Из принципа

Юно несколько раз моргает, затем трёт глаза и на всякий случай подносит лист бумаги, который Тэён минуту назад положил на его стол, к лицу: — Заявление об увольнении? Ты серьёзно? Тэён с готовностью кивает. — А как же ездить вместе на работу, целоваться на перерывах и флиртовать у всех на глазах в кафетерии? — А как же сплетни, слухи, перешёптывания за спиной и прочее? — парирует Тэён, будто только и ждал этого вопроса. — Я люблю тебя, но не хочу усложнять нам обоим жизнь. Тем более, я давно хотел попробовать что-нибудь новенькое. — Ладно, я подпишу. Но ты всегда можешь вернуться, знаешь же? — Знаю. Но не буду. Юно ему не особо верит.

***

А зря. Тэён действительно не возвращается, предпочитая устроиться в другую фирму, где зарплата меньше, как и обязанности. Тэн, пусть и ворчит из-за того, что друг всё же решился дать своему недо-соулмейту ещё один шанс, поддерживает и даже решает закатить вечеринку по этому поводу. Масштабы слегка больше, чем Тэён предполагал, и тайцу требуется несколько дней, чтобы всё организовать. Тэён, не вмешиваясь, спокойно работает, пока не получает сообщение с кратким текстом: «Мы можем встретиться? Нужно с тобой поговорить. Сохён». Ли не верит своим глазам. Бракоразводный процесс закончился, разошлись мирно и без лишних слёз, так зачем Тэён ей понадобился? Тем не менее, он соглашается. Сохён, сидя за столиком в углу небольшого кафе, нервно сминает в изящных пальцах салфетку, пока ждёт Тэёна. Он приветствует её лёгким кивком и садится напротив. — Не ожидала, что ты согласишься. — Не в моём стиле отказывать в таких случаях. Тем более я тоже хотел хоть раз спокойно с тобой поговорить. — Зачем? — удивляется Сохён. — Я же тебе, можно сказать, жизнь испортила. — Нельзя сказать, что виноват кто-то один, — пожимает плечами Тэён. — Я прекрасно знаю, что такое тяга к своему соулмейту, поэтому с одной стороны я понимал, насколько сильно тебе хотелось быть с ним, а с другой — ненавидел, потому что ты отобрала эту возможность у меня. — Связь соулмейтов — та ещё ерунда, — соглашается Сохён. — Но я вела себя эгоистично. Наверное, я и не любила его толком, потому что тогда смогла бы отпустить и позволить быть с тем, кого любит он. Я… глубоко раскаиваюсь, правда. Прости меня, Тэён. — И ты меня, хорошо? Я тоже не всегда вёл себя достойно. Оставим это в прошлом и сосредоточимся на настоящем. У тебя всё хорошо? — Сейчас — да. По крайней мере, намного лучше, чем тогда, когда я обманывала саму себя. Я надеюсь, у тебя тоже всё хорошо. В глазах Сохён стоят слёзы, и она аккуратно, чтобы не испортить макияж, вытирает их салфеткой. — Хорошо, — Тэён, сам от себя не ожидая подобного жеста, тянется, чтобы накрыть ладонь девушки своей. — Как думаешь, мы сможем стать друзьями? Возможно, не сейчас, но когда-нибудь. Всё-таки нам теперь некого делить. — Сможем, — уверенно говорит Сохён. — Я буду стараться. Она кладёт вторую ладонь поверх Тэёновой, сжимая его руку, и улыбается. Тэён улыбается в ответ. И ни о чём не жалеет.

***

Марк теперь работает один, то и дело по старой привычке начиная что-то говорить и тут же замолкая, осознав, что Тэёна за столом напротив нет. Он рад за хёна, правда, рад, но теперь, кажется наступила пусть и счастливая, но довольно скучная жизнь. Они с Донхёком хотя и живут вместе, но видятся только утром и вечером, плюс на перерывах, когда младший забегает украсть очередной быстрый поцелуй со вкусом кофе из автомата и сигарет. От долгой работы буквы плывут перед глазами, и Марк откидывается на спинку кресла, решая ненадолго отвлечься. Он проверяет телефон, но, увы, — ни одного нового сообщения. Придётся и дальше тухнуть здесь в полном одиночестве. Дверь распахивается резко, будто кто-то собирался выломать её с ноги, и Марк, перегнувшись через весь стол для лучшего обзора, понимает, что да, так и есть. У Донхёка в руках огромная коробка, и Марк, уловив один только его недовольный взгляд, подбегает, чтобы принять её из рук младшего и поставить на соседний стол. — Я, в общем… — пытается отдышаться Донхёк. — Решил надоедать тебе настолько, насколько это вообще возможно. Поэтому готовься, что теперь мы будем видеться ещё восемь часов в сутки. — А если надоешь всё-таки? — уголком губ улыбается Марк, пытаясь хоть как-то сдержать рвущуюся наружу радость. — Сам виноват, — пожимает плечами Донхёк. — Не надо было соглашаться. Но я могу переезжать туда-обратно в зависимости от того, в ссоре мы или нет. — Не надо. Я буду смотреть на тебя и понимать, какой я дурак, раз посмел с тобой поссориться. Донхёк закатывает глаза, но потом всё же оставляет на щеке Марка лёгкий поцелуй. Не просто же так он здесь. В кабинете, в компании, да и вообще — в жизни Марка.

***

Тэн и Донхёк рубятся в приставку, то и дело с громкими визгами пихая друг друга локтями, Марк и Сохён о чём-то негромко беседуют, сидя на диване, а Тэён всё никак не может вернуться с кухни, куда отправился за испёкшимся тортом, потому что Юно совершенно случайно увязался следом и стал отвлекать. Вечеринка по случаю его увольнения спустя два месяца всё же состоялась. Причина была довольно простой — никак не могли собраться вместе, а Тэён настаивал, что либо шестеро, либо никого. О первоначальном поводе тоже успели забыть — поздравили и Юно с наступающим днём рождения, и Сохён с прошедшим, и Донхёка с новой татуировкой — небольшой мордочкой льва у самого сердца. О причине он не особо распространялся, но Марк слишком уж очаровательно краснел, чтобы не догадаться. Еда понемногу заканчивается, поводы выпить — тоже, и тогда Тэн, уже пару часов как навеселе, решает взять дело в свои руки. Он забирается на стул, благо потолки позволяют, и хлопает в ладоши. — Попрошу внимания! Донхёк, который уже успел вздремнуть, обняв Марка всеми конечностями, вздрагивает и открывает глаза, сонно озираясь по сторонам. — Итак… — не хватает, кажется, только напряжённой барабанной дроби, но Тэну, хитрым взглядом обводящему всех собравшихся, и без неё явно неплохо. — Недавно в моей жизни случилось кое-что очень важное. — Ты решил переехать обратно в Таиланд? — с плохо скрытой надеждой интересуется Тэён. — Я нашёл его. И кажется, я остаюсь в Корее. Тэён роняет вилку, Донхёк бормочет «лучше бы ты нашёл совесть» и снова утыкается лицом в плечо своему парню, намереваясь доспать ещё хотя бы немножечко. Кажется, Марк думал, что его жизнь стала скучной? Забудьте. Просто забудьте.