Самый молодой в истории

Я нахожу надежду в самом мрачном из дней и концентрируюсь на самом ярком. Далай Лама

Коулсон был удивлен. В свете последних успехов, он дал своему подопечному один выходной день, тем более что Клинт закончил миссию на тридцать восемь часов раньше. Фил решил использовать эти часы, чтобы дать ему отдохнуть, а заодно, попробовать обсудить то, что они еще не обсуждали. Желание поговорить и привело к тому, что в данный момент Фил был сильно озадачен. Он нигде не мог найти Бартона. Парнишка получил свободу на все утро и большую часть дня, но Фьюри, рыча как голодный тигр, велел предоставить отчет о миссии немедленно, и Фил принялся разыскивать Клинта, чтобы уточнить кое-какие детали. И не нашел. Даже через тридцать минут активного поиска. Он проверил все любимые места снайпера. Но на крыше было пусто, и только небольшая взъерошенная птица наградила Фила недовольным взглядом, словно он задумал согнать ее с насиженного места. В трубах над спальней Фил нашел одеяла и подушки, которые перетащил туда Клинт, устроив гнездо, но опять, никаких следов самого Бартона. В спортзале занималась группа, готовясь к зарубежной командировке, в столовой Филу сказали, что Клинт забрал свой обед и ушел. И сейчас Коулсон стоял на центральной площадке базы, внешне стараясь сохранять спокойствие, но внутри сходя с ума. А потом его осенило. Ведь не только с крыши Бартон мог получить свой любимый обзор: центральное здание базы помимо обычных коридоров было соединено со вспомогательными зданиями открытыми воздушными подиумами, которыми пользовались только технические службы. Коулсон бросился к лифту и, затем, к лестнице. Десять минут бега, и он обнаружил предмет своего беспокойства. Клинт сидел на краю одной из металлических площадок, как обычно свесив ноги вниз. Вместо привычных черных штанов с большими накладными карманами и черной футболки на нем были спортивные шорты и серая армейская толстовка с капюшоном. Рукава закатаны до локтей. Его лук лежал на тонких стальных перилах, Клинт придерживал его руками, на которых устроил подбородок, внимательно наблюдая за тем, что происходит внизу. Когда подошел куратор, он только чуть повернул к нему голову. - Время? Фил хотел ответить, даже открыл рот, но не смог выдавить из себя ни звука. Клинт выглядел до того непривычно домашним, расслабленным и даже уютным, что Фил просто не смог сказать, что нужно возвращаться к учебе. - Нет, я забронировал за нами комнату на весь день, - откашлявшись, соврал он. - Можем не торопиться. Он присел рядом с Клинтом, тоже спустил ноги и положил кисти рук на перила. Клинт пожал плечами и вернулся к своему занятию. - Ты же не прячешься от меня, правда? В каждой шутке лишь доля шутки. И сорок минут поиска едва не убедили Коулсона в том, что его подопечный намерено его избегает. - Я не знал, что вы меня ищите, - Клинт снова пожал плечами. Фил подумал, что за его словами скрывается несколько иной смысл. Бартон не прятался, потому что, правда не думал, что после вчерашней стычки Фил будет его искать не для дела. И, надо сказать, Коулсона очень огорчил этот вывод. - Это очень интересно, наблюдать за людьми, когда они об этом не подозревают, - неожиданно сказал Клинт. - Это называется шпионаж. - Значит, я шпионю. Бартон ухмыльнулся и указал вниз, на одного из сотрудников компьютерного отдела. - Этот парень пытаться кадрить свою соседку уже добрых полтора часа. - Успешно? - полюбопытствовал Фил. - Нет. Она не понимает намеков. - С чего ты это взял? - Язык тела, - Клинт снова пожал плечами. - И… я умею читать по губам. - Еще один навык, приобретенный в твоем таинственном прошлом? - Фил едва не рассмеялся. Ну, конечно, мальчишка умеет читать по губам! Почему нет? - Это удобно, знать, о чем говорят люди, когда они думают, что их никто не слышит, - серьезно ответил Бартон. - Думаю, ты прав. Получается, что наблюдение сверху - не ново? Читать по губам нельзя научиться за пару месяцев. Это приходит с опытом. - Я лучше вижу на расстоянии. Так было всегда, сколько я себя помню, - легко ответил Клинт и положил подбородок на руки. Коулсон кивнул и опустил взгляд. Он понимал, почему Клинт выбрал эту точку: отсюда был прекрасный обзор, а самого наблюдателя было не видно. Это было потрясающе. - Можно спросить? - осторожно проговорил он. Клинт снова чуть повернул голову, искоса глядя на куратора, как смотрят любопытные восемнадцатилетние мальчишки, каким он, в сущности, и был, и чуть приподнял бровь, давая разрешение. - Ты легко решаешь сложные геометрические задачи и разбираешься в физике. Как? - Научился, - просто ответил Клинт. - Когда? Что-то мне подсказывает, что в цирке тебе этого не преподавали. Клинт вздохнул, обвел глазами помещение и снова взглянул на куратора. - Я начал стрелять из лука, когда мне было одиннадцать. Несколько лет спустя, я понял, что могу просчитать, куда полетит стрела еще до того, как выстрелю. Поэтому я стал учиться. Не то, чтобы я произвожу в уме какие-то заумные вычисления или решаю формулы. За столько лет это стало своего рода инстинктом. Но более сложные выстрелы, требующие необычной траектории или рикошета я все-таки просчитываю до того, как спустить стрелу. На это требуется пара секунд. - Ты сам выучил физику и геометрию? Клинт беззаботно пожал плечами, словно это было привычным делом. Ничего особенного, словно дети каждый день учат сложнейшие науки сами по себе. Коулсон покачал головой, не в силах справится с изумлением. Этот парнишка даже не подозревает, какой клад таскает в своем черепе! Фил улыбнулся. - Разбор полетов через пятнадцать минут. А потом сможешь вернуться сюда и дальше наблюдать за людьми. Он видел, что Клинт попытался скрыть улыбку. Фил подобрал ноги и поднялся. Он уже успел отойти на пару шагов, как его остановил голос Бартона. - Коулсон? Фил оглянулся. - После разбора полетов, у Вас не найдется времени размяться на ринге? Брови Фила немного приподнялись, а потом он улыбнулся. - Конечно, но, - он указал на свежие шрамы, украшавшие голову и щеку юноши, - не думай, что я буду поддаваться. - Я надеюсь, что не будете, - расплылся в улыбке Бартон. - Мне же нужно учиться драться с сотрясением, - объяснил он, поднявшись и проходя мимо куратора. - У плохих парней ведь не допросишься выходного. Фил на мгновение задумался, а потом последовал за своим неугомонным агентом. - Это точно. Войдя в комнату номер два, Клинт увидел на привычном месте бутылку синего Гаторейда и шоколадный батончик Херши. Фил сидел во главе стола, погруженный в чтение, и даже не взглянул на него. Клинт сел на свое место и подвинул к себе приготовленную для него папку. А потом подумал, и медленно подтянул к себе бутылку. Отвинтил крышку, сделал глоток, развернул батончик, разломил и сунул половину шоколадки в рот. - Я был на месте в двадцать три ноль-ноль. По пожарной лестнице поднялся на крышу… Фил улыбнулся и начал старательно записывать все, что говорил Клинт. Еще один шаг вперед. Но он почему-то чувствовал себя так, словно это был гигантский прыжок. - Не нужно стремиться стать невидимым, - терпеливо втолковывал Коулсон своему подопечному. - Нужно быть обыкновенным. Тот, кто затаивается, прячется, кажется подозрительным. Тот, кто неторопливо выгуливает собаку - обычен. Нужно стать обыкновенным, чтобы твой противник, даже если увидит тебя, забыл об этом через секунду. - Знааачит, - лениво растягивая гласные, уточнил Клинт, они с Коулсоном стояли на мосту, облокотившись на перила, - Вы хотите, чтобы я украл? Коулсон возвел глаза к небу и тяжело вздохнул. - Вроде того. Я хочу, чтобы прошел через толпу и незаметно забрал три бумажника у трех объектов. - Кто они? - Я попросил, и нам прислали с базы в ЛА трех агентов. Они считают это занятие - полевым испытание. Посмотрим, сможешь ли ты их вычислить. Клинт быстро взглянул вниз, где по парку прогуливалась толпа разношерстного народа. - Красная рубашка, синяя бейсболка. - Почему он? - Пока мы тут стоим, его рука уже дважды ощупала бедро. - Он может быть копом под прикрытием. - Не с таким поведением. Неопытный агент в поле. - Хорошо. Попал. Еще две цели. - Блондинка в черной юбке, разглядывающая на витрине недорогие, некрасивые туфли. - Почему она? - Потому, что такие туфли уже не носят, а она крутит их в руках уже минут двадцать. - Два из двух. - И последний, но не по значению, мистер "я слишком серьезен, чтобы торчать в магазине игрушек". Ребенка, который с ним, он взял напрокат? - Это его племянник. - Аа, - Клинт откровенно издевался. - Как давно ты их раскусил? - с удивленной улыбкой поинтересовался Коулсон. - Минут через пятнадцать после того, как Вы меня сюда привели. - Ладно, умник. Иди, принеси мне их бумажники. Потом проведем опознание и, если никто из них на тебя не укажет, задание выполнено. - Время? - Десять минут. - Серьезно? - Клинт вытаращился на куратора. - Девять минут пятьдесят пять секунд… - Дерьмо! - Бартона как ветром сдуло. Коулсон оперся о перила и приготовился к шоу. Клинт появился в поле зрения ровно через восемь минут, и Фил удивленно прищурился, думая, что ему почудилось. Мальчишка был не один, а под руку с симпатичной светловолосой девочкой. Они смеялись и о чем-то болтали, словно добрые знакомые. Она потащила его в обувной магазин, и он покорно пошел следом, едва задев при входе плечом объект номер два. Фил успел заметить, как его рука скользнула в ее сумку, и через миг бумажник очутился у Клинта. Агент даже не взглянула на парочку влюбленных подростков. - Неплохо, малыш, неплохо, - пробормотал Фил, не совсем понимая, что теперь Клинт будет делать со своей спутницей. Оказалось, он решил и дальше использовать ее, как свое прикрытие. Молодые люди подошли к уличному торговцу, и Клинт купил ей большой крендель, расплатившись деньгами из первого бумажника. Потом они подошли к магазину игрушек. Клинт о чем-то ее спросил, девушка задумалась, а потом пустилась в объяснения, указывая пальчиком на различные игрушечные фигурки. Он снова задал вопрос, при этом, на взгляд Коулсона, выглядел так, словно невероятно смущен. Девочка расхохоталась и потащила его в отдел мягких игрушек, по дороге врезавшись прямиком в объект номер три. Коулсон не видел, как Клинт избавил его от бумажника, но не сомневался, что это случилось. Высокий серьезный агент с раздражением взглянул на подростков, но девчонка виновато затараторила, извиняясь и указывая на игрушки. Агент перевел взгляд на Клинта, который виновато пожал плечами. На этом все и закончилось. Клинт позволил девушке выбрать мягкую игрушку, заплатил за нее деньгами из второго бумажника, и они ушли из магазина. Коулсон следил за ними с восхищением и любопытством. Ему было интересно, как Клинт получит третий бумажник. Последний объект стояла в очереди за мороженным. Клинт шепнул что-то девушке на ухо, и она радостно закивала. Они встали в очередь прямо за агентом. Очередь двигалась, они двигались вместе с ней, и Клинт не предпринимал никаких действия, пока агент не расплатился за покупку и не убрал бумажник в карман. Тогда Клинт опять что-то прошептал девушке на ухо. Она кивнула и подставила щеку для поцелуя. Клинт вместо щеки потянулся к ее губам, дернул девчонку на себя, и они оба качнулись вперед, врезавшись в спину первого объекта. Девчонка залилась краской по самые уши, Клинт принес извинения, которые были приняты. К купленному мороженному, за которое он заплатил деньгами агента, Клинт все-таки получил поцелуй от новой подружки, увел ее из поля зрения куратора и уже через тридцать секунд вырос перед ним, как из-под земли. - Впечатляет. Откуда девушка? - Обедала с подружками. Я сказал ей, что хочу заставить свою подругу ревновать, и если она согласится мне подыграть, я куплю ей три вещи по ее выбору. - Хорошо. Позволим агентам еще часок погулять, а потом проведем очную ставку. - Кто будет подставными? - Выбирай, - Коулсон обвел рукой толпу. - Черная круглая шапка и скейт. Он болтался в магазине игрушек, словно ворует в магазинах. Пару раз близко подходил к объекту. - Еще? - Рубашка поло и слаксы. Сидит на скамейке. Он не коп, но внимательно наблюдает за этим местом уже три часа. У его дочери свиданка вон в том ресторане, вот он и бдит. Дадим ребятам пообщаться без его присмотра. - Еще? - Хватит. - Двое? Ты уверен? Клинт беззаботно пожал плечами. - Я возьму еще парочку просто ради забавы? - предложил Коулсон. - Сомневаетесь на мой счет? - Я просто страхуюсь. Клинт осклабился. Фьюри не поверил Коулсону, когда тот доложил, что ни один из агентов не заподозрил в Клинте вора. И даже допросил их самостоятельно. И Фил не смог удержаться от высокомерной ухмылки, когда напомнил шефу, что говорил ему, Клинт - прирожденный оперативник. Коулсон застонал и перевернулся на другой бок раз, наверное, в пятидесятый за последний час. Сна ни в одном глазу. Фил гордился своим хладнокровием и выдержкой, которые не оставляли его даже в самых, казалось бы, безнадежных ситуациях, но сейчас он позволил себе приступ гнева и как следует отмутузил кулаками ни в чем не виноватую подушку. Он хотел спать. Он что, просил слишком многого? Со вздохом сел в кровати и отбросил скомканное одеяло. Может быть, ему просто нужно немного свежего воздуха? Клинту помогало сидение на крыше, но за последние пару недель мальчишка провел там не больше одной ночи – Фил проверял записи с камер. Поэтому он не ожидал найти там своего подопечного. Клинт сидел на своем привычном месте, свесив ноги вниз, дрожа от холода и прижимая к груди уже знакомую Филу записную книжку в потрепанном кожаном переплете. Фил удивленно моргнул, а потом подошел ближе. - Какого черта, ты без куртки! Ноябрь месяц! Не заметив, как вздрогнул Клинт, не ожидавший встретить тут своего куратора, он сорвал с себя теплую кофту и швырнул мальчишке. - Надень. Тот, молча, послушался, дрожащими пальцами застегнул пуговицы и даже не взглянул на Фила, когда тот уселся с ним рядом. - Если ты собирался торчать здесь, мог бы одеться теплее, - ворчливо пожурил его Коулсон. - Как Вы узнали, что я тут? – тихо спросил Клинт. - Я не знал, - Фил чуть повернул голову, чтобы взглянуть на едва различимый в темноте профиль снайпера. Он знал, что ушибы сошли, синяки стали бледно желтыми, а раны затянулись, превратившись в тонкие, едва заметные розоватые полоски. - Просто не мог уснуть. Клинт длинно выдохнул, словно его тело стремилось избавиться от лишнего кислорода, и кивнул. Коулсон, молча, его разглядывал: челюсти были сжаты так, что на щеках играли желваки, руки, сжимающие книжку, сильно дрожали. Все тело натянуто, как стрела, и, казалось, каждый вдох причинял парнишке физическую боль. - Сегодня будет один из тех дней? Когда все еще хуже, да? Клинт поморщился, рвано выдохнул и слабо кивнул. - Это как-то связано с книжкой, в которую ты так вцепился? Пальцы, сжимающие переплет, побелели, и Коулсон решил, что получил ответ на свой вопрос. - Что это? – осторожно спросил он. Клинт упрямо помотал головой. Фил был готов к такому ответу, поэтому не стал продолжать. Просто кивнул и уставился в темную холодную ночь. Несколько минут прошли в абсолютной тишине. - Чем бы это ни было, - мягко проговорил он, спустя какое-то время, - мне почему-то кажется, что ты не сможешь справиться с этим один, - Фил вздохнул. – Я хочу, чтобы ты знал, тебе не нужно бороться со всем в одиночку. Больше не нужно. Клинт молчал, продолжая смотреть вдаль, как зачарованный. И только когда Фил умолк и уставился на бледный диск луны, парнишка чуть повернул голову и бросил на куратора осторожный взгляд. Минуту он внимательно изучал его профиль, а потом тоже уставился на луну. Они просидели так до самого утра. Оба как-то упустили из виду, что Клинт перестал дрожать, его стискивающие книжку пальцы расслабились, напряжение постепенно оставляло его. Когда из-за горизонта показалось солнце, и Фил понял, что они опаздывают на занятие, до него вдруг дошло, по какой причине он так и не смог сегодня уснуть. И эта причина сейчас сидела на крыше рядом с ним. Коулсон уже ждал в учебной комнате номер два, когда, опоздав на семь минут, в нее ввалился Клинт. Мальчишка тяжело дышал, и по его лицу градом катился пот. Рухнув на свой стул, он первым делом открутил крышку с бутылки Гаторейда, которая ждала его на привычном месте, и одним глотком осушил половину. - Гоняли больше обычного? – поинтересовался Фил. Клинт уже давно привык к дополнительным десяти милям, добавленным к его утренней пробежке, и даже не замечал их. Прикончив напиток вторым глотком, Клинт рыгнул в кулак. - Агент Брайн добавил еще пять миль к моим десяти. - Почему? Коулсон нахмурился. Брайн обычно рассказывал ему, когда Клинт выкидывал что-то, за что его приходилось наказывать. - Потому, что я финишировал на двадцать минут раньше остальной группы. Простите, я опоздал, впредь постараюсь быть быстрее. - Хорошо. А у меня для тебя сюрприз. - Умоляю, скажите, что его можно выпить! – Клинт с сожалением отставил пустую бутылку. - Тогда два сюрприза, - Фил вытащил откуда-то из-под стола еще одну бутылку и толкнул ее через стол к Клинту. – Будешь так же торопиться, будет тошнить. - Так что за сюрприз номер два? – Клинт торопливо скрутил крышку и разорвал приготовленный для него пакет с чипсами. - Твоя третья и последняя учебная миссия! - Последняя? Но прошло всего четыре месяца. Вы же говорили, что я буду готов к реальным заданиям месяцев через восемь. - Я говорил, что если все пойдет хорошо, месяцев через восемь, а если все пойдет очень хорошо, то раньше. Ты находишься на базе пять месяцев, из них четыре – на особом интенсивном обучении. Твои результаты достойны восхищения, а оценки впечатляют. И ты с блеском прошел первые два испытания, даже, несмотря на наши разногласия по вопросу следования протоколам, - Коулсон строго взглянул на подопечного, а тот улыбнулся в ответ яркой, мальчишеской улыбкой. Фил толкнул к нему папку и жестом велел открыть. - Имитация устранения. Агент будет действовать, как цель. Твоя задача – устранить его. Время – две недели. - Место? - Бруклин. - Серьезно? – брови Клинта поползли на лоб. – Настоящий город? - Да. Сценарий максимально приближен к реальному. Я послал агента на место две недели назад, и он понятия не имеет, кто за ним придет. Все настолько реально, насколько возможно при данных условиях. Клинт пробежался глазами по первому листу. Никогда еще у него не было так много информации. Обычно ему давали имя, фото и место. Все. На этот раз Коулсон собрал для него полное досье: биографию, род занятий, привычки – все, что можно было найти. - Готов? Клинт пожал плечами. - Давайте, - он положил папку перед собой, чтобы сверяться с тем, что расскажет ему куратор. - Нам пришлось немного сымпровизировать. В ЩИТе уже больше десяти лет не обучали особых агентов-снайперов, действующих на расстоянии, так что… - Коулсон вздохнул. – Ладно, Алексей Дубровский - наемный убийца, бывший сотрудник КГБ, внедренный на территорию США под псевдонимом Мартин Шейн. Он в черном списке ЩИТа. И он – твоя цель. - Этот парень в черном списке агентства? - Клинт уставился на фото. – Не хотел бы я в нем оказаться. - Это уж точно. В этом списке люди, к которым мы посылаем таких агентов, как ты. - Не повезло им, - ухмыльнулся Клинт и бросил папку на стол. Клинт как раз ползал по трубам вентиляции, внаглую подслушивая чужие разговоры, когда услышал их. Они сидели в раздевалке у главного спортивного зала, когда он пробирался поверху, и, конечно, не ждали, что их подслушают. Когда прозвучало его имя, Клинт остановился, нахмурился и навострил уши. - Вы слышали, что Бартон получил последнее тренировочное задание? Говорят, что в следующем месяце он станет полноправным агентом, - проговорил один из стажеров. Клинт приник ухом к решетке вентиляции, чтобы лучше слышать, и сразу узнал двоих разговаривающих: стажеры Рамирес и Синклер. - Он странный чувак, - ответил Синклер. – Я случайно услышал, как агент Брайн говорил, что ЩИТ уже десять лет не обучал тайных снайперов. - Потому что снайперы – слабаки, - усмехнулся Рамирес. – У них нет яиц, чтобы встать лицом к лицу с теми, кого они убивают. Клинт нахмурился еще больше, и его глаза потемнели. - Похоже на Бартона, - хихикнул Синклер. – Я знаю парня, который сначала жил с ним в одной комнате. Он рассказывал, что Бартон молчун, ни с кем не общается, шарахается от людей. А однажды он видел его, сидящего на стропилах. Псих. - Не у каждого хватит смелости и нервов снять цель, когда она близко, - Рамирес пожал плечами. – Наверное, поэтому они и учат Бартона убивать на расстоянии. Не хотят рисковать провалить миссию. - Достаточно, агенты, - Коулсон взялся, словно из ниоткуда. Выражение его лица было непроницаемым, но глаза словно бы метали молнии. Стажеры заткнулись и, спотыкаясь, бросились вон из раздевалки. Клинт проводил их мрачным взглядом. Ни одного из них не готовили к работе «в поле», и он знал, они и близко не представляют себе, что значит убивать. Но почему-то не мог выкинуть услышанное из головы. И продолжал прокручивать этот разговор в уме всю следующую неделю до самого начала последней учебной миссии. - Почему на базе я не могу вытянуть из тебя лишнее слово, но стоит вставить тебе в ухо наушник, как тебя не заткнуть? Коулсон произнес это не с раздражением, а даже с некоторым любопытством. Клинт усмехнулся. Он сидел на самом углу церковной крыши, привалившись к каменному ангелу, и в бинокль разглядывал, как «Алексей Дубровский» ходит по своей квартире. Ему потребовалось три дня, чтобы определить точное местоположение цели, и еще семь круглосуточного наблюдения за ней, чтобы выучить все маршруты передвижения и привычки. Нужно было отдать ему должное, парень был хорош. Для ненастоящего бывшего агента КГБ агент ЩИТа отлично вжился в роль. Вплоть до русского акцента, который Клинт разобрал, наблюдая за ним, когда тот обедал с друзьями в местном кафе. - Вы же сами все время просите меня говорить. - Значит, теперь мне нужно просить тебя замолчать? - Наблюдатель, Вы ранили меня в самое сердце. - Концентрация, Ястреб. Ты готов снять цель? - Да, - Клинт усмехнулся, снял с плеча оружие и приготовил стрелу. – Когда будет готов мой новый лук? - Техники сказали, через две недели. - И я все еще не думаю, что он мне нужен. - Я знаю, как ты привязан к своему луку, но он технологически устарел. - Все равно, - проворчал Клинт, разглядывая окна квартиры Дубровского в трех зданиях вниз по улице. Он собирался выстрелить в тот момент, когда цель в следующий раз пройдет мимо окна. Но именно сейчас почему-то в его голове всплыл подслушанный в раздевалке разговор, и душа Клинта в первый раз в жизни восстала против своего хозяина. Он решил, что стажеры были правы. И передумал. Кошкой слетел с крыши и рванулся бегом в квартиру. - Хоукай? Клинт вздрогнул и затормозил. - Да? - Ты сегодня собираешься стрелять? - Насчет стрельбы… - Клинт добежал до дома Дубровского, по пожарной лестнице взобрался на крышу и скользнул в чердачный люк. - Хоукай! Клинт снова вздрогнул, в голосе Коулсона послышалось явное раздражение, словно он знал, что творит его подопечный. - Не могу сейчас говорить, Наблюдатель. - Ты тогда был в вентиляции? Черт тебя побери, Ястреб! Эти парни ни черта не знают о работе «в поле», об особых миссиях. Клинт, молча, начал спускаться вниз по лестнице к квартире. - Хоукай. Я приказываю ВАМ вернуться на точку наблюдения! Клинт тихонько подошел к двери и вытащил из кармана набор отмычек. - Хоукай! Он опустился на колени и быстро и ловко вскрыл замок. Бесшумно открыл дверь, сорвал с плеча лук и наложил тетиву. Вошел в комнату и тут над его головой просвистел шар с синей краской. Клинт упал на колени, развернулся и выстрелил. Стрела ударила Дубровского точно в грудь, и все было закончено. И только тогда Клинт услышал рваный выдох, донесшийся от двери. Он вскинул голову. На лестничной площадке стояла молодая темноволосая женщина, держащая на руках малыша, и смотрела не него широко распахнутыми глазами. У Клинта опустились плечи. Дерьмо. - Какую часть из «вернитесь на точку наблюдений» Вы конкретно не поняли? – рявкнул Коулсон, стоя лицом к лицу с Клинтом посреди учебной комнаты номер два. Всю дорогу обратно на базу он молчал, и все попытки Клинта заговорить или оправдаться были встречены гробовым молчанием. - Я не думал… - Точно, Бартон! Ты не думал! – Фил принялся вышагивать взад-вперед, а потом остановился и угрожающе поднял палец. – Ты хоть представляешь, какую ошибку допустил? Я уже не говорю о том, что опять ослушался прямого приказа! - Я… -Ты оперативник, работающий на расстоянии, Бартон! Прежде всего! Ты что, думаешь, я взял тебя за твое умение вскрывать замки? Тебя взяли за умение попадать в людей с расстояния в два километра и не промахиваться! Клинт открыл рот, чтобы что-то сказать, но Коулсон жестом велел ему заткнуться. - Эти парни в раздевалке ни черта не знают о тебе или о том, чем ты занимаешься! Кто угодно может убить человека из пистолета в глухом переулке! Ты – единственный человек на этой базе, кто может сделать это из лука с расстояния в пятьсот метров! Я думал, ты готов. Я думал, что у тебя есть голова на плечах, ты взялся за ум и тебя можно начинать готовить к реальным миссиям. Но если ты позволяешь мнению каких-то парней о тебе сбивать себя с толку, мешать выполнению задания и принимать за себя решения, то не только не готов, но и вообще не подходишь для этой работы. Клинт опустил голову, уставившись в землю. - Я рискнул ради тебя своей шеей, - уже тише проворчал Фил. – Я подставился. Если бы я доложил обо всем Фьюри, тебя не только вышибли бы с базы в пять минут, но и занесли бы в черный список. - Вы ему не расскажите? - Я еще не решил! – огрызнулся Коулсон. – Боже, Бартон, мне даже смотреть на тебя сейчас противно. - Коулсон… - И слышать тебя тоже не хочу, - прошипел куратор. – Ты ослушался приказа, ты нарушил протокол и создал свидетеля! Я так разочарован, Бартон, что у меня нет слов, чтобы это выразить. Клинт стиснул зубы и снова опустил голову. - Убирайся! И будь готов, завтра тебя ждет тяжелый день. Клинт покорно кивнул и вышел из комнаты. Доплелся до спальни и забрался в гнездо в трубе вентиляции, завернулся в одеяла, как в кокон, и сунул голову под подушку. На следующее утро ровно в четыре Фил вошел в спортзал. Клинт буквально бросился ему навстречу. - Коулсон… - Я еще не решил, буду ли докладывать Фьюри о твоем провале, Бартон, так что… - Заткнись! – неожиданно рявкнул Клинт. Коулсон моргнул. - Прости? - Вы говорили вчера, сегодня моя очередь. Фил прищурился. - Ладно. Говори. Добившись своего, Клинт вдруг замолчал, не зная, что именно собирается сказать. Подумал, облизнул враз пересохшие губы, глубоко вздохнул и… - Мне плевать, что обо мне думают другие. - Факты говорят об обратном. Клинт поднял руку. - Моя очередь говорить, - напомнил он, и Фил вскинул руки, показывая, что сдается. – Мне плевать, что обо мне думают другие. Я сделал то, что сделал не потому, что меня обеспокоило, что говорили обо мне эти два придурка. Меньше всего на свете меня беспокоит их мнение. - Тогда почему, - начал Фил, но Бартон метнул на него свирепый взгляд. - Я поступил так, потому что на какую-то секунду поверил в то, что они сказали. Я подумал, что слишком слаб, чтобы сделать это. Поэтому я работаю с дистанции. Я слаб, чтобы стать с объектом лицом к лицу. Я был неправ. Я смогу убить в любом случае: издалека или вблизи. Нет разницы, - Клинт тяжело вздохнул. – Наверное, это куда более страшно, чем даже быть слабым. Он на мгновение опустил голову, а потом опять взглянул на Фила, и тот увидел в его глазах неподдельную искренность. - Мне плевать, что думают обо мне люди. Но вчера ночью я не смог уснуть, потому что, по каким-то причинам, меня волнует то, что думаете Вы. Вы рисковали ради меня, а я боролся с Вами на каждом шагу. И сейчас, когда произошло нечто, имеющее значение, я Вас разочаровал. Я сожалею, что подвел Вас. И клянусь Вам здесь и сейчас, что это больше никогда не повторится. Коулсон выслушал его, а потом просто кивнул. - Хорошо, - спокойно, словно этим все закончилось, произнес он. - А теперь, агент Коулсон, попытайтесь надрать мне задницу. Я Вас вызываю. Конец главы 7.