Лабиринты страсти

После того как Таня ушла, Катя еще немного постояла у подъезда. Она выглядела очень растерянной. Раздумывала: броситься ей за Таней вдогонку, или оставить в покое?

- Неприступная, гордая, ранимая. Что же с ней делать?

      Она долго курила, нервничала, думала, выпускала кольца дыма в воздух, облокотившись спиной о стену. И только спустя время, когда зазвонил телефон, вспомнила, что её ждут. Выбросив сигарету, она поспешила вернуться обратно, чтобы объясниться с Юлей, которая терпеливо её ждала. Она подошла к ней, и присев на край сидения мотоцикла, настойчиво сверлила девушку взглядом. Юля была зла. - Ничего не хочешь мне сказать? - А должна? - надменно спросила Хорошенко. Юля отошла на несколько шагов, и исподлобья посмотрела на Катю. - Что это было сейчас? Кто та девица, за которой ты так рванула? - Это моя... Это Таня. Мы были вместе какое-то время. - Она тебя всё ещё любит, судя по реакции. - Не думаю. Я сделала ей очень больно. - А ты? - Юля, приподняла одну бровь, и посмотрела Кате прямо в глаза - Ты любишь её?

- Люблю ли я?.. Эту чересчур эмоциональную, маленькую, капризную девочку? Как не презирала бы я эти громкие слова, но да. Я люблю её. Люблю все десять тысяч оттенков её настроения. Она сумасшедшая, чудная, нелепая. Но способная любить, отдаваясь полностью. Отдавая всю себя без остатка.

Как же я скучаю по её по-настоящему счастливым глазкам, которые могли хохотать без умолку, а потом без остановки плакать- и это всё за десять минут. Она настоящий человек-эмоция. Взрывная, истеричная, дурная. Способная завестись за секунду, и так же быстро успокоится. Но зато настоящая. Да, она такая. От неё никогда не знаешь чего ожидать, но зато её сложно разгадать. Она как хорошая книга. Её хочется перечитывать снова и снова, и каждый раз находить что-то новое, удивительное, скрытое от посторонних глаз. Я скучаю по ней. Невыносимо скучаю. И теперь совсем непонятно кто кого больше зацепил. Кто кого больше ранил.

Сумасшедшая, дурная. Маленькая. Ссорились как дети, мирились как взрослые. Она сломала меня, сделав счастливой. Она одна такая.

Она одна растоптала всех, кто был до неё. Уничтожила своей детской наивностью, искренностью, заботой. Она была настоящая. То чего не хватает большей части современных девушек. Она была лучшей, и я упустила такую драгоценность. Своими же руками отбросила её в сторону, подальше от себя, надеясь таким образом защитить. Но каждый день не перестаю думать о ней, и жду, что она обо мне вспомнит. Напишет. Сделает первый шаг. Но видимо шагать надо мне.

Я передумала. Я не хочу без неё. Я должна всё вернуть.

- Катя, ты меня вообще слушаешь? - А? Что ты сказала? - Ты издеваешься? Я спросила: ты любишь её? - Люблю. Девушка фыркнула. - Ну спасибо тебе огромное. Катись к своей неудачнице. Я сваливаю. - Что ты сказала, повтори?! - Катя схватила Юлю за плечо, с ненавистью смотря в её глаза. - Сорри, вырвалось. Она убрала Катину руку, и медленно двинулась прочь, надеясь, что она её остановит. Но Хорошенко лишь проводила Юлю взглядом и завела мото. Услышав звук работающего мотора, Юля обернулась: - Может хотя бы домой меня отвезешь? - На такси доедешь, не маленькая. У меня дела- крикнула ей Катя в ответ, и усевшись поудобнее, рванула с места, снова погружаясь в собственные мысли.

- Надеюсь, что она никого ещё себе не нашла. А даже если и нашла. Я заберу её. Я заберу её обратно. Она моя. Моя девочка. Я заберу её от кого угодно, и больше никогда не позволю слезам появляться на её чудесных глазах. Какая же я идиотка. Моя малышка, моя ревнивая, глупенькая девочка.

      Катины мысли путались, смешивались, сбивались в кучу и не давали ей покоя. Она хотела прямо сейчас рвануть к Тане, объясниться с ней, выпросить прощение, но у неё были ещё нерешённые дела. Она решила как можно скорее разобраться с ними, и не теряя ни минуты рванула к друзьям.

***

- Итак, что у нас сегодня? Катя медленно слезла с мото и окинула взором всю банду. Они все заглушили моторы, стояли и переговаривались. - Холли, есть дело лично для тебя. - Паук медленно подошел к ней и глядя в глаза уточнил: - Не подведешь? - Ты попутал? Когда я тебя подводила? Валяй, что надо делать. - Доставить кое-что по одному адресу. - Что? Оружие, наркотики? Паук махнул головой. - Серьёзно? Пошел ты к чёрту! Я не буду твоим наркодилером! - Остынь. Ты будешь всего лишь курьером. Ты давно себя не проявляла, и ты всё ещё уверена, что хочешь быть частью нас? - Да всё-всё! Я поняла! Отвезу. - Она со злостью глянула на Паука, слезла с мотоцикла и пошла за ним. Получив небольшую сумку, она быстро спрятала её под сидение мотоцикла, и махнула товарищам рукой. - Всё, адьёс нечисть. Сегодня уже не ждите. Завтра увидимся. Чао! Ей не терпелось поехать к Тане, она завела мото и рванула с места. Через несколько десятков минут, Катя была на месте. Оставив мотоцикл у подъезда, она направилась в квартиру. Поднявшись на нужный этаж, она замечает, что дверь приоткрыта. Хорошенко осторожно проскользнула внутрь, и громко спросила: - Есть кто? Я от Паука. Оглядевшись, Катя задумалась. Квартира не была похожа на типичное жильё наркомана. С хорошим ремонтом, дорогой мебелью, везде чистота и порядок. Ответа всё ещё не последовало. В квартире царила полная тишина и полумрак. Катя осторожно прошла и заглянула в первую попавшуюся дверь. Это оказалась кухня, но там тоже было пусто. Закатив глаза, она вздохнула: - Трачу своё бесценное время чёрт знает на что. Она взглянула на часы.

- 00:15 просто замечательно, твою мать...

- Я ухожу. Свой товар заберёте у Паучка. Sorry. Почти на ощупь, она стала пробираться обратно к двери, как вдруг перед её лицом, из ниоткуда, возник высокий мужчина. Он громко рявкнул: - Сюда дала. Его голос показался Кате знакомым, но она не придала этому значение. Девушка выпрямила спину и ответила: - А раньше нельзя было выйти? Я не нанималась искать тебя по всей квартире, я не собака-ищейка, ясно? - Я не понял- расхохотался знакомый голос- я слышу знакомые дерзкие нотки. Ты ли это, крошка? Одним движением руки, мужчина щёлкает выключателем, и Катя сразу жмурится. Внезапный свет больно резанул по глазам после кромешной тьмы. - М-да. И тебе добрый вечер. Не знала, что паук водится с такими упырями. - В моём доме прошу не выражаться. Держи себе в руках, мышка. И да, я просто в огромном АХУЕ, что паук держит таких тупых сук, как ты. - Можешь поверить мне, я в не меньшем АХУЕ, что ты долбанный наркоман. И да, повтори эти слова Пауку, и он тебе шею свернёт, как паршивому котёнку. - Тане хоть слово скажешь- я тебе башку снесу, усекла? - Не смеши. Пугать меня не надо- пуганная. Я буду делать то, что захочу, усёк? - Закрой рот, ты! Мелкая шавка. Не забыла, что ты у меня дома? - Дима облокотился рукой на стену рядом с Катей, перекрывая ей доступ к двери. Катя снисходительно посмотрела на неё, а затем на него самого. - Не забыл, что вся моя банда знает где я и с кем? Героя из себя сильно не строй. Думаешь не отвечу тебе? Ошибаешься. Я несколько лет провела в боях. За бабки. Такое месиво, тебе и во снах не снилось. - Ты и пикнуть не успеешь, крошка- сказал он с усмешкой, и убрал руку - Сумку. И проваливай- ты меня утомила. - Если бы не Паук, я бы хер, что тебе отдала. Ты просто жалок. - Она швырнула в него небольшое портмоне, и направилась к выходу, но была схвачена за руку - Убрал свои клешни от меня. - Вопрос один меня мучает. Я так понимаю вы с Танюшей всё? Хэппи энда не будет, голубки? - Не твоё собачье дело - Катя отдернула руку и открыла дверь, но её снова схватили. - Да стой ты, психованная. Ты мне так нравишься, что пиздец. Такая дерзкая, с ума меня сводишь - нагло улыбается Андреев. - Фу. Я сейчас блевану. - Ну ладно тебе, давай развлечёмся. Покажу тебе, что такое настоящий секс. - Не уберёшь от меня свою руку, я её сломаю. Раз... Два... - Как знаешь. - Дима выпрямился, сжал скулы, и сквозь зубы процедил: - Но имей ввиду. Таня принадлежит мне, и всегда будет принадлежать. Увижу тебя рядом- пеняй на себя. - Что, блять?! Она не вещь, долбанный ты придурок. И она всем сердцем ненавидит тебя, насколько я помню. Ты портишь ей жизнь своими жалкими попытками обратить на себя внимание. Бегаешь как осёл за морковкой. Был бы мужиком- имел бы мужество оставить женщину, которой ты нахрен не сдался. А теперь, когда она узнает, что ты употребляешь, она тебя и вовсе знать не захочет. - Она не узнает- процедил он сквозь зубы. - Посмотрим! - Нахально ответила Катя, и захлопнула дверь. Мысленно проклиная его, а заодно и Паука, который не мог выбрать кого-то другого для этого поручения, девушка спустилась вниз и закурила сигарету. Она нервничала. Этот парень выводил её из себя. - Ему она принадлежит- закатай губу, ублюдок- негромко сказала она, и пнула ногой камень. Откуда-то сверху донесся мужской голос: - Да, она уже скоро будет там. Живо. И людей побольше. Подняв голову вверх, она увидела на балконе Диму. Он с кем-то разговаривал по телефону. - Эй! - крикнула Катя- надеюсь, ты не о Тане говоришь. Тронешь её хоть пальцем, я убью тебя, я клянусь. Ответом стал лишь удаляющийся смех, Катя спешно завела мото и рванула на свой район. Она мчалась со скоростью света по полупустым улицам, выжимая из ручки газа как можно больше скорости. Ей не терпелось добраться до Тани.

- А вдруг этот ублюдок говорил всё же о ней. Что он задумал? Похитить её? Боже, даже думать об этом не хочу!

Она жмурилась от сильного ветра, бившего её в лицо, но продолжала мчаться. Заехав во двор, Катя обратила внимание, что фонари не горят. Её это немного насторожило, но она увидела свет в окне Таниной комнаты, и обрадовалась.

- Значит она еще не спит.

Некоторое время разглядывая знакомое окно, Катя надеялась её увидеть. Она знала о её любви к окнам и подоконникам. Но Тани там не было. Услышав знакомое гудение мотора, она принципиально не стала обращать внимание, закрыла наглухо окно, и залезла под одеяло. Так никого и не увидев, Катя отогнала мото в гараж, и отправилась обратно к дому Бурой, решив подняться к ней и попытаться поговорить. Но не успела она сделать и пары шагов, как её окликнули. В темноте, из арки, прямо к ней приближалось четверо молодых людей. Девушка, сразу поняла неладное, расстегнула неспеша кожанку, чтобы она не сковывала движений и одёрнула её. С вызовом она задала вполне логичный вопрос: -Хотели что-то молодые люди? - Хотели, красотка, - произнёс один из них, подходя к ней вплотную, а трое других встали по разным сторонам от неё. И хотя, Катя была далеко не из пугливых, но её сердце забилось чаще. - И что же? - Спросила она, глядя на того, кто с ней завел разговор, и пытаясь рассмотреть его в темноте. - Немножко поиграть- шепнул тот, и лёгким движением руки провел острием ножа по её щеке. Катя почувствовала, как холодное лезвие коснулось её кожи. У девушки сработали инстинкты. Она выбила нож из руки мужчины, и занесла руку для удара в лицо, но трое других остановили её, бросили на землю и принялись бить её ногами. Девушка не смогла подняться, и ей оставалось только защищаться. Она сгруппировалась, закрывая руками лицо, а коленями живот. Но трое мужчин продолжали безжалостно пинать её, не торопясь, делая медленные но точные удары, намеренно целясь в самые болезненные места, а первый присел рядом, и крепко закрывал своей ладонью её рот, удовлетворённо рассматривая её лицо, перекосившееся от боли. Заметив, что девушка громко застонала, когда её ударили в грудь, он понял, что что-то не так. - Еще ударь. Туда же, давай. Снова удар. Катя снова громко застонала, закатывая глаза от боли. Старое ранение всё ещё болело. - Тише, тварь. Тише. - Шепнул мужчина, который сидел рядом с ней на корточках, поднося нож к её горлу. Он поднялся, безжалостно наступил сапогом ей на ребра, и прижал к земле. Он ухмылялся, и долго рассматривал её, скрутившуюся в позу эмбриона и корчившуюся от боли. Взяв Катю за волосы, он приподнял её голову от асфальта. - Ты же понимаешь за что это. Приказа убивать тебя не было. Но это только пока. Вякнешь что-то своим- и твоя любимая будет вылавливать тебя по частям из Москва-реки. Я понятно выражаюсь? - Он выпустил её волосы из рук, и голова с глухим стуком упала обратно на асфальт. Ударившись затылком о твердую поверхность, Катя потеряла сознание. Последнее, что она видела- ухмыляющееся лицо парня над ней.

***

Таня, лёжа в своей постели, пыталась уснуть и даже не подозревала, что сейчас происходит, буквально, под её окнами. Уже почти засыпая, она услышала негромкое скуление. Несса просилась на улицу. - Сейчас? До утра не потерпишь? Скуление. - Несса, сходи на пелёнку. Снова скуление, но более настойчивое. Таня негромко выругалась, и потянувшись, встала. Собака сидела около двери, и звала хозяйку. Таня одела на собаку поводок, и сама накинув курточку, вышла с ней во двор. На улице было слегка прохладно, дул ветер. Вокруг всё было тихо и спокойно. Таня подгоняла собаку, прося её делать скорее свои собачьи дела. Но Несса радостно носилась по клумбам и лаяла. Она росла непослушной и очень энергичной собакой. Как и всем биглям ей требовалось строгое воспитание, но Таня очень любила её, и без конца баловала. Собака звонко лаяла и бегала вокруг. А Таня безуспешно пыталась её заставить замолчать. - Ренесми, ну-ка тсс, люди спят уже! Бурая медленно шла с собакой по двору, освещая дорогу фонариком телефона. И тут она увидела нечто ужасное. Её сердце сжалось, и забилось максимально быстро. В лежащем на асфальте силуэте она узнала Катю. Ее лицо было повёрнуто в Танину сторону, но глаза закрыты. Тело неестественно скрючено на асфальте, одна нога поджата под другую, футболка на груди пропиталась кровью. Несса взвизгнула и кинулась к Хорошенко, наступая на неё передними лапками, и вылизывая всё её лицо. - Господи, Катя, что же с тобой случилось?! Молниеносно Таня подбежала к ней, падая на колени прямо на асфальт, и слушая её сердце. - Дышит... - облегченно произнесла она - Несса, отойди. Сидеть смирно! - крикнула Таня на собаку, и начала звать девушку - Катя, Кать... Очнись, умоляю... Она звала её и гладила по лицу. Плакала. И солёные капли падали прямо на лицо Кати. Она не просыпалась. - Открой глаза, Катюш, пожалуйста. Она нежно взяла её лицо в свои руки, и положила её голову себе на колени. - Катюш, очнись, прошу- она громко плакала и звала её. Собака сидела рядом, переживала, тихо поскуливала. И вот наконец, веки девушки дрогнули, и немного приоткрылись. Катя растерянно посмотрела по сторонам. В ушах шумело. Все тело сковывала пронзающая боль, голова кружилась, и как будто весила несколько сотен килограмм. Она поморгала немного и картинка стала чётче. Как будто кто-то добавил резкости, как на фотоаппарате. Каково же было её удивление, когда она увидела Таню, перепуганную до смерти, плачущую и вцепившуюся в неё мёртвой хваткой. - Что ты здесь делаешь, принцесса? - Тихо спросила она. - А ты? Куда ты вляпалась? Что здесь произошло? Опять кого-то защищала? - Её глаза были наполнены слезами, Тане до ужаса было жалко Катю, и невыносимо больно видеть её в таком состоянии. - Нет. Но не надо тебе всего знать. Помоги мне подняться, пожалуйста. Катя попыталась встать, но боль в ребрах тут же сделала свое дело. Она вскрикнула и легла обратно на холодный асфальт. - Так, я звоню в скорую - Таня достала телефон, и набрала 112, но нажать клавишу вызова не успела. Катя выхватила трубку. - С ума сошла? - Мне нельзя сейчас в больницу. Сто пудов будет допрос. А потом накатают докладную в колледж. Лучше помоги встать, а дальше я справлюсь со всем сама. - Ты идиотка, Кать. Я говорила тебе, что твои странные ночные дела до добра не доведут. - Ну всё. Давай понудим, как моя мамочка. - Катя недовольно закатила глаза, и морщась от боли, приняла Танину помощь, облокотилась о неё, и не без усилия поднялась. - Может мы просто обе за тебя переживаем? Катя промолчала, а Таня всё ещё крепко её держала, обнимая за талию, и поддерживая спину. - Спасибо за помощь. - Катя взяла Таню за подбородок и посмотрела ей в глаза. - Не гуляй так поздно больше, пожалуйста. Я позже тебе кое-что расскажу. - Да это не я. Нессе приспичило в туалет среди ночи. - Просто будь максимально осторожна. Обещай. И иди домой. - Что значит иди? Мы идём вместе. Я не отпущу тебя одну в таком состоянии! - Бурая. Мне твоя жалость не нужна. Я справлюсь, иди спи. - Хорошенко! Хоть сейчас засунь свою гордость себе в задницу! Тебе нужна помощь! - Ладно, всё. Ок. Не ори. Катя вдруг улыбнулась. Она и сама не понимала, почему вдруг стала отказываться. Гордость странная штука. Сама готова была прийти, прибежать, прилететь. Но как только зовут- сразу в обратную. Девушки не торопясь поднялись до квартиры, огромное количество времени потратив на лестницу, но Таня терпеливо помогала Кате, и придерживала её. Открыв квартиру ключом, Таня запустила собаку внутрь первой, предварительно сняв её с поводка, а затем и они сами зашли, заперев за собой дверь. Таня помогла Кате разуться, и осторожно сняла с неё куртку, которая вся была в уличной пыли. - Пойдем в ванную, у тебя вся футболка в крови- она с сочувствием осмотрела лицо девушки, осторожно потянулась к нему рукой, и большим пальцем вытерла кровь с её губы, как завороженная, не сводя с них взгляда. - Больно. - Хорошенко поморщилась. - Прости, пожалуйста. Идём. Она довела её до ванны, открыла краны, и пока вода набиралась, попыталась снять с Кати грязную футболку. - Бурая, стой. - Что-то не так? - Всё чересчур так. Ты меня ненавидела, а теперь носишься как курица с яйцом. - Я тебя не ненавидела. - Таня опустила глаза вниз. - Злилась да, но не ненавидела. Я не могу тебя ненавидеть, как бы ни старалась. Ты глубоко в моём сердце. - Она подняла лицо, и снова посмотрела Кате в глаза. Катя мило улыбнулась. - Продолжай. Получив разрешение, Бурая осторожно взялась за низ футболки, и медленно потянула её наверх, оголяя тело. - Я выброшу её, ты не против? - спросила она у Кати, и сняв её до конца, ахнула. - Оставь мне на память. - Катя. Посмотри. На груди красовалась гематома от ранения, которое обильно кровоточило, а вокруг образовался один огромный фиолетово-жёлтый синяк. Хорошенко повернулась к зеркалу. - Что и следовало ожидать. Меня несколько раз ударили прямо сюда. - Кать, кто это был? И за что? - Таня смотрела на неё грустным взглядом, медленно поглаживая её плечи. - Неважно. Не лезь в это даже, поняла? Это не моё упрямство. Это не безопасно. Таня побледнела от увиденного, она стояла как вкопанная, и рассматривала бесконечные синяки на ребрах, кровоподтеки под кожей, и на эту чудовищную рану в самом центре грудной клетки. - Кать, может всё таки больницу... - Перестань. Завтра уже всё будет хорошо. Пустяк. - У тебя всё пустяки! Чистые вещи на стиральной машине! Бурая зарыдала, и пулей вылетела из ванной комнаты. Её охватила паника, жалость, безрассудство. Она не знала как себя вести, и куда себя деть, от накатившего ужаса. И, наконец, после долгой "беготни" по комнате, она нашла себе место, сев на кровать, сцепив руки в замок, и уставившись в одну точку.

- Что же теперь делать...

Через несколько минут вода в ванной стихла. Катя выходит из ванной, берёт на руки Нессу, сидевшую под дверью ванной, целует в мокрый нос, прижимает её и улыбается: - Спасительница моя шерстяная. Люблю тебя, собака. Спасибо тебе. - А мне не спасибо? - И тебе большое спасибо, маленькая принцесса. - Ложись, я постелила тебе. Таня встаёт с кровати, и приподнимает плед. - Ну вот это точно лишнее. Я домой. - А вдруг тебя опять там ждут?! Кать, пожалуйста. Ради меня. Не хочешь ради меня, останься ради Нессы. Она подошла к ней, потрепала собаку за ухо, и взяла Катю за руку. - Я лягу в другой комнате, если хочешь. Только останься. Пожалуйста. Я боюсь за тебя. - На её глазах снова заблестели слезы. - Ну ты чего, глупенькая. Не плачь, я остаюсь. - Катя коснулась её щеки, и мягко вытерла ладонью слезы. - Спасибо - улыбнулась сквозь слезы Таня. - Ложись, пожалуйста. Она откинула одеяло, и когда Катя прилегла на кровать, то сразу же укутала её. - Я сейчас принесу мазь, перекись и обработаю твою рану. - Таня, ну не надо. Ты и так слишком сильно обо мне заботишься. - Помолчи немного. Таня уверенно поднялась, и со столика у стены взяла всё нужное. Откинув немного одеяло, и приподняв майку, она трепетно, и почти не дыша, стала наносить мазь, едва касаясь пальчиками кожи. Грудь Кати смущала её и отвлекала, но она заставляла себя не пялиться на неё. Облизнув пересохшие губы, она тихо спросила: - Я не делаю тебе больно? - Нет... - почти шепотом ответила Катя. Прикосновения Тани действовали на неё словно хорошее успокоительное. Сердце застучало спокойней. Она полностью расслабилась. Когда Бурая закончила и опустила обратно футболку, Катя взяла её за руку. - Таня... - начала она. - А? Таня, взмахнув ресницами, посмотрела ей в глаза, ожидая продолжения, и внимательно слушая. Сердце билось быстро-быстро, словно как у перепуганного котёнка. Эта блондинка волновала её, будоражила сознание, опьяняла своим запахом, и сводила с ума. - Давай поговорим. - Давай... А о чём? - Таня забралась на постель с ногами, и села поудобнее. - О нас. Я такая тупая дура, Тань. Прости меня за всё, если сможешь. Прости, что я на тебя накричала, прости, что вела себя так. Прости за всё, что тебе пришлось увидеть. Мне так хуёво без тебя. Она сильно сжала её руку в своей руке, не отрывая взгляда от её лица. - Мне тоже было без тебя плохо. Очень плохо. Я скучала по тебе с первой же минуты, когда ты переступила порог моего дома, оставив меня в одиночестве. Я ждала тебя. Каждый день я ждала, что ты одумаешься, что позвонишь, напишешь, спросишь как я. Но ничего этого не было... Словно я и не существовала в твоей жизни. Ничего. А потом я вижу, что у тебя всё прекрасно. Ты обнимаешься с новой девушкой, и она целует тебя в шею. - Забудь о ней- перебила её Катя - Её больше нет, это ошибка. Я не хотела сделать тебе больно. Я хотела, чтобы ты была счастлива. А со мной ты никогда не будешь счастливой. Я думала, что без меня тебе будет лучше. Я человек- проблема, со мной постоянно что-то случается. - Это я уже поняла- улыбнулась уголком губ Таня - Но запомни одно. Никогда ничего не решай за меня. Да, я волнуюсь за тебя, и безумно переживаю, когда с тобой что-то происходит. Но это не значит, что я должна тебя лишиться! Я слишком сильно к тебе привыкла. Ты моя родственная душа. Я хочу видеть тебя рядом. Всегда. Я очень люблю тебя, Кать. Давай начнем все сначала? Катя слушала её, глядя прямо ей в глаза, и улыбалась. Когда она закончила, блондинка тихо сказала: - Я за этим, собственно, сюда и шла. - Серьёзно? А что же ты тогда упиралась?! - Просто не хотела, чтобы меня жалели. Больше всего на свете это ненавижу. Жалость худшее из всех чувств. - Ты идиотка, Кать- засмеялась Таня - Я так по тебе скучала. - И я очень. Ты каждый день была в моей голове. - Правда? - Правда. Иди скорей ко мне. Я не могу без тебя. Я хочу слышать твой голос, видеть твою улыбку, твои глаза. Чёрт, это самые прекрасные глаза во всем мире. Когда я их вижу, я схожу с ума, с той самой минуты, когда я увидела их первый раз в том самом кафе. Прости меня, за то что я такая дура. Я люблю тебя! Таня слушает, смеётся и плачет одновременно, как маленькая девочка. Она не ожидала, никак не ожидала, что так близко к сердцу воспримет её слова. Таня не сводит с неё глаз, насыщаясь этим чувством удовлетворенности, что Катя снова рядом. Она вытерла слезы счастья, и устроившись рядом с девушкой, аккуратно её обняла. - Моя раненая. И ты меня прости. Я больше никуда тебя не отпущу, слышишь? За что же тебе так досталось? - Тсс, хватит. Даже не пытайся узнать. Она аккуратно повернулась на бок, и не замечая боль, улеглась. - Не нужно тебе в это лезть, малышка, я во всем разберусь сама. - Как скажешь. Только обещай быть осторожной. - И ты- Тихо сказала Катя, и приблизившись к лицу брюнетки, накрыла её губы своими губами, вовлекая в страстный, долгожданный поцелуй. Но уже через минутку, оторвавшись от сладкого слияния губ, она рассматривает лицо Тани, словно видит его впервые. Улыбается, и убирает короткие волосы от её лица. - Ну и что же ты наделала, дурочка? - Отрастут... Они меня бесили, потому что ты их любила. Таня засмущалась, и мило улыбнулась, поглаживая девушку по щеке. Ей давно не было так хорошо. Вот теперь она по-настоящему была счастлива. Она была дома. Катя была ее домом.

- Ну обними же меня посильнее.

Она снова заулыбалась, а Катя, словно угадав мысли девушки, обняла её, и крепко к себе прижала. Хорошенко обнимала её так, словно она была какая-то хрупкая драгоценность, которую нельзя выпустить из рук, ведь она тут же ускользнет, разобьется. Она касалась её волос так нежно, словно на их кончиках было сосредоточено нечто важное и нужное... Таня чувствовала, как в сильных и нежных руках Кати, затягиваются раны на её израненном и измученном сердце. Как оживает душа, и бабочки снова порхают в животе, насыщая неподдельной легкостью. Рядом с ней всё было удивительно спокойно. Таня ловила себя на мысли, какой она казалась себе маленькой рядом с ней. Ей ужасно хотелось быть послушной, покорной и смиренной. Ничто внутри неё больше не боролось, не сопротивлялась, не рвалось. И если бы Катя позвала сейчас её пойти за ней- она последовала бы, ни раздумывая ни секунды, хоть на край земли. Но блондинка просто лежала рядом, обнимала её молча, нежно касаясь своим дыханием её лица. И ей хотелось лежать вот так с ней вечность. Так хорошо было. Пусть и сложно, но безумно хорошо. И они обе ни на что в мире это не променяют.