Твой дом - Бруклин

Стиву приходилось нелегко, но с ним была его дочь, и они были друг у друга. Да, и кому сейчас, вообще, легко? Его проблемы мелочны, если ставить в пример другие, более важные и сильные переживания других людей. После переезда в Бруклин, он стал искать работу. Сделать это было несложно. Стива сразу приняли в одну компанию, увидев его старые работы и наброски новых идей. Хоть архитекторы в Бруклине были не так востребованы, как в Вашингтоне, он нашёл себе достойное местечко в этом городе. Старые сотрудники сначала с подозрением отнеслись к новенькому, но с помощью своей обаятельности, Стив сумел завоевать доверие к себе. Некоторые девушки, да что уж там говорить, даже один парень по имени Джордж, который работал дизайнером в том же отделе, приглашали Роджерса на ужин после работы, на что тот вежливо отказывался, ссылаясь на дочь, которая не может о себе позаботиться (да-да, никто не знал, что Ванде пятнадцать, и она уже самостоятельная, но так легче было отказать милым дамам и дизайнеру, чтобы не обидеть их). После первого рабочего дня Стив заехал в маленький магазинчик, решив купить небольшой торт, чтобы отпраздновать то, что его приняли на работу. Припарковав свой желтый жук около тротуара, он посмотрел на вывеску и вошел. Милая вывеска гласила, что в этом уютном кондитерском магазине можно найти всё что угодно, разумеется, из выпечки. Внутри было мало людей: молодая парочка, мужчина с подростком и две женщины, которые уже уходили, и Стив галантно придержал им дверь, за что те его поблагодарили. На кассе работала старая дама с усталой улыбкой. Взглядом Стив сразу пробежался по прилавку и стеллажам со сладостями. Посмотрев весь ассортимент, Роджерс решил взять несколько булочек на завтраки и пошел смотреть торты в маленьком холодильнике возле кассы. К концу дня выбор был невелик, и от раздумий его вывел бойкий голос: — Берите вон тот, с синим цветком из крема посередине, точно не прогадаете. Это была девушка примерно того же возраста, что и Ванда, с рыжими волосами и блестящими глазами. Она смотрела в холодильник и показывала на упомянутый торт пальцем. Стив присмотрелся к нему. — И чем же он такой аппетитный? — поинтересовался Роджерс, мягко улыбаясь подростку. — А вы купите и узнаете, — усмехнулась она. — Ну, что ж, спасибо за совет. Думаю, его я и возьму. Она подмигнула ему и выпрямилась. Посмотрев на стеллаж, который находился рядом, рыжая взяла несколько слоек, проверяя каждую на свежесть. Стив позвал кассиршу, чтобы она пробила торт, и он смог расплатиться. Из другого конца магазина раздался негромкий голос, и подросток недовольно вздохнула. — Пап, я еще не выбрала! — Наташа, я буду на улице. Деньги есть? — Ага, — крикнула ему рыжая, продолжая щупать каждую фруктовую слойку. Внимательно рассмотрев торт и убедившись, что это то, что ему было нужно, Стив ждал, когда пробьют остальные булочки, которые он взял. Рядом встала все та же девчушка, довольно улыбаясь оттого, что Стив последовал ее совету. К своим продуктам она положила еще несколько фруктовых батончиков, внимательно изучив каждую коробочку. — А с черносливом или сливовых нет? — Уже разобрали. Привезут в четверг, не волнуйся, в следующий раз я отложу тебе несколько, — кассирша ей подмигнула, на что рыжая отсалютовала ей, говоря: «Заметано». Стив вышел из магазина, смотря время на телефоне. Холодный ветер просачивался сквозь застёгнутую серую куртку, которая была надета не по погоде. Ванда уже должна была быть дома и сделать уроки. Написав дочери, что скоро будет дома, он услышал закрывающуюся дверь кондитерской и вновь просмотрел в ее сторону. Девочка подошла к своему отцу, которого Роджерс не видел, а лишь ухватил взглядом копну его длинных темных волос. Смотря на них, Стив подумал о Ванде и насколько сильно любит ее.

***

— Что ты опять натворила? — спросила Ванда у Наташи, складывая в темно-синий шкафчик под номером двести девяносто пять несколько книг. — Да так, ничего особенного. И в этот раз действительно была виновата не я! Мне кажется, у директрисы просто крыша поехала, потому что, чтобы ни случилось, она во всем обвиняет меня! — Ну конечно, — иронично кивнула Ванда, а Наташа легонько ударила ее в плечо. Максимофф была в темных брюках, узко обтягивающих ее ноги, красной рубашке с маленькой брошкой паучка на ней и в балетках. Наташа же, стояла в черных джинсах, футболке на тон темнее с непонятной надписью посередине и в черных кедах. Облокотившись о другие шкафчики, она мешала некоторым ученикам взять свои вещи, но ее это, кажется, не тревожило. Ланч уже подходил к концу, но ни одна, ни вторая не показались в столовой. Из-за очередной выходки русской Наташу отправили в кабинет директора, но никто не смог доказать её вины, да и Ванда сказала, что все это время подруга была с ней на школьной террасе. В общем, за эти две недели Максимофф стала для Барнс спасительным кругом. У них должна была быть совместная история сейчас, и рыжая откуда-то достала маленький фруктовый батончик, протягивая его Ванде с видом: «ты сильно меня выручила, и это меньшее, что я могу сделать для такой милашки, как ты». Максимофф, не задумываясь, взяла синюю упаковку из рук Наташи. — Знаешь, нам, наконец, нужно устроить ночевку вместе, — протянула Наташа. — Я не против, но на этой неделе я собиралась сделать проект по биологии. Не привыкла откладывать все на последний день. — Как мы с тобой только общаемся? — закатила глаза рыжая, на что Ванда пожала плечами. — Сама без понятия.  — А как насчет просто сделать домашку вместе? — не унималась Барнс. — А вот это можно, — кивнула головой Ванда, бросая фантик от батончика в мусорное ведро по пути. В глазах Наташи загорелись огоньки, которые она тут же попыталась скрыть. Она ухватила одной рукой девушку за плечи и прижала с силой к себе. — Замечательно! Значит сегодня после школы у тебя! Твоя семья же не против? — А должна? — Ну, вот и прекрасно! Буду ждать тебя около выхода после уроков, — подмигнула ей Нат, заходя в кабинет истории.

***

После того, как Стив устроился на работу, Ванда стала ездить домой на автобусе, хотя Наташа и предлагала довозить ее до дома, так как они живут в одной стороне. И, естественно, Максимофф упиралась, но русская все равно не прекращала свои попытки. Девушка иногда думала, почему Барнс так добра к ней? Они познакомились недавно, но такое ощущение, словно общаются долгое время. У Ванды никогда не было друзей в Вашингтоне. Да, были знакомые и приятели, с которыми она иногда обменивалась парой слов. Но она всегда была сама по себе. И в то, что сейчас с ней общается Наташа, Ванда не могла поверить. Ей казалось, что Барнс вот-вот покинет ее. Они еще плохо друг друга знали, и Ванда боялась привязаться. Боялась из-за того, что ее могли предать. Ведь предают обычно те, к кому привязываешься всей душой. Доехав до нужной остановки, девушки вышли из автобуса. Повернув через несколько улочек, они дошли до квартиры Ванды. Наташа взглянула на нужный подъезд, будто что-то выискивая, и стала дожидаться, пока хозяйка откроет дверь. Войдя внутрь, Ванда сразу заставила рыжеволосую снять ботинки, на что та невнятно забурчала. Барнс бегло осмотрела кухню и с разбегу плюхнулась на диван в гостиной, а Ванда закатила глаза на такое поведение подруги. Максимофф заварила черный чай и поднесла одну кружку к Наташе, которая развалилась на софе во весь рост. Взяв кружку, она поменяла свое положение на сидячее, чтобы Ванда могла сесть рядом. По телевизору шел какой-то молодёжный сериал, который ни одна из них не смотрела, поэтому они даже не пытались понять суть происходящего в нем. — У вас дома так чисто, — сказала Наташа, допивая теплый напиток. — Пылинки нигде не найдешь. — Мой папа помешан на чистоте, поэтому можешь даже не пытаться — пыли здесь нет. — Теперь я представила твоего папу в одежде домохозяйки, а маму в костюме офисного сотрудника. — Ну, моя мать действительно работает в офисе, — пожала плечами Ванда, ставя кружку на столик. — Поэтому, это не так сложно представить. — Вы переехали, потому что ей предложили здесь работу получше? Ванда откинулась на спинку дивана, немного морща лицо. Рассказывать об этом ей не очень хотелось, но в этом нет чего-то тайного, поэтому она через минуту ответила: — Мои родители недавно развелись. — Оу, — выдавила из себя девушка. — Ты, наверное, сильно переживаешь из-за этого? — Вообще-то, я наоборот рада. Она меня не очень-то любила, к счастью, это было взаимно. Если она меня вообще любила, — закрыла глаза Ванда. — Отец давно хотел с ней развестись, но долго этого не делал, мучил себя, так как думал, что это плохо скажется на мне. Знаешь, у него свои заморочки про семью и то, что ребенок не должен переживать такое, и прочая ерунда, прочитанная им в книжках по психологии, — она скривила лицо. — Ну, твой хотя бы подумал о тебе. После смерти мамы, мой папа сильно замкнулся в себе. Сейчас, конечно, ему уже лучше. Но я до сих пор помню, как сильно он мучился. Я не понимаю, почему он не может отпустить ее. Она бы этого хотела, как и я. Наташа печальным взглядом посмотрела на Ванду, и та ободряюще потрясла рыжеволосую за плечо. Русская улыбнулась. — Может, он боится так сильно влюбиться, а потом снова потерять дорогого ему человека? — Скорее всего, так и есть. Но, как я тебе и говорила, у меня началась операция по нахождению отцу второй половинки. Джеймс Барнс не останется один на всю жизнь! И знаешь, неделю назад я увидела того, кто мог бы ему понравиться. — Он? — хихикнула Максимофф. — Ну да, что в этом такого? Сейчас двадцать первый век, может, ему понравится. — Господи, Наташа! — У меня прямо предчувствие появилось, что этот мужчина ему понравится. Он понравился мне, а мне редко, кто нравится. — Ну, я же тебе понравилась. — Вот именно! Ты мне понравилась, и я в тебе не ошиблась! Но, в любом случае, я его больше не встречу. — То есть, ты видела его впервые? И сразу такие выводы! — возмутилась Максимофф. — Ты сумасшедшая. — Отстань, тебе не понять! Разговор подруг прервал телефон Наташи, и та встала с дивана, отойдя к окну для разговора. За это время Ванда помыла чашки и убрала их в кухонный шкаф для посуды. Посмотрев на часы, она схватила свой рюкзак и выключила телевизор. Наташа подошла к ней через несколько минут с бодрым видом. — Звонил папа, спрашивал, когда меня забрать, — отчиталась Барнс. — Ну что, за уроки? — Моя комната наверху. — А я-то думала, куда ведет эта лесенка. Они поднялись на второй этаж и разложили вещи. Наташа осмотрелась, сказав несколько добрых слов про комнату подруги. Заметив несколько плакатов на стенке, отпустила вслух несколько шуточек, за что Ванда хотела бросить в нее подушкой. Уроки не заняли много времени. Работая вместе, они быстро сделали совместные предметы. Под словом «быстро» подразумевается несколько часов. Оставшееся время они разговаривали о жизни Ванды в Вашингтоне, хотя она толком ничего не могла рассказать. Послышался звук, закрывающейся двери на первом этаже, и крик Стива, что он дома. На часах было без десяти шесть. Наташа собрала свои вещи в черный рюкзак и через некоторое время встала вместе с Вандой с кровати. Когда они спустились, на первом этаже уже грелась духовка, текла вода из крана, и шумел телевизор. Вымыв овощи, Роджерс, никого не замечая, стал медленно нарезать продукты. — Кхм, — прокашлялась Ванда, и Стив резко обернулся. — Пап, это моя школьная подруга, про которую я тебе рассказывала. Стив вытаращился на Барнс, словно приведение увидел. У той реакция была не лучше, но она быстро пришла в себя и улыбнулась, протягивая руку мужчине. — Наташа Барнс, — представилась девушка. — Стив Роджерс. — Рада снова встретить вас. — Взаимно, — кивнул ей Стив, придя в себя. — Эмм, — промычала Ванда, привлекая к себе внимание. Наташа со Стивом снова переглянулись, и Роджерс не выдержал первый — засмеялся. Следом последовал смешок русской и улыбка ничего непонимающей Ванды. Подруги сели на диван, дожидаясь, пока Стив доготовит какое-то блюдо. Они действительно хотели помочь с чем-нибудь, но он постоянно отказывался, говоря, что сделает все сам. Не обошлось без шутки Наташи: «Теперь ясно, в кого ты такая пошла», на что Ванда лишь закатывала глаза. Когда ужин был готов, Ванда все-таки смогла уговорить отца присесть вместе с ними, а они с Наташей накрыли на стол. Русская села возле подруги, а Стив напротив них. Наталия рассказывала, как встретила Роджерса в кондитерской, Стив тоже что-то добавлял, а Максимофф внимательно слушала, смеясь. — Так вот значит, кого нужно благодарить за тот торт. Он был очень вкусный. — Я рада, что он вам понравился, — кивнула Наташа, посматривая на время в телефоне. Вскоре гостье позвонили, и она встала из-за стола, вежливо благодаря за такой вкусный ужин. За окном было уже темно, и виднелись головы прохожих, спешивших поскорее вернуться домой. — Что же, мне пора, — грустно сказала Барнс. — Ты еще не выпила свой чай. Может, позовешь своего отца сюда? Здесь есть еще одно место, к тому же, в этом доме каждому рады. И мне надо знать, как выглядит отец подруги моей дочери, и человек, согласившийся подвезти ее. — Это замечательная идея познакомить вас, но, боюсь, сегодня он не согласится. — Тогда, до скорой встречи! Наташа кивнула, забирая свой рюкзак и накидывая куртку. В прихожей она обулась, еще раз прощаясь со всеми. Обнявшись с Вандой и советуя в чем той пойти завтра в школу, она подошла к рядом стоящему Стиву и крепко обняла его. От такого неожиданного жеста, он смутился, но потом тоже прижал ее к себе. — Передавай отцу привет. — Обязательно! Наташа отпустила мужчину, кивнула Ванде и вышла из дома. Отец с дочерью переглянулись и вернулись на кухню. Заварив чай, Ванда лишь сказала, пожав плечами: — Русские.

***

— И что это такое было? Наташа с непониманием посмотрела на Ванду, которая громко отодвинула стул и плюхнулась на него. От этого русская даже подпрыгнула, чуть не давясь своим шоколадным пудингом. — Ты о чем? — пытаясь вспомнить, где она снова накосячила, спросила Барнс. — О том, что я только под утро поняла, что Стив и есть тот мужчина, которого ты хотела свести со своим отцом! — Хей, солнце, почему ты так злишься из-за этого? — Поэтому ты полезла его обнимать, да? — продолжала Ванда, совсем не слушая Наташу. — Так, Максимофф, угомонись и дай мне хоть что-нибудь сказать. Ванда перевела взгляд на рыжеволосую и рассерженно одарила ее убийственными искорками, блиставшими в ее глазах. Казалось, сейчас она набросится на Барнс прямо посреди школьной террасы, наплевав, что сейчас здесь проводит время за перекусом половина учащихся этой школы. — Слушай, да — я виновата. Но виновата лишь в том, что внутренне я хочу, чтобы они были вместе. В душе, понимаешь? Я ничего плохого еще не сотворила, и тебе нечего на меня злиться. — Как понимать твое «еще», а? — Ну, вот, опять ты слышишь только то, что хочешь, — закрыла глаза ладонями девушка, а Ванда откинулась на спинку стула, успокаиваясь. — Хорошо, я погорячилась. — Не то слово. — И прошу за это прощения. Но что я должна была думать, по-твоему? — То, что это судьба, что Стив оказался твоим отцом, которого я еще раз встретила. Это знак. — Знак, что тебе пора заткнуться. — Ого, как мы разговариваем. Малышка Ванда растет не по дням, а по часам. Максимофф тяжело вздохнула, готовясь к новому словесному поединку, но Наташа вовремя попросила прощение. — Я знаю Стива недавно… — Ты совсем его не знаешь, — перебила девушку Ванда.  — Окей, я познакомилась со Стивом недавно. Так лучше? — Ванда кивнула. — Но я достаточно хорошо разбираюсь в людях. А он, словно раскрытая книга. Плюс, ты мне про него много рассказывала. И я не вижу проблемы в том, чтобы их свести. Мой отец один долгое время, твой в разводе… — И ты, конечно, подумала, что они могут быть парой, — вздохнула Ванда, открывая пачку мармеладных мишек немного кислых на вкус. — Ты просто не знаешь Баки. Да, даже если узнаешь получше, то все равно не будешь видеть его настоящего. Джеймс — очень сложная личность. — Мне кажется, ты отчаялась. Долго искала для него вторую половинку, но так и не смогла. А тут тебе подвернулся под руку мой отец. Тем более мы подруги, и ты, фактически, знаешь мою семью. Будет легче освоиться… — Хей, Ванда, дело не в этом. Возможно, со стороны, это все кажется таким, но нет. И я тебе докажу! Наташа с гордым видом встала из-за стола и посмотрела на подругу. Максимофф ударила себя ладошкой по голове, что-то говоря себе под нос, но та не обратила на это внимания. — Мы устроим им настоящие свидание. — Не далеко ли разогналась? — Ванда протянула Наташе пачку с мармеладками. — Они даже не знакомы, но теперь я не хочу, чтобы наши отцы где-нибудь встретились. — Да, тут я сглупила. Мы не в мультфильмах «Дисней», где герои сразу влюбляются. Сначала они должны узнать друг друга. — Или стать отличными друзьями, — пожала плечами Ванда. Наташа кивнула и стала ходить вокруг стола: сначала в одну сторону, потом в другую. От этого у Максимофф чуть не закружилась голова. Наташа точно хотела ее загипнотизировать. Народ постепенно стал уходить обратно в школу, что говорило о скором окончании перерыва. Вырвав Барнс из мыслей, Ванда позвала девушку на общий урок истории.

***

— Ночевка вместе еще в силе? После разговора о том, чтобы свести Стива с Джеймсом, Ванда с Наташей не пересекались. Точнее Ванда полностью избегала встреч с подругой. На переменах Максимофф сидела в телефоне, на общих уроках по-тихому вливалась в какие-нибудь компании. И никто не был против новенькой, а, напротив: с удовольствием расспрашивали о прошлой жизни в Вашингтоне. Но в последний учебный день на этой неделе русская застала ее у шкафчика. — Конечно, — кивнула ей Ванда, стараясь не поднимать своего взгляда. — Я не дура, понимаю, что после того разговора ты от меня шарахаешься по углам. Поэтому предлагаю забыть об этом и продолжить общение, как было до этого. Потому что мне этого правда не хватает. Наташа опустила голову, и Максимофф впервые видела ее такой расстроенной. Казалось, девушка действительно переживала и мучилась. Ванде стало не по себе из-за своего же поведения. Она мягко улыбнулась и обняла Барнс. Та прижала ее к себе крепче и через несколько минут объятия закончились. — Так значит, тот проект ты доделала? — Еще вчера. Наташа закинула одну руку к девушке на плечо, немного прижимая к себе, радуясь тому, что они снова общаются. — Тогда сегодня у меня? Я купила всякие вкусняшки и прочую ерунду, которая тебе может понравиться. — Оу, так значит, ты уже подготовилась. Знала, что я с тобой заговорю? — Сколько раз мне тебе повторять, что я прекрасно разбираюсь в людях и в их поведении? Ванда пожала плечами, доставая из шкафчика несколько листов и складывая их к себе в темно-красный кожаный рюкзак с несколькими значками. Наташа выхватила телефон подруги из заднего кармана черных брюк, на что та что-то недовольно пробурчала. — Просто вбиваю тебе свой адрес в заметки, — пояснила Барнс. — Во сколько освободится Стив? — Даже не знаю, наверное, как всегда — к шести будет дома. — Тогда к семи — к восьми буду ждать у себя. И не забудь пижаму и прочие вещи. — О нет, я приеду к тебе вот так, — усмехнулась Ванда, но Наташа, казалось, не оценила шутки. — Естественно, я к тебе не приеду в обычной одежде без прочих необходимых вещей, Нат. Русская облегченно вздохнула и попрощалась с Максимофф, говоря, что с нетерпением будет ждать вечера. Прозвенел звонок, и Ванда поторопилась на урок.

***

То, что она идет на ночёвку к подруге, Ванда сообщила Стиву только тогда, когда он приехал с работы. Большой тканевый рюкзак зеленого цвета уже свисал с одного плеча подростка, показывая ее готовность отправляться. Стив сперва нахмурился, но потом кивнул. Он рассчитывал провести этот вечер с дочерью за просмотром сериалов на «Нетфликс» до поздней ночи, поедая любимые чипсы Ванды со вкусом сметаны и лука, запивая сладкой газировкой, которую Роджерс на дух не переносил, но ради дочери делал иногда исключения. Ванда стояла в новых джинсах, купленных уже в Бруклине, красной футболке с призывом, что все мы равны, и в черном кардигане. Волосы были собраны в неряшливый хвост, что делало ее лицо на несколько лет старше. Услышав согласие, та широко улыбнулась, выхватывая из куртки телефон Стива, уже забивая нужный адрес в навигатор. В это время, Роджерс разбирал пакеты с вредной пищей, рассказывая, как он будет есть это все сам за просмотром шикарного сериала, а Ванда лишь качала головой, едва сдерживая улыбку. Они сели в машину только тогда, когда Стив убедился, что его дочь точно взяла все необходимые вещи. Это выглядело примерно так: — Зубная щетка? — Есть. — Мыло? — Есть. — Точно? — Да. — Ты проверяла? — При тебе же. — А… — Господи, поехали уже! Машин на дороге было мало. Лишь иногда виднелись огоньки желтых фар. По радио играл джаз и, оба сидящих в машине, двигали в такт головой. Дорога не заняла много времени. Спустя двадцать минут и несколько неверных поворотов на светофоре, они добрались до нужного дома. Ванда сказала, что позвонит, если что-то случится и когда ее стоит забрать, а Роджерс внимательно слушал, кивая головой. — Ты же знаешь, что я не стану смотреть сериал без тебя. И не съем те пачки чипсов. — Конечно, я знаю, па. Стив улыбнулся, а Ванда потрясла его плечо, подбадривая. Это была их первая ночь, когда они будут в разных районах и которую Стив проведёт в их квартирке один. Хоть планы провести время с дочкой у Роджерса рухнули, он был рад тому, что у его девочки появилась подруга. Настоящая. Он долго переживал, что Ванда не справится, станет опять одиночкой. Но этого не случилось, и это то, что делает его по-настоящему счастливым. — Ты же знаешь, что я люблю тебя? — Стив кивнул. — Вот и молодец. Только не проведи этот вечер, смотря древние слезливые фильмы, которые не будут смотреть даже старперы. Иначе, завтра я тебя прибью. Стив закатил глаза, но все же пообещал, что такого не будет. Замечательно, значит, он посмотрит новости и после включит музыку на пластинках. — Проводишь до двери? Стив кивнул и, не закрывая машину, вышел из нее. Максимофф громко захлопнула дверцу и еще раз посмотрела в телефон, где был записан адрес. Найдя нужный подъезд, они подошли к входу, и Ванда нажала на звонок несколько раз. Они стали ждать, когда дверь откроется. — Черт, забыла рюкзак в автомобиле, — выругалась Ванда, за что Стив уже хотел ее отчитать. — Жди здесь, я сейчас. Максимофф быстро спустилась со ступенек и побежала к машине. Стив неуверенно стоял около подъезда, почесывая одной рукой макушку, как дверь открылась. Из квартиры вышел мужчина, примерного его возраста с копной темных волос до плеч. На лице виднелась небольшая щетина, появившаяся за день или два. На нем были темные джинсы и серая футболка. В глазах мелькнуло удивление. Не зная почему, Стив не мог оторваться от серо-синих глаз, которые казались бездной. Сам же мужчина также внимательно рассматривал незнакомца, оценивая внешний вид. От этого Стив жалел, что не переоделся во что-нибудь поприличнее, хотя и сейчас на нем была неплохая одежда. Первым оторвался от разглядывания хозяин квартиры. — Баки Барнс. — Стив Роджерс. — Вам что-то нужно? — сказал мужчина после того, как представился. Они ничего друг другу больше не успели сказать, прежде чем за Барнсом послышался еще один голос, который принадлежал Наташе. Она пыталась выяснить причину, по которой ее отец так долго не заходит обратно. Увидев Стива краем глаза, ее выражения лица сменилось на более радостное. Джеймс снова кинул оценивающий взгляд на Роджерса. — Тут какой-то тип, иди домой. — Вообще-то, это отец Ванды, па. Ты не успел еще с ним познакомиться, — протянула Наташа, вставая на цыпочки, чтобы увидеть за спиной Баки хоть что-нибудь. Тут же подбежала Ванда с тяжелым рюкзаком, свисающим с ее плеча. Она поздоровалась со всеми, и Джеймс отошел в сторону, давая пройти подростку внутрь. Она обняла на прощание Стива (кажется, привычку со всеми обниматься она перехватила у Наташи) и прошла в дом. Стив внимательно проследил за передвижением дочери, пока та не скрылась вместе с подругой за дверью какой-то комнаты. Теперь этим двоим никто не нужен. — Приятно познакомиться. — Я думал, твоя фамилия Максимофф. Одновременно протараторили мужчины, на что Стив неловко отвел взгляд, а Барнс усмехнулся. Казалось, нелепо себя здесь чувствовал только Стив. Хотя он и не понимал почему. Мужчина про себя клял Бога за эту ситуацию. — Мне тоже приятно. — Потому что она взяла… Они опять одновременно начали говорить, и Джеймс тихо засмеялся от этого, отчего Роджерс не смог сдержать собственного смешка от этого ласкающего уши звука. — Хорошо, я все сказал, а вот насчет фамилии мне интересно. — Ее мать настояла, чтобы у ребенка была ее фамилия после развода. — Оу, — выдавил из себя Барнс, отводя уже печальный взгляд в сторону. Но тут же быстро приходя в себя, продолжил. — Это хорошо? — Не знаю. Ванда не против этой фамилии. А это главное. Джеймс кивнул, снова внимательно рассматривая Роджерса, от чего последнему захотелось превратиться в ежика и уползти далеко и побыстрее. Но Барнс снова заговорил: — Ну, что же… — Я пойду, — заверил его Стив, а тот рассеянно посмотрел на него, готовясь что-то сказать, но тут же замолкая. — Конечно. — Спасибо, кстати, что подвез Ванду до дома, когда она еще не знала, как добраться домой самостоятельно, а я застрял в пробке, — засмеялся Стив, на что Баки улыбнулся. — Я в шоке, что Вы, Роджерс, попали в единственную пробку, которая была в Бруклине за долгое время. — О, я люблю испытывать удачу, — иронично подметил Стив. — Новичкам везет, а в нашем случае, новым жителям. — Не думаю, что в этом фразеологизме именно такой мотив. — Да плевать. Барнс махнул рукой, смотря в сторону. — К тому же, я здесь родился. Поэтому точно не подходит, — уточнил Роджерс. — Ты выставляешь меня дураком перед самим же собой! — безобидно сказал Барнс. — Больше не буду. В доме что-то зашумело, и они оба оглянулись назад, прервав странный и в это же время глупый разговор. Опомнившись, Роджерс еще раз посмотрел на Барнса и сказал: — Ну что ж, я поехал домой. До свидания, — промямлил Стив и даже испугался собственного осевшего голоса. Он нервничал и не понимал почему. Может, потому, что боялся показаться ослом перед отцом подруги дочери, так как, увидев такого придурка, Баки вряд ли захочет, чтобы Ванда продолжала общаться с Наташей. — Пока. Барнс протянул руку, чтобы попрощаться, но в это время Стив спустился с нескольких ступенек вниз. Заметив, что Джеймс хотел пожать ему руку, то тоже вытянул правую вперед, но темноволосый уже ее убрал. От этого Роджерс почувствовал себя полным идиотом и просто помахал рукой, разворачиваясь спиной и идя к машине. "Что это такое было, Стив?" — спросил он сам у себя в голове. Сзади послышался грохот захлопывающейся двери и Стив, наконец, выдохнул. Таким придурком он себя еще никогда не чувствовал.