История семьи Афтонов

Вступление

События этой главы разворачиваются в 1975 году, в отрезке времени "до" и "после" открытия нового заведения Генри Фазбера, под названием: "Circus Baby's Pizza World".

Деловым партнером мужчины согласился стать Уильям Афтон, его давний друг и коллега, открывший абсолютно новую технологию аниматроников, позволявшую им сделать прорыв в области робототехники и кибернетики в целом. Поскольку всего три года назад стало известно о печальной участи его дочери, Генри до сих пор пребывал в состоянии меланхолии. Как бы там ни было, он всеми силами старался помочь Уильяму финансово, а также организовав ему целую команду, состоявшую из его доверенных лиц. При этом он хотел ускорить процесс освоения новой технологии, и потому не раз предлагал другу свою помощь, на что, как ни странно, получал отрицательный ответ. В конце концов, Уильяму удалось создать уже пятерых работоспособных аниматроников, которые вот-вот должны были впервые выступать. Работа над схемами и чертежами не обошлась без вмешательства таинственного К'хадеша, чье существование тщательно скрывалось. Мужчина был ни в себе от радости, когда на его глазах рождалось настоящее чудо, о котором раньше он мог только мечтать. А тихий шепот в голове лишь давал ему необходимые подсказки, время от времени ускоряющие работу настолько, что без него проект растянулся бы еще на несколько лет. Крайне удивленные такой скоростью работники, тем не менее, невозмутимо выполняли свою высокооплачиваемую работу, создавая сложные конструкции, описанные в чертежах. При этом было непонятно, почему к работе не допускался никто кроме людей, работавших над этим изначально. Словно бы Уильям до сих пор держал свои планы в тайне настолько, насколько это было возможно. Еще одним странным обстоятельством стало то, что прежде чем отпускать аниматроников на новоиспеченную сцену "Circus Baby's Pizza World", изобретатель потребовал их выступления в каком-нибудь другом заведении. К примеру, в одной из образовавшихся к тому времени дочерних пиццерий "Fredbear's family diner", финансируемых все тем же Генри, постепенно расширяющим свой бизнес. Там, кстати, тоже не обошлось без нескольких новых аниматроников, о которых было куда меньше слухов, чем о загадочных роботах Уильяма. Простыми словами, все это стало чем-то похоже на "испытания" новичков, прежде чем те могли выступать в абсолютно новом заведении, куда уже не терпелось прийти толпам любопытных посетителей. Уильям так сильно волновался на счет их работоспособности и о том, какое первое впечатление сложится у гостей "Circus Baby's Pizza World", что Генри в шутку сказал: "Если все пройдет гладко, клянусь, что в награду за твои труды, я передам тебе все права на это заведение, и у тебя появится свой собственный бизнес". На это предложение, мужчина вежливо отказал. Напоследок стоило бы упомянуть, что помимо сети ресторанов Генри, с недавних пор, появилась новая сеть. И по некоторым достоверным данным, принадлежала она одному богатому, но грязному по натуре человеку, по имени Смит Джонсон. Откровенно говоря, его трудно было в чем-то обвинить. Каким-то образом, его команде удалось создать новых аниматроников, за технологией почти в точности повторяющей ту, над которой так тяжело работал Уильям. Если быть более точным - одного аниматроника. Остальные же были созданы за старой технологией, которой пользовался Генри до этого. И несмотря на то, что эти роботы вовсе были не похожи на тех, которые принадлежали мужчине, в этом всём было что-то подозрительное... Словно бы Смит пытался привлечь к себе большую часть посетителей, тем самым действительно разорив Генри, как он однажды обещал. Конечно, все это казалось ему абсурдом, но мужчина предпочел внимательнее следить за человеком, о котором у него сложилось далеко не лучшее первое впечатление. -------------------------------------- Майкл задумчиво потирал висок. Идеи никак не шли ему в голову, а если и шли, то оказывались полным идиотизмом. Он презрительно фыркнул, кинув взгляд на мусорное ведро, стоявшее справа от стола, за которым он обычно и работал. Оно было доверху забито порванными и скомканными листами плотной бумаги. Именно они были единственным напоминанием о всех его неудавшихся проектах, обреченных на провал. Парень не стал долго задерживать на них взгляд. Вместо этого он посмотрел на лист бумаги, лежавший прямо перед его лицом, на столе. Он весь был потертым от постоянных исправлений. Исправлял он многое, от ошибок в расчетах, до кривизны линий. И тем не менее, это не приносило желанных плодов. Ведь в конце концов, когда он наконец мог увидеть свой проект полностью завершенным, что-то всегда бросалось ему в глаза. Что-то не правильное, из-за чего вся работа становилась глупой и напрасной. В душе Майкл понимал, что у этой работы будет та же судьба, что и у ее предшественников. Теперь, он видел в ней изначальный изъян. Этот изъян заставил его устало отодвинуть лист бумаги рукой, и опустить голову на стол. - "Что же я делаю не так?" - подумал про себя парень. - "Может, я слишком сосредоточен на работах отца? Или на мыслях о том, как там ребята в колледже? Как там Лори?.." Лори была симпатичной девушкой, и Майкл своей симпатии не скрывал. Однако им редко удавалось встречаться, поскольку каждый был сосредоточен на своей работе, а работы этой было немало. Так что в основном, их общение не заходило дальше социальных сетей и чатов. Как бы там ни было, учеба подходила к концу, и парень надеялся что у них появится больше свободного времени... От мыслей его прервали шаги в коридоре, за которыми последовал разговор. Судя по голосу, разговаривали его родители, однако было довольно трудно расслышать, о чем именно они говорили. Особенно его привлек голос отца. Кажется, он был... счастлив? Как тогда, когда у него впервые вышло довести технологию до совершенства. Если совершенство конечно существует... Майкл всегда считал себя перфекционистом, и так говорили о нем другие. Он стремился сделать лучше все, что бросалось ему под руку, даже если другим казалось, что это невозможно. Единственное, что смущало его, это истинное совершенство. Существовало ли оно? Есть ли что-то, у чего нет изъяна? Или он есть всегда, просто далеко не каждый способен его заметить? Его отец был верующим человеком. Может не фанатиком, но верующим. И парню это хорошо было известно. Однако он никогда не углублялся в это. Не разгадывал загадки прошлого, не искал в этом смысл. И конечно, понятия не имел, существует ли Бог, или все это наглая ложь. Отец не винил его в этом. Он никогда не старался навязывать свою веру другим. Хотя однажды, Майкл сам заговорил с ним на эту тему, когда еще был ребенком. И отец даже дал ему Библию, со словами: "Положи ее себе под подушку, но пока не открывай. А откроешь тогда, когда тебе подскажет сердце, когда ты станешь старше. Возможно, прочитав ее, ты поймешь меня. Но если нет, то ничего, не стоит даже говорить об этом. Я тебя ни к чему не принуждаю." После этих слов он улыбнулся, а Майкл последовал его совету. Момент пришел, и примерно год назад парень все же решился открыть книгу. Эта тема не зацепила его, вовсе нет... Он прочитал половину, а затем положил книгу на полку, и больше о ней не вспоминал. И он не говорил об этом с отцом, как тот и просил. Просто забыл обо всем прочитанном... Но после этого что-то явно не давало ему покоя. Собственные мысли о совершенстве. Есть ли во всем этом смысл, или изъяна не избежать? Разговор в коридоре прекратился. Майкл перестал думать о вере и совершенстве, и вернулся мыслями к отцу и его проектам. Одним из подозрений парня оказался масштабный проект его отца, о котором он не переставал думать. Возможно именно он отвлекал его больше всего, не давая придумать ничего своего. Уильям не раз приглашал сына посмотреть на работу, которая кипела в мастерской, выделяемой ему Генри. Кстати, Генри Майкл считал хорошим человеком. Действительно хорошим, всегда готовым помочь их семье и отцу в частности. Парень поражался замыслам отца. Эти схемы, конструкции... Именно они возвращали ему мысли о совершенстве. Об истинном совершенстве... Но нет, это было ошибкой. Он прочел слишком много, слишком сильно запутался. Стоило бросить книгу еще на первых страницах, но теперь это не давало ему покоя. Это не означало, что он думал о Боге. Все это казалось ему глупым и нелогичным. Майкла беспокоило сама лишь идея совершенства, которая всегда его интересовала, но теперь нужно отбросить ее. Точно так же, как он отбрасывает мысли о ребятах и о Лори. Мысли о работах отца. И о Билле, который все это время не давал ему покоя... -------------------------------------- Билл крепко сжимал в руках обрывок бумаги, который на самом деле являлся частью сложной схемы завода. Он с ребятами уже давно хотел проверить его на наличие чего-нибудь ценного. Но не металла, вовсе нет. Это было бы слишком банально. Поговаривали что где-то на заводе есть тайник, принадлежащий его бывшему хозяину. Сейчас, кстати, несмотря на то, что завод давно заброшен, его все еще продолжают охранять. От таких как Билл разумеется. Но этот факт парня не пугал. Как раз наоборот, еще больше наталкивал на мысль, что на заводе есть что-то действительно ценное. Вот только была одна проблема. Ни он, ни Эмма, ни кто-либо другой не понимали, как именно им проникнуть на завод, и где искать тайник. Билл ослабил хватку и расправил скомканный обрывок. Рассеяно взглянув на него он не увидел ничего, кроме десятков линий, а также цифр, обозначавших то ли точные, то ли примерные размеры сооружений. Как не удивительно, все это обрывалось сверху и справа, давая ему лишь примерное представление об одной из частей здания, что предположительно размещалась... Он понятия не имел где именно. Этот обрывок явно был углом схемы, но вот каким именно? И вот почему для полноценной картины им нужны все куски пазла. Билл уже отправил на поиски Эмму, Бэна и Джека. Они должны были бродить в окрестностях завода, где он сам и нашел этот обрывок. Конечно, шансы были слишком малы. Парень и сам понятия не имел, как именно он наткнулся на столь не примечательный, с первого взгляда, кусок бумаги. Он считал это чистейшим везением. Но других вариантов не было. Он не мог рисковать отправлять их в само здание, где их легко могли схватить представители закона. Снова сжав кусок схемы Билл задумался. Он подавлял в себе мысли о том, что его действия можно принять за трусость. Нет, это не так. Он делает все правильно. Это лишь мера предосторожности... Им просто нужна... В этот момент парня пробила дрожь. Побледнев, он бросил ошметок бумаги, и судорожно поднялся на ноги. От резкости движений голова немного закружилась, и Билл оперся о кирпичную стену. Чертовы воспоминания вновь пробрали его до мозга костей, и он невольно вспомнил о своей несчастной матери, а также об отце-ублюдке, которого он ненавидел всей душой... Ему всего лишь нужна... - Нет! - раздраженно крикнул Билл, отпрянув от стены. - Нет... Мне не нужна. Никогда не была нужна... Майкл. Он резко вспомнил о своем старом друге, которого так сильно хотел повернуть на свою сторону. Майкл проворный, сукин сын. За все это время научился хорошо избегать его... Билл слегка улыбнулся, вспомнив все попытки достучаться до него. Не так то просто... И вдруг, он все же осознал ужасную вещь. Вспомнил слово, которое никогда не хотел вспоминать. Еще тогда, в момент когда его выгнали с дома. Ему нужна... - Помощь. Он чуть не поперхнулся, произнося это слово вслух. Но факт, который оно в себе несло, был очевиден. Помощь была ему необходима, и уже давно. Он старался называть ее другими словами, был убежден, что Майкл - это всего лишь его очередная пешка. Нет, может не пешка... Но, в любом случае, всего лишь еще один член банды. Умный. Чертовски умный, но не более. Просто... - Помощь... - повторил Билл, и нервно расхохотался. - Какой же я идиот, зачем скрываю это от себя? Майкл - это помощь. Та, в которой я так сильно нуждаюсь... Мы все. Вот почему он так сильно хотел увидеть его в своей команде. Вот почему раз за разом продолжал за ним следить, и всячески старался испортить ему жизнь. Чтобы свернуть его на эту тропу. Тропу, на которую однажды свернула его самого судьба... Жестокая сука-судьба. Однако, вновь развалившись в украденном им давно кресле, потирая щетину, Билл словил себя на еще одной мысли. Крайне печальной. Как бы он ни старался, Майкл был сильнее его. В психологическом плане, разумеется. Но он всегда был сильнее... Всегда. И по этой причине, он до сих пор не сдался. До сих пор шел к своей цели, пусть и глупой, как считал Билл. А он ничего не мог сделать. Абсолютно ничего. Лишь изо дня в день продолжать заниматься тем, чем он занимался еще когда учился в школе, и на этом конец... Фыркнув от недовольства, он набирал номер знакомой проститутки. Это должно было хоть немного его расслабить... Хотя бы на время. Время, которое потребуется ему, чтобы ждать. Ждать и наблюдать, а на большее он сейчас и не способен. -------------------------------------- Мария простояла в позе а ля згонд* всего несколько секунд. А затем, опустив ногу, она резко подпрыгнула, повернулась в воздухе, и мягко приземлилась на пальцы, от чего зрители охнули. Женщина еще некоторое время крутилась в танце, словно перетекая с одной позы в другую. Она долго к этому готовилась, и использовала все приемы, которые только знала. Вот она стоит в позе арабеск*, а еще спустя секунду исполняет классический ассамбле*. В конце выступления зрители ошеломленно хлопали, не переставая свистеть и бросать на сцену цветы. Мария в свою очередь кланялась и посылала всем присутствующим воздушные поцелуи. Ее успех был ощутим настолько, что она не могла сдвинуться с места, и лишь продолжала наблюдать за тем, как ею восхищается битком набитый зал. С феерическим выступлением ее поздравили все ее коллеги и хореограф, которая приходилась тренером их дружного коллектива, и на чьем лице выступали слезы счастья. Еще не сумев оправится от всей атмосферы, Мария быстро переоделась, пожелала удачи всем остальным, кому только предстояло выступать, и двинулась домой. Несомненно, она бы еще осталась чтобы посмотреть на выступления ее друзей и коллег, но ей нужно было спешить. Уильям сегодня раньше вернется с работы, а еще ее дома ждут проголодавшиеся Шон, Майкл и Элизабет. Уильям... Женщина резко остановилась, а улыбка спала с ее лица. Она могла поклясться, что буквально мгновение назад кто-то рядом повторил имя ее мужа. Тогда, Мария резко обернулась, и рассеянно осмотрела улицу вокруг себя. Ничего... Наверное показалось, но почему же в глазах так двоится? Не в силах больше держаться на ногах, Мария споткнулась, и стукнулась головой о стенку, по которой затем и сползла вниз. Сцепив зубы от боли, она ухватилась за голову руками и немедленно продолжила осматривать улицу, все также ища какого-нибудь злоумышленника. Уильям... Имя в ее голове повторилось, и женщину затрясло. Внезапно, спустя три года, перед ней вновь предстал образ искаженной фотографии, на которой ее муж превратился в ужасного монстра, а сама она, вместе со всеми остальными, стала размытым пятном. И лишь Майкл остался почти нетронутым. Еще, она вспомнила свой сон. Жуткую тень, которая так манила ее дочь. И что-то еще, что она никак не могла разглядеть... От этих мыслей в глазах начало двоится еще сильнее. Где-то внутри нее все кипело. Она не могла сосредоточится ни на чем, кроме мыслей об ужасе, который умело скрывался в глубинных уголках ее разума. Что это такое? Почему оно преследует ее? И почему после столь долгого отсутствия оно явилось вновь? Женщина не знала, как долго она просидела вот так, опираясь спиной о стенку, крепко сжимая собственную голову, на которой уже образовалась крупная шишка. Но когда она потихоньку стала приходить в себя, то услышала приятный голос. - Мисс? О Боже, вы в порядке? Слегка испугавшись, она подняла голову вверх и увидела, что перед ней стоял мужчина лет сорока, на ухоженной бороде которого отчетливо проступала седина. Он был одет в ничем не примечательную одежду, но через разрез на куртке Мария увидела, что на нем был надет халат белого цвета. Он быстро к ней подошел и аккуратно отведя руки в стороны, начал ощупывать голову. - У вас легкая травма. - произнес мужчина, начав копошиться в сумке, что висела у него на плече. - Вы довольно легко отделались, мисс. А что здесь, собственно, произошло? Женщина растерянно взглянула на него, на что в ответ получила улыбку. - Не волнуйтесь, я не убийца и не грабитель, я всего лишь врач. - он протянул ей свою руку. - А вы?.. - Мария... - принимая его руку, смущенно улыбнулась она. - Спасибо, я... - Нет-нет, не стоит. - воскликнул мужчина. - Я лишь выполняю свою работу... Так, что здесь произошло? Мария не стала углубляться в тему просто сказав, что поскользнулась, и ударилась головой о стену, а затем отключилась на некоторое время. Выслушав все это, врач представился ей как Джозеф Паттерсон, и предварительно обработав ее травму антисептиком, наложил ей пластырь. Затем он обернулся, застегнул сумку, и повернувшись назад с улыбкой на лице сказал, чтобы в следующий раз она была поаккуратней, ведь не каждый раз мимо нее будет проходить какой-нибудь медик, или человек с аптечкой и знаниями о первой помощи. На это Мария рассмеялась, но как только мужчина собрался уходить, окликнула его. - Мистер Джозеф? - Да? - обернулся врач. - Мы могли бы встретиться как-нибудь в другой раз... Не могли бы вы дать мне ваш номер мобильного? После этих слов доктор, казалось, немного смутился. - Я прошу прощения, но... Если это приглашение на... - Не волнуйтесь, я замужем. - улыбнувшись прервала его женщина. - Просто... Ценю помощь, а тем более от незнакомца. И я могла бы познакомить вас со своей семьей, как-то раз... Немного подумав, мужчина подошел к ней поближе, и достав блокнот с ручкой, начал что-то записывать. - Что ж, миссис, если вы настаиваете. - усмехнулся он, и вырвав страничку из блокнота, протянул ее Марии. - Я только "за". - Вот и чудно! - произнесла женщина, и спрятав в кармане кусок бумаги с номером, попрощалась с Джозефом. Когда тот скрылся с поля ее зрения, Мария глянула на часы и ужаснулась. Она провела в этом переулке не меньше часа, и родственники наверное уже заждались ее. - "Черт, и почему я не взяла с собой мобильник?" - подумала про себя женщина, и двинулась по направлению домой. А из головы все никак не уходила тревожная мысль. Что за кошмар преследует ее?