Твой дом - Бруклин

Барнс шел по большой дороге с огромной сумкой, которую хотелось кинуть куда-нибудь в сторону и шагать дальше без нее. Уж очень тяжелая она была, а после матча парень сильно устал. Но мать за такое ему надает по одному месту. Сегодня Баки с командой выиграли в игре, но это им далось нелегко. Да и соперники постоянно норовили устроить драку. По традиции, сейчас Джеймс должен был сидеть с остальными в одном кафе, но ни у кого не было сил на это, а просто хотелось побыстрее прийти домой, расслабиться в теплой ванной и заснуть до следующего дня. Баки свернул в переулок и уже хотел двигаться дальше, как услышал чей-то возглас. Остановившись, он пораскинул мозгами, что возможно это просто какая-нибудь компания громко беседует или что-нибудь подобное, но что-то ему так и подсказывало, что нужно проверить и разобраться в ситуации. А то мало ли, что там. Повернув в другую сторону, Барнс быстро пошел на чей-то голос. За мусорными баками показалась пара крупных парней, которые пытались покалечить светловолосого мальчика. — Роджерс, ты серьезно еще не уяснил этого? — грубо спросил один здоровяк, а худенький парень встал в оборонительную позу, готовясь принять новый удар. По всей видимости, Барнса не заметили, и поэтому он с шумом бросил свою сумку, от чего все обратили на него свое внимание. Он громко протер ладони и вопросительно поднял брови. — Ну и что здесь происходит? Вас мама не учила, что бить тех, кто меньше вас — это плохо? — Ты кто еще такой? — спросил один парень, подходя к Барнсу ближе. — Иди, куда шел, а то хуже будет. — Хуже мне или вам? Скорее всего, вам. — Это наша территория. На Баки кинулся главный, но тот с силой отшвырнул его в сторону на стенку. Барнс не дал ему встать, ударяя в нос и по губам, от чего на лице появились струйки крови. Второй напал со спины, пытаясь задушить Джеймса, но тот резко встал и стал дергать ногами, из-за чего нападавший упал. Поднялся первый драчун, но Барнс пнул его ногой и тот повалился на колени, не оставляя попыток снова встать. Через пару минут компания уже с позором бежала с места происшествия, на что Барнс усмехнулся, смотря вслед. Рядом послышался чей-то кашель, и Баки, наконец, вспомнил, из-за чего началась драка. Светловолосый осторожно смотрел на него, будто боялся, что Барнс покалечит и его. Только сейчас Джеймс заметил, что у того разбита губа и порван левый рукав куртки. Парень был очень худой, словно тонкая тростинка, с острыми чертами лица. Ничего привлекательного в нем не было, но чем-то он притягивал Баки. Возможно не внешне, а душой, которую темноволосый видел уже сейчас. — Часто они тебя здесь? — пытался подобрать слова Джеймс, поднимая свою сумку с грязного асфальта. — Ну, так, — ответил парень. — Значит, я вовремя подоспел. — Я бы мог справиться и сам. — Ну, как бы, не за что, — усмехнулся Баки, а тот тяжело вздохнул, копошась в своем рюкзаке, который появился ниоткуда. Барнс внимательно следил за ним, а тот, почуяв пристальный взгляд на себе, медленно поднял глаза на спасителя. — У меня тут ватка с перекисью есть, возьми. Он подошел ближе и протянул Барнсу в тоненьких ладошках вещи. Баки и не почуял, как ему тоже досталось. И только сейчас, после сказанных слов, в него будто впилось стекло, доставляя жуткий дискомфорт. Он дотронулся до правой брови ладонью и почувствовал сильную боль. Кровь размазалась на пальцах. — Видать, тебя слишком часто избивают, раз у тебя с собой аптечка, — сказал Баки, а парень закатил глаза. Поняв, что Барнс ничего не возьмет, он вылил жидкость на вату и близко подошел к спасителю, осторожно прикасаясь к кровавому месту на лице темноволосого, поглядывал на него, готовясь в любую минуту убрать свою руку. Но Баки лишь скривил лицо от боли, полностью доверяя светловолосому. — Не обязательно было это делать. Из-за меня и тебе досталось. — Не мог же я просто пройти мимо. К слову, как тебя зовут? — Стив, — представился он, убирая уже красную ватку от лица. — Промой раны еще раз дома, чтобы не было заражения. Что же ты дома скажешь? — Сегодня у меня был матч, отвечу, что неудачно подрался. Из-за разницы в росте Стив стоял на носочках, и теперь полностью стоял на земле, кидая ватку в мусорку. Он взял свой рюкзак, кивая Баки. Барнс улыбнулся в ответ, махая рукой вслед, ожидая, что больше не встретит этого паренька, так и не услышав слов благодарности. Тот был слишком горд, что забавляло Баки в хорошем смысле, но вдруг он услышал напоследок тихий голос из-за угла: — Спасибо. Я тебе правда благодарен.

***

Прошло две недели после разговора Баки с Наташей, а значит, все эти дни он не виделся с Роджерсом. Подумаешь, всего две недели, Барнс не так часто с ним и общался, да и вообще познакомился несколько месяцев назад. Сложностей здесь быть не должно. Но они были. Баки постоянно хотел позвонить Стиву, спросить, как он поживает, что произошло нового за это время. Барнс готов был слушать о чем угодно, главное слышать Стива. Больше ничего не нужно. От этих мыслей, Барнсу казалось, что он сходит с ума. Что за непонятное влечение, выливавшееся в привязанность? С этим точно нужно что-то делать. Но вот только что? Наташа с Барнсом разговаривала редко. Ходила с обиженным лицом, кратко отвечала на его вопросы, когда Баки пытался ее разговорить и начать общение. Но так ведь было нужно, да? Наташа подает плохой пример Ванде, по словам директора. А это значит, что это общение нужно было прекратить. Барнс серьезно хотел стать хорошим отцом и делать всё правильно. Он правда старался. Баки заехал в тот старый магазинчик, где продавалась свежая выпечка. Он получил зарплату, и собирался купить какой-нибудь тортик и много сладкого. Наташа точно его простит. Когда-то же ее сердце должно растаять по отношению к нему. Барнс подошел к маленькому холодильнику, отдельно рассматривая каждый торт. Глаза разбегались, но хотелось чего-нибудь особенного. Его привлек шоколадный торт с голубым цветком из глазури. Но понравится ли он дочери? Сзади послышался знакомый кашель, и Барнс резко встал, боясь поворачиваться назад, чтобы увидеть его. — Баки? — Стив, — все же повернулся к нему темноволосый, с немного растерянным лицом, но все же внутри его сердце тайно ликовало от неожиданной встречи. — Это уже традиция встречать тебя здесь. Давно не виделись. Я звонил тебе пару раз, — осторожно проговорил Стив, смотря куда угодно только не на друга. — Оу, правда? Я и не видел. Наверное, с телефоном что-то не так, пора менять, — начал врать Баки, а Роджерс понимающе кивнул, то ли просто раскусил Барнса и теперь неуютно себя чувствовал здесь. — Я вот торт выбираю. — Помочь? Барнс пожал плечами и повернулся обратно к холодильнику. Ладони вспотели, а сердце громко колотилось и могло выпрыгнуть в любую секунду. Стив пристроился рядом и сразу же ткнул пальцем в сторону. Баки проследовал взглядом по направлению и увидел тот же торт, который изначально хотел взять. Он усмехнулся совпадению во вкусах и достал его. Баки внимательно еще раз рассмотрел торт, а стоящий рядом Стив вздохнул. — Ты звони, если понадоблюсь, или просто захочется поговорить. Баки кивнул, не поднимая глаз на светловолосого, и тот ушел куда-то в сторону мимо стеллажей. Он то ли с облегчением, то ли с тяжестью выдохнул, боясь, что сейчас же побежит за Стивом и начнет разговаривать о чем угодно. Кассирша пробила покупку, и Барнс выбежал из магазина, быстрее садясь в свою машину. Он обещал Наташе, что тоже не будет с ним общаться, чтобы всё было по-честному, и прямо сейчас он был близок к срыву. Гребаный магазин, в котором они вечно пересекаются! Успокоившись, через пару минут он увидел выходящего из здания Стива. Тот, скорее всего, увидел машину Баки и самого водителя, но не остановился, а пошел дальше. Барнс чуть не захныкал от этого. Конечно же, Роджерс всё понял! И теперь сам не подойдет к Барнсу. Темноволосый его расстроил. А Баки не хотел этого. Почему он всегда всё портит? Собравшись с духом, он поехал домой, где хотел обрадовать Наташу сладким подарком. Но Наташа даже не вышла из комнаты, когда Джеймс крикнул ей, что он приехал. Через некоторое время, когда он заварил чай и всё приготовил, Барнс тихо постучал в ее дверку и приоткрыл. Наташа вопросительно на него посмотрела, вставая со своей кровати. — Я купил торт. — У нас какой-то праздник? Мы будем снова общаться с семейством Роджерса? — Нет, просто так. — Ты просто так купил торт? — вопросительно посмотрела на него дочь. — Почему бы и нет? Наташа усмехнулась, но последовала за ним на кухню. Она резко остановилась, когда увидела торт, посмотрев на отца странным взглядом, но все же села за стол, накладывая в тарелку маленький кусок. — Что-то не так? — Все не так, но тебя, кажется, это не волнует. — Наташа, — устало проговорил Баки, — не начинай, пожалуйста, снова. Мы об этом говорим каждый день. — И каждый день я тебя не понимаю, как и ты меня. Я подаю ей плохой пример и бла-бла-бла, но ты не видишь, как точно также мучается и она! Ты говоришь, что волнуешься и пытаешься быть хорошим отцом, доверяя больше мнениям учителей и директора, в отличие от своей дочери. Знаешь, не очень похоже на доверие. Если бы ты действительно хотел исправиться, то ты бы не прислушивался к ним, и мое мнение было бы для тебя важнее, чем их. А теперь ты испортил несколько жизней своей как бы «заботой». Стив, безусловно, мучается там тоже. Про Ванду я уже вообще молчу. — Я видел его сегодня. — Что? — глаза Наташи округлились. — Когда заезжал за тортом. Он как раз и помог с выбором. — Теперь-то все понятно, — завороженно сказала рыжая. — И как он? Обрадовался тебе? — Я перекинулся с ним всего лишь парой словечек, — пожал плечами Баки, пытаясь придать своему лицу минимум эмоций, а Наташа ударила себя ладонью по лбу. — Ты дурак, серьезно. Ты потерял такого мужчину! Наташа встала из-за стола и направилась в свою комнату, бормоча себе под нос что-то недовольное. А Барнс так и не понял, к чему были сказаны ее последние слова.

***

— С тобой все в порядке? — спросил Ванду Стив, присаживаясь рядом на кровать дочери. — Ты сама не своя последнее время. Что произошло? Те ребята опять тебя достают? — Нет, всё хорошо, как и всегда. Ко мне никто не пристает, — безэмоционально ответила Ванда, рисуя что-то в своём альбоме карандашом. — Я же вижу, — встревоженно пробормотал Стив. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне о чем угодно. Я хоть и не идеальный отец, да и может тебе некомфортно рассказывать о каких-то вещах родителям, но ты же знаешь, что я попытаюсь понять и не буду судить тебя. Ванда посмотрела на него и снова отвела взгляд, убирая альбом с карандашом в сторону. — Наташа вторую неделю не разговаривает со мной. Я не понимаю, что случилось, возможно, я чем-то ее обидела, но даже не знаю чем! Все было в порядке. А потом она резко стала избегать меня! — Оу, — нахмурился Роджерс. — Ты с ней пыталась поговорить? Ванда одарила его взглядом «не будь дураком, естественно, я пыталась», а Стив стал размышлять. — Может, у нее появился парень, и у нее нет времени? — Я бы узнала об этом, — махнула рукой Ванда. — Тогда попробуй поговорить с ней еще раз там, где она не сможет отвертеться. Устрой какую-нибудь ситуацию или назначь неожиданную встречу. Ванда кивнула, о чем-то размышляя в своей голове. Стив не стал ей мешать и незаметно спустился вниз на кухню. Он боялся, что возможно Наташа не общается с Вандой из-за него. Может, он сделал что-то позорное? И это увидел Баки, сказал об этом дочери и теперь они просто их избегают. «Господи, почему я вечно все порчу?» — мысленно завыл Роджерс, закидывая грязные вещи в стиралку.

***

Все сложилось само собой. В школе устраивалась ярмарка, на которую нужно было принести выпечку. Можно было объединяться в маленькие группы, что было даже лучше, по словам учителей, так как это укрепляет дружбу и учит работать в команде. Так же за это давали хорошие баллы, которые в конце года помогут выйти с хорошим результатом из школы. Все, конечно же, разбились на пары и остались только Ванда с Наташей. Одним готовить не хотелось, а каждая из них рассматривала это как шанс снова начать общение. Максимофф подошла к Барнс, а та назначала время, когда подруга может к ней приехать. — Если тебе, конечно же, удобно это время. — Да, всё прекрасно, — просияла Ванда. — Тогда я закуплюсь всем необходимым и приеду к тебе. Как насчет маффинов? — Отлично. Уже дома рыжая рассказала отцу, кто к ним приедет через несколько часов, а Барнс подавился соком, ошарашенно смотря на дочь. Та победно улыбнулась. — Нас заставили печь к школьной ярмарке, и сложилось так, что мы единственные остались без пары, а это должна быть командная работа. Нас сводит сама судьба, поэтому твои планы рухнули. — Наташа, у меня не было никаких помыслов, я просто делал, как считал нужным. — Точнее, как считал директор. Но вот теперь тебе придется смотреть Ванде в глаза, зная, что помешал такой дружбе. Тебе самому будет не стыдно, а? Баки ничего не ответил, но напрягся всем телом. Конечно же, ему будет стыдно. Ванда, которая так хорошо относилась к нему, а он запретил собственной дочери общаться с ней. Но он же это делал ради ее же блага. И что будет теперь? Наташа с Вандой не общались две недели, и это будет первая их встреча. У последней начнутся вопросы, почему рыжая с ней не общалась, и тогда Джеймс станет для Максимофф монстром, как и для Стива. Почему, когда Баки пытается сделать всё правильно, то получается как всегда? Видать, быть отцом вообще не его. Семья достала формы для выпечки, о существовании которых Баки даже не подозревал, молоко и прочее, что у них было, а прочего было очень мало. Наташа заверила, что все нужное Ванда принесет. Баки не так боялся встретиться с Вандой, как со Стивом. Он же увидит его, да? Ванду же должен кто-то довезти. Прекрасно будет, если Роджерс останется сидеть в машине, не выходя здороваться с ним, и сразу же уедет, чтобы Барнс не мучился. Эх, надежды… Наташа сидела около большого окна, как вдруг резко вскочила, подходя к входной двери. Баки сам прошел мимо окна, краем глаза улавливая знакомую машину. Рыжая открыла дверь, приветствуя подругу, а Барнс выхватил у нее пачки с мукой из рук, пытаясь выдавить милую улыбку, решая помочь. Наташа усмехнулась, провожая Ванду на кухню, где Барнс оставил уже на столе ингредиенты. Но тут на пороге появился Стив с пачками яиц. У Барнса округлились глаза. Он совсем не надеялся уже его увидеть. Роджерс подошел и поставил коробки на стол. — Ну что же, удачи в кулинарии, — сказал он, засунув руки в карманы джинс. — Позвонишь, как освободишься, — обратился Стив уже к Ванде, и та кивнула. — Может, останетесь? — спросила Наташа, когда тот почти вышел из квартиры. Барнс строго посмотрел на нее, но та не обратила на это внимания. — Нам потребуется помощь. Тем более вы хорошо готовите. — Я тоже неплохо пеку, — возмутился Баки, а Наташа незаметно ударила его локтем, заставляя заткнуться. — Если вы не против. — Мы только «за»! Чем больше рук, тем быстрее управимся! Роджерс кивнул, а Наташа победно улыбнулась. Ванда достала листок с рецептом, говоря, что нужно сделать первым делом. Они разделились по двое и стали готовить. Ванда и Наташа встали с миской около плиты, а мужчины остались стоять около стола. Баки стоял с каменным лицом, читая еще раз рецепт, хотя внутри дрожал. Роджерс же просто стоял рядом, наблюдая за Баки. — Ну что же, — медленно протянул Баки, сзади на фоне слышались разговоры подростков. — Я в этом, оказывается, плох. — Зато я нет, — улыбнулся Стив, не поднимая глаз. — Иди сюда, будешь делать то, что я тебе говорю. Роджерс закинул в миску размягчённый маргарин с сахарным песком и стал превращать все это в однородную массу. Барнс же стал кусочками резать плитки шоколада, чтобы потом все смешать. После добавили яйца с кусочками шоколада. После того, как Стив увидел, что Барнс неправильно разбил уже четвертое яйцо и вылавливал скорлупу, он покачал головой, отстраняя того от миски. Баки облегченно вздохнул, садясь на стул, и принялся смотреть за работой светловолосого. Тот делал все аккуратно и с какой-то изящностью, которая завораживала темноволосого. — Разогрей пока духовку. — Мм? — переспросил Баки, выходя из транса. — Говорю, разогрей пока духовку, — спокойно ответил Стив. Барнс кивнул и сделал все как нужно, подходя к подросткам. Те тоже почти доделали тесто и стояли сейчас все в муке. Они были в фартуках, и до Барнса только дошло, что он не предложил их Роджерсу, ведь тот сто процентов уже испачкался. Баки достал два фартука, вручая один гостю. Стив кивнул, и завязал его за спиной. «Надеюсь, он серьезно не испачкался», — подумал Барнс, когда они стали ложкой накладывать смесь в формочки. Все это время они молчали, от чего обстановка была немного неловкой. Они засунули первую партию в духовку, засекая время. Стив отправил подростков отдохнуть, а сам приготовился делать вторую партию. Барнс включил телевизор на фоне и подошел обратно. — Может быть, тоже отдохнешь? — Мне не сложно, — ответил Стив, концентрируясь на готовке. — Было бы проще, если бы мы просто все купили в магазине. Уверен, многие так и сделали. — Слишком много денег на это было бы потрачено, да и когда готовишь совсем другая атмосфера. — Кстати, насчет денег, — начал Барнс. — Сколько я тебе должен за продукты? — Не говори глупостей, ты ничего мне не должен. Все это стоило не так дорого. — И все же я тебе теперь должен. — Не должен. — Должен! — Тогда просто помоги доделать эту партию, — ответил Роджерс, а Барнс нахмурил личико. — Или ты не можешь справиться с мукой и яйцами? — Пфф, да готовка — это легко! — усмехнулся Баки, а сам покрылся потом. — Оно и видно. — Просто в первый раз не хотел тебе мешать. Ты же вон, какой увлеченный. — Да неужели? — засмеялся Стив. — Тогда твори рядом. Если сделаем сейчас все вместе, то это будет последняя партия. Чем больше рук, тем лучше, верно же? — Сейчас ты попробуешь самые вкусные маффины в мире. Баки понял, в какую игру играет Стив, но сдаваться вот так просто ему не хотелось. Он размял маргарин с сахаром, как это делал Стив напротив него. Одним словом, Барнс все повторял за Роджерсом, а когда тот поднимал глаза, то Баки резко их отводил, делая вид, что смотрит в телевизор, надеясь, что Стив этого не замечал. Но Стив замечал. Всё шло прекрасно, на что Барнс даже удивился и мысленно себя похвалил за отличную работу. Но когда дело дошло до разбивания яиц, то все пошло наперекосяк. Как он до сих пор не научился их разбивать правильно за всю одинокую жизнь — он не знал. Просто Баки всегда их остерегался и пропускал омлеты с другими блюдами. Да и вообще, обычно этим занималась Наташа. Роджерс громко засмеялся, из-за чего получил недовольный взгляд темноволосого. Барнс сунул руку в пакет с мукой и бросил белый порошок в Стива. Сначала Стив замер в шоке, а Барнс уже хотел попросить прощение, как почувствовал муку на своем лице. Он провел рукой по лицу, убирая белый порошок, но Стив бросил еще раз, и в темных волосах появились белые пятна. — Ты покойник, Роджерс. — Не я первый начал эту игру, — засмеялся тот. Баки взял кучку муки и побежал за Стивом, который уже двинулся к диванам, быстрее убегая от преследователя. Теперь вся его спина была белой, точнее голубая кофта, а фартук валялся где-то под столом, как и фартук Баки. Они гонялись друг за другом, пока Баки не повалил Стива на пол, растирая муку по кофте. Тот смеялся, а Баки сидел на нем довольный, рассматривая свое творение. — История повторяется, — сказал Роджерс, вспоминая ночевку у себя. Баки кивнул и улыбнулся, не замечая, как из комнаты вышли Наташа с Вандой. — Только никто не пьян! — громко сказала Наташа, а Ванда толкнула ее, намекая на то, что они испортили момент. Баки резко встал со Стива, помогая тому подняться. — Я смотрю, мы пропустили все самое интересное. Барнс посмотрел на свою работу. Стив был весь в муке: волосы, лицо, кофта в особенности. Но и Барнс выглядел не лучше. Словно дети решили поиграть с мукой, пока их мамы отвлеклись на что-то более важное. Ванда с Наташей пошли доделывать маффины и вытаскивать уже приготовленные. А безумных отцов отправили в ванну очищаться от муки. Они встали около раковины и вымыли лица. Баки дал Стиву футболку, которая должна была ему подойти, и заставил помыться. Роджерса пришлось уговаривать долго, но Барнс все же это сделал. Через десять минут тот вышел чистый и с мокрыми волосами, неловко смотря на Барнса, а тот махнул рукой, что в этом нет ничего такого. После того как Джеймс сам сходил в ванну, маффины были приготовлены, а кухня с посудой вымыта. Наташа налила всем чаю, оставив каждому по несколько маффинов, а остальные они запаковали для школы. Наконец, все приготовлено, и можно было отдохнуть. За окном было темно, и все о чем-то тихо переговаривались. Стив и Ванда попрощались с семейством Барнсов, отправляясь домой. Наташа, как всегда всех обняла, а Баки последовал ее примеру. Он очень сильно не хотел отпускать Стива, а волосы того пахли его шампунем. Но его пришлось отпустить, махая вслед. — Не волнуйся, я наплела Ванде про то, что мне было плохо и этот период мне нужно было пройти одной. — Ох, — кивнул ей Баки, — вы же прекрасные подруги. Зачем я послушал других? — Мы все страдали из-за тебя. Но так уж и быть, я тебя прощаю. А теперь расскажи-ка мне, как оказалось, что ты оседлал мистера Роджерса?

***

Ярмарка прошла замечательно, и все маффины были распроданы. Баки со Стивом, конечно же, пришли в школу и порадовались за дочерей. Роджерс отпросился с работы, и все они после школы отправились гулять в парк, где подростки болтали без умолку, а Стив с Баки только и успевали кидать друг на друга многозначительные взгляды. Было приятно снова всем вместе проводить время, никуда не торопясь. К вечеру Наташа предложила пойти всем в маленький ресторан, который больше был похож на кафе. Все согласились. И всё действительно было прекрасно, как и должно было быть. Компания уселась за дальний столик, им принесли меню. Ванда с Наташей быстро заказали по тирамису, а мужчины до сих пор выбирали. Пришла официантка, и они заказали себе теплое, а подростки быстро съели сладкое, просясь погулять. — Кафе находится рядом с парком, встретимся там. А так у нас есть деньги, и мы сможем заказать такси. Ну пожалууйстаа, — умоляюще просила Наташа. — Ладно, но только держи телефон включённым. Наташа кивнула, беря Ванду за руку и уходя из ресторана. Перед этим она незаметно для остальных прошептала отцу: «Не испорть всё на этот раз». Баки покачал головой и принялся молча есть, когда им принесли еду. Баки еще раз посмотрел напитки, заказывая вино, на что получил укоризненный взгляд от Роджерса. — Ну, а что? Когда я еще в ресторан приду? Деньги у дочерей есть, причем не только на такси. У нас тоже. А машины завтра заберем. Ну же, Стиви. — Как все продуманно, — нежно засмеялся Стив. — А то! И не будем же мы напиваться. Роджерс все же согласился под просящим взглядом темноволосого, и Баки победно улыбнулся. Они говорили и говорили, а Барнс не представлял, как у них находились еще темы для разговоров. Казалось, за весь день они должны были исчерпаться. Вино несильно ударило в голову, но немного затуманило разум. Хотелось побыстрее очутиться дома в нежной кроватке, но в то же время не разлучаться с приятелем. — Так ты больше ни к кому ничего не чувствовал после матери Наташи? — ляпнул Стив и тут же понял, что спросил лишнее — Оу, — отвел взгляд Барнс, поднимая голову с руки, на которую опирался. Казалось, его совсем не смутил вопрос Роджерса, а наоборот, оживил, если это можно было так назвать. — Господи, прости меня, Баки, я правда не хотел! Я не знаю, что взбрело мне в голову, — стал просить прощение Стив, а весь алкоголь быстро выветрился из организма. — Хей, всё в порядке. Я могу уже спокойно об этом говорить, даже с какой-то легкостью. Она умерла много лет назад и уже ничего не изменить, нужно жить дальше, чтобы не напортачить с живыми. Мертвые уже в могиле, и нужно заботиться о настоящем. Стив кивнул, успокаиваясь, он взял бокал, опрокидывая в себя еще немного красной жидкости. К чему он вообще задал этот вопрос? Но вот Баки думал сейчас о другом. Он так и не ответил на вопрос, потому что не знал, как на него ответить. Раньше бы Барнс наорал на любого, сказав, что мать Наташи была самым прекрасным человеком. Но вот сейчас? Он оставил ее в прошлом и не потому, что так надо, или так попросила Наташа, а потому, что чувства действительно остыли. Единственное, что он чувствует при ее упоминании, так это скорбь, которая и должна присутствовать, но ничего более. Но вот озадачило Барнса совсем другое. Похожие чувства сейчас у него вызывал мужчина, который сидел, напротив. И это было очень странно и… волнующе? Баки не мог их объяснить. Голова закружилась от этих размышлений, и Роджерс взволнованно посмотрел на него. — С тобой все в порядке? Может, поедем домой? Баки кивнул, а Стив поднял руку, дожидаясь, когда им принесут счет. Они расплатились и вышли на улицу. Роджерс вызвал такси, с опаской посматривая на Барнса, но тот заверил, что уже всё в норме, и с ним ничего не случится. Конечно же, Стив не поверил, но на несколько процентов он успокоился. Он заботливо усадил Баки в машину и сел рядом, а водитель неодобрительно покачал головой на это. Роджерс хотел было что-то сказать, но Баки взял его за руку, останавливая, из-за чего Стив вздрогнул, но руку не убрал. Они вышли около квартиры светловолосого. Барнс сам вывалился из машины, пока Стив расплачивался, не давая ему снова обходиться с ним, как с маленьким ребенком. Тот с доброй улыбкой покачал головой и открыл входную дверь. Как только они зашли домой, у Баки завибрировал телефон. Он устало посмотрел на него, читая СМС от Наташи, где говорилось, что они с Вандой у Барнсов дома и будут ночевать там. Стив встал рядом, смотря в чужой телефон, начиная глупо улыбаться, от этого уголки губ Барнса дернулись. — Какая ирония, что они приехали домой к тебе, а мы ко мне. — Нужно поехать к ним. — Куда тебе-то? Ты чуть не вырубился в ресторане, а теперь рвешься еще минут двадцать ехать в машине, где тебя может укачать! Я специально попросил остановить водителя здесь, так как мой дом был ближе. — Со мной все хорошо! — возмутился Баки. — Просто разные мысли в голову ударили, а ты уже запаниковал. — Им по шестнадцать лет, наоборот обрадуются, что дома одни, и им никто не будет мешать веселиться. А ты быстро в кровать, проспись. — Да мне правда хорошо! Тем более я не засну так рано, не настолько еще пьян. — Ничего не хочу знать! Снимай куртку, ботинки и сейчас я дам тебе таблетку. Барнс цокнул языком, недовольно садясь на тумбочку. Стив отправился на кухню, включая тихо телевизор и шумя ящиками. Барнс с неохотой снял куртку и отшвырнул обувь. Зал, объединенный с кухней, освещал только телевизор и светильник рядом с окном. На часах было восемь вечера, но за окном стало слишком темно, что несвойственно для такого времени. Баки плюхнулся на диван, переключая каналы, а Роджерс неодобрительно покачал головой, словно тот ребенок, а Стив не может затолкнуть ему в рот еще одну ложку полезного пюре. К слову, таблетка так и осталась лежать на чайном столике. Стив уже успел позвонить Ванде, предупреждая, что подростки будут одни, и на конце послышался радостный писк Наташи. Из комнаты он притащил несколько подушек и одеяло, раскладывая всё на диване. Баки снял футболку, залезая под теплое одеяло. Они смотрели какой-то дурацкий фильм, который темноволосый вечно комментировал. Стив был в сидячем положении, а Баки спустя время развалился, и голова покоилась у того на коленях, используя их вместо подушек. — Знаешь что? — внезапно начал Баки. — Возможно, мы даже когда-то встречались. — Уверен, мы бы запомнили, — ответил Стив, а Баки поднялся с дивана и сел рядом. И, конечно же, Роджерс не смотрел на голую часть тела друга. Совсем нет. Ну, если только краем глаза и изредка. — Ну, мы же учились в одной школе. Я играл в школьной команде по футболу. Неужели ты не ходил на матчи? Стив покачал головой, а Баки нахмурился. — Ты же вон, какой большой, как ты вообще не был в команде? — Нуу, тогда я был совсем другим человеком. В плане физической формы. — И выбрал рисование, — бархатным голосом сказал Баки. — И все же жаль, что мы тогда не встретились. — Ты должен радоваться, что мы тогда не встретились. Иначе бы сейчас ты со мной не общался, и было бы все по-другому. — Возможно, ты прав, — кивнул Барнс. — Сейчас у нас прекрасные дочери, которых мы сильно любим. Дыхание Баки стало резким, и Стив сразу это заметил, волнуясь, что тому снова плохо и кружится голова, ругаясь на него внутри, за то, что из-за своего упрямства не выпил таблетку. Но тот посмотрел на Роджерса таким взглядом, от которого у Стива побежали мурашки по коже и волосы встали дыбом. — Стив, что ты чувствуешь? — Чувствую? — переспросил Роджерс, задыхаясь от одного вида Баки. Тот перекинул колено через светловолосого, седлая его и расставляя руки по обе стороны его головы, упираясь ими в спинку дивана. Барнс смотрел прямо в глаза. Стив готов был умереть прямо здесь и сейчас. — Да. Что ты чувствуешь? Чего ты хочешь? — Это сложно описать, — пробормотал Стив, отводя голову в сторону, а Барнс последовал за ним, не давая прерваться зрительному контакту. — Ну, мне нравится проводить с тобой время, очень нравится. И хочется тебя… сильно обнять. — Так обними, — практически проурчал Баки, и Стив осторожно обхватил его руками. Баки закрыл глаза и положил свою голову на плечо Роджерса, убирая руки с дивана и обхватывая талию светловолосого в ответ. — Ты словно кот, которого не хочется отпускать, — неожиданно для себя тихо засмеялся Стив, начиная гладить того по голове. — Нравится моя ласка? Баки поднял голову, облизнулся и кивнул, обратно опуская ее на теплое местечко. Вот теперь Стив действительно задрожал всем телом от происходящего. — Что я чувствую? — сдавленно прошептал Стив, вспоминая первый вопрос. — Это нельзя описать словами или как-то выразить. Это… это буря эмоций, которые никогда не утихают, а лишь на время успокаиваются и снова начинают терзать изнутри, просясь вырваться наружу. — Стив, — Баки поднял свою голову и обхватил одной ладонью подбородок светловолосого, когда тот не мог смотреть на Барнса то ли от стыда, то ли от смущения, снова заглядывая в такие черные блестящие зрачки. — Чего ты хочешь? — Ты уже задавал этот вопрос. — Думаю, сейчас я получу другой ответ. Баки провел рукой по лицу Стива, вырисовывая непонятные линии, от чего тот закрыл глаза и глубоко дышал. Ему сейчас было нелегко. Очень нелегко. Но и Барнсу было тяжело, хоть он сам первый завел эту игру, в которую было трудно играть. Ему тоже было страшно. — Можно кое-что сделать, Стиви? — нежно спросил Баки, пытаясь сдерживаться из последних сил, а в его голосе слышались бархатные нотки. Ответа не последовало, но его было и не нужно. Роджерс полностью отдавал себя власти Барнса, разрешая прямо сейчас делать с собой что угодно. Стив сдавленно дышал, а дома было слишком жарко, слишком мало пространства, слишком тесно. Но границы уже давным-давно стерты. Тяжелое дыхание около ушка Стива прекратилось, и он открыл свои глаза. Барнс облизал пересохшие губы, тяжело смотря на светловолосого. Вот они друг перед другом и могут делать все что угодно. Баки немного наклонился, вызывая у Роджерса недоумение, а потом расслабленную реакцию, вперемешку со стыдом. Он снова закрыл глаза, откидывая голову на спинку дивана. Барнс провел языком по шее Стива, глубоко вдыхая в себя его запах и быстрее пытаясь прийти в себя, потому что это не может быть правдой. Просто не может, всё слишком прекрасно. Он поднял голову и взглянул на мужчину перед собой, наслаждаясь волшебным видом. Баки облизал еще раз шею Стива, понимая, что чувствуют все вампиры мира. — Бак, — вздрогнул Роджерс, не открывая глаза. Барнс подул на его шею, а Стив сдавлено простонал, ощущая неприятный холодок после тепла. Баки усмехнулся и провел языком по правой щеке, легонько держа подбородок Стива в левой руке. Губы Роджерса были полностью искусанными, окрасившись в вишневый цвет. Баки глубоко вздохнул и облизнул их, не проникая в приоткрытый рот Стива, за что получил сильное недовольство. Теперь Барнс сам набрал в себя воздуха, закрывая глаза и медленно ища своими губами чужие. — Бляять, — выдохнул Барнс, так и не поцеловав Роджерса. Прозвенел звонок. Гребанный звонок! Кто и когда его вообще установил? Стив растерянно открыл глаза, придерживая руками талию Барнса, который уткнулся головой в плечо хозяина, чуть ли не хныча. Роджерс сам готов был заплакать, только пусть Баки, наконец, его поцелует, пожалуйста. Он должен почувствовать на языке его вкус. Он уже молчит про другое, хотя бы это. Не так уж много он и просит. Противный звук раздался еще раз, а Баки застонал, вставая с Роджерса. Он глазами нашел свою черную футболку и натянул обратно, идя к входной двери за Стивом. Как у них вообще есть какие-либо силы идти, остается под вопросом. Они не смотрели друг другу в глаза, но тут Роджерс резко обернулся, всматриваясь в лицо Барнса. Тот вопросительно поднял брови. — Это не может быть Наташа с Вандой. Время почти двенадцать ночи, да и не думаю, что им страшно спать одним в доме. — А если что и случилось, то в соседнем подъезде живет пятидесятилетняя дама, которая всегда нам помогала и ни в чем не отказывала. Лишь ограду перепрыгнуть, и ты у нее. Стив обеспокоено посмотрел на Баки, а тот положил руку на его спину, придавая уверенности. Роджерс вздохнул и повернул несколько раз замок, открывая дверь. На пороге стояла женщина, которой Барнс мог дать лет тридцать. — Привет, Стив. Я звонила тебе и дочери, но никто не брал трубку. Так устала после перелета. Поселилась в каком-то отельчике, но не сдержалась. Решила увидеть вас поскорее. Ванда уже спит? — Стив? — ошарашенно спросил Баки, поворачивая голову к светловолосому. Тот стоял в таком же шоке и не мог выдавить и словечка из себя. — А это что за молодой человек? — уставилась женщина на Барнса с неким презрением, и тот захотел захлопнуть перед ней дверь. — Задам тот же вопрос. — Магда Максимофф — мама Ванды.