Плодитесь и размножайтесь

      У выхода из храма их всех ждёт речной автобус, предоставляемый общиной, который отвезёт их в родной компаунд. Уверовавшая прихожанка вновь оказывается на соседнем кресле, и Адам понимает, что она нарочно. Девушка робко ищет его взгляд и Адам отворачивается, всю дорогу смотрит в окно.       Дежурный охранник, сегодня это Лю, встречает их всех улыбкой. Адам получает от него небольшой свёрток с подписанным именем и адресом. Почта.       Адам живёт один, и дом его захламлен. Адам включает новостной канал: больше для того, чтобы не было так тихо, и разбирает почту. Таблетки по рецепту от психолога — спасибо, не надо, мы как-нибудь сами. И открытка. Белый конвертик с лаконичным рисунком тушью. Адам знает, что больше не нужно искать тайные знаки — отправитель просто хочет быть вежливым, но всё равно рассматривает мазки некоторое время. Внутри, как обычно, карточка с приглашением.       Удачное совпадение.       Бодрый голос диктора под мажорный марш привлекает его внимание. По стене-экрану под тёмными низкими тучами шагают в ногу стройные ряды красивых молодых людей. «Парад атлетов, ставший традицией в Примо, в этом году впервые проводится и у нас. Поприветствуем участников из числа студентов…»       Адам смотрит на молодые тела и не может оторваться. Оператор едет на спецтележке по площади, параллельно колонне марширующих девушек в одинаковых маечках и шортах. Ветер треплет им волосы, но им, совершенным, не холодно. Правильные лица улыбаются в камеру, ножки в белых носочках вскидываются в едином ритме под громовые раскаты барабанов… Адам выключает передачу. Его колотящееся сердце гонит кругами, малым и большим, волну страха и вожделения. Тело-предатель пробуждается к жизни и хочет разрядки.       Запускать порнографическое кино на всю стену — удовольствие на любителя, но Адам не из их числа. Он пересаживается к настольному экрану, вводит запрос с предпочтениями. И чтоб обязательно снято в годы его юности, к чёрту эту современную эстетику, Адам хочет чего-то знакомого, родного.       К результатам поиска ему выдают и рекламу: «Новый раздел! Винтажная гемофагия! Только живая съёмка, реальные кадры из архивов…».       Адам до конца не верит, что подобное теперь может вот так запросто оказаться на обычной развлекательной площадке. Городские выложили, не иначе. Интересно, сколько им? Они войну вообще застали? Нет больше статьи за разжигание межвидовой розни, нет и цензуры на такие темы — вот и обратная сторона: никто больше не боится, в том числе и любители всяких забав.       Адам не хочет этим заниматься, особенно сейчас, но уже не может пройти мимо. Если реклама не врёт, то следует подать жалобу хотя бы на неуважение к мёртвым.       Фильм снят на стационарную камеру с одной точки так, что видно только широкую кровать, а не всю комнату. Первые кадры: на кровати, отвернувшись от зрителей, сидит обнажённый человек. Курит, руки дрожат. На его шее уже есть отметины — и Адам шумно выдыхает: парень не жилец. Второй участник действа появляется позади первого, неспешно расстегивает рубашку. По ногтям и фактуре кожи видно, что вампир, а не актёр в гриме. Жертва вздрагивает, запоздало заметив присутствие своего убийцы, и тянется к нему. Человек не боится. Он нуждается в прикосновениях — так и работает яд первого укуса: вызывает привязанность. С каждым кровопусканием она будет лишь усиливаться. Жертва осознаёт происходящее, но уже не может убежать от мучителя.       Адам проматывает долгую прелюдию: трудно наблюдать за нежными ласками хищника, зная, что возбуждение партнёра интересует его только как приправа к блюду. Вот тела сплетаются в танце, пока ещё похожем на любовный. Дальше. Другая поза, другой темп. Дальше, дальше.       Человек снова сидит один, кровать аккуратно застелена — опасение Адама подтвердилось: фильм не завершился на одном соитии — это склейка всех сцен кормления. Конечно, между ними вырезаны периоды, когда жертва отсыпается под капельницами. В реальности всё должно было занять двое-трое суток, не меньше — за один подход вампир отпивает несколько глотков, а все игрища перед этим ему нужны, чтобы довести еду до нужной кондиции. Секс для людоеда — одна из кулинарных техник.       Адам проматывает ещё кусок записи. Вот в ход идут игрушки. Вот вампир прижимает человека к себе спиной, держит ему голову за волосы и что-то шепчет на ухо перед укусом. Вот двое лежат на подушках, обнявшись, будто настоящие любовники: заметно осунувшийся человек льнёт к вампиру, а тот нежно гладит его в ответ. Даль… Стоп.       Адам наблюдает за сценой, в которой нет никакой динамики. Зачем бы её оставлять в фильме? Интимная постельная беседа, вампир что-то спрашивает, человек рассказывает, выводя пальцами узоры на его груди. Звуковой дорожки нет, только наложенная поверх музыка, и Адам пробует разобрать хоть что-то по губам.       Когда-то Мария задавалась вопросом: кто и для кого подобное вообще снимал и откуда на нелегальные порталы попадали похожие записи. Самим вампирам порнография не нужна: механизм их сексуальности не похож на человеческий и запускается только при контакте с потенциальным партнёром. Секс у них не для размножения, а для установления иерархии путём обмена биоматериалами или, как на записи, для еды. Упырь чует другую особь, решает покорить или подружиться — и тогда его организм запускает выработку телесных жидкостей, которые он или она передает на слизистые партнёра при контакте. Состав феромонов и психотропов в них каждый раз индивидуален: подбирается инстинктивно под параметры партнёра и с учётом желаемого результата . Не любой секс с упырём смертелен, но любой токсичен.       В общем, на картинку у вампира реагировать нечему.       Теперь же, глядя на немой диалог, оба участника которого на сегодняшний день мертвы окончательно, Адам начинает подозревать, чем же была эта запись на самом деле: протоколом допроса.       Видимо, жертва из осуждённых: может, подпольщик или обычная оргпреступность. Эффект наркотика и опытные руки вампира — и жертва расскажет всё, что знает. Интересно, следователи-люди потом прилагали к материалам дела всю запись или только нарезку из показаний?       Адам переключает в самый конец: может, хотя бы финал обрезали?       Нет.       Обмен завершён: недавно живое, а теперь постаревшее от истощения тело мужчины обвисает в объятиях недавно мёртвого, а теперь цветущего здоровьем вампира. Голова жертвы бессильно откидывается назад, и пустые глаза смотрят прямо на зрителя. Вампир бережно укладывает любовника, укрывает простынёй, будто спящего, закрывает ему веки.       Адама вдруг пробивает дрожь от того, насколько эта чуждая всему человеческому тварь, насытившись, стала неотличима от человека — нормального в понимании Адама человека, представителя ушедшей эпохи. Адам не боялся их, когда сражался с ними, но теперь, когда мир сдвинулся и Адам уже не успевает за изменениями, его охватывает животный ужас при мысли, что единственная память об облике людей прошлого могла сохраниться лишь в личинах бессмертных людоедов.       Он завершает сеанс, так и не придумав текст сообщения модератору. Позже, на свежую голову. А сейчас ему нужен душ.

***

      Адаму чуть за сорок. Он смотрит на свои руки, рассматривает себя в зеркале, подмечает изменения. Берётся за гель и бритвенный станок, очищает себя от волос полностью — он ведь всё ещё человек высокой культуры, пусть и забытой. Он бы побрился налысо, но седая шевелюра маскирует деформацию черепа. С лицом приходится быть аккуратным, вокруг неровной борозды шрама он использует гель.