Выжить

Он заплакал, боль была слишком сильной, чтобы заглушить криками. Крюки рвали кожу на спине. Шрамы останутся... Не думал, что это так больно. В подвешенном состоянии это невозможно терпеть. В глазах плывет от неистовой боли. В агониях боли Ушивака провел несколько часов, кровь струйками сочилась с ран, капая на пол. После его пытались осторожно с них снять. Крюки нельзя было снять. Кровь запеклась, а сами крюки будто врослись в сами раны, не давая ими двигать без болезненных и слабых стонов. Кричать уже не было сил, как и терпеть это. Проще сейчас застрелится, лучше даже убиться головой об эти прутья. Ещё лучше. Хината никому не разрешал заходить в клетку, только если рядом стоять. Хината уже чокнулся, дурачок. Стоит и смеется. Шо поделать. Жизнь — ужасная штука, а мы в ней муравьи. Муравьи пытаются спасти мир, или хотя бы себя. Кхм... Крюки. Их не смогли снять, и потому натянувшуюся кожу, державшую их пришлось срезать ножом. Дабы не заражать нашего друга чем-то серьезным, нож смазали спиртом, потерпит ради своего здоровья, жить ведь охото. С крюков сняли, а кожу пришить не смогли, вдруг нитки загноятся, да и они не хирурги. Перевязал потуже, чтобы не умер и готово. — Думаю, ему надо выделить что-то получше, чем стул и пустующая клетка.... Хината, принеси матрац какой-нибудь, да одеяло! Живо! Ответом послужили торопливые шаги по лестнице наверх и хлопок тяжёлой двери. Хаджиме не мог смотреть на Ушиваку.... Хотелось согреть его, прижать к себе и не отпускать, тихо прося прощения за всю жестокость, что он причинил ему за короткое время. Но надо держаться. Все потом. Он реально заслужил этого ужасного наказания, пускай терпит всё. Погружаясь в свои раздумия, Хаджиме даже не заметил, как Шоё принес матрац с одеялом. Старое, пыльное, но ведь хоть что-то. Не будут затекать части тела, да и будет намного мягче и удобнее! Жилье на ночь, да и на ближайшие несколько дней парни ему соорудили и все. Не надо показывать то сожаление от грозного "Ива-чана", нужно быть гордым ( пиздеш и провокации). Нашего бедного Ушиваку переложили, чтобы не корячился и не терял кровь, а после оставили его наедине со своими мыслями. Ему было о чем думать. Много подумать. И времени много, дабы много подумать. Не суть. Наш Ушиджима хорошенько подумал над своим поведением раз 500 и пожалел обо всем на свете. Подумал о собаке, которую уже не вернуть, о своей обычной счастливой жизни, любви. На любви он остановился, тут был тупик. Наш пирожочек только сейчас осознал, что в глубине сознания его тело просило более жестоких запросов от Хаджиме. Сигнал sos сейчас не работает. Он без понятия, что случилось, но именно сейчас ему хочется ещё большей похоти, разврата. Начинается БДСМ, мои маленькие извращенцы. А теперь в кратце, что происходило за пределами мыслей, души и подвала Ушиваки. У Хинаты случился нервный срыв, из-за чего Кагеяма все время проводил рядом, прижимая к себе и успокаивая. Ну прямо как с маленьким ребенком~, милота. Иваизуми думал над тем, что он творил. Доводил уже таких родных людей до истерики, терял их, прямо сейчас одного и мучает. Сидя в старой, никому не нужной комнате, где воздух перемешан с пылью и запахом старых вещей он сидел на стуле, накрытом тряпкой. Сердце ныло больше всего за чувства Ушиваки. Что теперь этот парень думает о нем? Парень-изверг? Моральный убийца? Кто он для него? Это останется загадкой для Хаджиме ещё надолго. Ива уткнулся лбом в стол, что стоял рядом, смачивая пыльную древесину потом с холодного лба и продолжил думать.