Выжить

Прекрасная весна. Яркое солнце слепит глаза, а теплый ветер колышет траву, переливающуюся всеми цветами зелени, и безжалостно срывает некоторые лепестки цветущей сакуры. Хината спокойно шагал по тротуару к театру их городка, в котором работала его мама. Шоё совсем не замечал того, что в такую чудесную погоду улицы пустуют, все его внимание было сконцентрировано на платье, что он трепетно нёс в руках. Зайдя в театр, он не пошел искать свою маму, а направился к каморке под лестницей, где за столом сидели двое мужчин, что работали здесь охранниками. Они занимались своими обычными делами — играли в шашки и тихо разговаривали о чём-то своём. Хината хорошо сдружился с ними и любил в свободное от занятий время поиграть с ними в карты, сёги, морской бой, поговорить на разные темы или высказать свое мнение о недавних выступлениях в театре. — Хееей, привет! — радостно пропел Шоё, помахав им свободной рукой, а в другой держа платье. — Вы не знаете, где сейчас моя мама? — Ай, рыжик, привет, — поприветствовал его один из охранников, повернувшись в сторону двери, где стоял мальчик, а второй только молча помахал, приветствуя. — Она ушла за твоей сестрёнкой, отнеси её костюм в гардероб, мы скажем, что ты приходил. Хината кивнул, улыбаясь и быстрым шагом пошёл к гардеробу, где актёры переодевались в разных персонажей. Он повесил это платье на отдельную вешалку, чтобы его можно было заметить. Обратно Хината уже бежал к выходу, чтобы не опоздать на договоренную встречу со своими лучшими друзьями. Как только Шоё оказался на улице, то сначала не поверил своему острому зрению... На него шла толпа страшных и омерзительных тварей, лишь по некоторым зацепкам образа можно понять, что это люди. Сам вид их был неприятен: кожа бледная, как снег; гноящиеся язвы; оборванная и окровавленная одежда свисала с тел; сквозь пожелтевшие зубы изо рта сочилась кровь... Зомби. Откуда они взялись, Хината не думал. Он ни о чем не думал. Его душа ушла в пятки, а тело парализовал страх и шок. И вот, в момент, когда зомби почти заметили его, бедного мальца за шиворот затащила в театр огромная рука. Рука охранника. Большой мужик, будучи шкафом 2 на 2, что было редкостью в Японии, закрыл дверь на все замки и засовы, чтобы эти чудовища не забрались сюда. В это время Шоё почти пришел в себя, в его глазах читался всё тот же страх, паника и непонимание. Янтарные глаза наполнились слезами, сам Хината сильно дрожал. Туманное осознание происходящего будоражило мысли Шоё. Резко его зрение начало мутнеть, дрожащие коленки подкосились... Обморок. Очнулся мальчик от резкого и едкого запаха прямо под носом. Нашатырь быстро приведет в чувства любого. Хината, первым делом, не обращая внимания на охранников и то, что он находился в их комнате, подбежал к окну и выглянул в него, для убеждения самого себя в том, что это сон. Увы, жестокая реальность не пощадила ни его, ни соседей, ни город... Там, по тем самым улицам, где всегда был покой, гуляли люди, а на детской площадке играли маленькие дети, теперь медленно бродили зомби в поисках свежей добычи. С виду они казались безобидными, но кучка таких тварей вполне себе могла выломать дверь дома или вскрыть машину. Только до окон театра эти ужасные твари не могли добраться, так как они были слишком высоко. Тем более, на всех стояли решетки, не дававшие просунуться туда человеку. Всё ещё не веря в то, что это не сон, Шоё ущипнул себя за руку. Ущипнул сильно, до оставшихся следов от ногтей на руке. Только тогда он уже хотел закричать, заплакать или устроить истерику, а может и все вместе. Шоё думал сейчас даже не о своём состоянии здоровья, а лишь о своей маме и сестрёнке Нацу, своих друзьях... А вдруг их больше нет? Вдруг они сейчас бродят по улицам города, совсем не похожие на себя прежних? — Слушай, ты в порядке? Тебя не укусили?  — обеспокоенно спросил один из охранников, подойдя к мальчугану сзади и положив руку на его небольшое, хрупкое плечо, тем самым отгоняя его неприятные мысли. — Надеюсь, ты понимаешь, что произошло... Это, конечно, ужасно, но нам придется выживать. У нас есть запасы еды, которых должно хватить на некоторое время. — Да... понимаю. Всё в порядке, — Хината отвернулся от окна и попытался широко улыбнуться в лицо охраннику, как он делал это раньше, но не получилось. Его уголки губ так и не смогли подняться вверх и вывести хоть какую-то улыбку. Его можно понять. Шоё сел на диван, пытаясь держать абсолютное спокойствие. Провизия есть, значит, они протянут некоторое время, а дальше только время знает, что будет. Хината именно так успокаивал себя. Он надеялся, что его семья в порядке, и они живы. Надеялся, что они где-то прячутся. И верят в него, как он в них. С этого момента эти трое начали выживать. Они экономили еду, отвлекались от того, что происходит на улице, играя в карты и прочее. Иногда кто-то из троих ходил осматривать театр, чтобы знать, что зомби не проникли в здание никаким образом. Запасы еды постепенно закончились, как и вода. Хината, чтобы отвлекать себя от голода и страха часто ходил по театру, рылся в шкафах и гардеробе, тумбах и кабинете директора, но это ему быстро наскучило, когда больше не было ни единого уголка, который бы он не знал. В скором времени вся еда закончилась, а запасы воды опустели. Без еды можно прожить неделю или две, а вот без воды... Охранники решили вооружиться и выйти из их "штаба" для пополнения провизии. Они нашли в подвале два автомата, пули для них, попрощались с мальчиком, заключив его в крепкие объятия около выхода из театра, и ушли на улицу. Шоё закрыл за ними двери на всё... Ему оставалось только переживать за них и ждать возвращения.

***

— И почему они так долго... — спросил сам себя Хината, обречённо вздыхая. Охранники ушли два дня назад, так и не вернувшись. Мальчуган лежал на полу сцены, где проходили разные выступления, концерты и тому подобное. Он лежал, закрыв глаза. Его желудок будто прилип к позвоночнику, от сильного чувства голода хотелось завыть, но в горле пересохло. Он уже не верил, что выживет здесь один. А за пределами театра тем более. Там его найдут сразу, не дав и попытки удрать. В его тело вонзятся тупые и испачканные чужой кровью зубы, они будут отрывать от его тела куски мяса, жадно глотая их, криков о помощи никто не услышит, кроме самой жертвы и убийц. — Даже если я умру, то только здесь... — думал Шоё. Эта мысль всё чаще лезла в его голову, и все дольше оставалась там. Его успокаивало только то, что он умрет в тишине и спокойствии, а ещё лучше, если во сне. Желудок жалобно заурчал, отдавая спазмами по всему телу, заставив таким образом бедного Хинату перевернуться на бок, обхватить руками живот и прижать ноги к телу. Стараясь не издавать лишних звуков он прикусил губу, заскулил и сморщил лицо от боли. Вдруг, Шоё услышал какой-то шум, похожий на медленные шаги, тихие и настороженные. — Ну вот... видимо, зомби пробрались сюда... Теперь меня съедят, — Думал Хината, понимая, что смысла бежать и прятаться нет, как и самих сил на это. Не будет ему спокойной смерти. Он всё так же лежал на сцене, шаги становились слышны чётче. Рыжик даже не открыл глаз, чтобы посмотреть, кто к нему направляется: такой малый шанс на спасение? Ему уже было всё равно на это. Существо было всё ближе к сцене и скоро между ними оставались считанные метры и угол...