Самый молодой в истории

Надежда дает нам крылья, позволяющие подняться выше управляющих нашими жизнями ветров. Анна Джейкоб

Клинт сидел на ледяном бетонном полу и дрожал от холода и боли. Пулевое ранение в боку пекло и дергало так, что даже выражение «адская боль» не могло передать всю гамму ощущений. Прижавшись потным лбом к рукам, которыми он закрывал голову, Бартон зажмурился, пытаясь блокировать раздающиеся неподалеку голоса мужчин, разговаривающих на немецком, и сфокусироваться на голосе Фила в ухе. Два дня назад… - Он мне не нравится! – проскулил Клинт, в который раз трогая языком коренной зуб, в который ему вживили переговорное устройство. - Привыкнешь, - философски отозвался Фил, собирая вещи. Самолет приземлился в небольшом аэропорту неподалеку от горной цепи, и им теперь следовало пересесть на вертолет, который доставит их на конспиративную базу в семи милях от объекта. - Болит. - Потому что зуб. Пройдет. - Ну, если Вы так говорите… - Клинт нахмурился, поднял свой рюкзак и футляр с винтовкой и следом за куратором пошел к ожидающему их вертолету. - Ты уверен, что не забыл, как пользоваться этой штукой? – Коулсон шутливо выгнул бровь. - Вы же две недели смотрели, как я тренируюсь. - Да, но то был полигон, а тут – лес и горы. Анды. Клинт сложил вещи в грузовой отсек вертолета, на всякий случай обошел его вокруг, проверяя, все ли в порядке, а потом уселся в кресло пилота и взглянул на Фила, который как раз усаживался рядом. - Ух, ты, сколько всяких кнопок! Коулсон, я забыл для чего они! – поддразнил он, тем не менее, ловко щелкая тумблерами для проверки готовности. – Ой, какая! Интересно, что она делает? – он нажал кнопку, и сразу же забормотали, заворчали, оживая, винты. – Надо же! Попал! - Смешно, - сухо проговорил Коулсон. - Я знаю, - Клинт солнечно улыбнулся и надел наушники. – Шоу начинается. Через некоторое время, когда вертолет летел над горной цепью, Клинт повернулся к наставнику. - А квинджетом я буду управлять? - Давай сосредоточимся на этой миссии, об остальном поговорим потом. - Это Коулсоновское «да»? - Это Коулсоновское «возможно». Клинт пожал плечами. Ладно, подождем. Еще через полчаса Клинт посадил вертолет у конспиративного домика, засыпанного снегом высоко в горах. Пока он глушил двигатели, заполнял полетные документы и закрывал вертолет брезентом, Фил перетащил вещи в домик. Спустя пару минут Клинт присоединился к нему. - Эта явка слишком близко к базе, почему они о ней не знают? - Разведка полагает, что они очень редко покидают базу, в этом наше преимущество. - Время оглядеться? - Сначала поешь. Потом оглядишься, а я обустроюсь и все подготовлю. - Похоже на план. Скажите, что Вы взяли что-то помимо сухого пайка. - Прости. - Ну во-о-от, - простонал Клинт, вытаскивая один пакет армейского пайка и падая на одну из двух раскладушек. – Теперь мне точно придется учиться готовить. Или, давайте это будете Вы. Вы же мой куратор. - И с какого перепуга я должен для тебя готовить? - С такого. - Хочешь что-то, помимо крекеров, учись готовить сам. - Обязательно. Как только выпадет свободная минутка. - Никогда не знаешь, куда забросит тебя судьба, и каких навыков потребует, - пожал плечами Фил. К линт улыбнулся, уловив в его словах обещание. - Значит, наш план… - Бартон замолчал, ожидая продолжения. - Ты выбираешь точку, и мы начинаем вести наблюдение. Как только мы выясняем, с чем имеем дело, вступает в действие фаза два. Клинт кивнул. Какое-то время он, молча, жевал, но надолго его не хватило. - Уверены, что не хотите со мной прогуляться? - Мне нужно настроить связь, периметр безопасности и подключить систему управления. - Класс, - проворчал Клинт. – Тогда я пойду, прогуляю свою задницу по морозцу. - Я сделаю тебе горячего шоколада, - примирительно предложил Фил. - Я не ребенок, Коулсон. И шоколадом меня не купишь! Если только в нем не будут плавать крошечные зефирки… - он мечтательно закатил глаза. – Тогда другое дело. - Доедай паек. Фил пытался быть серьезным, но Клинт видел, как он улыбается уголками губ. Когда в ухе неожиданно зазвучал голос куратора, Клинт едва не подпрыгнул. - Проверка связи. - Громко и четко, - отозвался снайпер, поудобнее устраиваясь на ветке и снова поднося к глазам бинокль. - Как там? - Тихо. - Базу нашел? - Да, - Клинт опустил руку с биноклем. – Что-то не так. Я вообще никого не вижу. - Холодно. Вероятно, они все внутри. Охрана есть? - Да. У каждого входа, - Клинт опять поднял бинокль и взглянул на одного из охранников. Он видел, как человек поднес ко рту руку, сжимающую рацию, и едва не рухнул с дерева, когда слева от него, на расстоянии менее чем в двадцать ярдов, раздался треск. - Дерьмо! – прошипел Клинт, прижимаясь спиной к стволу и пытаясь перевести дыхание. - Хоукай? Клинт чуть склонил голову и увидел, что в его направлении идут двое мужчин. Он вскинул лук, готовясь стрелять в них, но потом решил, что ему повезет, то они пройдут мимо, даже не заметив, что за ними наблюдают. - Бартон? Он затаил дыхание, мужчины остановились прямо под его деревом и принялись болтать на английском языке с ярко выраженным акцентом. - … и я сказал, что он может катиться к черту, - закончил фразу один, и второй нахмурился. - И поэтому нас послали в деревню за продуктами. Отлично, молодец Лука. Порывы ветра сдували снег с ветки, на которой сидел Клинт, и обрушивал его на головы разговаривающим. Клинт чертыхался про себя и молился любому, кто его слышит, чтобы они не задрали головы. Словно нарочно, оба мужчины продолжали трепаться, то и дело небрежно поглядывая по сторонам. Бартон точно узнал, что обнаружен, когда они вдруг поняли, что что-то заметили на дереве. На секунду их глаза встретились, а потом он прыгнул прямо на спину Луке. Одним движением свернув ему шею, Клинт выпустил труп из рук, позволив ему мешком рухнуть в снег, и ногой выбил из рук второго пистолет, который тот успел достать. А потом выхватил нож из ножен, прикрепленных к жилету, и атаковал. Человек даже не успел понять, что произошло, а острейшее лезвие уже вспороло ему горло от уха до уха. - БАРТОН! Статус! - Два человека. Направлялись в деревню. Остановились под деревом, на котором был я. Обнаружили. - Устранены? - Да. - Хорошо… - Фил неожиданно замолчал, и Клинт почувствовал, как волоски на его шее встают дыбом. – Ты сказал, они остановились? - Да. - Просто так? Без причины? Клинт напрягся. - Черт, зря я утром выпил столько кофе, - раздался у него за спиной мужской голос. Клинт развернулся и сорвал с плеча собранный лук. Одним движением раскрыл конструкцию и наложил стрелу. Его противник замер, а потом вскинул пистолет. Они выстрелили одновременно. Но, увы, пуля быстрее стрелы. Клинт вскрикнул, когда бок обожгло болью, схватился за рану и почти согнулся пополам. Его противник упал секундой позже, в горле у него торчала стрела. - Бартон! - Я ранен, - пробормотал Клинт, собирая лук и снова забрасывая его на плечо. – Твою мать. - Как плохо? - Правый бок. Навылет. - Я иду. - Коулсон, выстрел, наверняка, услышали. - Тогда не стой, Хоукай! Тащи свою задницу ко мне. - Да, Сэр! - прошипел сквозь зубы Клинт и бросился бегом по глубокому снегу. Клинт тяжело привалился к дереву, прижимая руку к кровоточащему боку. До домика было еще миль пять, до Коулсона чуть меньше, если тот вышел ему навстречу. Но, к сожалению, за спиной он слышал голоса преследовавших его мужчин. И они становились все ближе и ближе, а он с простреленным боком не мог бежать так быстро, как умел. - Где ты? – прозвучал в ухе голос Фила. - Еще миль пять. - Я на расстоянии в полторы мили. Просто продолжай двигаться. Клинт отлепился от дерева и приказал себе собраться. Он успел пройти еще четверть мили, прежде чем грубый мужской голос на ломанном английском велел ему остановиться. Бартон замер и очень медленно поднял обе руки вверх, показывая, что не представляет угрозы. Он услышал многочисленные щелчки затворов и понял, что у него нет шансов использовать лук. Раньше его превратят в швейцарский сыр. Он стоял и ждал выстрела. Но вместо него почему-то прозвучали медленно приближающиеся шаги. - В меня не стреляют, - прошептал Клинт. - Я почти на месте. - Слишком поздно. Я думаю, что они хотят взять меня живым, - Клинт облизнул пересохшие губы. - Бартон… - Я справлюсь. Просто не дайте мне там сдохнуть. - Я вытащу тебя, Бартон. Обещаю. - Фил, ты не думаешь, что самое время назвать меня Клинтом? Снайпер замолчал, потому что мужчины подошли слишком близко и могли услышать его. Кто-то врезал ему тяжелым ботинком под колено, и он тяжело рухнул в снег. Его повалили ничком, сорвали с плеча лук, тонкой веревкой связали за спиной руки и снова вздернули на колени. - Американец? – спросил, очевидно, лидер этой группы. - Нацист? – огрызнулся Клинт. - Шпион? - Ты умеешь использовать больше одного слова за раз или это для тебя проблема? - Клинт, заткнись, Бога ради! – рявкнул в ухе голос Фила. Клинт уже почти решил воспользоваться советом, но огромный кулак ударил его по голове, и свет померк. Укрывшись за толстой сосной, Коулсон видел, как Клинт стоял на коленях, как потом его подхватили подмышки и поволокли куда-то в лес, и как он намеренно отказывался переставлять ноги, чтобы, волочась, они оставили в снегу глубокие следы. Фил прислонился спиной к стволу, закрыл глаза и постарался успокоиться. Отринуть панику, страх и дать гневу укрепиться в душе, глубоко пустив в ней корни. Он вернет своего агента. Но для этого нужен план. А по планам он – мастер. Фил бросился бегом обратно к домику. Я приду за тобой, Клинт. Клинт дернулся, выныривая из забытья, когда ему на голову обрушился поток ледяной воды, и сразу попытался понять, где находится. Он сидел на деревянном стуле, руки связаны на спиной, бок пульсировал так, словно на него плеснули расплавленный металл, а голова невыносимо кружилась, то ли от полученного сотрясения, то ли от большой кровопотери. А, может, и от того, и от другого. - Открыть глаза, шпион! – потребовал грубый голос с сильным немецким акцентом. Из чистого упрямства Клинт предпочел бы жмуриться и дальше, но в данной ситуации это было бы неразумно. - Я не шпион, - прохрипел он, жалея, что голос звучит не так уверенно, как ему бы хотелось. - Не шпион? – усмехнулся человек. – Верю. Какой шпион стал бы использовать такое допотопное оружие, - он повертел в руках лук Клинта. – Тогда кто ты? Робин Гуд? Бартон ощетинился, этот гад умрет за то, что трогал грязными лапами его лук! - Зачем ты здесь? - Я – профессиональный лепитель снеговиков, а в Андах лучший в мире снег. Клинт произнес это раньше, чем понял, что именно сказал. - Бартон? - Снеговиков? - Ну, знаете, - Клинт понимал, что нарывается, но у его языка, видимо, окончательно отказали тормоза. – Большие, белые, круглые с острыми носами, - он чуть склонил голову к плечу. – Похожи на он того мальчика-пончика Пилсберри , - он кивнул на здоровяка в дальнем конце комнаты. - Какого черта ты творишь? Закрой рот! Клинт ждал удара. Он знал, что должен заткнуться и ждать, когда за ним придет Коулсон. Но просто сидеть он не мог. Ерничество давало ему слабое ощущение, что у него есть хоть какой-то контроль над ситуацией. Даже если этот контроль закончится с очередным ударом. - Сиди и молчи. Держись, Клинт. У меня есть план. Бартон вскинул голову, взглянул на окруживших его мужчин и не смог удержаться от истерического хохота, настолько серьезны были их лица. - Почему ты смеешься? – лидер группы сильно ударил его по лицу, губы снова закровоточили. Клинт выплюнул набравшуюся кровь и снова расхохотался. - Это… ужасно… смешно, - просипел он. – Вы понятия не имеете, кто я такой, да? - Грязный американский шпион! – буквально выплюнул мужчина. - У тебя вместо мозгов – дерьмо, Дерьмомозг, - бросил Клинт. – Ты уже все сам сказал, какой шпион использует лук и стрелы? – он опять рассмеялся. – Но подумай хоть немного. - Ты что творишь, Бартон? – ужаснулся Коулсон. Клинт увидел, как в глазах человека вспыхнуло понимание. - Хоукай? - Поздравляю, среди дерьма в твоей голове затесались мозговые извилины, - съязвил он. - Для чего ты здесь? - А для чего я, обычно, прихожу? – Клинт резко посерьезнел, увидел, как гнев в глазах его мучителя сменяется страхом и ухмыльнулся. - Ты подумай, кто хочет тебя убрать. Хорошенько подумай, Дерьмомозг, - Клинт поерзал на стуле, пытаясь устроиться поудобнее, словно у него не было других забот. – Можешь меня убить, но это не отменит контракт на твою голову. Дерьмомозг протянул руку и схватил Клинта за подбородок. - Кто тебя нанял? – заорал он. - Любопытно? – поддразнил Бартон. Мужчина выпустил его и принялся сердито вышагивать по комнате. - С чего вы все перешли на английский? Стыдитесь своих корней? - Ничего я не стыжусь! – Дерьмомозг остановился и осклабился. – Мы практикуемся, чтобы раствориться в толпе, когда начнется завоевание вашей страны. - Виктор… - позвал один из мужчин. - Что? Он все равно труп. Кому он расскажет? Крысам? – Виктор – Клинт даже в уме продолжал называть его Дерьмомозгом – расхохотался. - Ты расскажешь нам, кто тебя нанял, Хоукай, - прошипел он. Сильнейший удар в челюсть опрокинул Клинта на пол вместе со стулом. Он глухо заворчал, ударившись раненным боком о бетонный пол, но сразу же стиснул зубы. Кровь из раны потекла быстрее. Двое людей Виктора вздернули его на ноги, отволокли по коридору и втолкнули в клетку. С лязгом захлопнулась стальная дверь. Клинт прислушался, и как только стихли голоса, позволил себе забиться в самый угол и свернуться в комок. - Коулсон? – прошептал он, прижимая руку к пульсирующему боку. - Думал, я теперь Фил. Клинт слабо улыбнулся, уперся затылком в стену и прикрыл глаза. - Статус? – в голосе куратора слышалось искреннее беспокойство. - Все еще ранен. - Кровотечение? - Продолжается. - Так сделай с ним что-нибудь, - приказал Фил. Клинт моргнул и осторожно задрал футболку, куртку и жилет у него забрали. Стянул ее через голову и с трудом разорвал на полосы. Две сложил, соорудив из них нечто наподобие подушек, приложил их к входному и выходному отверстиям, а оставшимися, прибинтовал так плотно, как только смог. - Готово, - прохрипел он. - Есть еще какие-нибудь травмы? Не думаю, что они только приветливо улыбались, учитывая, что как ты блистал остроумием. - Просто продемонстрировали мне старое доброе немецкое гостеприимство, - пробормотал Клинт, не желая признаваться, что влип, как желторотый новичок. - Гостеприимство, да? - казалось, Коулсон прекрасно понимал то, что Клинт отказывался произнести вслух. - Ладно. Что ты узнал? - Они планируют что-то в Штатах. - Уверен? - Увы. Мы должны сжечь это место дотла, Фил. Скажи, что у тебя есть план. - У меня есть план, но на него потребуется время. - Я немного выиграл его для тебя. - Я слышал. Он думает, что у тебя контракт на его голову. - И какое-то время он будет занят, пытаясь выяснить, кто его заказал. - И это значит, что тебя сразу не убьют, - Фил вздохнул. - Быстро соображаешь, малыш. Клинт устало усмехнулся, рассеянно трогая языком вживленное в зуб устройство. Теперь он не возражал против него, тем более что именно оно давало ему шанс на спасение, которое обеспечит Коулсон. Бартон понятия не имел, как оно работает. Знал только, Фил слышит все, что он говорит, а он слышит все, что говорит Фил. Когда он попытался узнать побольше у техников, те только ошеломленно вытаращились на него. - К сожалению, это же означает, что он думает, будто ты знаешь то, что ему очень хочется знать. И он попытается убедить тебя поделиться информацией. - Я справлюсь. - Хорошо. Я приду, Клинт, - твердо пообещал Коулсон. - Я знаю, Фил, - Клинт снова устало вздохнул и прикрыл глаза. - Я знаю. Когда его голову, наконец, вытащили из наполненной водой бочки, Клинт яростно закашлялся, дергаясь в удерживающих его руках. - Кто тебя нанял? - уже в который раз спросил Виктор. - Твоя мама, - хрипло рассмеялся Клинт. Виктор снова кивнул своим людям. У Клинта была всего секунда, чтобы сделать вдох, прежде чем его снова окунули в бочку с водой. - Шесть минут двадцать шесть секунд, Клинт. Ты можешь задержать дыхание на шесть минут двадцать шесть секунд. Сохраняй спокойствие. Они не будут держать тебя так долго. Клинт слушал голос наставника и считал в уме тянущиеся невыносимо медленно секунды, стараясь не паниковать. Через три минуты и сорок одну секунду его вытащили. - Кто тебя послал? - уже менее спокойно повторил Виктор. - А ты как думаешь? Клинт намерено провоцировал своего мучителя, заставляя его напряженно думать. Он надеялся вытащить из его головы хотя бы одно имя того, с кем Виктор работал. Но, к сожалению, в глазах Виктора не было ни одной мысли, он понятия не имел, кто мог его заказать. - Отвечай! - Разбежался, - Клинт усмехнулся. - Думаешь, меня не ловили раньше? Думаешь, я никогда не сидел в такой же дыре с таким же, как ты тупым Дерьмомозгом, пытающимся выбить из меня информацию? Это был блеф. Клинта никогда не ловили раньше. Девяносто девять процентов его целей понятия не имели о том, что он пришел по их души, пока не становилось слишком поздно. Но Клинт продолжал вести эту опасную игру, надеясь выиграть для Фила еще немного времени. - Я не заслужил бы свою репутацию, если бы не заканчивал работу, даже сидя в такой выгребной яме с таким придурком, как ты. Виктор прищурился. На этот раз у Клинта не было даже секунды, чтобы глотнуть воздуха. Клинт сидел на ледяном бетонном полу и дрожал от холода и боли. Пулевое ранение в боку пекло и дергало так, что даже выражение «адская боль» не могло передать всю гамму ощущений. Прижавшись потным лбом к рукам, которыми он закрывал голову, Бартон зажмурился, пытаясь блокировать раздающиеся неподалеку голоса мужчин, разговаривающих на немецком и бурно спорящих о том, кто мог подослать к их лидеру наемного убийцу. Клинт думал о двух последних днях и о том, как он влип в эту ситуацию. У него болело все и не только из-за того, что его постоянно били, но и из-за лихорадки, которая, как Клинт понял, пожирала его ослабленное кровопотерей тело. Рана в боку пульсировала, давая понять, что инфекция уже запустила в него свои когти. - Клинт? Черт побери, отзовись! Бартон вздрогнул. - Фил? - Когда я зову, ты отзываешься, ясно? Фил говорил резко, короткими фразами, не допускающими неповиновения, но молодой снайпер ясно уловил за всем этим искреннее беспокойство. Кажется, куратор уже не в первый раз окликает его. - Я не так доступен, Фил, - сквозь стиснутые зубы прошипел он, в тщетной попытке пошутить, и, не удержавшись, застонал. - Я рядом, Клинт. Мне нужно еще четыре часа. - Заражение, - не в силах больше притворяться, прямо сообщил Клинт. - Где, черт побери, Ястреб, которого я нашел в Венском переулке? - неожиданно резко проговорил Коулсон после пары минут напряженного молчания. - Что? - У того Хоукая была пуля в плече, сотрясение мозга, его едва не задушили, а он все равно пытался надрать мне задницу. - А в результате ты надрал задницу мне, - Клинт попытался свернуться в комок, чтобы хоть намного согреться. - Я сказал, пытался, а не надрал, - объяснил Коулсон. - Я говорю, что Хоукай, которого я знаю, не сдается, не отступает и уже, конечно, он не позволил бы такому Дерьмомозгу одержать над собой верх. - Хочешь сказать, я - упрямый? - Клинт вымученно улыбнулся, но невероятным усилием воли заставил себя сесть прямо. Да, он еще опирался спиной о стену, но валяться на полу, как тряпка, при этих животных он не будет. - Я говорю, что ты самый упрямый, безрассудный и раздражающий из всех, кого я знал в своей жизни. - А вот это уже обидно, Фил. - Но так же ты - самый лучший из всех агентов, которых я когда-либо имел честь знать. И я знаю, что эти типы не победят, потому что ты им не позволишь. - Хорошо, - Клинт кивнул. - Делайте свою работу, Наблюдатель. А я сделаю свою. - Четыре часа, Клинт. - Я справлюсь. - С кем ты говоришь? - у его клетки неожиданно вырос человек. Клинт, молча, взглянул на него, соображая, что ответить. - Голова, - попытался соврать он. - Сотрясения… я разговариваю сам с собой. Увы, мужчину это не убедило. Он снял с пояса рацию. - Виктор? - В чем дело? - Он с кем-то разговаривает. - Его же обыскивали. Ты сам сказал, что он чист. - Я его обыскивал, но не проверял на частоты. - Иду. Человек исчез из поля зрения Клинта. Через пару минут появились двое других, притащив с собой уже знакомый Клинту деревянный стул. Клинт напрягся. И когда один из мужчин схватил его за руку и попытался поднять с пола, что-то в молодом снайпере взорвалось. Были ли причиной этому слова Фила или собственное, внутреннее "я", но Бартон больше не собирался изображать из себя ягненка на заклании. Основанием открытой ладони он сильно ударил человека в солнечное сплетение и, когда тот согнулся, обхватил его голову руками и резко крутанул. В наступившей тишине раздался треск ломающихся костей. Клинт вдруг понял, что совершил ошибку. Он едва успел закрыть рукой пулевое ранение, как от мощного удара кулаком в бок рухнул на колени. Через секунду его уже вздернули на ноги, швырнули на стул и связали руки за спинкой. В комнату вошел Виктор, оглядел связанного парнишку, труп на полу и, молча, повернулся к своим людям. Те почти синхронно пожали плечами. Клинт рассмеялся бы, если не бок, который жгло, словно к нему приложили раскаленное железо. Виктор жестом приказал убрать тело, а сам подошел к Клинту и вытащил из кармана куртки устройство, размером с сотовый телефон. - Ты знаешь, что это? - Могу поспорить, ты сейчас мне расскажешь, - просипел Клинт. - Это датчик обнаружение радиочастот. Я найду твое средство связи. - Чего найдешь? - С кем ты разговаривал? - Ни с кем я не разговаривал. Бартон с трудом заставил себя остаться спокойным, когда Виктор поднес к нему аппарат. - Клинт… - прозвучал в голове голос Фила, и впервые с начала операции Клинт пожалел, что они с Филом на связи. - Интересно, - рядом с челюстью Клинта прибор вдруг засигналил. - Откройте ему рот! Стальные пальцы стиснули челюсть, вынуждая подчиниться. Виктор убрал аппарат, достал маленький фонарик. Молодой снайпер с трудом сдерживался, чтобы не показать все больше охватывающего его страха. Виктор довольно прищурился. - Иван, найди Йозефа и спроси, можем мы позаимствовать у него клещи. Помимо собственной воли, Клинт зажмурился. - Ты любишь дантистов, Хоукай? - словно продолжая светскую беседу проговорил Виктор. - Лично я ненавижу. Они всегда говорят, что больно не будет, но на деле оказывается адская боль. Вернувшийся Иван вручил Виктору грязные пассатижи. Клинт попытался вырваться, но стальные пальцы сильнее сжали его подбородок. Когда Виктор сунул пассатижи ему в рот, Клинт тяжело задышал через нос. - Знаешь, я не дантист, - улыбнулся Виктор, - поэтому врать не стану: будет чертовски больно! Намерение Клинта не выказывать страх и слабость, не поддаваться боли продержалось ровно десять секунд. До того момента, как Виктор обхватил пассатижами его коренной зуб и начал тянуть. Клинт больше не мог сопротивляться. Сейчас уже ничто не имело значения, боль затмила собой все. Он закричал. - Клинт… Коулсон быстро сообразил, что сейчас произойдет. Он знал, что ничем не может помочь, не знал, что сказать. Фил мог только слушать, прижимая пальцем наушник, словно это могло помочь расслышать что-то еще. И когда Клинт закричал, Коулсон почувствовал, что земля уходит у него из-под ног и упал на самый близкий к нему стул. А потом все стихло. Не было ни каких слов, никакого постепенного затихания. Просто крик прервался и все, наступила тишина. Коулсон вытащил наушник и с силой швырнул его в стену. - Последняя партия жителей покинула деревню. Коулсон взглянул на старосту деревни, расположенной в двух милях от базы. - Предлагаю вам присоединиться к своим людям, - посоветовал он, взглянул на стоящую у ног сумку, наполненную С4(1) , и застегнул молнию. Я иду, Клинт. Конец главы 9 _______________ 1 - C-4 (Composition C-4) — распространенная в США разновидность пластичных взрывчатых веществ военного назначения. В русском языке название обычно используется в формах си-четыре и си-фор. В состав C-4 входят: гексоген полимерное связующее — полиизобутилен пластификатор — ди-(2-этилгексил)-себацинат или диоктилсебацинат моторное масло спецификации SAE 10 Кроме того, в настоящее время в состав добавляется химическая метка (например, 2,3-диметил-2,3- динитробутан) для определения типа взрывчатого вещества и его происхождения.