Выжить

Борьба между ними была тяжкой. Но Хаджиме кое-как удалось повалить Вакатоши и вырубить ударом в затылок. Замечательная работа.

*пару часов спустя*

— Ммм… Где… Где я? — глаза слипались, словно их склеили, всё тело онемело, а запястья и ноги жутко ныли. А голова жутко болела в районе затылка, не давая нормально мыслить. Разлепив глаза представилась совсем не та картина, что он ожидал. Темная комната. Он же сидит в клетке на холодном железном полу, связанный по рукам и ногам. Эту комнату освещала лишь небольшая тусклая лампочка на потолке, ничего более. Не припомню, чтобы такое было в театре… Послышались какие-то шорохи, настораживающие Ушиджиму и его сердечный ритм. — Эй! Кто-нибудь здесь есть?! — Паника нарастала, а все лицо вспотело от представлений, что это было. Боль в голове не давали думать спокойно. Какой-то силуэт начал подсвечиваться в тусклом свете. Но кто это… Стоп… Он не один? Сколько их? Его пришли спасти? Или его отдали жутким тварям на растерзание? Не знаю, ничего не знаю… «Тени» вышли из темноты, показывая свой облик. Это его друзья, фух… Хината, Иваизуми, Дайки и Кагеяма. Его спасут, наконец-то! Почему они так смотрят? Паника становилась все больше и больше, покоряя сердце Ушиваки. В их глазах видно… Презрение? Что это? — Ребята… Что? Почему вы так смотрите? Освободите меня уже! Никто не двигался с места, Хината жался к Кагеяме как банный лист. Глаза были красные, как и нос. Плакал… Так, они же не видели никаких живых людей… — Ушиджима, нам пришлось это сделать ради твоего и нашего блага. Ты опасен для нас также, как для самого себя. Прости. — Что ты несёшь, Хаджиме?! Я нормальный, честно! — Слезы опять без контроля лились из глаз, полных отчаяния. Руки сводило в оковы боли ещё сильнее из-за резких движений, что не приносили желаемого результата — выбраться. — Вакатоши! Ты убил Рина и считаешь себя нормальным?! Ты два человека убил и собаку! Тебе прощения нету… — последние слова были произнесены шепотом, с громким всхлипом… Для всех их это было моральной травмой и ударом по сердцу. Рин был их лучшим другом. Слишком большие потери они пережили за это короткое время, и все благодаря Ушиваке: потеря Ойкавы, Изуми, Рин… Слишком много жертв ради того, чтобы просто выжить и вернуть Землю в стабильную и плавную жизнь. Но надо ведь бороться, во чтобы то ни стало. Но Ушиджима им был нужен, ведь учёные разбираются во всем понемногу, а значит, толк от него всё-таки есть. Нельзя его убивать. — И так, выблядок дьявола, мы тебя не убьем, но ты за всё это хорошо~ заплатишь, дорогой. — Хаджиме открыл дверь клетки, зашёл и со всей силы ударил кулаком парня в живот, заставляя того согнуться в три погибели. Больно… Удар был сильный и болезненный, Ушивака закашлялся, а изо рта хлынула кровь. После того, как он пришел в себя после удара, удары пришлись на лицо, из носа тоже пошла кровь, а губа лопнула. В глазах всё плыло и уже парень не мог нормально осознавать, что с ним происходит. Вскоре сознание полностью ушло от него. Оно просто убежало в закат, оставляя наедине с болью, темнотой и онемением. Пришёл в себя он только на следующий день, голова гудела, все также плыло в глазах, как будто похмелье с недельного запоя. Хотя такого у него не было никогда. Увы, нам это не мешает. А может и было. Кто знает, кто знает. Не важно, отвлекаюсь от темы. В общем, ему было херово. Свой же голос отдавался болью и гудением в ушах, это было ужасно и невыносимо. Хотелось кричать от боли, несмотря на эти муки. — Ублюдки! Выпустите меня! — Голос срывался, горло болело. По крайней мере, он уже не был связан по рукам и ногам. Однако, он сидел в специальном кресле для психически больных. Ноги и руки были закованы в тугие ремни. На крики о помощи с матом высотой в три этажа никто не отзывался. Руки с ногами снова ныли.

~на улице, за театром~

Это место пополнится ещё одним неживым телом… Снова смерть… Ушли один за другим. Двое быстро, не успев ничего понять, а другой умер в муках, но гордо. Мы им благодарны за прекрасные моменты с нами, дорогие. — Закапывайте… — Кагеяма сказал это так тихо и сипло, что не было даже на него похоже. Ужасные и смешанные чувства срезали кожу с сердца, делая его ещё более чутким к чужому горю. Хинате по виду было ещё хуже… Закапывать труп недавно появившегося друга, что стал ему родным… Мы в ответе за тех, кого мы приручили… Особенно к этому чутки чувства. Они могут заставить сердце цвести, но могут заставить его истекать кровью, стягивая шипами этих же прекрасных цветов. Ладно, я отошёл от темы, дорогие. Хината был бледнее обычного, сонный, подавленный. После небольших «похорон» Хината сел рядом с Кагеямой, а Иваизуми ушёл к психопату. — Эй… Кагеяма, давай обнимемся? Ты не против? — Шоё спрашивал это на обычных тонах своего голоса, не выдавая тоски и печали, стараясь улыбаться. Не получается у тебя, мой хороший мальчик. — Будь самим собой, будет легче… — Тобио обнял рыжика, прижав к своей груди, целуя эти солнечные кудри. Нервы обоих не выдержали. Они плакали навзрыд, позабыв о гордости. Так и вправду стало легче. Все будет хорошо, главное верить.

~та самая комнатка под лестницей~

Тихие всхлипы разносились по маленькой комнате отчётливо и ясно. Иваизуми тоже не выдержал такого напора чувств. Такие плохие события разом навалились на них... Друзья, они погибли... Это всё слишком сложно переварить. Не хотелось плакать перед кем-то, ему казалось это слишком постыдным, безумным и неправильным. "Плачут только маленькие дети...". Хаджиме так думал, потому и плакал наедине. Успокоившись и вытерев слезы с лица, он решил снять напряжение и направился к заключённому... Время повеселиться.