-таки хорошо, что ты познакомилась со мной. Пошли, мой папа, наверное, уже заждался, и не смей отнекиваться. Я уже договорилась с твоим отцом, он был так рад, что у тебя появилась подружка. Они дошли до черной машины, где уже стоял мужчина. Он был в черной кепке, белой футболке и темных джинсах. Наталья сразу же побежала обнимать его, а Ванда остановилась на месте. Что-то сказав, Наталья помахала рукой девушке, призывая подойти к ним. — Папа, это Ванда Максимофф. Она новенькая и ее отец стоит сейчас в пробке, поэтому я, как самая порядочная и хорошая подруга, предложила им свою помощь, — мужчина засмеялся, а рыжая довольно улыбнулась.  — Джеймс Барнс — отец этой засранки. Надеюсь, она тебя не сильно доставала? — Ванда покачала головой. — Отлично, тогда садись в машину. Что любишь слушать? Надеюсь, твой вкус не сильно далек от нашего. Ванда и Наталия залезли на заднее сиденье и поехали до места назначения. Джеймс рассказывал, что сегодня был легкий день, и он уже полностью свободен; спрашивал про учебу дочери, одновременно интересуясь жизнью Ванды. В другой ситуации подростку бы уже надоело рассказывать о себе сначала в школе, потом знакомой, а теперь и ее отцу. Но она не чувствовала дискомфорта или усталости. Напротив, ощущая от своих рассказов прилив сил. Они подъехали к квартире и вышли из машины. Наталия внимательно осмотрела подъезд, говоря, что им надо как-нибудь устроить девичник. Джеймс оперся о дверцу и, последовав примеру дочери, тоже оглядел здание. — Может, войдете в дом? Папа купил вкусные пирожные и несколько видов чая. Наташа посмотрела на отца таким взглядом, будто умоляла, но тот покачал головой, сказав, что им неудобно и они отведают чайку в следующий раз, на что рыжая тяжело вздохнула и обняла Ванду. Тут Максимофф увидела паркующуюся желтую машину отца и широко улыбнулась. Заметив это, Джеймс позвал дочь. Наталья ещё раз крепко обняла Ванду и села в машину. — Может, все-таки согласитесь на чай? Мой отец вам очень благодарен и будет рад знакомству. — В другой раз. И передай ему, что мне было совсем несложно. Он бы поступил точно так же, уверен в этом. Ванда кивнула и проводила машину новой подруги взглядом. Возможно, такая важная встреча могла бы произойти именно сейчас, но никто об этом еще не задумывался. Стив ущипнул дочь за плечо, на что та вскрикнула и ударила отца кулачком по груди, тихо смеясь и шутливо хмуря брови. Ну что же. День прошел не так уж и плохо.