Выжить

Тем временем, существо было всё ближе к сцене и скоро между ними оставались считанные метры. Когда Хината услышал шаги уже совсем рядом, то его сердце бешено забилось. Он не хотел умирать. Всё-таки не хотел. Но, как думал наш мальчик, шанса на спасение у него уже нет. Сердце билось всё сильнее, заставляя виски бешено стучать и давить на мозги. Ему было действительно страшно, но собственная беспомощность пугала его сознание ещё больше, чем сама смерть , заставляя зажмуриться сильнее. Биение сердца будто бы отдавалось эхом по всему большому залу, давая понять существу, что он жив, что он паникует. Шоё почувствовал, как к нему наклоняется то самое, что его и убьёт. — Ну вот... Прощай, такая суровая жизнь... — начал мысленно прощаться с жизнью Хината — Я уже всё равно никуда не убегу... Вдруг, то самое существо садится рядом, за спиной Шоё, прямо на покрывшийся толстым слоем пыли пол и резко берёт его за волосы, поворачивая к себе, дабы разглядеть лицо. Рыжий всё-таки открывает глаза, их взгляды встречаются. Глаза цветом неизведанной глубины океана, полные серьёзности и глаза цвета янтаря, отражающего в себе лучи солнца, но и одновременно показывающие, что он пережил за последнее время. Хината осознаёт, что перед ним не зомби, не какая-нибудь другая тварь, а человек... Значит, не он один остался в живых. Шое начал изучать его, каждую деталь пытаясь ухватить и запомнить. Чёрные волосы, синие глаза с суровым взглядом и недовольно сведённые к переносице брови. Этот парень не изучал его как новый предмет, а оценивал. Видимо, для каких-либо целей. — Сгодишься, — сказал ему темноволосый и отпустил его. — Вставай живо, работа есть... Быстрее, блять! Шоё собрал все силы, что у него были и встал с пыльного пола сцены, на котором уже планировал умереть. Теперь, в его сердце зародилась надежда на спасение. Его душа трепетала, а в глазах снова появлялся тот самый, прекрасный блеск счастливых глаз, но ещё столь малый. — Иди сюда, пиздюк мелкий, — проворчал парень, уходя со сцены. — Я Кагеяма Тобио, если уж на то пошло. — Эээээй, я не мелкий, мне 18! И меня зовут Хината Шоё, — рыжий спустился со сцены следом за новым для него человеком, которого ему предстоит узнать. Шоё шёл за Тобио до самого выхода, но когда вышел на улицу, то Хинату свела судорога, резко панический страх за свою жизнь вернулся, а ватные ноги не хотели переступать порог открытой двери. Было страшно... Опять. Но... Ему пришлось, он смог! Он, переборов свой страх, вышел за пределы здания и прищурив глаза от не столь яркого света, побежал к машине, около которой стоял Кагеяма, доставая коробки абсолютно разных размеров, большие бутылки с водой, медикаменты. Машина была в некоторых местах покрыта кровавыми следами, исцарапана когтями, краска кое-где облезла, заднее стекло покрыто трещинами. — Эй, ты! Как тебя там... Блять... Хината, вот! Бери коробки и тащи в комнату под лестницей. Хината не стал перечить, мало ли, что у него на уме, может и застрелить ведь. От таких мыслей у мальца пробежали мурашки по коже. Они оба начали таскать коробки и воду из машины в комнату, иногда проверяя обстановку на улице, чтобы зомби снова не появились и не застали их врасплох. Перетащив все вещи, что были, они оба сели на диванчик, облегчённо вздохнув. Хината чувствовал себя просто ужасно. Руки и ноги болезненно ныли, а живот исполнял песни китов. Ощущалась сильная усталость, а также боль в спине. — Малявка, а ты двери закрыл? — Ой... Нет... Я сейчас закрою! — Сиди, блять, сам закрою, проблем ещё не хватало. Кагеяма удалился из комнаты под громкое и недовольное фырканье Хинаты. Он ведь совсем не малявка. Ему уже 18! Шоё всё-таки решил заглянуть в несколько коробок, дабы убедиться, что он такое тяжёлое таскал. Любопытство до добра, конечно, не доводит, но проблемы-то ждут. Вскрыв одну из коробок, он увидел, что там лежит пара автоматов, три пистолета и пули для них. В большом количестве. Хината, впрочем, не удивился. А чему удивляться? Зомби кругом, убивать вблизи опасно, как никак. Вскрыв другую коробку, побольше, он нашёл то, чего ему так не хватало это долгое время. Еда. Консервы. Пусть даже консервы, главное, что их можно есть. Радости Шоё не было предела, он был готов закричать и прыгать по комнате от радости. Но сдержав её в себе, он нашёл нож, которым можно было открыть банку. Промучавшись некоторое время, Хината всё же справился, достал из того же ящика ложку и начал уплетать печёнку за обе щеки. Божественно. Есть можно. Хината съел целых две банки печени, решив, что для него хватит. Повернувшись к выходу из комнаты, он встретился с недовольным взглядом Тобио, которым можно было испепелить человека мигом. — Ах ты... Маленькая тварь! — Кагеяма вздохнул, пытаясь держать гнев в себе, ведь пацан ему ещё пригодится. — Спокойствие, спокойствие... Хината тревожно следил за ним, готовый в любой миг дать дёру. Но именно в тот самый момент, когда Кагеяма всё-таки решил хорошенько наорать на него, за его ногами стало видно какой-то невысокий силуэт. Собака. Из-за ног Тобио выбежала собака. Колли. Стройная собака, породистая, свисающие ушки, но шерсть поредела, потускнела, а морда была вся грязная. Видимо, шлялась по помойкам. — Ооо, собака. Давай оставим? — Хината сделал умоляющие глазки, смотря прямо в душу к темноволосому. — Чёрт с тобой, пусть будет. Пускай его будут звать Рином. Шоё вмиг расплылся в улыбке. Он подбежал к собаке, начав её гладить. Собака была не против этих ласк и, перевернувшись на спину, подставила свой худой живот. — Сворачивай лавку, я спать. Только попробуй разбудить, придушу и полуживого отдам зомби, не пожалею. С этими словами Кагеяма улёгся на диван, накрывшись пледом, каким был постелен этот диванчик. А Хинате пришлось искать на складе футон, отбивать его от пыли, а уж потом, тихо постелив в комнате, ложится спать. Собака примостилась рядышком с ним, прижалась и засопела. Хината уснул впервые счастливым за столь долгое время...